Прежде чем я самоуничтожусь

Была ли я уверена, что это был убийца Ханны? Несомненно. Иначе Лорен не стала бы так тщательно прятать свой телефон и не оставила бы в входящих всего один-единственный номер. С того самого дня я сходила с ума, пытаясь найти ту мелодию. Я прослушивала сотни треков, гуглила обрывки, которые запомнила, даже записывала на диктофон то, что смогла воспроизвести голосом. Ничего. Абсолютно ничего. Значит, это была мелодия собственного сочинения. Логан тоже был сам не свой. Он искал эту мелодию днём и ночью, как одержимый. Иногда я видела его в музыкальном кабинете поздно вечером, он сидел за пианино, перебирая ноты, с красными от недосыпа глазами. Мы почти не разговаривали об этом вслух, но оба понимали: эта мелодия — ключ.

А вчера я была так близка к тому, чтобы рассказать всё Тристану. Слова уже вертелись на языке... про Прометей, про Харона, про Лорен, про то, что Ханну убили и это точно. Но в последний момент я прикусила губу и замолчала. Я ему доверяю. По-настоящему. Но именно поэтому и не хотела подставлять. Если с ним что-то случится из-за меня… я себе этого не прощу.

Сейчас я стояла у окна в его кабинете, обхватив себя руками. Тристан сидел за столом, спокойно пил чай из большой керамической кружки и заполнял какие-то документы. Лампа мягко освещала его лицо, подчёркивая чёткие скулы и усталую, но тёплую линию губ. За последнее время мы сильно сблизились. К нему я приходила как к себе домой. И сейчас я чувствовала: это тот самый момент. Или сейчас, или никогда. Ожидание меня убивало. Я постоянно думала о нём, даже когда не хотела. Накручивала себя до дрожи в руках. Если я наконец узнаю, нравлюсь ли ему, мне станет легче. Я пойму, стоит ли стучаться в эту дверь или закрыть её навсегда и повернуть ключ.

— Тристан, — тихо позвала я, поворачиваясь к нему лицом.

Он тут же поднял взгляд. Его голубые глаза посмотрели на меня так, будто уже знали всё. Будто давно прочитали меня, как открытую книгу, но из вежливости делал вид, что ничего не замечает, как настоящий психолог. Я тяжело вздохнула, собирая остатки смелости, обошла его стол и остановилась совсем рядом. Сердце колотилось так, что, казалось, он слышит его стук.

— Изабель? — мягко произнёс он, поворачиваясь на кресле в мою сторону. Его ноги были слегка раздвинуты.

Я невольно посмотрела на его ноги, на сильные бёдра под тканью брюк, и судорожно сглотнула. Горло мгновенно пересохло. Он был таким… привлекательным. Слишком. Я сжала руки в кулаки, ногти впились в ладони. Я не знала, как это сделать. Сказать словами? Или просто поцеловать этого красивого мужчину, который так мило и терпеливо смотрит на меня сейчас? А вдруг я всё придумала? Вдруг я ему совсем не нравлюсь, а я сейчас всё испорчу? Так, Иззи. Ты не узнаешь, если не попробуешь. Я резко наклонилась, положила дрожащую ладонь ему на щёку и поцеловала его в губы. Поцелуй вышел нежным и детским. Я почувствовала, как Тристан мгновенно застыл, тело напряглось под моей рукой. Он точно не ожидал. Я отстранилась, убрала руку и замерла, глядя ему в глаза. Сердце готово было вырваться из груди. Тристан несколько секунд просто смотрел на меня удивлённо и растерянно, но не отталкивающе. Потом осторожно дотянулся до моей руки, переплёл наши пальцы и слегка сжал. Мне было невыносимо неловко. Он всё ещё ничего не сказал. В следующую секунду Тристан нежно потянул меня за руку и посадил к себе на колени.

Я ахнула от неожиданности, едва удержавшись, чтобы не потерять равновесие. Его руки уверенно легли мне на талию, удерживая. Я сидела боком на его бёдрах, чувствуя тепло его тела, твёрдость мышц под собой и то, как сильно бьётся его сердце. Тристан смотрел на меня снизу вверх, его голубые глаза были тёмными, глубокими и полными эмоций, которые он больше не пытался скрывать.

— Изабель… — тихо выдохнул он и поцеловал меня страстно.

Тристан отстранился от моих губ всего на пару сантиметров, тяжело дыша. Его голубые глаза были тёмными, почти чёрными от желания, губы припухшие и влажные. В следующую секунду он обхватил меня за бёдра и легко поднял на руки. Я ахнула от неожиданности, инстинктивно обхватив его шею. Тристан нёс меня через кабинет, словно я ничего не весила. Его руки под моей попой слегка дрожали от напряжения, от волнения, от того, что он делал это впервые. Он осторожно опустил меня на широкий мягкий диван, ткань была прохладной, но его тело, нависшее сверху, сразу согрело меня.

Он смотрел на меня сверху вниз, тяжело дыша. Руки дрожали, когда он расстёгивал мою блузку. Пуговицы поддавались с трудом, он дважды промахнулся, тихо выругавшись себе под нос, и покраснел ещё сильнее. Я улыбнулась и помогла ему, стягивая блузку с плеч. Когда его взгляд упал на мою грудь в кружевном бюстгальтере, он сглотнул так громко, что я услышала.

— Ты… невероятная, — прошептал он благоговейно.

Тристан наклонился и неумело поцеловал мою шею, потом ниже ключицу, ложбинку между грудей. Его губы были горячими, а его дыхание обжигало кожу. Он расстегнул мой бюстгальтер и замер, глядя на обнажённую грудь. Осторожно, почти трепетно, он обхватил одну ладонью, большим пальцем провёл по соску. Я выгнулась и тихо застонала. Это придало ему смелости, он наклонился и взял сосок в рот, неумело, но очень нежно обводя его языком. Я запустила пальцы в его волосы, направляя мужчину, который впервые отдаётся кому-то. Тристан стонал тихо, прижимаясь ко мне сильнее. Его руки спустились ниже, дрожащими пальцами он расстегнул мою юбку и стянул её вместе с трусиками. Когда я осталась полностью обнажённой, он несколько секунд просто смотрел, тяжело дыша.

— Боже… — выдохнул он. — Я… я даже не знаю, с чего начать.

— Иди ко мне, — прошептала я, притягивая его к себе.

Он быстро избавился от остатков своей одежды. Когда его член освободился, я увидела, насколько он возбуждён, его головка уже блестела от влаги. Тристан выглядел смущённым, но не пытался прикрыться. Он лёг сверху, устраиваясь между моих ног. Его руки дрожали, когда он направлял себя. Головка несколько раз скользнула по моей мокрой щели, прежде чем нашла вход. Тристан вошёл очень медленно, сантиметр за сантиметром, с приоткрытым ртом и закрытыми глазами. Его лицо исказилось от острого удовольствия.

— Ох… Изабель… — простонал он хрипло, когда вошёл до конца. — Я сейчас с ума сойду.

Он начал двигаться осторожно, почти боязливо, стараясь не причинить мне боли. Его толчки были неглубокими, но каждый раз он входил полностью, прижимаясь к самой чувствительной точке. Его дыхание превратилось в прерывистые стоны. Он опустился ниже, целуя мою шею, грудь, вбирая сосок в рот. С каждым движением он становился чуть быстрее, но всё ещё сдерживался. Я чувствовала, как напряжены все его мышцы, он изо всех сил пытался продержаться дольше.

— Изабель… я… я не могу… — простонал он мне в шею через несколько минут, его голос дрожал. — Я сейчас…

Тристан резко выдернул себя из меня с громким стоном. Он обхватил свой мокрый, пульсирующий член рукой и сделал всего несколько быстрых движений. Его тело выгнулось, мышцы на животе и руках резко напряглись. Горячие, густые струи семени брызнули мне на живот и нижнюю часть груди. Тристан стонал низко, почти рыча, тело сотрясалось от сильного оргазма. Он продолжал медленно двигать рукой, выжимая из себя всё до последней капли, пока не обессилел. Потом он рухнул рядом со мной, тяжело дыша, и тут же притянул меня к себе, обнимая дрожащими руками. Его сердце билось так сильно, что я чувствовала каждый удар у себя на груди.

— Прости… — прошептал он, целуя меня в висок, щёку, уголок губ. Голос был виноватым. — Я хотел дольше… хотел сделать тебе хорошо. Я… я совсем не умею пока.

— Тристан, это было прекрасно, не стоит переживать, — я улыбнулась и провела пальцами по его влажным от пота волосам.

Он спрятал лицо у меня на шее, крепче обнимая, и тихо прошептал:

— Ты мне тоже... Нравишься...

Чуть позже...

Мы с Тристаном стояли у обочины рядом с его тёмно-серой машиной. Вечер уже полностью вступил в свои права, и холодный воздух пробирался под одежду. Фонари вдоль дороги мягко освещали мокрый после недавнего дождя асфальт, отражаясь в лужах золотистыми бликами. Я была счастлива. По-настоящему, глубоко счастлива. Всё, чего я так отчаянно хотела последние недели, наконец свершилось. Мы были вместе. Хотя бы на те несколько украденных минут в его кабинете. Но счастье было горьким. Осталось самое сложное — решить, что делать с нами. Его могут уволить из-за меня. Могут уничтожить репутацию. И я безумно боялась, что он пострадает. Поэтому, насколько это возможно, я решила держать всё в тайне. Даже сейчас, когда мы прощались, я стояла в стороне, как обычная ученица, хотя каждая клеточка тела тянулась к нему. Вместо того чтобы обнять его или поцеловать на прощание, я просто стояла, сжимая лямки рюкзака, и смотрела на него с тихой тоской.

— Я совсем забыл о кое-чём очень важном, — вдруг сказал Тристан и посмотрел на меня с мягкой и тревожной улыбкой. — Но ты должна понимать, что это очень опасно. Если честно, я сам не хочу подвергать тебя риску, но… это твой единственный реальный шанс приблизиться к Харону, — он достал из внутреннего кармана пальто плотный кремовый конверт и протянул мне. Я неуверенно взяла его. Бумага была тяжёлой, дорогой, с золотым тиснением по краю. — Это приглашение на закрытое выступление в «Прометее», — тихо добавил он, оглядываясь по сторонам. Его голос стал ниже, а взгляд заметно напрягся. — Дата и время внутри.

— Но откуда?.. — Я радостно и одновременно растерянно посмотрела на него.

— Через моего отца, — вздохнул Тристан. — Мне пришлось долго его уговаривать. Он очень не хотел этого делать. — Тристан посмотрел мне в глаза, и я увидела, как ему тяжело даётся каждое слово. — Но… если ты не пойдёшь выступать в назначенное время, последствия могут быть очень серьёзными...

Он многозначительно посмотрел на меня. В его глазах читалась настоящая боль. По сути, он обрекал меня на огромный риск, а точнее на верную смерть. И я видела, как ему от этого плохо. Но я уже всё решила для себя. Прежде чем я самоуничтожусь, я хочу увидеть лицо убийцы Ханны. Хочу посмотреть ему в глаза и заставить заплатить.

— Не переживай за меня, — мягко сказала я и хотела взять его за руку, но вовремя остановилась, сжав пальцы в кулак. — Спасибо тебе огромное, Тристан. Без тебя ничего бы не вышло.

Вдруг позади машины Тристана резко затормозил чёрный внедорожник. Дверь открылась с громким щелчком, и из машины вышел Логан. Он выглядел откровенно злым, челюсть сжата, взгляд тяжёлый, в глазах горел едва сдерживаемый гнев. Он хлопнул дверью так, что машина слегка качнулась.

— Садись, — бросил он мне, даже не поздоровавшись. — Нужно поговорить. Срочно, — Логан почесал нос, косо глянул на Тристана и добавил уже жёстче: — В машину. Живо.

Я растерянно посмотрела на Тристана. Его обычное спокойствие как рукой сняло. Лицо стало напряжённым, плечи скованными, а в глазах мелькнуло что-то острое и неприятное. Ревность? Страх? Злость? Я не могла точно понять, но это было гораздо сильнее обычной обеспокоенности.

— Эм… Что случилось, Мистер Логан? — осторожно спросила я. — Репетиция будет в другом месте?

— Села в машину, — отрезал Логан, не дожидаясь ответа, развернулся и пошёл обратно к своему внедорожнику.

Я снова посмотрела на Тристана. Он стоял неподвижно, сжав челюсти так сильно, что на скулах выступили желваки. В его глазах было нечто такое, от чего у меня внутри всё сжалось.

— Тристан, я пойду, хорошо? — спросила я осторожно.

Он резко посмотрел на меня и медленно кивнул, затем пошел к своей машине. Он тяжело дышал, грудь поднималась и опускалась слишком быстро. Я видела, как ему хочется что-то сказать, но он молча сел за руль.

Я проводила машину Тристана долгим взглядом, пока красные габаритные огни не растворились, и тут я медленно пошла по мокрому тротуару к чёрному внедорожнику Логана. Он явно нервничал. Даже издалека было видно, как он теребит руль одной рукой, а пальцы другой засовывает в рот, покусывая ноготь. Когда я подошла ближе, Логан потянулся через пассажирское сиденье и резко открыл мне дверь. Я цокнула языком, но ничего не сказала, просто села в машину, захлопнув дверь чуть сильнее, чем нужно.

— Что случилось? — спросила я осторожно, стараясь говорить мягко, чтобы не спровоцировать его.

Логан резко обернулся ко мне. Его глаза были дикими, почти безумными. Я невольно застыла, вжимаясь в сиденье.

— Что случилось?! — рявкнул он так, что я вздрогнула. — Многое случилось, мать твою! А ты, как всегда, ничего не знаешь и даже не подозреваешь! Если бы меня не было рядом, ты бы уже давно лежала где-нибудь с перерезанным горлом, идиотина!

Я нахмурилась, пытаясь понять, что за дичь он несёт. Он что, решил так жестоко пошутить? Или действительно произошло что-то серьёзное? Но его глаза… в них не было ни капли юмора. Только ярость, смешанная с чем-то похожим на панику. Я молчала, не зная, что сказать. Логан завёл двигатель с резким рыком и рванул с места на такой скорости, что меня вдавило в сиденье.

— Я не пони… — начала я, глядя на него.

Этого оказалось достаточно, чтобы выбесить его окончательно. Он резко свернул в узкий тёмный переулок и ударил по тормозам так внезапно, что меня чуть не выбросило вперёд. Ремень безопасности больно врезался в грудь.

— Не что?! — заорал он.

В следующую секунду его левая рука метнулась вперёд и схватила меня за горло. Сильные пальцы впечатали меня в спинку сиденья. Логан наклонился вплотную, прижимаясь лбом к моему виску. От его дыхания мурашки побежали табуном.

— Ты всем первым встречным доверяешь, как маленький ребёнок? — прошипел он мне прямо в ухо. — Когда ты уже наконец повзрослеешь и научишься различать, где враг, а где друг? Из-за тебя вся моя операция может полететь к чертям собачьим!

Я пыталась вдохнуть, но его хватка была слишком сильной. Сердце колотилось где-то в горле.

— Объясни… что происходит… — с трудом выдавила я.

Логан немного ослабил пальцы, но не отпустил. Его лоб всё ещё прижимался к моему виску, а голос стал ниже:

— А ты знала, что твой драгоценный психолог Тристан связан с Хароном?

В этот момент мой мир рухнул. Всё внутри меня оборвалось. Воздух застрял в лёгких. Я смотрела на Логана широко раскрытыми глазами и не могла поверить тому, что услышала. Нет. Этого просто не может быть. Мне было бы легче поверить, что Логан — двойной агент, чем в то, что Тристан… Тристан, который обнимал меня всего пару часов назад, который смотрел на меня так нежно…

— Что за бред… — прошептала я, пытаясь оттолкнуть его руку от своего горла.

— Бред творится у тебя в голове! — рявкнул Логан и снова впечатал меня в сиденье, приближаясь вплотную. — Что ты ему рассказала про наше дело? Докладывай, Робертс. Ты в большой жопе.

На моих глазах наворачивались слёзы. Я сглотнула ком в горле, собираясь с мыслями. Нет. Я ни за что не поверю. Тристан очень меня ценит, я это чувствую. Он бы никогда не причинил мне боль. Никогда.

— Ничего… — голос предательски задрожал. — Я ему ничего не рассказывала!

— Ничего? — Логан хмыкнул с горькой усмешкой. — Докладывай. Всё. Сейчас.

Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. В голове крутилось только одно: как теперь объяснить Логану, что Тристан сделал для меня больше, чем он сам за всё это время?

— Поздно, — тихо усмехнулась я, хотя внутри всё дрожало. — Тристан смог достать мне приглашение в «Прометей» через своего отца. Теперь я должна выступать в клубе в назначенное время. Если не сделаю этого…

Я посмотрела Логану прямо в глаза и он застыл.

— Изабель… — Логан резко отпустил моё горло и откинулся назад, хватаясь обеими руками за свои волосы. — Как такая глупая, наивная девочка вообще взялась за расследование убийства своей сестры? Вот как? Объясни мне.

— Ты меня недооцениваешь, — парировала я, пытаясь отдышаться. — Благодаря Тристану мы…

— Ты меня не слышала?! — заорал он так громко, что я невольно вжалась в сиденье. — Твой Тристан связан с Хароном! Мой доверенный человек нарыл на него информацию из запрещённых источников, потому что я ему изначально не доверял. Твой драгоценный психолог уже три недели регулярно ходит в этот клуб!

Я замерла. Время словно остановилось. В ушах стоял звон. Он мне говорил, что никто не знает местонахождение клуба… А сам, оказывается, является там частым гостем? Но… это ещё ничего не значит. Он мог умолчать, чтобы не подвергать меня риску. Он всегда переживал за мою безопасность. К тому же, он стал гостем всего три недели назад — как раз после того, как познакомился со мной. Возможно, он попросил отца помочь ему попасть туда, чтобы собрать информацию. Всё логично. Логан просто паникует.

— А тебе не показалось странным, что он стал гостем именно после знакомства со мной? — спросила я, стараясь говорить спокойно. — Он пошёл туда, чтобы найти информацию для меня.

— Заткнись уже! — Логан взорвался, ударив ладонью по рулю. Машина коротко загудела. — Так ты в него влюблена, да? — добавил он уже чуть тише, но с той же ядовитой интонацией.

Я посмотрела на Логана, но ничего не ответила. Моё молчание стало для него красноречивее любых слов. Он тут же рассмеялся истерично.

— Конечно… Конечно ты в него втрескалась. Для тебя Тристан уже стал героем, а для меня — монстром. Но не всё то, чем кажется, Изабель. Меня бесит, что ты мыслишь только в одну сторону и даже не ставишь под сомнение свои розовые фантазии.

— Логан, он просто…

Но Логан не дал мне договорить. Его левая рука снова метнулась вперёд, закрывая мне рот, а сам он резко впечатал меня спиной в сиденье. Я задохнулась от неожиданности.

— Из-за любви к нему ты совершенно слепа, моя девочка, — прошипел он мне в лицо с досадой и горечью. — А теперь благодаря твоему ненаглядному ты стала их новой игрушкой. И тебя ждёт та же участь, что и Ханну с Лорен. Но тебе же плевать, да?

Мысли о том, чтобы расстаться с жизнью, посещали меня почти каждый день с тех пор, как умерла Ханна. Мной действительно двигало только желание узнать правду… и любовь к Тристану. Да, мне бы не хотелось жить дальше, но сама мысль о том, что перед смертью я почувствую боль, ужасно пугала. Я промычала что-то нечленораздельное, пытаясь вырваться, но Логан не понимал. Только через несколько секунд он, тяжело дыша, убрал руку.

— Со мной сидит живой труп, — хмыкнул он с горькой усмешкой.

— Ты так не уверен во мне, — злобно посмотрела я на него. — Я смогу добраться до него, вот увидишь. И ты мне тогда ещё «извини» скажешь на коленях, потому что был настоящим идиотом… — я начала тараторить, не давая ему перебить. — …который посмел усомниться в моих силах и возможностях. Ты меня совершенно не знаешь. Я очень целеустремлённая девочка, и меня только смерть может остановить…

Логан открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент в моем кармане зазвонил телефон. Я вздрогнула, достала его дрожащей рукой и ответила.

— Здравствуйте, мисс Робертс? — раздался в трубке женский голос.

— Да, это я… А вы кто? — насторожилась я.

— Я звоню вам из городской больницы. Нам очень жаль, но ваша мать скончалась десять минут назад. Врачи сделали всё возможное, но… они не смогли ей помочь. Примите наши искренние соболезнования.

В этот момент мой мир рухнул окончательно. То, что произошло несколько минут назад от слов Логана, было ничем по сравнению с тем, что я почувствовала сейчас. Мой единственный оставшийся близкий человек, последний якорь в этом мире, погиб. Снова. Мама так и не очнулась. Я так хотела, чтобы она пришла в себя, когда я наконец отомщу за Ханну, когда убийца будет лежать в гробу или гнить в тюрьме… Я не чувствовала ничего, кроме жгучей, разрывающей боли внутри. Она была такой сильной, что казалось, будто меня раздирают на части изнутри. Голос Логана доносился как сквозь толстый слой ваты, он что-то спрашивал, кричал, но я не могла разобрать ни слова. Мир сузился до одной точки, в ушах стоял оглушительный звон. А в следующую секунду я потеряла сознание.