Книжные черви и подозрительный галлеон
Вторая неделя февраля выдалась аномально тихой.
И это пугало Эллеанору больше, чем если бы в Большом зале взорвался ящик навозных бомб.
Джеймс, Сириус и Питер буквально поселились в библиотеке.
Каждый вечер после уроков эта троица, сгорбившись, сидела в самом дальнем углу, обложившись пыльными фолиантами.
— Лили, посмотри на них, — прошептала Элли, кивая в сторону парней. — Сириус не причесывался три дня. Джеймс забыл, как дышать в сторону твоего затылка. Питер вообще выглядит так, будто пытается съесть страницу от стресса. Что происходит?
Лили оторвалась от своего эссе.
— Может, они наконец-то поняли, что СОВ не за горами?
— На втором-то курсе? — Элли фыркнула и подбросила галлеон.
— Ставлю всё золото в моем кармане, что они замышляют что-то незаконное. Или очень глупое. Скорее всего, и то, и другое.
Эллеанора решила провести «разведку боем». Она бесшумно скользнула между стеллажами, сжимая в руке палочку.
У стола Мародеров царило напряжение.
— Если мы перепутаем фазу луны, мы превратимся в каких-нибудь недоделанных гибридов, — шептал Сириус, яростно листая книгу «Древние тайны трансформации».
— Главное — держать лист мандрагоры во рту целый месяц, — бормотал Джеймс. — Сириус, ты представляешь, как я буду с тобой спорить, не разжимая челюстей?
— Это будет лучший месяц в моей жизни, Поттер, — усмехнулся Блэк, не поднимая глаз.
Элли вышла из тени прямо за их спинами.
— И какой же вкус у мандрагоры, мальчики? Горький или с привкусом идиотизма?
Сириус подпрыгнул на месте, едва не сбив стопку книг. Джеймс мгновенно захлопнул тяжелый том, чуть не прищемив пальцы Питеру.
— Элли! — выдохнул Джеймс, натягивая самую фальшивую улыбку в истории Гриффиндора. — А мы тут… э-э… биологию учим. Роль растений в жизни магов.
— Биологию? — Элли прищурилась, переводя взгляд на Сириуса. У того на щеке было пятно от типографской краски, а глаза лихорадочно блестели.
— С каких пор вы стали фанатами гербария? Сириус, ты за последние два часа не отпустил ни одной шутки про Снейпа. Ты болен? Тебя укусил книжный червь-вампир?
Сириус быстро взял себя в руки. Он поднялся, медленно сокращая расстояние между ними, пока не оказался совсем рядом.
— Просто решил подтянуть успеваемость, Поттер. Хочу быть таким же умным, как ты. Чтобы соответствовать твоим высоким стандартам.
Он улыбнулся — той самой дерзкой, обволакивающей улыбкой, от которой у половины девчонок Хогвартса
подкашивались ноги.
Но Элли только приподняла бровь.
— Ставлю галлеон, Блэк, что ты врешь. Твои зрачки расширяются, когда ты пытаешься меня обмануть.
Сириус замер. Он и не знал, что она замечает такие детали. Его сердце предательски ускорило ритм, но не от страха разоблачения, а от того, как внимательно она на него смотрела.
— Расширяются, говоришь? — он понизил голос до шепота, склоняясь к её уху.
— Может, это не из-за вранья, Элли? Может, мне просто нравится, что ты так пристально за мной следишь?
Элли почувствовала, как щеки обдает жаром. Она быстро сделала шаг назад, крутя монету в пальцах.
— Пытаешься сбить меня с толку своим обаянием? Старый трюк. Не сработает.
Она бросила взгляд на закрытую книгу. «Анимагия» — гласил корешок, который Джеймс не успел полностью прикрыть мантией.
Элли на секунду замерла. Её мозг мгновенно сложил пазл: Римус, его ежемесячные исчезновения, его болезненный вид… и эта внезапная одержимость друзей сложной трансформацией.
Она посмотрела на Сириуса. На этот раз серьезно. Без насмешки.
— Вы сумасшедшие, — тихо сказала она.
Сириус перестал улыбаться. Он понял, что она догадалась.
— Мы сделаем это ради него, Эл. Чего бы нам это ни стоило.
Эллеанора посмотрела на брата, на Питера и снова на Сириуса. Её азартная натура боролась с логикой, но преданность друзьям (и брату) победила.
Она достала свой галлеон и с силой вжала его в ладонь Сириуса.
— Ставлю всё, что у меня есть, что вы не справитесь без меня. Кто-то же должен следить за временем и фазами луны, пока вы будете ходить с травой во рту.
Сириус сжал её руку, не отпуская галлеон.
— Ты с нами?
— Я Поттер, Блэк. Мы никогда не бросаем своих в беде. Особенно таких безнадежных идиотов, как вы.
Джеймс радостно выдохнул, а Сириус просто смотрел на неё, чувствуя, как внутри разливается странное тепло. Теперь это было их общее дело. Их общий секрет.
В гостиной Гриффиндора было шумно. Джеймс пытался произвести впечатление на Лили, показывая фокусы с золотым снитчем, который он «случайно» вытащил из сумки капитана команды.
Сириус сидел в глубоком кресле у камина, но вместо того, чтобы подкалывать Джеймса, он внимательно наблюдал за Эллеанорой.
Она сидела на ковре, расстелив перед собой карту звездного неба, и что-то быстро записывала в блокнот. Её белый Арткур (кот) развалился прямо на чертежах, лениво подергивая хвостом.
— Поттер, ты за последнюю неделю провела в библиотеке больше времени, чем за весь прошлый год, — подал голос Сириус, подбрасывая в руке свой галлеон.
— Ставлю два золотых, что ты нашла там что-то интереснее, чем скучные лекции Бинса.
Элли даже не подняла головы. Её рука с пером замерла лишь на секунду.
— Просто расширяю кругозор, Блэк. Тебе бы тоже не помешало. Твой мозг скоро превратится в тыквенное пюре от постоянных мыслей о том, как бы подстроить ловушку Филчу.
— Обидно, — усмехнулся Сириус, сползая с кресла на ковер рядом с ней.
— Мой мозг занят гораздо более сложными расчетами. Например, я пытаюсь понять, почему от тебя пахнет снегом и сосновой хвоей, хотя на улице середина февраля и ты «якобы» не выходишь из замка.
Элли замерла. Она медленно повернула голову к нему. В отсветах камина её кудри казались золотистыми, а веснушки на носу — ярче, чем обычно. Сириус был слишком близко. Слишком проницателен.
— У меня новые духи, — не моргнув глазом, соврала она. — «Зимний лес». Очень популярны в Париже.
— Да неужели? — Сириус прищурился, глядя ей прямо в глаза.
— Ставлю галлеон, что ты врешь.
Элли выдержала его взгляд. Внутри неё хищно улыбнулась белая волчица, но снаружи она лишь дерзко приподняла бровь.
— Принимаю ставку. Докажи.
Сириус подался вперед. Теперь между их лицами оставалось всего несколько сантиметров. Он чувствовал тепло, исходящее от неё, и видел, как расширились её зрачки — то ли от азарта, то ли от того, что он подошел слишком близко.
— Твои губы дрогнули, когда ты сказала «Париж», — прошептал он, не сводя глаз с её губ.
— Ты ненавидишь французскую моду. Ты всегда говорила, что лучше наденешь мешок из-под картошки, чем эти кружева.
Элли почувствовала, как сердце пропустило удар. Он помнил такие мелочи?
— Ладно, — выдохнула она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Снег и хвоя — это потому что я открывала окно в астрономической башне. Там лучше видно звезды. Доволен, детектив Блэк?
— Почти, — Сириус улыбнулся своей фирменной «сокрушительной» улыбкой и протянул руку, чтобы убрать непослушную кудряшку с её лба. Его пальцы на секунду задержались на её коже.
— Пять галлеонов, Элли. Ты проиграла.
— Запиши на мой счет, — она быстро отвернулась к карте, чувствуя, как горят щеки.
— И вообще, иди помоги Джеймсу, он сейчас уронит снитч прямо в суп Римусу.
Сириус тихо рассмеялся, поднимаясь. Он чувствовал, что Эллеанора скрывает что-то грандиозное, что-то дикое и сильное. И это сводило его с ума от любопытства.
— Знаешь, Поттер… — бросил он уже от двери спальни. — В этом твоем «Зимнем лесе» есть что-то такое… что заставляет меня хотеть пойти за тобой хоть на край света. Даже если там будет Филч с цепями.
Элли швырнула в него подушкой, но когда он скрылся за дверью, она прижала ладонь к тому месту на лбу, которого он коснулся.
— Если бы ты знал, Блэк… — прошептала она, и её глаза на мгновение сверкнули серебром. — Ты бы уже давно бежал рядом.Подземелья всегда навевали на Элли тоску, но уроки
Зельеварения со Слизерином — это был отдельный вид испытания для нервов. Воздух в кабинете был тяжелым, пропитанным запахом сушеной змеиной кожи и маринада.
Элли сидела за одним котлом с Сириусом. Это было их стратегическое решение: она следила за точностью нарезки, а он — за тем, чтобы никто из слизеринцев не подбросил им в котел порошок из когтей дракона.
Напротив них, сгорбившись над своим идеально прозрачным зельем, сидел Северус Снейп и Регулус Блэк. Он работал молча, но его взгляд то и дело неприятно проходился по взъерошенным волосам Джеймса за соседней партой.
— Мисс Поттер, — раздался холодный, тихий голос профессора Слагхорна из глубины класса, но Снейп опередил его, подав голос первым.
— Кажется, у вашей сестры, Поттер, проблемы с концентрацией, — Снейп даже не поднял головы от своего котла. — Она добавила иглы дикобраза раньше, чем зелье остыло. Типичная поспешность... Гриффиндорская самоуверенность всегда идет впереди мозгов.
Класс затих. Джеймс уже потянулся за палочкой, его лицо пошло пятнами от злости.
— Заткнись, Сопливиус, — выплюнул Джеймс.
Но прежде чем он успел вскочить, Сириус медленно отложил свой нож для нарезки корней. Он не кричал. Он просто посмотрел на Снейпа тем самым ледяным взглядом чистокровного Блэка, который обычно приберегал для официальных семейных портретов.
— Повтори, что ты сказал, Снейп, — голос Сириуса был тихим, но в нем слышался звон стали.
— Я сказал, что её работа посредственна, как и её манеры, — Снейп наконец поднял глаза, кривя губы.
— Она больше занята своим золотым галлеоном, чем уроком.
Сириус встал. Медленно. Весь его расслабленный вид исчез. Он заслонил собой Элли, упираясь руками в край парты Снейпа.
— Слушай меня внимательно, Нюниус. Эллеанора нарезала корень мандрагоры ровнее, чем ты когда-либо сможешь нарезать свои сальные волосы. И если ты еще раз откроешь свой рот в её сторону, я позабочусь о том, чтобы твое следующее зелье взорвалось прямо у тебя под носом. Причем без использования магии. Просто потому, что ты мне надоел.
Снейп побледнел, его пальцы сильнее сжали палочку под столом.
— Блэк, сядьте на место! — крикнул Слагхорн(Слизнорт) , засуетившись.
— Я сяду, профессор, — Сириус продолжал смотреть в упор на Снейпа. — Но только когда этот гений признает, что ошибся. Зелье Элли идеальное. Посмотрите на цвет.
Элли посмотрела в свой котел. Оно действительно было идеально бирюзовым — именно таким, как в учебнике. Она и не заметила, как довела его до нужной кондиции, пока Сириус отвлекал внимание на себя.
Сириус вернулся на место, нарочито громко задев плечом парту Слизерина. Он сел рядом с Элли и, не глядя на неё, прошептал:
— Ставлю галлеон, Поттер, что он сейчас лопнет от злости.
Элли чувствовала, как внутри всё дрожит — не от страха, а от того, как уверенно и яростно Сириус её защитил. Она придвинулась чуть ближе к нему под столом, так что их плечи соприкоснулись.
— Пять галлеонов, Сириус, — тихо ответила она. — И спасибо.
Сириус наконец повернулся к ней. В его глазах больше не было льда — только то самое мягкое тепло, которое он показывал только ей и Джеймсу.
— Не за что, Элли, — он подмигнул ей. — Никто не смеет говорить о Поттерах гадости, пока я рядом. Особенно о тебе.
Элли улыбнулась, и в этот момент подземелья Хогвартса уже не казались такими мрачными..
После того самого урока Зельеварения.
Элли сидела на подоконнике в пустом коридоре, подбрасывая свой галлеон. Монета взлетала, сверкала в лучах заходящего солнца и с приятным звоном падала обратно в ладонь.
— Пять галлеонов, Блэк. Ты проспорил, — не оборачиваясь, сказала она, когда услышала знакомые шаги.
Сириус остановился рядом, прислонившись спиной к каменной стене. Его галстук был развязан, а волосы растрепаны еще сильнее, чем обычно.
— Я признаю поражение, Поттер, — он вытащил из кармана пригоршню золотых монет и, не глядя, протянул ей.
— Но согласись, лицо Снейпа стоило того, чтобы разориться.
Элли наконец повернулась к нему. Она спрыгнула с подоконника, оказавшись с ним почти одного роста.
— Зачем ты это сделал, Сириус? Джеймс бы и сам справился. Ты же знаешь, я не нуждаюсь в защите от Нюниуса.
Сириус вдруг перестал улыбаться. Он сделал шаг вперед, вторгаясь в её личное пространство. От него пахло кожей и чем-то неуловимо «блэковским» — дорогим и мятежным одновременно.
— Джеймс защищал честь фамилии, — тихо произнес он, глядя ей прямо в глаза. — А я защищал тебя. Есть разница, Эл?
Он медленно протянул руку и коснулся той самой серебряной заколочки «E.P.», про которую написано у тебя на карточке. Его пальцы случайно задели её кудряшку, которая, как по сценарию, выбилась и упала на глаза.
— Ты слишком много на себя берешь, Блэк, — прошептала Элли, хотя её сердце предательски ускорило ритм.
— Ставлю галлеон… — Сириус склонился ниже, его голос стал совсем низким, — что ты сейчас хочешь не спорить со мной, а пойти со мной на кухню за горячим шоколадом.
Элли на мгновение замерла, глядя на его губы, на которых заиграла привычная дерзкая ухмылка.
— Проиграл, — она ловко вывернулась из-под его руки и направилась в сторону гостиной.
— Я хочу не просто шоколад, а шоколад с корицей. И ты его несешь.
Сириус на секунду застыл, а потом рассмеялся на весь коридор и бросился догонять её.
— Поттер! Ты невозможна!