Глава 14
Две недели спустя. Финал сезона. Гран-при Абу-Даби.
Яс-Марина встречала их закатом. Небо над Аравийским полуостровом полыхало оранжевым и розовым, отражаясь в воде залива, а трасса сверкала огнями, как новогодняя ёлка. Последняя гонка сезона. Финал. Здесь всё должно было закончиться.
Элла стояла на пит-уолл, сжимая планшет, и смотрела на мониторы. По итогам квалификации Кими — второй, уступил Ferrari на три сотых. Оливер — четвёртый. Отличная позиция для Haas. Отличная позиция для финала.
Она знала, что сегодня всё решится.
— Элла, — раздался голос Кими за спиной. Он еще был в комбинезоне, шлем держал под мышкой. — Ты нервничаешь?
— Нет, — соврала она.
— Врёшь, — он усмехнулся. — У тебя руки дрожат.
Элла посмотрела на свои руки. Действительно дрожали.
— Всё будет хорошо, — сказал Кими. — Они клюнули. Я видел их болид на прогревочном круге. Задница прыгает в третьем секторе, как у жеребца. Они перестроили подвеску под наши фальшивые чертежи.
— Ты уверен?
— Абсолютно. — Он надел шлем. — Я выиграю эту гонку. Не ради чемпионства. Ради того, чтобы ты увидела его лицо, когда он поймёт.
Он ушёл к машине.
Элла смотрела ему вслед и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле.
«Пожалуйста, пусть это сработает», — подумала она.
//////
Гонка.
Старт прошёл чисто — Кими сохранил вторую позицию, Оливер шёл четвёртым. Первые десять кругов ничего не предвещало беды.
На одиннадцатом круге Оливер начал терять темп.
Элла видела это на мониторах — его время на круге упало на полсекунды. Потом ещё на полсекунды. Машина стала неуправляемой в быстрых поворотах — задница прыгала, как и говорил Кими.
— Что с ним? — спросил кто-то из инженеров.
— Понятия не имею, — ответил другой. — Может, резину убил.
Элла молчала. Она знала в чем проблема на самом деле.
На двадцатом круге Оливер заехал в боксы. Механики Haas суетились вокруг его машины, проверяли подвеску, меняли настройки. Ничего не помогало.
— Это аэродинамика, — сказал по радио инженер Haas. — Что-то не так с задним антикрылом.
— У нас нет другого, — ответил Оливер. — Оставьте как есть. Буду выжимать максимум.
Он вернулся на трассу, но темп не вернулся.
К финишу Оливер приехал тринадцатым. Не в очках. Не в топ-10.
Кими финишировал первым.
///////
Подиум.
Элла стояла внизу, смотрела, как Кими поднимается на верхнюю ступень. Он был мокрым от пота и шампанского, счастливым, свободным. Он поймал её взгляд и улыбнулся — той редкой улыбкой, которую показывал только ей.
Она улыбнулась в ответ.
Потом взяла бутылку шампанского и пошла в боксы Haas.
///////
Боксы Haas. Пятнадцать минут спустя.
Элла шла по пит-лейн с бутылкой в руке. За ней никто не шёл — она запретила сопровождать. Это был её момент.
Механики Haas обернулись, когда она вошла. Кто-то удивлённо поднял бровь, кто-то напрягся. Отношения между Mercedes и Haas были натянутыми — конкуренция, борьба за места в чемпионате.
Элла улыбнулась им. Не той дежурной улыбкой, которую раздавала журналистам. Другой — холодной, уверенной.
— Пришла поздравить? — спросил кто-то из механиков.
— Можно и так сказать, — ответила Элла.
Она прошла вглубь боксов, туда, где Оливер сидел на ящике с инструментами, сняв шлем. Его лицо было красным от злости и разочарования. Рядом с ним стоял главный инженер Haas, что-то объясняя по телефону.
Оливер поднял голову, увидел Эллу. Его глаза сузились.
— Ты, — сказал он. — Это ты сделала.
— Я, — спокойно ответила Элла. — Пришла поздравить тебя с тринадцатым местом. И с окончанием твоей карьеры.
Он вскочил.
— Ты подставила меня! Ты и твои фальшивые документы!
— Ты подставил себя сам, — сказала Элла. — Ты поверил Мие. Ты перестроил болид под данные, которые получил от неё. Ты нарушил правила. Я просто… дала тебе возможность это сделать.
Механики замерли. Кто-то из них переглянулся.
— Ты ничего не докажешь, — прошипел Оливер, подходя ближе. — У тебя нет доказательств.
— Нет? — Элла достала телефон, показала экран. — А это? Переписка Мии с твоими инженерами. Логи передачи данных. И показания Лейлы — той самой, которая передала Мии документы. Она уже дала показания FIA.
Оливер побледнел.
— Ты… ты всё спланировала.
— С того самого дня, как узнала, что ты спал с Мией, — сказала Элла. — Ты использовал меня. Ты планировал украсть контракт у моей команды. Ты думал, что я буду сидеть и плакать?
Она сделала шаг вперёд.
— Я — Вольфф. Я не плачу. Я действую.
— Ты разрушила мою карьеру, — голос Оливера дрогнул.
— Ты разрушил её сам, — сказала Элла. — В тот момент, когда решил, что победа важнее чести.
Она поставила бутылку шампанского на ящик рядом с ним.
— Это тебе. Чтобы было чем запить горечь поражения.
Она развернулась и пошла к выходу.
— Элла! — крикнул Оливер.
Она остановилась, не оборачиваясь.
— Ты пожалеешь, — сказал он.
— Уже нет, — ответила она. — Я пожалела, когда согласилась на отношения с тобой, с тех пор — ни разу.
Она вышла из боксов Haas, оставив за собой гробовую тишину.
//////
Пит-лейн. Через несколько минут.
Кими ждал её у выхода.
— Я видел, — сказал он. — Ты была великолепна.
— Я была жестока, — поправила Элла.
— Это одно и то же, — он улыбнулся. — Ты в порядке?
— Не знаю, — честно сказала Элла. — Но чувствую себя лучше, чем утром.
Кими кивнул.
— Пойдём, — сказал он. — У нас своя вечеринка. Без них.
Он протянул руку.
Элла посмотрела на его ладонь. Подумала секунду. Потом взяла.
Они пошли вместе по пит-лейн, под огнями трассы, под взглядами механиков и журналистов. Элла не смотрела по сторонам. Она смотрела только вперёд.
Впервые за долгое время — без страха.