Глава 2
Две недели спустя. Гран-при Монако.
Мия оказалась идеальной ассистенткой.
Элла не хотела в это верить — слишком хорошо, чтобы быть правдой, — но факты оставались фактами. За четырнадцать дней Мия ни разу не опоздала, не перепутала кофе (капучино с ореховым сиропом для Эллы, чёрный без сахара для Тото, зелёный чай с мятой для Кими, хотя он никогда его не пил и каждый раз молча отодвигал чашку). Она помнила дни рождения всех механиков — всех сорока трёх человек, включая стажёра, который пришёл неделю назад. Она никогда не жаловалась, никогда не просила выходной, никогда не смотрела на часы в ожидании конца смены.
— Она робот, — сказал как-то главный инженер, глядя, как Мия раскладывает пресс-киты по алфавиту в пять утра. — Ты нашла чёртового робота, Элла.
Элла усмехнулась, но внутри что-то кольнуло. Слишком идеально. Слишком гладко. Как будто Мия репетировала каждое движение.
Но она отогнала эту мысль. Не все люди — циники. Не все хотят тебя обмануть. Иногда человек просто… старается.
Сегодня, перед третьей практикой в Монако, Элла поймала себя на том, что впервые за долгое время не думает о работе. Она сидела в моторхоуме, пила остывший кофе и смотрела в окно на трассу, где болиды мелькали между стенами как пули.
Вошла Мия с пачкой документов.
— Элла, вот одобрение на интервью с Canal+. Они хотят взять его у Кими после квалификации.
— Отлично, — кивнула Элла, не поворачиваясь. — Положи на стол.
Мия положила папку и замерла.
— Можно спросить?
— Спрашивай.
— Вы когда-нибудь устаёте? — голос Мии был тихим, почти робким. — Вы работаете больше всех в команде. Вы спите меньше всех. Вы тащите на себе Кими, его репутацию, его интервью, его скандалы. Вы не боитесь, что однажды… сломаетесь?
Элла наконец повернулась.
Мия стояла у стола, сложив руки перед собой. В её глазах не было жалости — было что-то другое. Понимание? Сочувствие? Элла не могла разобрать.
— Боюсь, — честно сказала Элла. — Но если я сломаюсь, Кими останется без защиты. А он… — она запнулась, подбирая слова. — Он талантливый идиот, который не умеет разговаривать с людьми. Кто ещё объяснит журналистам, почему он послал их на три буквы?
Мия улыбнулась.
— Вы его любите, — сказала она.
— Люблю? — Элла хмыкнула. — Я работаю на него. Это разные вещи.
— Не похоже, — мягко сказала Мия.
Повисла пауза. Элла хотела ответить что-то колкое — о границах, о субординации, о том, что ассистентке не место в её личных делах, — но не успела.
Дверь распахнулась, и в моторхоум влетел Кими.
Он был в расстёгнутом комбинезоне, мокрый от пота — только что вылез из кокпита. Наушники болтались на шее. Лицо красное, взгляд злой.
— Эта машина — говно, — заявил он вместо приветствия. — Я теряю полсекунды в третьем секторе из-за недостаточной поворачиваемости, а инженеры говорят, что это мои руки. Мои руки, Элла! Два года в команде, а они всё ещё считают, что я не умею…
— Дыши, — перебила Элла, вставая. — Ты пил воду?
— Не хочу.
— Пей, — она сунула ему бутылку. — Ты красный как рак. Если упадёшь в обморок перед камерами, я напишу пресс-релиз, что у тебя анемия, и ты будешь выглядеть слабаком.
Кими скривился, но сделал глоток.
Только тогда он заметил Мию. Она стояла в углу с папкой, стараясь стать невидимкой.
Кими посмотрел на неё. Долго. С тем же выражением, что и две недели назад — оценивающе, холодно, как на чужую деталь, которую подсунули в его болид без спроса.
— Всё ещё здесь, — сказал он не вопросом.
— Я на испытательном сроке, — тихо ответила Мия.
— Знаю, — Кими перевёл взгляд на Эллу. — Ты уверена, что она нам нужна? У нас и так тесно.
— Она нужна мне, — отрезала Элла. — У тебя есть замечания по работе?
Кими помолчал.
— Нет, — сказал он наконец. — Но будут.
Он вышел так же внезапно, как и вошёл. Дверь хлопнула.
Мия выдохнула. Её пальцы дрожали.
— Не бойся его, — сказала Элла. — Он кусается, но без зубов.
— Я не боюсь, — ответила Мия, но голос дрогнул.
Элла положила руку ей на плечо.
— Иди, отдохни. До квалификации три часа. Приготовь пресс-кит для Canal+, и будем считать, что день удался.
Мия кивнула и выскользнула из моторхоума.
Элла осталась одна.
Она села обратно на стул, взяла остывший кофе и сделала глоток. Горький. Как всегда.
В голове крутилась фраза Мии: «Вы его любите».
Вздор. Конечно, не любит. Он её пилот. Её работа. Её головная боль. Списывать долгие ночи, потраченные на его пресс-релизы, на любовь — глупо.
И всё же.
Элла достала телефон. Сообщение от Оливера: «Сегодня вечером? Я скучаю».
Она улыбнулась и набрала ответ: «Да. После квалификации. Жди в отеле».
С Кими всё просто. С Оливером — тоже. Две параллельные линии, которые никогда не пересекутся.
Элла убрала телефон и вернулась к работе.
//////
Перед вечерней практикой Элла заметила кое-что странное.
Она вышла из моторхоума, чтобы встретиться с пресс-атташе FIA, и проходила мимо боксов Haas. Команда Оливера. Она старалась не смотреть туда слишком часто — чтобы не выдать себя, чтобы никто не догадался об их романе.
Но сегодня она замерла.
Мия стояла у входа в боксы Haas. Она разговаривала с Оливером.
Они стояли близко — ближе, чем положено при случайной встрече. Мия что-то говорила, Оливер слушал, наклонив голову. Потом он рассмеялся — громко, по-свойски — и положил руку ей на плечо.
Элла моргнула.
Сердце ёкнуло. Потом забилось быстрее. Потом она рассердилась на себя за то, что сердце вообще отреагировало.
Мия — её ассистентка. Оливер — её парень. Конечно, они знакомы. Мия работает на пит-лейне, Оливер — пилот. Они могут случайно столкнуться.
Ничего особенного.
Мия заметила Эллу. Её лицо на секунду изменилось — испуг? вина? — а потом снова стало идеальным. Она улыбнулась, помахала рукой и быстрым шагом направилась к ней.
— Элла! Я как раз искала вас. Пресс-кит готов. Я оставила на вашем столе.
— Я видела, — сказала Элла, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Ты говорила с Оливером?
— А, да! — Мия отмахнулась. — Он спросил, где туалет для пилотов. Я показала. Он поблагодарил.
— Он поблагодарил, — повторила Элла.
— Да. Сказал, что у меня приятная улыбка, — Мия засмеялась, и смех прозвучал легко, естественно. — Представляете? Я сказала ему спасибо и ушла.
Элла смотрела на неё. На её открытое лицо. На лёгкий румянец. На улыбку, которая казалась такой искренней.
«Паранойя», — подумала Элла. — «У тебя паранойя, Вольфф».
— Хорошо, — сказала она. — Иди работай.
Мия кивнула и исчезла в толпе механиков.
Элла постояла ещё минуту, глядя на боксы Haas. Оливер уже ушёл.
«Ты слишком много думаешь», — сказала она себе. — «У тебя гонка через два часа. Соберись».
Она развернулась и пошла обратно в моторхоум.
///////
Вечер. Квалификация.
Кими квалифицировался вторым — уступил поул Оливеру, который выжал из болида что-то нечеловеческое на последнем круге.
Элла стояла на пит-уолл, слушая, как Кими ругается по радио.
— Он вытеснил меня в шикане! Ты видел? Он вытеснил меня, сука!
— Остынь, — ответил инженер. — Мы разберёмся.
Элла сжала планшет так, что побелели костяшки.
После квалификации она спустилась в боксы. Кими уже вылез из машины, сорвал шлем и швырнул его в стену. Шлем отскочил и покатился по бетонному полу.
— Антонелли! — рявкнула Элла. — Прекрати!
— Он жульничает, — прошипел Кими. — Твой… — он запнулся, подавил слово. — Он жульничает. Ты знаешь это.
— Я знаю, что если ты сейчас устроишь сцену, завтра все газеты напишут, что ты нытик, которому место в Формуле-2, — отрезала Элла. — Иди в моторхоум. Пей воду. Успокаивайся.
Кими сверкнул глазами, но послушался.
Он ушёл, а Элла осталась стоять в боксах, глядя на монитор, где повторяли последний круг Оливера.
Со стороны это выглядело чисто. Но Кими не врал. Если он говорит, что его вытеснили, значит, его вытеснили.
— Элла?
Она обернулась.
Мия стояла с бутылкой воды в руках.
— Я принесла Кими, но он сказал, что не хочет, — она виновато улыбнулась. — Может, вы отнесёте? Он вас слушается.
— Не всегда, — сказала Элла, забирая бутылку.
Мия не уходила. Она смотрела на монитор, где Оливер стоял возле своего бокса с инженерами, улыбался и махал камерам.
— Он красивый, — сказала Мия.
— Кто? — Элла напряглась.
— Оливер. Он всегда так уверенно выглядит. Как будто ему не страшно.
— Всегда страшно, — тихо сказала Элла. — Просто хорошие пилоты не показывают этого.
Мия кивнула.
— Вы с ним знакомы? — спросила она, и в голосе не было ничего, кроме обычного любопытства.
— Мы работаем в одном paddock, — уклончиво ответила Элла. — Неизбежно пересекаемся.
— Понятно, — Мия снова улыбнулась. — Ладно, я пойду проверю, как там пресс-кит. Хорошего вечера, Элла.
Она ушла.
Элла осталась одна в боксах.
Она смотрела на монитор, где Оливер обнимал своего инженера. Потом перевела взгляд туда, где только что стояла Мия.
«Паранойя, — снова сказала она себе. — У тебя просто тяжелый день».
Она взяла бутылку воды и пошла к моторхоуму — мирить Кими с реальностью.
///////
Поздний вечер. Отель.
Элла лежала на кровати в номере Оливера. За окнами шумел Монако — дорогие машины, пьяные туристы, смех.
Оливер вышел из душа, вытирая волосы полотенцем.
— Ты сегодня была на пит-уолл такая красивая, — сказал он, бросая полотенце на стул. — Когда злишься, у тебя глаза темнеют. Я люблю это.
— Ты жульничал в квалификации, — сказала Элла, как есть.
Оливер замер.
— Что?
— Кими сказал, ты вытеснил его в шикане.
— Кими — нытик, который не умеет проигрывать, — Оливер лёг рядом, обнял её за талию. — Ты же знаешь это.
— Я знаю, что он не врёт, — Элла повернулась к нему лицом. — Оливер, если FIA заметит…
— Не заметит, — он поцеловал её в лоб. — Всё чисто. Ты слишком много работаешь, у тебя паранойя.
Элла хотела возразить, но он поцеловал её снова — на этот раз в губы, и мысли спутались.
— Кстати, — сказал Оливер между поцелуями, — твоя новая ассистентка… Мия? Она симпатичная.
Элла отстранилась.
— Что?
— Просто говорю, — он улыбнулся своей мальчишеской улыбкой. — У неё приятная улыбка.
— Ты уже говорил ей это сегодня, — сказала Элла. — Когда она показывала тебе туалет.
Оливер моргнул.
— А, да. Я забыл. Ты видела?
— Случайно, — Элла села на кровати. — Она сказала, что ты спросил про туалет.
— Ну да, — Оливер пожал плечами. — А что такого? Она милая девушка. Я был вежлив.
Элла смотрела на него.
Он выглядел искренним. Беззаботным. Как будто ничего не случилось.
«Паранойя», — в сотый раз подумала Элла.
— Всё в порядке? — спросил Оливер.
— Всё в порядке, — соврала она.
Она легла обратно, положила голову ему на плечо и закрыла глаза.
Но заснула не скоро.
Перед глазами стояла улыбка Мии.