Слепая зона

Кабинет Эллы Вольфф находился в моторхоуме Mercedes — тесной металлической коробке, которая пахла кофе, резиной и чужим потом. Кондиционер работал на полную, но всё равно было душно. За окнами, на трассе, ревели двигатели — шла вторая свободная практика перед Гран-при Имолы.

Элла сидела за столом, подперев щёку ладонью, и смотрела на три резюме, разложенных веером.

Одному кандидату было под пятьдесят — слишком опытный, будет пытаться управлять ею. Второй работал в Ferrari три года — потенциальный шпион, даже если клялся в лояльности. Третий… третий был ошибкой. Она случайно нажала «сохранить», когда просматривала базу стажёров.

Двадцать два года. Ни одного полноценного сезона в автоспорте. Рекомендации — только университетские.

«Самоубийство», — подумала Элла и уже хотела нажать «отказать», когда в дверь постучали.

— Войдите, — сказала она, не поднимая головы.

Дверь открылась, и в кабинет вошла девушка. Невысокая, с каштановыми волосами, собранными в низкий хвост, и такой открытой, такой искренней улыбкой, что Элла невольно выпрямилась.

— Мисс Вольфф? — голос мягкий, с лёгкой дрожью. — Я Мия Чен. У меня была назначена встреча на три часа.

Элла бросила взгляд на часы. 14:58.

— Вы рано, — заметила она.

— Я волнуюсь, — честно призналась Мия. — Решила, что лучше прийти заранее, чем опоздать.

Элла кивнула на стул напротив:

— Садитесь.

Мия села, положила на колени сумку — простую, кожаную, потёртую на углах — и замерла. Её пальцы слегка дрожали, но взгляд был цепким, живым. Она смотрела не на дипломы на стене, не на фотографию Эллы и Тото с чемпионским кубком. Она смотрела на Эллу.

Это было необычно.

— Вы знаете, зачем мы здесь? — спросила Элла, листая резюме Мии уже в который раз. — Должность ассистента PR-менеджера — не самая престижная. Вы будете делать кофе, заказывать обеды, отвечать на звонки, которые никто не хочет брать. И за это вам будут платить минимальную ставку.

— Знаю, — кивнула Мия.

— И вы всё равно хотите работать здесь?

— Я хочу работать с вами, — поправила Мия.

Элла подняла бровь.

— Слушайте, Мия. Я ценю лесть, но у меня нет времени…

— Это не лесть, — перебила Мия и тут же прикусила губу, словно испугалась собственной дерзости. — Простите. Я не хотела вас перебивать. Просто… я читала ваши пресс-релизы. Все. Начиная с того, что вы написали после аварии в Имоле два года назад.

Элла замерла.

Два года назад. Первая гонка Кими Антонелли в Формуле-1. Он тогда разбился в первом же повороте — ошибка новичка, перетормозил, вылетел в стену. Машина превратилась в груду металла, Кими отделался сотрясением, но пресса рвала его на части: «Недостоин места в Mercedes», «Сынок Тото», «Позор династии».

Элла написала тот пресс-релиз за два часа, не спав всю ночь. Она не стала оправдываться. Она просто сказала правду: «Кими Антонелли ошибся. Как ошибались Хэмилтон, Шумахер, Сенна. Разница в том, что они встали и пошли дальше. Кими тоже встанет».

Этот релиз цитировали полгода.

— Вы помните тот текст? — спросила Элла, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно.

— Я перечитывала его раз десять, — сказала Мия. — Вы не стали его защищать. Вы сказали, что он ошибся. И что это нормально. Вы дали ему право на ошибку. Знаете, как редко в этом спорте кто-то даёт тебе право на ошибку?

Элла откинулась на спинку кресла.

Она смотрела на Мию — на её горящие глаза, на нервные пальцы, на потёртую сумку — и чувствовала что-то, что давно не чувствовала. Симпатию.

— У вас нет опыта, — сказала Элла.

— У меня есть желание учиться, — ответила Мия.

— У вас нет рекомендаций.

— Я принесла примеры своих работ. Если вы дадите мне пять минут, я покажу.

— Давайте три, — усмехнулась Элла.

Мия открыла сумку, достала папку — бумажную, старомодную, в то время как все уже перешли на планшеты — и протянула Элле.

Элла пролистала. Проекты соцсетей для местной гоночной серии. Пресс-релизы для картинговой команды. Интервью с механиками, которые она брала лично, без помощи пиарщиков.

Всё это было… мило. Непрофессионально, но живо. С душой.

— Вы хотите попасть в Формулу-1, — сказала Элла, закрывая папку.

— Я хочу попасть к вам, — снова поправила Мия.

— Почему ко мне? — Элла подалась вперёд. — Я дочь Тото. Многие думают, что я получила эту должность только из-за фамилии. Вы не боитесь, что моя репутация испортит вашу карьеру?

Мия посмотрела ей прямо в глаза. Без страха. Без заискивания.

— Я знаю, что вы получили эту должность, потому что вы лучшая, — сказала Мия. — Я читала ваши релизы. Я смотрела ваши интервью. Я знаю, что вы работаете по семнадцать часов в сутки, что вы спите в офисе перед гонками и что Кими Антонелли не подписал бы новый контракт, если бы вы не настояли. Вас боятся. Вас уважают. Вы — Вольфф. Но не потому, что ваш отец Тото. А потому, что вы сами — Элла.

В кабинете повисла тишина.

Снаружи всё ещё ревели двигатели. Где-то за стеной ругались механики. Телефон Эллы завибрировал — сообщение от Оливера: «Скучаю. Увидимся вечером?» — но она не посмотрела.

Она смотрела на Мию.

— Испытательный срок — три месяца, — сказала Элла. — Если вы опоздаете хоть раз, если ошибётесь в дате, если перепутаете кофе — вы улетите быстрее, чем болид на прямом участке.

Мия выдохнула. Улыбнулась. Та самая открытая улыбка, которая появилась в дверях.

— Я не подведу вас, мисс Вольфф.

— Зови меня просто Элла, — сказала Элла. — И давай сразу договоримся: здесь нет никаких «мисс». Только работа. И, — она подняла палец, — никакой личной жизни. Ты здесь, чтобы помогать мне делать Кими чемпионом. Всё остальное неважно.

— Договорились, — кивнула Мия.

В дверь снова постучали. На этот раз не дожидаясь ответа.

В кабинет зашёл Кими Антонелли — растрёпанный, в гоночном комбинезоне, расстёгнутом до пояса. Он только что вылез из машины, на шее ещё висели наушники.

— Элла, мне нужно… — начал он и запнулся, заметив Мию.

Его взгляд скользнул по ней — быстро, оценивающе, как по новой детали болида.

— Это моя новая ассистентка, — сказала Элла. — Мия Чен.

— Приятно познакомиться, — Мия встала и протянула руку.

Кими руку не взял. Посмотрел на её ладонь, потом на Эллу.

— Ассистентка? — переспросил он. — Та, которую ты искала две недели?

— Она самая, — кивнула Элла.

Кими снова посмотрел на Мию. Долго. Так, что та смутилась и опустила руку.

— Удачи, — сказал он наконец, но прозвучало это не как пожелание, а как предупреждение.

И вышел, не закрыв за собой дверь.

Элла закатила глаза.

— Не обращай внимания, — сказала она Мие. — У него тяжёлый характер, но он хороший парень. Просто… никому не доверяет.

Мия кивнула, но в её глазах мелькнуло что-то странное. Что-то, что Элла не успела распознать.

— Так что, — Элла встала и протянула Мии руку, — добро пожаловать в Mercedes, Чен. Не облажайся.

Мия пожала её ладонь.

— Не облажаюсь, — сказала она.

Улыбка снова стала идеальной.