Лимитент

После нескончаемой череды интервью, награждений и пресс-конференций пилотов наконец-то отпустили. Оскар, с ощущением тяжести в мышцах, направился по коридору в сторону душевых, чтобы принять ледяную ванну — обязательный ритуал для восстановления после гонки.

Он шел быстро, сосредоточенно, когда почувствовал резкий, но игривый шлепок по заду.

— Эй! — Оскар вздрогнул, мгновенно вспыхнув. Он обернулся, его лицо горело не только от усталости, но и от смущения.

Позади стоял Ландо, его глаза блестели от адреналина и озорства.

— Что-то не так? — Голос Ландо был низким и дразнящим. Он шагнул вперед, и его рука, будто случайно, обхватила талию Оскара, тут же скользнув вниз по гоночному комбинезону.

Оскар опустил взгляд на эту наглую руку.

— Тебе не хватило тех объятий на публике, где твои руки спустились слишком низко? — прошептал он, стараясь сохранить строгость, хотя по телу уже пробежали мурашки.

Ландо рассмеялся, но смех был тихим, интимным.

— Конечно, не хватило, — он наклонился, сокращая расстояние, и его дыхание опалило ухо Оскара. — Мне не хватит этого никогда.

— Тебе стоило сдерживаться, — Оскар попытался отстраниться, но Ландо держал крепко. — Кто-то мог что-то заподозрить. Мы были на виду у всех камер.

Пока Оскар говорил, Ландо уже прижал его к ближайшей стене коридора, используя свое тело как щит от потенциальных взглядов. Он не стал ждать ответа, а уткнулся губами в шею Оскара, оставляя влажный, горячий след прямо под линией шлеи комбинезона.

— ...Ландо, — выдохнул Оскар, хватаясь за его плечи. — Мы в коридоре! Нас могут увидеть в любой момент!

— Пусть попробуют, — пробормотал Ландо, поднимая голову. В его глазах не было ни капли страха, только вызов и желание. — Но я не могу ждать до вечера. И ты тоже.

Он поймал взгляд Оскара, и в нем не было отказа. Ландо приник к его губам, жестко и требовательно, словно пытаясь вложить в этот поцелуй всю энергию недавней победы и всю невысказанную страсть, которую они оба сдерживали весь день.

Оскар ответил не сразу, но когда ответил, то с той же внезапной, сдерживаемой силой, что и на трассе. Он запустил пальцы в волосы Ландо, углубляя поцелуй, забывая о том, что они стоят в коридоре, полном механиков и персонала.

Внезапно раздался отдаленный голос:

— Эй, Пиастри! Ты где там застрял? Лед ждет!

Оскар резко оттолкнул Ландо, тяжело дыша.

— Вот видишь! — прошипел он, поправляя воротник. — Иди. Мне нужно остыть.

Ландо, сияя от поцелуя, отступил.

— Я буду ждать тебя в номере, — пообещал он. — Иди остынь. Но не слишком сильно.

Он подмигнул и, развернувшись, исчез в противоположном направлении, оставив Оскара стоять у стены.

Оскар стоял еще несколько секунд, прислонившись к холодной стене. Сердце колотилось так, словно он только что проехал последний круг на пределе возможностей, а не просто поцеловался в темном углу коридора. Он провел рукой по шее, там, где секунду назад были губы Ландо, и почувствовал, как кожа горит.

«Иди остынь. Но не слишком сильно».

Оскар тяжело вздохнул и, наконец, двинулся дальше, стараясь придать шагу обычную, деловую уверенность. Он прошел мимо нескольких механиков, которые перетаскивали оборудование, и поспешил в душевую, где уже ждала его ледяная ванна.