Лимитент

Ландо Норрис, не смыкавший глаз, уставился на экран своего рабочего стола. Он просматривал свежие новости о Формуле-1, половину которых, будучи пилотом, уже знал наизусть. Внимание Ландо привлекла статья об Оскаре. Фотографии в шлеме, короткий текст: «Этот парень пока не раскрылся. Ждём следующую гонку, чтобы увидеть его истинный потенциал! И, конечно же, ждём официального представления нового гонщика команды McLaren!» Под статьей пестрели комментарии. Одни хвалили профессиональный старт Оскара, другие, преимущественно девушки, требовали снять шлем и явить себя миру. Но один комментарий содержал любопытную информацию.

«Сегодня вечером после гонки зашёл в ресторан с друзьями. Рядом сидели два парня, один из которых живо рассказывал о гонке с точки зрения пилота. Случайно, не Оскар Пиастри 81?!» К комментарию прилагалось фото Оскара, сидящего за столиком с Дином.

Ландо молча переслал ссылку Оскару, а затем выключил компьютер и лёг в кровать.

– Неприятное чувство, – подумал Ландо, ворочаясь в постели. Комментарий оставил странный осадок. Он всё же уснул.

На утро Оскар проснулся и, взглянув на часы, понял, что опаздывает на встречу с командой. В спешке собравшись, он выскочил из дома и прыгнул такси.

В офисе Ландо уже работал вместе с механиками и инженерами, уткнувшись в мониторы компьютеров. Подойдя к нему, руководитель команды спросил:

– Доброе утро, Ландо! Где Оскар? – и сел за свой рабочий компьютер.

– Я не знаю... Он вчера не ночевал у себя, – с заметным волнением ответил кудрявый пилот.

– Да уж... Даже если и не ночевал здесь, почему он опаздывает? За ним нужен контроль, Ландо. Завтра гонка, тебе предстоит что-то с этим сделать.

– Со мной? Почему я должен нести эту ответственность?

– Ты его напарник. Ты образец для подражания. Он должен брать пример с тебя. Думаю, ты сможешь на него повлиять. Не забудьте также подготовить тактику и представить её мне перед гонкой.

– Хорошо... Я попробую... – Несколько дней назад Ландо с радостью согласился бы помочь новичку. Но сейчас что-то мешало ему общаться с Оскаром, как раньше. Перед глазами всплыл момент, когда он притянул за руку Оскара после гонки, и они смотрели друг другу в глаза. Потом – его поддержка вечером, до прервавшегося звонка. После этого звонка и появилась эта мелкая злость. Затем – фото в ресторане. Грубо говоря, сначала влюблённость, а потом раздражающая ревность... Но почему?

В этот момент появился Оскар. Руководитель команды тут же начал отчитывать его за опоздание. Оскар слушал, но взгляд его был прикован к Ландо, который продолжал сосредоточенно смотреть в монитор.

– Ладно, Оскар. Там, откуда ты пришёл, о тебе говорили только хорошее. Иди к Ландо, у вас много дел. Следующая гонка – твой шанс получить официальное место гонщика McLaren, – закончил руководитель Зак  и ушёл.

Тишина в офисе была густой и неловкой,  Оскар сел рядом, но Ландо продолжал смотреть в экран, избегая малейшего контакта. Чувство, которое он назвал "неприятным", разрасталось внутри, превращаясь в тугой узел из обиды и иррациональной злости.

— Привет, — тихо произнес Оскар, первым нарушив молчание. В его голосе слышалась легкая неуверенность.
— Мгм, — буркнул Ландо, едва пошевелив головой. Он не хотел смотреть. Он не мог. Образ Оскара, смеющегося в ресторане с Дином, обжигал сетчатку.
— Извини за опоздание. Проспал, — попытался объяснить Оскар.
Ландо пожал плечами. — Бывает. — Его тон был сухим, равнодушным. Но внутри всё кричало: «Бывает?!»

Он заставил себя отвлечься от личных переживаний и сосредоточиться на работе. Это было спасение.
— Так, слушай, — начал Ландо, его голос стал жестче, профессиональнее, — у нас мало времени. Нам нужно проработать стратегию для завтрашней гонки. Я уже начал анализировать данные по последним тренировкам. Вот, взгляни на эти графики.