Глава седьмая
Дверь тихо закрылась за спиной, квартира встретила привычными запахами и разговоры в воздухе. В гостиной у окна сидела бабушка – в кресле, чуть сгорбившись с очками на кончике носа. Спицы мерно постукивали друг о друга, а петли послушно ложились в аккуратный узор, превращаясь во что-то понятное только ей.
— Шурка? Ну наконец-то! Я тут такое узнала, — Софья Игоревна отложила спицы и повернулась к девушке всем корпусом.
— И тебе привет, мамуль, — девушка поцеловала ее в щеку, а после присела на край подлокотника. Что там уже произошло?
— Мне Машка такое рассказала, в жизни не поверишь, — если бабушка начинала рассказ с подобных слов и интонации, значит, новости были свежими и, по ее мнению, исключительно важными. Алиса кивала и задавала короткие вопросы, но все равно слушала в пол уха. Мысли упрямо возвращались к одному: ей нудно продумать маршрут, но как это сделать? Сплетни текли рукой, переплетаясь с бабушкиными вздохами и нравоучительными замечаниями.
— Обедать будешь? Я плов приготовила, — спохватилась женщина, когда рассказ шел к логическому завершению.
— Не хочу мам, может чуть позже. А где кстати папа? Давно его не видно.
— Ой, забыла тебя предупредить. Он в командировку уехал. Обещал через неделю приехать. Ну ты же знаешь, у него одна работа в голове. Тьфу, — бабуля с пренебрежение махнула рукой и вновь принялась за вязание.
— Пойду отдохну.
Алиса закрыта за собой дверь комнаты и на секунду прислонилась к ней спиной. На душе было противно. Липкое, мерзкое ощущение после ссоры с Беловым не отпускало, будто въелось в кожу. В памяти снова и снова возникал его холодный взгляд и резкие слова. От этого внутри только сильнее возникало упрямое желание – доказать ему, всем.
Она резко швырнула бумаги на кровать и принялась расхаживать по комнате из угла угол. Половицы под ногами поскрипывали от того и нарушали практически гробовую тишину. В голове были цифры, название городов, люди, буквы. Возникала идея, но тут же отбрасывалась. В порыве отчаяния девушка одним махом скинула все вещи с рабочего стола. Позднее пришло осознание: она не одна и нужно успокоиться.
Собирая разбросанные предметы с пола внимание привлекла шкатулка. На ее задней части малярным скотчем был прикреплен маленький ключик. Такой обычно использовали на старых моделях офисных столов. Догадка была правильной. Одна из полочек имела замочную скважину и была закрыта.
Не долго думав девушка подползла и всунула ключ в скважину. Дверь легко распахнулась и в руки попала черная плотная тетрадь. Вещи не имеющие ценности не оставляют под открытом взором.
Все также сидя на полу и прочитав первые строки было понятно, это ее дневник. С первых страниц Алиса погрузилась в бурную молодость своей матери. Извечные ссоры и недопонимания с отцом, неимение настоящих подруг из-за статуса и денег. Побеги из дома и даже от полиции. Каждая история была написана в подробностях и с временными промежутками. Последняя запись была сделана незадолго до аварии.
«Через неделю мне предстоит ужин с партнерами отца. Хах, с каких пор рэкетиры стали называться партнерами? Спасибо Денису Леонидовичу, который тайком прислал мне досье на каждого из бригадиров. Никто из них не представлял для меня особо интереса. Парни из низшего слоя ставшие в миг «крутыми». Что в них нашел отец – для меня загадка.»
Дальше не было ничего интересного. Александра Ивановна была обижена на отца, который под давлением перестройки поменял вид деятельности. На непредсказуемости будущего и настоящего. Алиса сделала еще одну заметку. Нужно узнать кто этот такой Денис Леонидович и причастность своей матери к происходящему. Она была повязана в грязи задолго до связи с бригадирами.
В конце была закладка, представлявшая из себя тонкую атласную ленту. Здесь были написаны все маршруты и точки "легких" постов.
— Мамочка, ты лучшая! — в порыве искреннего счастья она засмеялась в голос, запрокинув голову к потолку.
Переодевшись в домашнюю одежду, она принялась за работу. Сначала нужно было разбирать все мелкие шрифты и загогулины. Общая картина: перевозка элитного алкоголя и сигарет из Москвы в Чеченскую Республику. Нужно сделать так чтобы все приехало в целости и сохранности.
Алиса не пропускала не единого слова, всматриваясь и перечитывая содержимое документов несколько раз. В середине стопки был вложен непримечательный конверт. Та же завуалированность, те же шифры. Поймут только люди в «теме». Товар – оружие. Покупатели – старые знакомые.
Схватившись за волосы ей впервые стало по настоящему страшно. Если что-то пойдет не так, ее ждут проблемы. До этого она понимала такой расклад, но не принимала последствия своих действий.
Черт возьми, пару часов назад Алиса пыталась поставить на место лидера ОПГ. Вчера ходила под ручку и беззаботно смеялась с его другом. В таких случаях люди принимают успокоительное, но как зачастую бывает, срабатывает внутренний рычаг. Адреналин срывает все цепи страха и приходит вдохновение, разыгрывается азарт.
— Если смотреть на ситуацию под другим углом, — начала вслух Алиса. — Я прописывала подобные маршруты для друзей за хорошее вознаграждение, а в моем времени проезжать по границам в разы сложнее. Белый же как-то с парнями бизнес раскрутили, а у меня что, не получится им нарисовать схему? Раз плюнуть.
Карандаш плотно въелся в бумагу выводя слова сначала на черновике, а после девушка сверялась с маршрутами в дневнике мамы. В бумагах Белого присутствовали шероховатости, неправильные формулировки она перечеркивала карандашом и сверху переписывала по новой.
Каждый листок был обклеен стикерами, а на них пометки, почему нужно переписать именно так. Работы было и взаправду на неделю, но раз сказала три дня, значит так оно и будет. Тут же принято за "базар" отвечать.
Иногда Алиса ловила себя за тем, что начинает перенимать нынешний лексикон. Без малого здесь неделю, а впечатлений на годы вперед. Пропал счет времени. В пограничном состоянии девушка помнила лишь как ко мне пару раз в комнату стучалась бабушка, но она отказывалась от еды и чая. Бегала на кухню либо за стаканом воды или новой кружкой кофе.
Счет шел к окончанию вторых суток беспрерывной работы. Алиса была окружена скомканными листами, стружкой от карандаша и ластика. С головой погруженная в работу девушка даже не услышала приглушенного стука в дверь.
— Вы правы Софья Игоревна, случай запущенный, — от неожиданности она подскочила на месте. — В дверном проеме облокотившись стоял Витя, а позади него бабушка.
— Витенька, это кошмар. Она так сидит уже вторые сутки. Спит слава богу, а потом просыпается и опять садится. Кофе литрами пьет и ничего не ест, — причитала женщина.
— Мам, — протянула девушка недовольная подобным спектаклем. Во-первых, что тут забыл Пчелкин, а во-вторых, с каких пор он Витенька?
Заметив недовольный взгляд Алисы, Софья Игоревна спешила ретироваться и оставить под удар мужчину. Но это были мелочи. Ее они не интересовали и она правда уже заканчивала.
— Ты кстати вовремя, просмотри, — она привстала с места. Левая нога предательски затекла и немного подкосилась из-за чего девушка чуть было не выронила бумаги.
— Саш, ну ты че с ума сошла, — Витя подскочил к ней и придержал за локоть.
— Все со мной в порядке, всего лишь нога затекла, — отмахнулась от него девушка. Подождала, пока неприятное ощущение спадет, чтобы усадить мужчину на кровать и протянуть ему документы.
— Я вижу, — он не обратил никакого внимания на доки, которые она всучила ему в руки, но зато от нее взгляд не отводил. Пряди из небрежного пучка спадали на глаза. Домашняя футболка и шорты. Никакого макияжа и дорогих цацок.
— Простите Виктор Палыч, сегодня слегка не при параде, — Алиса поставила руки в бока и стала оценивать беспорядок, который она устроила за эти пару дней.
— Я посмотрю бумаги, но только после того как ты поужинаешь. Давай – давай, — мужчина встал и подталкивая ее со спины вел на кухню.
— Как-то подозрительно хорошо ты ориентируешься в моей квартире.
— Обычная наблюдательность, —отмахнулся он.
На столе уже стояла полная плошка борща от чего живот неприятно заурчал. Она честно забыла про еду в эти дни. Чаще всего такое происходило во время стресса. Не долго думав девушка накинулась на суп, а Витя присел напротив нее.
— Да что ты на меня так пялишься? — с набитым ртом спросила она.
— А нельзя? – со своей фирменной ухмылкой поинтересовался Витя.
— Виктор Палыч, я конечно все понимаю, работа обязывает быть наблюдательным и осторожным, но я тебя точно не прибью тарелкой с борщом, — с полной серьезностью в голосе произнесла Алиса, а потом как ни в чем небывало продолжила трапезу. — О, лучок зеленый подай и чесночок.
— Значит поцелуев от тебя сегодня я не дождусь, — с наигранной грустью проронил Витя и подвинул блюдца.
— Вы чего это удумали? Никаких поцелуев до свадьбы.
— Тогда поехали завтра же распишемся. У меня знакомые есть, быстро организуем, — он не знал, что его больше забавит. Ее подколы или внешний вид.
— С ума сошёл, — Алиса фыркнула, отставляя тарелку. — Я тебя знаю ровно столько, сколько варится этот борщ.
— Зато какой наваристый, — невозмутимо заметил Витя. — За это время некоторые уже умудряются детей завести.
— Не в мою смену, Виктор Палыч.
— Жаль, — он театрально вздохнул. — Я уже почти проникся ролью заботливого мужа.
— Ты уже спустя сутки совместной жизни от меня сбежишь подавать на развод.
— Зачем же так категорично, Александра Иванова. Сбегу на второй, — со смехом вторил он.
— Тоже верно, — девушка похлопала себя по животу, довольно мыча, а после пошла в комнату за бумагами. — Ты обещал.
— Умеешь всю романтику попортить, — недовольно кинул Пчелкин и стал медленно смотреть на все пометки девушки. Она стояла над его душой словно школьница, у которой проверяли домашнее задание.
— Несостоявшаяся пока жена, можешь принести мне сигареты. Они в пиджаке в прихожей.
— А танцы с бубном тебе не станцевать?
— Не знал, что у тебя такие извращенные фантазии, — Витя перевел взгляд на девушку и усмехнулся, а она в свою очередь испепелила его недовольным взглядом, но все же принесла ему пачку «Camel».
Витя был сосредоточен — это читалось по напряжённой спине и цепкому взгляду. Он медленно пролистывал документы, делая паузы на пометках, которые Алиса оставила карандашом.
— Ты понимаешь, что переделала половину проделанной работы?
— Понимаю, — спокойно ответила Алиса.
— Здесь уже всё согласовано, — Витя постучал пальцем по листу. — Цифры, накладные.
— Согласовано — не значит правильно, — она наклонилась ближе и указала на строку. — Вот тут у вас логическая дыра. Если кто-то копнёт глубже — всплывёт несостыковка.
— Мы с Сашей это уже правили, — нахмурился Витя.
— Я вижу, — кивнула она. — И поэтому сделала иначе.
— Ты переписала работу четырех человек, — Витя поднял голову и уставился на девушку.
— Нет, — Алиса пожала плечами. — Я спасаю ваши задницы.
Витя затянулся сигаретой, выдохнув дым в лицо девушке, та не стала медлить. Перехватила сигарету из его рук и повторила тоже самое, а после наклонилась не прерывая зрительного контакта.
— Страница двенадцать, пункт пять-шесть , посмотри внимательно. — Он снова опустил голову к документам.
Алиса была довольная проделанной работой. Она смогла выкрутиться из этой ситуации, но будет ли ей так везти всегда?
— Мда, Александра Ивановна. С вами опасно связываться. Мы до такого конечно додумались бы, но не так быстро.
— Зря ты это сказал, значит за мою работу полагается процент, — девушка вновь затянулась и протянула свою ладонь.
— Ну ты чего, мы же дома, а тут о работе не говорят, — Пчелкин обнял Алису за талию и прижался к ней.
— Ладно, — она потушила сигарету и при обняла его за шею, — тогда сейчас я требую сна.
— Это я могу устроить, — он встал и уверенно пошел в сторону спальни, будто вопрос уже был решён.
— Ты куда это собрался? — прищурилась Алиса последовав за ним.
— Как куда, — совершенно спокойно ответил Пчёлкин. — Спать, сама же сказала.
— А тебя кто-то приглашал? — Алиса смотрела на него пару секунд с недовольной гримасой. Это не должно происходить так. План быть фифой провалился с крахом. Они не в игре, а в флирте. Ей это нравилось. Она словно дотрагивалась до запретного плода.
— Ты реально жук Пчелкин.
— Не жук, а пчела. Полезное насекомое, — уже с кровати с поднятым пальцем вверх глаголил мужчина.
— А тебя ничего не напрягает, как минимум то, что я живу не одна, — продолжала гнуть свою линию Алиса.
— Я знаю, что твой батя в командировке, а твоя мама без ума от меня. Тем более она сбежала на ночь к соседке и была явно не против моей ночевки.
— Ладно, — она махнула рукой. — Но если захрапишь — выгоню.
— Договорились, — кивнул он, устраиваясь поудобнее. — Я вообще сплю тихо. Почти незаметно.
Она погасила свет, легла рядом, оставив между ними минимальное, но всё ещё ощутимое расстояние. Между ними оставались недомолвки, которые нужно было обговорить .
— Виктор Палыч?
— М? — промычал Витя.
— Ты же понимаешь, что это ничего не значит?
— Конечно. Просто ночь, — Он улыбнулся в темноте. Но руку всё равно положил ей на талию. Хотелось прижать ее к себе сильнее и никуда не отпускать.
Он продолжал ее узнавать с новых сторон. Каждый день открывалась новая грань. В первую встречу она была растеряна, но язвила уверено. На свидании вела себя, как маленький ребенок, но ее сексуальность и женская привлекательность никуда не делись. Она как шут меняла маски, но главное – везде она была настоящей.