Глава восьмая
Я лежала в смятении. Сна не было ни в одном глазу, не смотря на усталость. Мысли крутились, как пластинка с заевшей дорожкой. Что не скажешь о Пчелкине. По ощущениям вырубился он в миг. Руку его убирать не стала. Чувствовалась некая безопасность, привычка и забота.
С одной стороны, все шло своим чередом. Я практически не лезла на рожон, хотя "практически" - громко сказано. Завтра нужно поговорить с Белым. Спокойно без эмоций. Нужно ли Оле знать, что теперь я работаю с ними? И как выкручиваться в случае чего. По рассказам Вити она редко, но метко появлялась в конторе время от времени.
Почему я продолжаю думать о проблемах в этом мире? Я должна выбраться от сюда. В какой момент меня выкинет и это же не означает, что я уже мертва? В радио тогда точно был голос мамы. Я его не спутаю ни с кем.
О чем вообще речь? Тут настолько живой поток событий, что забываешься в моменте. То Пчелкин со своими очередными подкатами или Белов с претензиями, а Кос и Фил с советами, которые больше похожи на издевку. Наконец, вишенка на торте – жены бандитов. По своим рамкам - у них реальные беды с головой. Не могут девушки в здравой памяти и сознании жить во всем этом. Да, есть дом, еда, будущее для детей, но какой ценой? Я бы уже бежала куда глаза глядят, но не мне судить.
Из мыслей меня выудил Пчелкин.
— Ты чего не спишь? — хриплым голосом поинтересовался мужчина, приподнимаясь на локте. Кинул взгляд на окно, за которым была густая темнота.
— А ты чего не спишь? — не открывая глаз парировала я.
— Ты думаешь слишком громко, — тихо усмехнулся он и снова улегся, подминая подушку.
— Чушь несешь, — упрямо прошептала я.
— Нормуль все будет, Сан Ивановна. Не переживай, своих не бросаем.
— И когда я успела стать своей? — я резко открыла глаза.
— Когда в кровать к себе пустила, — на его лице появилась усмешка.
— Реально жук, — подхватила подушку и с размаху стукнула ею по голове Вити. — Чтобы неповадно было!
— Аронова, тебе всегда людей бить нужно? — Он перехватил подушку. — От меня скоро живого места не останется.
— Да ты у меня столько крови попил за все время сколько знакомы. Знаешь, это я сбегу на второй день после нашей якобы свадьбы, — я фыркнула, усевшись на кровать скрестив руки на груди.
— О, так ты об этом думала? Отлично, давай вместе помечтаем. Я костюм подберу.
— Бесишь! — Я слегка хлопнула ладонями по матрасу.
— А от ненависти до любви один шаг! —продолжил подливать масла в огонь Пчелкин.
— До какой любви? Я похожа на умалишенную?
— Честно, чуть-чуть да.
— Отлично, тогда я нашла первую жертву для убийства, — все той же подушкой я начала придушивать мужчину. Конечно не сильно, но вот так он может выбесить из-за мелочи.
— Да все, понял. Реально придушишь, — он перехватил мои запястья. — Может тебе сказку про добрых бандитов на ночь прочитать, авось заснешь?
— Иди ты нахер, Виктор Палыч.
— Я пошел нахер? — Он резко перестал улыбаться. Голос стал ниже, теперь зол он. — Да ты достала уже меня мариновать, сколько можно? Думаешь, если ты дочка Аронова тебе все можно? — Он аж с кровати вскочил.
— Что за бред ты несешь? — Я вспыхнула.
Прозвучал озлобленный рык, а в следующий момент я мало, что осознавала. Витя взял меня за руки и подтолкнул к себе, а после опустил руки на щеки. Его губы были на моих. Это был не милый поцелуй, а что-то необузданное. Он не медлил, а брал напором, потому что я позволяла. Мы стояли по среди моей комнаты. Это был поединок, и никто не собирался сдаваться.
Мое тело лавировало под контролем Пчелкина и поэтому следом было прижато к письменному столу, а после меня на него посадили. Резкий контраст между разгоряченными телами и холодной поверхностью, я даже слегка простонала. Все происходило инстинктивно. Лунный свет бросал свет на комнату и наши тела. Под моими руками были слегка грубые волосы Вити, а язык выписывал неизвестные узоры.
От внутри кипящей злости я начала прикусывать его губы, а после зализывать раны. Его руки блуждали по моему телу, но не заходили за границы. Талия, спина, щеки, шея. Грубоватая поверхность, но нежные касания. Тот момент, когда несовместимости совместимы.
Я не хотела, чтобы это прекращалось. Никогда. Я забыла про все. Про перемещение, про маму, про Белого. Про страхи. Я же авантюристка, так к черту. Даже если я умерла – это лучшая реальность, где я могла оказаться. Очнулась я, когда тонкая лямка майки соскользнула с плеча.
— Стой, Вить, — я отстранилась. Несмотря на всю только что происходившую бурю эмоций - дыхание было спокойным, но тело с головы до пят горело. — Слишком рано. Я в другой системе координат. И я правда дочь Аронова. — Я спрыгнула со стола, поправляя одежду.
— Понял, — он опустил голову.
— Пожалуйста, давай спать, завтра рано вставать. Как минимум тебе.
— А я с тобой поеду, — он шагнул ближе и мягко обнял за талию.
— С чего ты так решил?
— С того, я там тоже начальник, между прочим.
— Это я получается роман с боссом закрутила, — я фыркнула, но не отстранилась. — А премия полагается?
— Посмотрим на твое поведение, — со смехом сказал Витя и повел меня в сторону кровати. Мы легли в исходном положении и на этот раз я быстро уснула.
***
Проснулась я от звонка в дверь. На прикроватной тумбочке часы показывали начало девятого. Понятно, высплюсь в следующей жизни. Витя так же крепко спал, даже не обратив внимание на доносящуюся трель. Наблюдательность и осторожность трещит по швам. Аккуратно скинув его руки и одев халат, я пошла в коридор. Бабушка до сих пор не вернулась. За порогом стояла Оля Белова, а на руках у нее был ребенок. Ну нет, только не это.
— Саш, извини, что так рано... — Оля выглядела растерянной, волосы собраны наспех, под глазами тени. — Но ты бы не могла с Ванькой посидеть? Всего пару часов, честно.
— Любимая, у нас гости? — Клоуны на выезде, твою дивизию. — Пчёлкин выплыл из моей спальни, закатывая рукава рубашки, сонный, но уже ухмыляющийся. На ошарашенный взгляд Оли он обнял меня за талию и поцеловал в щёку. — Кто это у нас, Вано? — Мужчина переключил всё своё внимание на свёрток в руках Беловой. — Оль, ты чего так рано?
— Так... — запнулась девушка, поправляя одеяльце на малыше. — О чём я... да. Мне нужно отъехать. Срочно. Буквально на два часа. Саш, пожалуйста.
— Да конечно, — я приняла ребёнка с рук Беловой, ощутив неожиданную тяжесть и тепло. Ваня тихо сопел, сжав крошечные пальцы в кулачки. После прослушала все рекомендации — что, когда и сколько, благо девушка додумалась продублировать всё на листке, иначе возникли бы проблемы. С утра соображалка не соображает.
— Он покушал в семь, смесь в сумке. Если заплачет — сначала покачать. И... — Оля на секунду замялась. — Спасибо, Саш. - Дверь закрылась, и в квартире повисла странная тишина, нарушаемая только сопением ребёнка. Я посмотрела на Пчёлкина недовольным взглядом, всё ещё держа ребёнка на руках.
— Любимый, мы просто поцеловались случайно, а не поженились. Напоминаю, если забыл.
— А так это теперь называется, случайно? — Просто губами как-то столкнулись. А чего ты тогда стонала вчера, раз это был «просто» поцелуй?
— Так ты же хотел поиграть в семью? Пожалуйста, развлекайся, а мамка сходит в душ перед встречей со страшным дядей. — Я переложила ребёнка на руки мужчины.
— Сбегаете, Александра Ивановна? Но ничего, мы вас дождемся, да Вано, — Витя пошел в сторону гостиной и что-то шепотом говорил ребенку.
Скрылась в ванной, но вместо шума воды ещё пару минут прислушивалась к происходящему в квартире. Жалела ли я о вчерашнем? Возможно, но мне правда понравилось, другой вопрос, почему Оля решила оставить ребенка именно мне? Даже отказаться не успела. Ответ был сказан прежде, чем я успела подумать. Струи горячего душа смывали окончательное напряжение. Была бы возможность, пробыла в ванной целый день, но долг зовет.
Выйдя из ванной остановилось в проходе гостиной: Пчёлкин сидел на диване, серьёзный до невозможности, и аккуратно пытался удержать бутылочку под нужным углом, а Ваня сосредоточенно сосал соску, периодически морща нос.
— Так, Вано, — донёсся серьёзный голос Вити. — Сейчас я тебе дам пару советов. Во-первых, женщин надо любить и давать им много денег. Во-вторых, кормить по расписанию. И в-третьих... не плакать без повода. — В ответ раздалось недовольное покряхтывание.
— О, началось. Саш! Он на меня смотрит так, будто я ему уже должен, — я не выдержала и рассмеялась.
— Ну что, отец года? — я прислонилась к косяку. — Справляешься? — Порой я поражалась нашей переменчивости в настроении. Сначала разборки, после, спокойствие.
— Учись, Саша. Я, между прочим, талант. Видишь — ни одной аварии, — в этот момент Ваня выразительно икнул и выпустил струйку смеси прямо на Витину рубашку.
— Ни одной аварии, говоришь? – Так же со смехом пролепетала я, готовая задохнуться в любой момент.
— Это подстава.
— Ну-ну. Заговор младенцев. Давай его сюда и иди застирай пятно, — Витя аккуратно переложил ко мне руки Ивана Александровича и направился в ванную. Со стороны мы, наверное, выглядели как среднестатистическая семья, но это все фальшь. Я всегда любила маленьких детей, а Ваня был из той категории, которые практически не капризничают и сидеть с ними было одно удовольствие.
— Тебе идет.
— Что из? Ребенок или халат?
— И то и другое, — мужчина подсел к нам, а я задала для самой себя неожиданный вопрос.
— Ты бы хотел детей? — Я посмотрела на него внимательно.
— Если только от тебя, — тихо посмеявшись сказал он.
— Подкат засчитан, но перейди на ультразвук, он практически заснул, а мне еще к Белому на казнь собраться надо.
— Я с ними посижу, полюбуюсь на тебя.
— Платно, Виктор Палыч. За все нужно платить.
— Попрошу Саню, чтобы он выбил тебе проценты.
— Кстати, — я застыла в проеме, — что мне говорить Оле?
— Ничего, из личного опыта. Иначе она тебя еще возненавидит.
— Какого личного опыта? — я облокотилась на стену прожигая Витю испытывающим взглядом.
— Неважно, Саш, быстрее. Времени не так много.
Мысленно сделала еще пометку. Тайны, снова тайны. Я не стала его допытывать, нет смысла стучаться врытую дверь. Чему меня и научило пребывание здесь – терпение. Просто так не получишь ответы на вопросы, всему свое время.
В спальне была заправлена постель и разбросанные до этого вещи аккуратно лежали в стопке. Интересно, когда Пчелкин все успевает? И поязвить и дело сделать. Может от этого он и бандит?
Выработалась еще одна привычка – скорость. Витая в мыслях, я достаточно быстро собралась и в мою дверь постучались.
— Можно? — Витя появился с Ванькой на руках.
— Заходи.
— Саш, там Белый просит срочно приехать. Проблем же нет?
— Нет, я уже взрослая девочка. Положи Ваньку на кровать, я дождусь Олю и к вам сразу.
— Хорошо, — на прощание он невесомо поцеловал меня в щеку. — До встречи, Шмидт тебя заберет.
— Иди уже, — я кинула в него салфетку.
— Ай, — он отскочил на месте. —Жестокая ты баба, Александра Ивановна, — а после послышался хлопок двери. Ваня так крепко спал, что я в которых уже раз успела проверить документы и одеться. Как раз в тот момент, когда я тушила очередную сигарету от мандража в дверь снова позвонили.
Я пропустила Ольгу внутрь квартиры. Она сразу заметила, что я одета по-праздничному.
— С Витей что-ли на свидание? Я-то думаю, чего Шмидт забыл под окнами. Куда в этот раз?
— Не знаю пока, — я нагло ей врала, но это была ложь во благо.
— Колись, что было.
— Да ничего не было, — щеки предательски вспыхнули.
— Да-да, когда ничего не было с таким выражением лица ходят. И дерганная ты какая-то сегодня.
— Так, Оль. Давай все потом. Я взаправду опаздываю.
— Хорошо, — она вздохнула. — Тогда завтра жду тебя у себя. Тома еще должна прийти, посплетничаем.
— Отлично, — я выпроводила Белову из квартиры в сотый раз договариваться завтра пересечься ближе к вечеру. Очередная сигарета, вдох-выдох и выход из замкнутого пространства, которое начало понемногу давить. Шмидт меня так же коротко поприветствовал, а я нервно теребила ногти. Продолжала до тех пор, пока на них не появились маленькие кровоподтеки.
Смутно, все было смутно. Как зашла в офис, как поднялась на нужный этаж. Очнулась только, когда столкнулась лбом ко лбу с неизвестным мужчиной. Все документы рассыпались по сторонам.
— Боже, простите пожалуйста, я сегодня рассеяна.
— Все хорошо, — он начал помогал мне подбирать разбросанные клочки бумаги. Наше занятие прервал голос из-за двери.
— Саш, тебя ждем. И вас Каверин.
Я медленно поднялась. Включен режим «холодный расчёт».