Игра без правил.
Ландо сидел за кухонным столом, обхватив ладонями горячую кружку со свежесваренным кофе. За окном медленно поднималось солнце, и его лучи ложились на столешницу светлыми полосами. Где-то вдалеке кричали чайки, и этот звук был таким привычным, таким мирным, что Ландо на секунду закрыл глаза, представляя, что ничего не случилось и он просто пьёт кофе в самое обычное утро, будто Аника сейчас спустится к завтраку, сонная, растрёпанная, в его футболке, и улыбнётся.
Но Аники не было. Она сейчас в отцовском доме, в своей комнате, и между ними были не стены, а то, что он не мог увидеть, но чувствовал кожей. То, что росло с каждым днём, с каждым несказанным словом, с каждым его молчанием. Медленно разрастающейся пропасть.
Ландо отпил глоток, кофе был горьким, почти невыносимым, и он поморщился.
Парень старался думал об Анике. О том, как она смотрела на него на яхте, с надеждой, с вопросом, который не решалась задать. О том, как её голос дрожал, когда говорила про Лин. О том, как вышла из машины такая потерянная и одинокая. О том, как поцеловал её слишком отстранённо, будто прощаясь. Ландо тогда не понял, почему так вышло, но теперь до него дошло. Он боялся. Боялся, что если поцелует по-настоящему, Аника почувствует его страх и уйдёт.
Мысли о Шарле приходили сами собой, как только он думал о Де Таше. Ландо не хотел, он гнал их, пытался сосредоточиться на чём-то другом, но образы возвращались снова и снова.
Шарль, который всегда рядом. Шарль, который помогает, решает, забирает. Шарль, который объяснял ей физику, сидя рядом на кровати. Шарль, который смотрит на неё так, будто Аника была его. Шарль, который несмотря ни на что всегда был рядом.
Ландо сжал чашку с такой силой, что побелели костяшки.
«Не думай о нём», - сказал он себе. - «Думай о ней».
И Ландо снова вспомнил Анику. Как она смеётся, когда он шутит, молчит, когда ей тяжело, как смотрит на него открыто, доверчиво, хотя знает, что он скрывает от неё правду.
Также Норрис думал о предстоящей гонке в Испании. Де Таше не обещала приехать, просто сказала, что подумает, но он знал, Аника будет там. Ландо чувствовал, они увидятся среди болидов, механиков и суеты. Она будет стоять в паддоке, скорее всего в боксах, и он подойдёт к ней, обнимет, поцелует.
А потом он вспомнил: на гонку едет Изабель. Она говорила об этом ещё в первый вечер, когда они ужинали все вместе, а где Изабель там и Лин. Лин, которая всегда рядом, которая ждёт, которая надеется. Лин, которая улыбается ему с фотографий в телефоне Изабель. Лин, которая, наверное, уже знает, что Аника будет там.
Ландо почувствовал, как по спине пробежал холодок.
Он представил их вдвоём - Изабель и Лин, как они сидят где-нибудь в тени трибун, пьют холодное шампанское и смотрят на него. Как Иса говорит: «Вон она, та самая девушка Ландо. Ничего особенного». Как Лин усмехается и поправляет волосы.
Ландо знал Изабель, она не умела проигрывать и если считала, что Аника ему не подходит, она сделает всё, чтобы доказать это. А Лин… Лин была её холодным оружием. Тихим, незаметнымм, но опасным. Она могла улыбаться в лицо Анике, а потом сказать что-то такое, что разрушит всё, что Ландо строил.
Он не мог этого допустить.
Ландо поставил чашку на стол, встал, прошёлся по кухне от одного угла до другого, остановился у окна.
Море было спокойным зеркальным, и в этой глади отражалось голубое небо с редкими, пушистыми облаками. Но Ландо не видел красоты, он видел только угрозу, только то, что может случиться, если он не скажет Анике правду сейчас.
«Если она узнает от них, - подумал он, - я потеряю её. Скажу сам пока у меня есть шанс».
Ландо вновь сел за стол, взял телефон. Экран засветился, и он несколько секунд смотрел на заставку - их фото с Аникой, сделанное в Шанхае в темноте ее номера. Она смеялась, запрокинув голову, а он обнимал её и смотрел с такой любовью, что сейчас ему стало больно.
Ландо открыл чат.
«Доброе утро. Как спалось?» - написал он.
Ответ пришёл через минуту.
Аника: «Доброе. Нормально. А тебе?»
Ландо улыбнулся. Она ответила, не молчала, не игнорировала.
Ландо: «Тоже. Какие планы на день?»
Аника: «Школа и потом домой. А у тебя?»
Ландо: «Тренировка и встреча с инженерами, но это всё скучно. Я хочу тебя увидеть».
Аника: «Я тоже».
Ландо почувствовал, как внутри разливается тепло. Он смотрел на её сообщения, на слова, и верил, всё будет хорошо. Она поймёт, она простит.
Ландо: «Может, встретимся вечером? Выгуляла бы какое-нибудь новенькое платье».
Аника: «А куда мы поедем?»
Ландо: «Сюрприз».
Аника прислала смайлик, закатывающий глаза, но Ландо знал: она улыбается.
Аника: «Ладно. Во сколько?»
Ландо: «В семь».
Аника: «Хорошо. Буду готова».
Ландо отложил телефон, откинулся на спинку стула.
Сегодня вечером он скажет ей всё. Про Лин, про прошлое, про то, почему молчал, но главное, попросит прощения.
Норрис посмотрел в окно, солнце уже поднялось выше, и облака рассеялись. День обещал быть ясным.
Аника отложила телефон с улыбкой, которая никак не хотела сходить с лица. Сообщения Ландо тёплые, лёгкие, с дурацкими смайликами и сердечками, которые он ставил в конце каждого предложения, всегда действовали на неё как лекарство. Она ещё раз пробежала глазами: «Может, встретимся вечером? Выгуляла бы какое-нибудь новенькое платье», и улыбнулась шире, чувствуя, как внутри разливается тепло.
Она подняла голову и встретилась взглядом с Шарлем.
Он сидел напротив, сонный, взлохмаченный, с помятой от подушки щекой, на которой ещё виднелся красноватый след от складки наволочки. Волосы торчали в разные стороны, и брат то и дело проводил по ним рукой, пытаясь пригладить, но без особого успеха. Одна прядь упрямо падала на лоб, и он сдувал её, но через секунду она снова возвращалась. Весь его вид говорил: «Я только что встал и не понимаю, где нахожусь».
На фоне Анри и Эжена, которые уже были одеты с иголочки, Шарль выглядел нелепо. Анри в безупречном тёмно-синем костюме, с идеально завязанным галстуком и запонками из платины, которые поблёскивали в свете утренних ламп. Эжен в светлом пиджаке, белой рубашке и дорогих ботинках из чёрной кожи, начищенных до блеска. Они уже выпили по чашке кофе, оба были бодры, собраны, готовы ворваться в новый день.
Паскаль, в лёгком платье небесного цвета, с аккураной укладкой и свежим макияжем, разливала кофе по тонким фарфоровым чашкам. От неё пахло нежными духами, с нотками пачули и ветивера, и особым утренним спокойствием, которое бывает только у женщин, которые знают, что день пройдёт по их плану.
А Шарль сидел, сжимая в руках чашку, и тёр кулаком глаз, как ребенок, которого разбудили слишком рано. Его ресницы слипались, и он моргал чаще обычного, привыкая к свету.
Аника почувствовала, как улыбка медленно сползает с её лица.
-Доброе утро, - сказал он хрипло, и его голос был непривычно низким. Он звучал совсем не так, как утром, когда уже проснулся и собрался, в нём была утренняя хрипотца, которая появляется только в первые минуты после сна.
-Доброе, - ответила Аника, отводя взгляд и делая вид, что очень занята хлебцом.
Паскаль отставила кофейник, села во главе стола, где обычно сидел Брайс, поправила салфетку.
-Какие планы на сегодня? - спросила она, оглядывая детей.
-У меня встреча с инвесторами в десять, - сказал Анри, застёгивая запонки. - Потом переговоры с новым поставщиком. Буду поздно.
-У меня съёмка в полдень, - добавил Эжен, любуясь блеском собственных туфель. - А вечером мы с Ясмин идём в театр. Так что я тоже поздно.
Паскаль кивнула, повернулась к Анике.
-А ты, дочка?
-Школа, - ответила Аника, отламывая кусочек. - А вечером буду с Ландо.
Она сказала это буднично, небрежно, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но краем глаза заметила, как Шарль замер. Его рука, тянущаяся за чашкой, остановилась на секунду, всего на секунду, потом он взял её, отпил кофе, не глядя на неё. Его кадык дёрнулся, когда он глотал.
-А ты, Шарль? - спросила Паскаль.
-У меня съёмка рекламы в одиннадцать, - сказал он, ставя чашку на блюдце. Фарфор тонко звякнул, и этот звук показался Анике оглушительным в утренней тишине. - Потом встреча и тренировка вечером.
-Тяжёлый день, - заметила Паскаль.
-Обычный, - ответил Шарль, и в его голосе не было ни жалобы, ни гордости, только констатация факта.
Аника смотрела на него, на помятое лицо, на растрёпанные волосы, на след от подушки, который всё ещё розовел на щеке, и чувствовала, как внутри что-то сжимается. Он был таким домашним, уютным, таким… её. Нет - не её. Братом. Просто братом.
Девушка встала, отодвинула стул.
-Мне пора, - сказала Аника, вытирая губы салфеткой. - А то опоздаю.
Блондинка взяла рюкзак, лежавший у ее стула, когда услышала его голос.
-Подожди пару минут.
Аника обернулась. Шарль смотрел на неё спокойно, будто ничего особенного не произошло. В его глазах не было вызова, не было игры, только утренняя лень.
-Я переоденусь и отвезу, - сказал он.
Аника замерла, не веря своим ушам.
-Что? - переспросила она.
-В школу отвезу. Подожди немного.
Леклер сказал это буднично, как будто каждый день работает ее личным водителем, и это было самым обычным делом в мире, словно не было ничего особенного в том, что он, сонный, взлохмаченный, с помятой щекой, предлагает подвезти её туда, куда она сама прекрасно может доехать.
Аника посмотрела на Паскаль, та пожала плечами и улыбнулась.
-Подожди. С таким водителем не опоздаешь.
Аника перевела взгляд на Анри и Эжена. Братья переглянулись, но ничего не сказали, только Анри чуть заметно усмехнулся и покачал головой так, будто знал что-то.
-Ладно, - сказала Аника, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Жду.
Шарль кивнул, поднялся и вышел из-за стола. Его шаги затихли в коридоре, сначала на паркете, потом на лестнице, и Аника осталась стоять посреди столовой, сжимая в руках рюкзак.
-Что это было? - спросила она, обращаясь к Анри, думая, что тот в курсе планов Шарля.
-Не знаю, - ответил Анри, застёгивая пиджак, а после грустно усмехнулся. - Он больше не посвящает меня в свои дела.
Аника вздохнула и села на край стула.
Через пять минут Шарль спустился. Он был в обычных джинсах и белой широкой футболке, волосы чуть влажные, но уже уложенные, видимо Леклер бегло намочил их в раковине, чтобы хотя бы немного привести шевелюру в порядок. Щека больше не была помятой, и он выглядел совершенно иначе, чем пару минут назад. Аника завистливо прикусила губу, ей тоже хотелось так быстро собираться.
-Поехали, - сказал он, беря ключи от машины.
Девушка молча кивнула и поплелась за ним следом, пристально сверля взглядом мужской затылок.
Они вышли из дома, и утренний воздух обдал их свежестью. Солнце уже поднялось выше, и его лучи пробивались сквозь кроны пальм, ложась на асфальт пятнами.
Шарль открыл дверцу машины, и Аника села на пассажирское сиденье. Кожа была прохладной, гладкой, и она откинулась на спинку, чувствуя, как внутри разливается странное, необъяснимое спокойствие, которое всегда появлялось, когда он был рядом. Шарль сел за руль, завёл двигатель, и машина плавно выехала со двора.
Они мчали по набережной. Аника смотрела в окно, на проплывающие мимо виллы, пальмы, яхты в порту. Её пальцы лежали на коленях, и она машинально крутила кольца, тонкий золотой ободок на безымянном пальце и маленький браслет на запястье. Кольца скользили по коже, и этот механический, успокаивающий жест помогал ей не думать.
Шарль потянулся к телефону, лежавшему в подстаканнике, тот засветился, и он начал печатать быстро, уверенно, изредка поглядывая на дорогу. Пальцы скользили по экрану, и Аника заметила, как уголки его губ чуть дрогнули в улыбке.
-Ты за рулём, - упрекнула его девушка.
-Я умею делать несколько дел одновременно, - ответил Леклер, не отрываясь от телефона.
-Ну да, работа самое главное.
Шарль усмехнулся, отложил телефон на колено.
-Это не работа.
Аника повернулась к брату всем корпусом и удивленно вытаращилась на него своими голубыми глазами. Профиль парня был спокойным, расслабленным, но в уголках губ застыла лёгкая улыбка. Он смотрел на дорогу, но Аника видела, его мысли были далеко.
-Девушка? - тут же спросила Де Таше и прикусила язык. Вопрос вырвался сам собой, прежде чем она успела подумать.
Шарль кивнул, глядя на дорогу и Аника качнула головой в ответ, после отвернулась к окну. Её пальцы сжали кольца сильнее, и она почувствовала, как металл впивается в кожу. Внутри внезапно кольнуло, но блондинка прогнала это чувство.
«Это хорошо, - подумала она. - Он живёт дальше. Всё наконец-то встало на свои места».
Аника расправила плечи, поправила невидимую складку на блузке и повернулась к нему. Улыбка легла на её лицо, как маска.
-Я рада за тебя, - сказала она, и голос на удивление звучал ровно и спокойно.
-Спасибо, - ответил Шарль, не глядя на неё.
Он снова взял телефон, начал печатать. Аника смотрела на его лицо, на то, как палец бегает по экрану, как губы изгибаются в лёгкой улыбке, как его глаза блестят в свете утреннего солнца. Она провела пальцем по кольцу раз, другой, третий.
-Она местная? - не унималась девушка.
-Да, - ответил Шарль.
Аника кивнула, снова отвернулась к окну. Её пальцы замерли на кольцах, и она сжала их в кулак.
«Из Монако. Значит, она всегда где-то поблизости. Может, они уже пересекались. Может, она видела его на вечеринках, в кафе, в парке».
Де Таше отогнала эти мысли, пытаясь порадоваться за Шарля.
-Это хорошо, - сказала она, чуть кивнув. - Вы сможете чаще видеться.
-Наверное, - уклончиво ответил Леклер.
Он отложил телефон, посмотрел на Анику. Его взгляд был долгим, изучающим, и Де Таше почувствовала, как под этим взглядом её и без того натянутая улыбка начинает трескаться.
-Ты правда рада? - вдруг спросил он.
-Правда, - ответила Аника, и голос её дрогнул совсем чуть-чуть, но она знала, что он услышал это.
Девушка поправила волосы, провела рукой по воротнику блузки, снова крутанула кольцо на пальце. Жесты были нервными, быстрыми, но она не могла их контролировать.
-Ты заслуживаешь счастья, Шарль, - добавила Аника. - Мы оба заслуживаем.
Леклер ничего не сказал, просто смотрел на неё несколько секунд, и в его глазах мелькнули усмешка и удовлетворение. Он видел её насквозь. Видел, как дрожат её пальцы, как улыбка не доходит до глаз, как она пытается быть храброй.
Он отвернулся к дороге, и уголки его губ дрогнули в лёгкой, едва заметной улыбке.
«Всё идёт так, как надо», - подумал парень.
Машина остановилась у школы. Шарль заглушил двигатель, повернулся к ней.
-Спасибо, что подвёз, - сказала Аника, открывая дверцу.
-Всегда пожалуйста, - ответил Шарль.
Она вышла из машины, взяла рюкзак и, не оборачиваясь, пошла к школе. Её шаги были быстрыми, нервными, и она чувствовала его взгляд на своей спине. Улыбка всё ещё была на лице, но Аника не чувствовала её.
Шарль смотрел ей вслед, пока сестра не скрылась за тяжёлым дверями школы. Потом взял телефон, открыл чат, написал короткое сообщение, отправил.
Усмехнулся и уехал.
Спустя пару уроков началась перемена, и коридоры здания наполнились привычным гулом. Хлопали дверцы шкафчиков, звенели ключи от дорогих автомобилей, кто-то говорил по телефону, обсуждая рекламные контракты или предстоящие каникулы на Мальдивах. Пахло дорогим парфюмом и лёгкой затхлостью старых ковров ручной работы, которые устилали полы. Аника вышла из класса последней, поправив лямку рюкзака.
Урок истории тянулся бесконечно. Цифры, даты, имена, всё смешалось в голове в одну сплошную, тягучую массу, и даже солнечный свет, пробивавшийся сквозь высокие витражные окна, не мог разогнать усталость.
Она искала Титу взглядом и нашла её у окна, в конце коридора, где всегда было тише и можно было спрятаться от учителей. Титания стояла к ней вполоборота, листая что-то в телефоне, и Аника замерла на секунду, не веря своим глазам. Что-то было не так, что-то изменилось, но она могла понять, что именно. Знакомая фигура, знакомые рыжие волосы, но что-то внутри подсказывало - произошло что-то важное.
-Тит? - позвала Аника, подходя ближе. Её голос прозвучал тише, чем обычно, будто она боялась спугнуть это новое, незнакомое состояние подруги.
Тита подняла голову и улыбнулась, но в этой улыбке было что-то ещё, что-то новое, почти неуловимое - мягкость, которой раньше не было, и какая-то внутренняя уверенность, будто Тита наконец-то нашла, что искала.
-Привет, соня, - сказала Тита, убирая телефон в сумку. Её голос звучал ровно, спокойно, без привычных резких ноток.
-Привет, - ответила Аника, всё ещё пристально всматриваясь в подругу.
Тита была красивой всегда, яркой, заметной, с огненно-рыжими волосами, которые вились крупными, упругими кудрями, и зелёными глазами, в которых всегда горел озорной, немного хулиганский огонёк. Но сегодня она выглядела иначе. Лучше. Светилась изнутри, как будто кто-то включил лампочку у неё в груди, и этот свет пробивался сквозь кожу, делая её почти прозрачной.
Аника перевела взгляд на её одежду и поняла, что именно её смутило.
Вместо привычной расстёгнутой на пару пуговиц рубашки, которая всегда открывала ключицы и добавляла образу лёгкую небрежность, и короткой школьной юбки, которую Тита носила вопреки всем правилам, на ней была светлая блуза из тонкого, почти прозрачного хлопка. Блуза была заправлена в широкие брюки, которые мягко облегали бёдра и струились к щиколоткам.
На ногах вместо привычных кед, туфли на высоком каблуке, бежевые, с острым позолоченным носом. Они делали Титу ещё выше, стройнее, и она шла в них так, будто всю жизнь только и делала, что носила шпильки.
А крупные рыжие локоны, которые Моро очень редко заплетала, предпочитая носить распущенными, были аккуратно собраны в незамысловатую причёску, низкий пучок на затылке, заколотый двумя золотыми шпильками с висюльками, сделанными на заказ у ювелира. Из пучка выбилось несколько тонких прядей, которые обрамляли лицо мягкими волнами, и это придавало Тите вид какой-то старинной, почти античной красоты.
-Ты чего так смотришь? - спросила подруга, прищурившись, и в её голосе послышалась привычная насмешка, которая немного успокоила Анику.
-Ты изменилась, - ответила блондинка, не скрывая удивления.
-В каком смысле? - Тита провела рукой по волосам, поправляя выбившуюся прядь.
-Не знаю, - Де Таше пожала плечами, пытаясь подобрать слова. - Выглядишь… по-другому. Лучше.
-Я всегда выгляжу лучше всех, - фыркнула Тита, но Аника заметила, как её щёки чуть порозовели, лёгкий, едва заметный румянец, которого раньше не было.
-Это да, - согласилась Аника. - Но сегодня особенно. Ты сама на себя не похожа.
Тита ничего не сказала, только улыбнулась и взяла Анику под руку. Её пальцы были тёплыми, уверенными, и в этом жесте было что-то новое, какая-то мягкая, почти нежная забота.
-Пойдём, а то опоздаем на обед, - сказала она.
Обеденный перерыв они провели в отдельной столовой для старших классов, где вместо пластиковых столов были мраморные столешницы, а вместо обычных стульев, мягкие кресла с высокой спинкой. Здесь не пахло дешёвой едой, повара готовили по заказу, меню менялось каждый день, и сегодня на выбор были ризотто с белыми трюфелями, лосось на гриле с овощами и вегетарианский салат с авокадо.
Аника предпочла салат и бутылку воды, Тита кофе и круассан из слоёного теста, который пекли каждое утро в школьной пекарне, он был ещё тёплым, маслянистым, и рыжая тут же начала разламывать его на тарелку, не обращая внимания на крошки, которые падали на белоснежную скатерть.
-Рассказывай, - сказала Аника, откидываясь на спинку кресла и складывая руки на груди.
-О чём? - Тита сделала невинные глаза.
-Не притворяйся. Ты светишься, я же вижу.
Тита помолчала, крутя в руках чашку с кофе. Её пальцы с аккуратным маникюром, нежно-розовым, без привычных ярких цветов, гладили гладкую керамику.
-Есть один парень, - сказала она наконец, и её голос стал тише, будто она боялась, что кто-то услышит.
-Я так и знала, - Аника победно улыбнулась.
-Он старше, - Тита говорила медленно, будто пробовала слова на вкус. - Работает. Умный. Интересный. И он… - она замолчала, подбирая слова.
-Что? - Аника подалась вперёд, опираясь локтями на столешницу.
-Он смотрит на меня так, будто я единственная в комнате, - выдохнула Тита, и её изумрудные глаза блеснули.
Аника смотрела на подругу и видела то, чего не замечала раньше. Тита, которая всегда была яркой, громкой, взрывной, сейчас сидела перед ней тихая, почти робкая, и в её глазах было что-то новое.
-Да ты влюбилась, - сказала Аника, констатируя очевидное.
-Не говори глупости, - Тита отмахнулась, но её щёки стали ещё розовее.
-Подруга, - блондинка наклонилась ближе. - Ты влипла по уши.
-Ничего я не влипла, - фыркнула Тита и поправила салфетку на столе. - Просто… он мне нравится, вот и все.
-И кто он?
-Не скажу, - Тита покачала головой. - Пока.
-Ты меня раздражаешь.
-Знаю.
Они засмеялись, и Аника почувствовала, как напряжение, которое держало её с самого утра, понемногу отпускает. С Титой было легко, не нужно было притворяться, не нужно было надевать маску. Можно было оставаться собой.
-Ладно, - сказала Тита, откусывая круассан. - Хватит обо мне. Рассказывай, как там твой гонщик?
Аника отложила вилку и посмотрела на подругу с лёгкой усмешкой, играя светлыми бровями.
-Какой из?
Тита замерла на секунду, потом медленно отложила круассан и уставилась на Анику долгим, скептическим взглядом. В нём читалось всё, и лёгкая издёвка, и усталость от подобных вопросов, и понимание того, что подруга сейчас ехидничает.
-Аника, - протянула Тита, и в её голосе зазвенели знакомые нотки. - Ты серьёзно?
Де Таше выдержала её взгляд секунду, потом опустила глаза и улыбнулась, признавая поражение.
-Ладно-ладно, - сказала она, беря в руки вилку. - Ты про Ландо.
-Я про Ландо, - подтвердила Тита, покачивая головой. - Тот, с которым ты встречаешься. А не тот, от которого ты без ума, но делаешь вид, что нет.
-Я не делаю вид, - Аника поправила салфетку на столе.
-Да конечно, - Тита сделала глоток кофе и поставила чашку на блюдце. - Рассказывай.
Аника вздохнула, откинулась на спинку стула и начала говорить, чувствуя, как напряжение, которое держало её с самого утра, понемногу отпускает.
-Вообще, все нормально, - Аника пожала плечами. - правда мы вчера поссорились немного, но это пустяк. Сегодня позвал на свидание.
-Свидание? - Тита приподняла бровь. - Серьёзно? Куда?
-Не знаю. Сказал, что сюрприз.
-Ого, - Тита присвистнула. - Я так погляжу, твой ненаглядный любит держать тебя в неведении.
Аника улыбнулась, но улыбка вышла натянутой.
-А ещё… - начала блондинка и замолчала, уставившись в тарелку. Пальцы сжали вилку сильнее, чем нужно, и она с усилием разжала их, переводя дыхание.
-Что? - Тита наклонилась ближе, в её глазах мелькнуло любопытство.
-Шарль, кажется, нашёл себе девушку.
Слова вылетели сами собой, и Аника не успела их остановить. Она сказала это буднично, небрежно, даже откусила маленький кусочек круассана, делая вид, что ничего особенного не происходит, но внутри всё сжалось.
-Шарль? - Тита удивилась. - Серьёзно?
-Да, - Аника кивнула. - Он сегодня утром с кем-то переписывался, сказал что с девушкой.
-И как ты? - спросила Титания, и в её голосе появилась осторожность.
-Нормально, - Де Таше неопределенно пожала плечами. - Я рада за него.
Тита смотрела на подругу долго, не отрываясь и в её глазах не было удивления. Она отложила вилку, откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.
-Аника, - сказала Моро тихо, но твёрдо. - Ты сама выбрала Ландо, зная, что Шарль любит тебя.
-Я понимаю, - Аника виновато опустила глаза.
-А теперь, когда он наконец-то живёт дальше, не зацикливается на тебе, пытается быть счастливым с кем-то другим, ты ревнуешь, - Тита говорила медленно, чеканя каждое слово, которое било по ушам блондинки. - Ты понимаешь, как это звучит?
-Я не ревную, - ответила Аника слишком быстро, пытаясь оправдаться.
-Ревнуешь, - отрезала Тита. - И ты это знаешь. Аника, я вижу, когда ты врёшь себе.
Де Таше замолчала. Её пальцы сжали кольцо на указательном пальце.
-Подруга, я всё понимаю, - голос Титы стал мягче, но в нём всё ещё слышалась твёрдая нотка. - Чувства не выключаются по щелчку. Ты можешь любить Ландо и одновременно переживать, что Шарль теперь с кем-то. Это нормально.
-Тогда почему ты на меня давишь? - тихо спросила Аника.
-Потому что ты уже сделала выбор, - Титания наклонилась вперёд, глядя подруге прямо в глаза. - Ты выбрала Ландо. Не Шарля. И теперь, когда Шарль пытается жить дальше, ты не имеешь права ревновать и стоять у него на пути.
-Я не стою…
-Стоишь, - перебила Тита. - Может, не специально или сама этого не замечая, но ты стоишь. Каждым своим взглядом, каждой своей улыбкой, каждым разом, когда смотришь на него так, будто он всё ещё твой.
Аника открыла рот, чтобы возразить, но не нашла слов.
-Я не хочу, чтобы тебе было больно, - продолжила Моро, и её голос стал совсем тихим. - И я не хочу, чтобы больно было ему. Но ты должна решить для себя раз и навсегда: либо ты с Ландо, и тогда отпускаешь Шарля по-настоящему, либо…
-Либо что? - спросила Аника.
Тита посмотрела на неё долгим, изучающим взглядом.
-Либо ты признаёшь, что сделала не тот выбор, - сказала она. - И тогда… тогда тебе придётся разбираться с последствиями.
Аника молчала. Вокруг шумела столовая, голоса, смех, звон хрусталя, но она не слышала ничего.
-Я не ревную, - сказала она наконец, но в эти слова никто так и не поверил.
-Ладно, - Тита вздохнула, откидываясь на спинку стула. - Не ревнуешь. Просто подумай о том, что я сказала.
Аника кивнула, не поднимая глаз, потом посмотрела в окно. Солнце светило ярко, и в его лучах пылинки танцевали, как маленькие золотые искры.
Она думала о Шарле. О его улыбке, когда он говорил о новой девушке. О том, как его глаза блестели. О том, как она сказала: «Я рада за тебя».
И о том, что это было ложью.
Последний урок закончился, и классы один за другим начали выплёскивать учеников в коридоры. Гул голосов, смех, звон ключей, всё это смешивалось в один сплошной, привычный шум. Аника спускалась по широкой каменной лестнице, держась за полированные перила. Её туфли тихо постукивали по ступеням, и этот звук эхом разносился под высокими сводами. Сквозь высокие стеклянные двери было видно, как солнце заливает парковку светом. Ряд машин, от скромных Мерседес до ярких Феррари и Ламборгини, блестел на солнце, как выставка в автосалоне.
Тита вдруг резко остановилась, схватила Анику за руку и толкнула в бок.
-Смотри, - прошептала она, кивая куда-то в сторону.
Аника подняла глаза и замерла.
На парковке, прислонившись к капоту, стоял Шарль. Он был в той же одежде, что и утром, волосы чуть растрёпаны, ветер, наверное, или же он сам провёл по ним ладонью. В одной руке он держал телефон, пальцы вновь быстро бегали по экрану, и на его губах играла лёгкая улыбка.
Он кого-то ждал.
Аника почувствовала, как внутри что-то ёкнуло. Она не ожидала его здесь увидеть, брат не говорил, что приедет. Да и зачем? Утром он сказал, что подвезёт её в школу, но чтобы забирать? Это было ново.
Тита перевела взгляд с Шарля на Анику, потом снова на Шарля. Её глаза сузились, и в них мелькнуло понимание в перемешку с подозрением.
-Подруга, - сказала она, и в её голосе послышалась привычная насмешка, но теперь в ней была ещё и осторожность, - я всё понимаю, но твой ненаглядный братец вводит меня в ступор каждый раз своими выходками. Что он тут делает?
-Не знаю, - ответила Аника, крякнув от ситуации.
-Как это не знаю? Он твой брат.
-Шарль не обязан отчитываться передо мной.
Тита хмыкнула, но ничего не сказала. Она смотрела на Леклера, на его улыбку, на телефон в его руке, на то, как он нетерпеливо переминался с ноги на ногу, будто ждал кого-то важного.
-Странно всё это, - тихо сказала она, скорее себе, чем Анике. - Он тебя утром привёз, теперь забирает. Не слишком ли много заботы для человека, у которого появилась девушка?
-Тита, - Аника повернулась к ней. - Что ты хочешь сказать?
-Ничего, - Титания пожала плечами, но её взгляд оставался прикованным к Шарлю. - Просто наблюдаю.
Аника посмотрела на подругу, потом на брата. В голове крутились десятки вопросов. Зачем он приехал? Кого ждёт? Может быть, ту самую девушку, которой писал сегодня утром? Ту, из-за которой улыбался в телефон?
Она почувствовала, как внутри поднимается что-то тёплое, липкое, то что она пыталась прогнать весь день.
-Пойдём, - сказала Аника, делая шаг вперёд. - Узнаем.
Де Таше направилась к Шарлю, чувствуя на себе взгляд Титы. Подруга не спешила за ней, осталась стоять на ступенях, скрестив руки на груди, и наблюдала, в её глазах застыл немой вопрос, который она пока не решалась задать вслух.
-Шарль, - позвала Аника, подходя ближе.
Он поднял голову и убрал телефон в карман. Его лицо осветилось улыбкой, спокойной, тёплой, но в ней не было той легкости, что была утром. Шарль выглядел уставшим, но довольным.
-Привет, - сказал он. - Уроки закончились?
-Как видишь, - ответила Аника, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Ты чего здесь?
-Решил тебя встретить. Подумал, что ты устала.
-Я могла бы вызвать такси, Шарль.
-Могла бы, - он пожал плечами. - Но зачем, если я здесь?
Аника хотела возразить, но слова застряли в горле. Она смотрела на него, на его спокойное лицо, на его руки, лежащие в карманах, на его улыбку, и не могла понять, что тут происходит.
-А как же твоя встреча? - спросила она.
-Не переживай, я справился с делами ещё утром. - Шарль открыл перед ней дверцу машины. - Садись.
Аника посмотрела на Титу. Та стояла на ступенях, улыбалась, но в её глазах была тревога. Рыжая чуть заметно покачала головой, то ли «не садись», то ли «я ничего не понимаю». Аника не разобрала.
-Ладно, - сказала она, садясь в машину. - Но только потому, что я правда устала.
-Конечно, - ответил Шарль, закрывая за ней дверцу.
Он обошёл машину, сел за руль, завёл двигатель. Машина плавно выехала с парковки, оставив Титу на ступенях.
Девушка смотрела им вслед и качала головой. Она достала телефон, провела пальцем по экрану, открыла чат. Брови её нахмурились, между ними залегла тонкая вертикальная складка. Пальцы замерли над клавиатурой, несколько секунд она смотрела в одну точку, потом начала печатать. Коротко, отрывисто, будто каждое слово давалось с трудом. Отправила. Спрятала телефон в сумку. Вздохнула.
В её голове крутились мысли, которые она пока не решалась произнести вслух.
-Странно всё это, - прошептала она, смотря вслед автомобилю. - Очень странно.
Они выехали со школьной парковки, и Шарль плавно влился в поток машин. В салоне тихо играла музыка, работал двигатель, да изредка доносились приглушённые звуки с улицы из приоткрытых окон.
-Как прошёл день? - спросил Шарль, не глядя на неё. Голос его был ровным, почти безразличным.
-Нормально, - ответила Аника, искоса поглядывая на него. - А у тебя?
-Тоже нормально. Съёмка затянулась, но вроде управились. Потом была встреча с инвесторами, ничего нового.
Он говорил легко, буднично, но Аника не могла отделаться от ощущения, что что-то не так. Она косилась на его профиль, на спокойное лицо, на чуть прищуренные глаза, и не узнавала брата. Он был другим. Не тем, кого она привыкла видеть последние недели. Сейчас Шарль выглядел почти безмятежным. Даже улыбался.
-Ты какой-то… странный сегодня, - заметила она.
-Странный? - Леклер усмехнулся. - В каком смысле?
-Не знаю. Будто… выдохнул.
Шарль помолчал, глядя на дорогу.
-Может быть, - ответил он наконец. - У каждого бывают хорошие дни.
Аника почувствовала, как внутри поднимается раздражение. Не злое, нет, скорее недоумение. Она не могла понять, что происходит. Почему брат ведёт себя так, будто ничего не случилось? Будто утро, когда он улыбался телефону, было самым обычным делом?
-Шарль, - сказала Аника, поворачиваясь к нему. - Что всё это значит?
-Что именно? - гонщик бросил на сестру короткий взгляд.
-Всё, - Аника развела руками и начала загибать пальцы. - Отвёз меня в школу. Приехал забрать. Помог с машиной на неделе. Решил проблему с физикой. Сидел со мной вечером. Что всё это значит?
Шарль не ответил сразу. Он перестроился в левый ряд, пропустив такси, и только потом заговорил.
-Я просто выполняю обязанности брата, - ответил Лерлер спокойно. - Не обязательно в моих действиях искать подвох.
-Но ты не был рядом раньше, - Аника чувствовала, как голос её становится тише. - Не так часто.
-Может быть, я решил, что пришло время меняться, - Шарль пожал плечами. - Что в этом такого?
Аника замолчала, она не знала, что ответить. Его спокойствие обезоруживало.
-А как же твоя девушка? - спросила блондинка, и вопрос вновь вырвался сам собой, прежде чем она успела подумать. - Почему ты не с ней?
Шарль усмехнулся коротко, беззлобно.
-Потому что она ещё не моя девушка, Аника, - сказал он. - Не переживай, с ней я увижусь вечером. А сейчас мне нужна твоя помощь.
-Какая помощь? - она прищурилась.
-Мне нужно подготовиться к вечеру. Купить что-то… приличное. Ты разбираешься в этом лучше меня, - Шарль бросил на сестру короткий взгляд. - Да и тебе самой, наверное, стоит что-то подобрать для свидания. Поехали по магазинам.
Аника смотрела на него, пытаясь понять что это. Забота? Контроль? Или что-то ещё?
-Ладно, - сказала она откидываясь на спинку сиденья. - Поехали.
Шарль кивнул и свернул на знакомую улицу, где располагались лучшие бутики Монако.
-Сегодня будет хороший вечер, - сказал он. - У нас обоих.
Аника ничего не ответила. Только смотрела в окно на проплывающие мимо витрины и думала о том, как быстро всё меняется, и о том, что она перестаёт понимать человека, который сидит рядом.
Шарль же смотрел на дорогу, и в его глазах, спокойных, почти безмятежных, теплилось то, чему он пока не давал выхода.
«Стоит тебе оступиться, - вспомнил он свои же слова, сказанные Ландо несколько недель назад. - Я буду рядом с ней и больше ее не упущу».
Ландо ошибался, и Шарль видел это. Видел каждую трещину в их отношениях, каждое сомнение в глазах Аники, каждый её невысказанный вопрос.
Леклер не злорадствовал. Он просто ждал и делал шаги.
Маленькие, незаметные, но верные.
Аника не замечала их, или же не хотела замечать, но это было не важно. Главное то, что она рядом.
-Здесь, - сказал Шарль, сворачивая к парковке.
Он заглушил двигатель и повернулся к Анике.
-Готова?
-К чему? - спросила девушка, посмотрев на брата.
-К тому, чтобы провести время со мной, - Шарль широко улыбнулся. - Не бойся, я не кусаюсь.
Аника закатила глаза, но не смогла сдержать ответной улыбки.
-Веди, - сказала она.
Они вышли из машины, Шарль подал ей руку, и девушка, секунду поколебавшись, приняла её.
Ребята шли по многолюдной улице, и прохожие оборачивались. Красивая пара, элегантные, дорогие. Аника не замечала их взглядов, она смотрела на Шарля, и на то, как он держит её руку. Воспоминания о Шанхае вспыхнули, как фейерверк.
-Итак, - сказал Шарль, останавливаясь у витрины бутика. - С чего начнём?
-С того, что ты расскажешь мне, на какое свидание ты собрался, - ответила Аника, стараясь, чтобы голос звучал небрежно. - Чтобы я понимала, что тебе нужно.
-Обычное свидание, - он пожал плечами. - Ужин в хорошем месте. Ничего особенного.
-Шарль, ты никогда не делаешь «ничего особенного», - Аника недовольно посмотрела на него, сделав в воздухе ковычки. - Так что не ври.
Он усмехнулся.
-Я не вру. Просто это наше первое свидание, хочется произвести впечатление, но не переборщить.
Он открыл дверь бутика и пропустил её вперёд.
-После тебя, - сказал Шарль и Аника чувствовала, как внутри неё снова загорается огонёк, который она пыталась погасить.
Они вошли в бутик и стеклянные двери бесшумно закрылись за ними, отрезая от внешнего мира. Здесь царил свой, особенный полумрак, приглушённый, тёплый, лившийся из встроенных в потолок ламп и падавший на стены мягкими золотистыми пятнами. Тихо играла музыка и этот звук, казалось, растекался по комнате вместе с запахом дорогой кожи и свежих цветов. Орхидеи стояли в высоких вазах на каждом столике, белые, с нежно-розовой сердцевиной, они источали тонкий, едва уловимый аромат.
К ним тут же подошла консультант - высокая блондинка в чёрном платье, с идеальной укладкой и профессиональной улыбкой, которая, казалось, была отрепетирована до мельчайших деталей.
-Добрый день, меня зовут Кларисса, я могу вам помочь?
Шарль поднял голову, посмотрел на неё равнодушным взглядом и коротко кивнул.
-Если что, мы позовём вас, спасибо.
Тон его голоса был вежливым, но таким, который не терпел возражений. Консультант кивнула, улыбнулась и отошла в сторону, неслышно ступая по мягкому ковру, оставляя их вдвоём.
-Ты мог быть и повежливее, - заметила Аника, разглядывая первый стеллаж. Она провела пальцем по тканям - мягкий кашемир, прохладный шёлк, плотный лён.
-Я был вежлив, - уклрнчиво ответил Шарль, следуя за ней по пятам. Его шаги были почти неслышными, и он двигался с ленивой грацией, которая появлялась, когда он был в хорошем настроении. - Я сказал «спасибо». Что ещё нужно?
-Не знаю, может быть, дать ей шанс помочь? Это ее работа, в конце концов.
-Она поможет, когда я попрошу, - он пожал плечами и остановился у вешалки с пиджаками. - А пока я хочу услышать твоё мнение.
-Моё?
-Твоё, - Шарль кивнул и повернулся к ней. - Ты лучше разбираешься в этом.
-Неправда.
-Правда, - Леклер улыбнулся, и в его глазах мелькнул озорной огонёк. - Я видел твой гардероб. Там такое количество вещей, что можно открыть свой магазин.
-Это не магазин, это женская необходимость, - парировала Аника, но не смогла сдержать улыбки.
Они начали с мужского отдела. Шарль примерил первый пиджак, тёмно-серый, с атласными лацканами, который выглядел элегантно на вешалке, но стоило ему его надеть, как стало ясно: размер не тот. Плечи были слишком узкими, ткань натянулась на бицепсах, и он едва мог пошевелить руками, не рискуя порвать что-нибудь. Аника смотрела на него, и сначала просто улыбалась, но когда он попытался поднять руку, чтобы поправить воротник, и замер, потому что не смог, она рассмеялась громко, искренне, прикрывая рот ладонью, будто боялась, что её смех разнесётся по всему бутику.
-Ты выглядишь, - выдохнула она сквозь смех, - как качок, который случайно надел пиджачок младшего брата.
Шарль посмотрел на себя в зеркало. Широкие плечи, перетянутые тканью, рукава, которые заканчивались выше запястий, и пуговица на груди, которая вот-вот грозилась отлететь. Он вздохнул, покачал головой.
-Спасибо за поддержку, - буркнул Леклер, с трудом стягивая пиджак. Ткань противно скрипнула, и он на секунду замер, боясь, что она треснет, но обошлось.
Второй пиджак был длинным, даже слишком длинным. Тёмно-синий, почти чёрный, он доходил почти до середины мужских бедер, и когда Шарль надел его и повернулся к зеркалу, Аника засмеялась ещё громче. Она даже зажмурилась на секунду, вытирая выступившие слёзы.
-Ты похож на священника в сутане, не хватает только колоратки, - выдавила она, - или на гангстера из старых фильмов. Такого, который стоит в тени и всех запугивает.
-Аника, - Шарль посмотрел на неё с притворной обидой, но в глазах плясали смешинки. - Ты здесь, чтобы помочь, или чтобы меня добить?
-И то, и другое, - ответила она, всё ещё смеясь, но уже тише.
-У тебя странные методы.
-Зато эффективные.
Третий пиджак они нашли почти сразу. Он висел в самом конце стеллажа, и Аника заметила его первой. Тёмно-синий, с тонкой белой полоской на нагрудном кармане, почти незаметной, которая при движении переливалась в свете ламп. Шарль надел его, и ткань легла идеально, не слишком узко, не слишком широко, будто шилась на заказ. Он повернулся к зеркалу, поправил воротник, одёрнул рукава.
Аника любовалась им. Костюм подчёркивал плечи, талию, длинные ноги. Лерлер стоял перед зеркалом, чуть наклонив голову, и выглядел так, будто сошел с обложки журнала, элегантный, уверенный, расслабленный. На секунду ей показалось, что время остановилось.
-Ну как? - спросил Шарль, поворачиваясь к сестре.
Аника отвела взгляд.
-Идёт, - кивнула Де Таше, стараясь, чтобы голос звучал ровно и не дрожал.
-”Идёт” или “отлично”?
Блондинка помолчала, чувствуя, как щёки начинают гореть.
-Отлично, - признала она тихо.
Шарль в который раз усмехнулся, но ничего не сказал. Только вновь посмотрел на себя в зеркало и довольно кивнул.
Потом они перешли к обуви. Вот тут Леклер был беспомощен.
Он стоял перед стеллажом, на котором рядами были выставлены десятки пар обуви. Чёрные, коричневые, тёмно-синие, лакированные, матовые, с пряжками и без, и смотрел на них с таким видом, будто они говорили на китайском. Брови сдвинуты, губы сжаты, в глазах растерянность, которую Шарль пытался скрыть за маской спокойствия. Аника едва сдерживала улыбку.
-Эти? - спросил он, показывая на чёрные оксфорды с тонкой шнуровкой.
-Нет, - ответила Аника, скрестив руки на груди и покачиваясь с пятки на носок.
-А эти? - он указал на тёмно-коричневые броги с перфорацией.
-Тоже нет.
-Аника, - Шарль вздохнул, провёл рукой по волосам, но прядь вновь упала на лоб, - они все одинаковые.
-Они не одинаковые, - она подошла к стеллажу, провела пальцами по нескольким моделям, чувствуя под подушечками гладкую кожу, тиснение, швы. Её взгляд скользнул по рядам и остановился на паре лоферов, таких же тёмно-синих, как и пиджак. Тонкая золотая пряжка на ремешке блеснула в свете ламп. - Эти.
Шарль взял их, повертел в руках, поднёс к свету. Кожа была мягкой, почти живой, и она чуть пружинила под пальцами.
-Чем они отличаются от тех? - спросил он, кивая в сторону стеллажа.
-Вкусом, - ответила Аника, и в её голосе зазвенели знакомые насмешливые нотки. - У тебя его нет.
Шарль посмотрел на неё. В его глазах плясали дьяволята, уголки губ дрогнули.
-Это жестоко, - сказал он.
-Это правда, - и оба тут же рассмеялись.
Сейчас, здесь, они были просто братом и сестрой, без тяжёлых разговоров, без недосказанности, без взглядов, которые прожигают насквозь.
-А теперь твоя очередь, - сказал Шарль, кивая в сторону женского отдела. - Ищи себе платье. А я пока посижу, отдохну.
-Ты не устал, - фыркнула Аника. - Врунишка.
-От твоих комментариев - да, - ответил Леклер, падая в кресло.
Она скрылась за вешалками, и Шарль, оставшись один, откинулся на спинку, сложил руки на груди. Где-то играла музыка, и в этом полумраке, среди дорогих тканей и приглушённого света, он чувствовал себя почти спокойно. Почти.
Через несколько минут Аника вышла из примерочной, и он поднял голову и замер.
На ней был нежный, воздушный ансамбль, от которого невозможно было отвести взгляд. Белые широкие брюки с высокой посадкой струились вдоль ног, как шёлк, придавая её фигуре утончённую лёгкость. Ткань мягко переливалась в свете ламп, но была настолько чистой, что напоминала полотно художника, где важна каждая линия, каждый изгиб.
Топ нежно-розового оттенка облегал её фигуру, шелковистая ткань не скрывала, а подчёркивала каждое движение. Завышенная линия талии делала её силуэт ещё более изящным, а изысканный бант на шее добавлял образу кокетливую нотку - сдержанную, но заметную. В нижней части топа волан, лёгкий и воздушный, колыхнулся, когда Аника повернулась к зеркалу.
-Ну? - спросила она, оправляя ткань на бёдрах. - Что скажешь?
Шарль не ответил. Он смотрел на неё, на то, как белые брюки струятся вдоль ног, как розовый бант на шее подчёркивает изгиб острова плеч, как она поправляет волосы, не глядя в его сторону.
Аника подошла ближе к зеркалу, разглядывая себя. В руках у неё была маленькая розовая стёганая сумочка с золотыми элементами, крошечная, изящная, похожая на драгоценную шкатулку. Она переливалась в свете ламп, идеально сочетаясь с тоном топа.
-Аксессуары я выберу дома, - сказала Аника, открывая сумочку и заглядывая внутрь. - Но мне кажется, это то, что нужно.
-Каблуки? - спросил Шарль, и его голос прозвучал хрипло.
-Точно, - девушка подошла к стеллажу с обувью, выбрала босоножки на высоком каблуке, пастельные, почти прозрачные, с тонкими ремешками. - Они добавят роста.
-Тебе не нужен рост, - ответил он.
-Зато нужны красивые ноги, - поспорила Аника, надевая босоножки.
Она снова подошла к зеркалу, повернулась, рассматривая себя с разных сторон. Светлые волосы рассыпались по плечам, лёгкие кудри падали на спину. Шарль смотрел на неё, и в его глазах было что-то такое, от чего у Аники сладко щемило в груди.
-Ну? - снова спросила она, нетерпеливо. - Я дождусь твоего комментария сегодня?
Шарль откинулся на спинку кресла, скрестил руки на груди и посмотрел на неё долгим, изучающим взглядом, в котором черти и смех сплелись в один танец - нахальный, зовущий, с лёгким прикусом губы.
-Ты уверена, что хочешь его услышать?
-Я же не просто так спросила, - ответила Аника, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения.
Шарль медленно поднялся с кресла, подошёл ближе. Остановился на расстоянии вытянутой руки, и Аника почувствовала, как воздух между ними стал чуть плотнее.
-Ты выглядишь так, - начал он, и голос его был низким, почти шёпотом, - что мне нужно напоминать себе, кто ты для меня, чтобы не сказать лишнее.
Аника замерла. Сердце забилось где-то в горле.
-Шарль…
-Это комплимент, - перебил он, чуть улыбнувшись. - Самый честный, который я могу тебе дать.
Леклер сделал шаг назад, возвращаясь в кресло, и Аника выдохнула, не понимая, от облегчения или от того, что исчезла его близость.
-Иди переодевайся, - сказал он, махнув рукой. - А то я передумаю и начну говорить ещё что-нибудь.
Блондинка натянуто улыбнулась, пытаясь унять дрожь во всем теле и бешено колотящееся сердце, и снова повернулась к зеркалу, рассматривая себя с разных сторон. Поправила бант на шее, провела ладонью по бёдрам, разглаживая невидимые складки. Светлые волосы рассыпались по плечам, лёгкие кудри падали на спину, и она откинула их назад, открывая шею.
Шарль смотрел на сестру, не отрываясь.
Чёрт возьми, она была прекрасна.
Леклера достал телефон. Быстро, почти незаметно, поднял его и сделал несколько кадров - не позирующих, живых, настоящих. Аника не смотрела в объектив, не улыбалась на камеру, она просто была собой, и в этом была вся суть.
Шарль выбрал лучшее фото, открыл инстаграм, после вновь перешёл в камеру, выбрал категорию «Близкие друзья».
Подписал коротко: «Сегодня я консультант по стилю. Справляюсь?»
Усмехнулся и нажал «опубликовать».
-Всё, я готова, - сказала Аника, держа в руках вешалку с нарядом. - Ты выбрал?
-Угу, - кивнул Шарль, поднимаясь с кресла и отряхивая невидимые пылинки с одежды. - Идём оплачивать.
Они подошли к кассе, консультант уже ждала их, держа в руках терминал. Шарль достал карту из заднего кармана джинс, пластиковый прямоугольник, который блеснул в свете ламп.
-Я сама, - возразила Аника, уже открывая свой портфель.
-Не сегодня, - отрезал Леклер, передавая карту консультанту, даже не взглянув на неё.
-Шарль, блин.
-Это подарок, - перебил он, и в его голосе появилась та мягкая, но непреклонная нотка, которая не терпела возражений. - За то, что ты помогла мне.
-Ты мог бы просто сказать спасибо, - заметила Аника, и ее голубой взгляд недовольно прошёлся по фигуре брата.
-Мог бы, - согласился Шарль. - Но так лучше.
Аника смотрела на него, не зная, что сказать. Консультант провела оплату, вернула карту парню, упаковала вещи в фирменные пакеты из плотной крафтовой бумаги с золотыми логотипами.
-Спасибо, - сказала Аника тихо, обращаясь к Шарлю, и принимая пакеты.
-Не за что, - ответил он, беря у неё половину покупок. - Пойдём.
Они вышли из бутика, и вечерний воздух обдал их свежестью. Солнце ещё не село, но огни Монако зажглись сначала робко, по одному, потом всё ярче, рассыпаясь по берегу, как россыпь бриллиантов.
Шарль открыл дверцу машины, и Аника села в салон, прижимая к себе пакеты. Кожа сиденья была прохладной, гладкой, и она откинулась на спинку, чувствуя, как внутри разливается странное, почти невесомое спокойствие.
Шарль сел за руль, завёл двигатель. Машина плавно выехала с парковки, и они поехали в сторону дома. Леклер держал руль одной рукой, другой телефон. На экране мелькали уведомления одно за другим. Он пробежал их глазами, чуть улыбнулся, потом убрал телефон в карман и снова взялся за руль двумя руками.
-Кто пишет? - спросила Аника, не глядя на него.
-Так, - ответил Шарль. - Ерунда, не бери в голову.
Она не стала спрашивать, ведь не знала, что её фотография уже разлетается по чатам тех, кто должен был её увидеть. Не знала, что Шарль, сидящий рядом, только что сделал ещё один шаг в своей тихой, почти незаметной игре. Не знала, что лёгкая улыбка на его лице, не от её ответа.
Аника смотрела на огни, а он смотрел на неё краем глаза и улыбался.
На другом конце города, на холме, Ландо сидел за столом в гостиной, перед ним на экране ноутбука мелькали графики телеметрии прошлой гонки. Цифры, линии, сектора - всё это было знакомо до мельчайших деталей, но сегодня они не складывались в картину. Он смотрел на экран, но не видел его. Мысли были далеко. Пальцы замерли на клавиатуре, не напечатав ни единой цифры.
-Чёрт, - выдохнул он, откидываясь на спинку стула.
За окном все ещё было светло, где-то вдалеке кричали чайки, и Ландо на секунду закрыл глаза.
Но что-то внутри не давало покоя.
Экран засветился, и он машинально провёл пальцем по нему, открывая уведомления. Новое сообщение, видео в рабочем чате, и история в инстаграме от Шарля Леклера. Для близких друзей.
Ландо хотел пролистать дальше, мол “неинтересно”, но что-то кольнуло. Какая-то внутренняя тревога, которую он не мог объяснить. Она поднялась откуда-то из груди и сжала горло.
Он нажал на экран.
Фото загружалось несколько секунд, слишком долго, как показалось Ландо, а потом он увидел Анику.
Она стояла в примерочной, спиной к камере. Поправляла розовый бант на топе. Светлые волосы рассыпались по плечам, и фигура обрисовывалась в полумраке бутика. Аника не смотрела в объектив, она не знала, что её снимают.
Глаз Ландо дёрнулся.
Он приблизил фото, вглядываясь в детали. Увеличенное изображение стало чуть зернистым, но это не имело значения. Он видел всё: её расслабленную позу, небрежный жест, улыбку в отражении зеркала. Аника не позировала, она просто была собой.
Шарль сделал снимок, не спросив, украдкой.
Ландо почувствовал, как внутри поднимается злость. Тяжёлая, липкая, она заполняла грудь и поднималась к горлу.
Он отбросил телефон на стол, тот глухо стукнулся о деревянную поверхность и отскочил к краю, чуть не упав на пол. Встал, прошёлся по комнате. Шаги были быстрыми, нервными, и ковёр на полу не заглушал их, они звучали как выстрелы.
-Чёрт, чёрт, чёрт, - прошептал он, сжимая кулаки.
Остановился у окна. Море было синим, ещё не чёрным, но и не лазурным, и огни города отражались в нём, как в зеркале. Где-то вдалеке слышалась музыка, смех, голоса, Монако жил своей жизнью.
Он думал о Шарле. О его словах, сказанных несколько недель назад в Баку. Шарль смотрел на него холодным, оценивающим взглядом, а потом сказал: ««Я отступлю, - вспомнил Ландо его слова. - Я не буду мешать».
А теперь Шарль крутится вокруг его девушки, будто бы нарочно, смотрит на неё так, как не должен и фотографирует украдкой, выкладывая в закрытый аккаунт.
-Чёрт бы побрал этого монегаска, - сказал Ландо вслух. Голос прозвучал глухо, будто из-под земли.
Шарль начал войну, но не с криками, не с угрозами, а тихо, аккуратно, незаметно. Он делал шаг за шагом, и Ландо видел это, но не мог ничего сделать. Шарль не переходил границ, он был аккуратен в своих действиях.
Ландо сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Боль отрезвила, но не надолго.
Он накинул куртку, схватил ключи и вышел из дома. Хлопнула дверь, и эхо разнеслось по пустому коридору.
Парень не знал, куда идёт. Просто понимал, надо что-то делать, надо срочно действовать, иначе он потеряет её, не сразу, не сегодня, но потеряет.
Машина сама привезла его в ювелирный.
Ландо припарковался, заглушил двигатель и несколько секунд сидел неподвижно, глядя на витрины. Огни переливались, отражаясь от полированных поверхностей, и казалось, что эти огни живут своей собственной жизнью. Бриллианты, сапфиры, изумруды - всё это блестело, манило и каждая витрина обещала что-то особенное.
Он вышел из машины, захлопнул дверцу. Вечерний воздух был прохладным, и ветер трепал его волосы, бросая на лицо, но Ландо не обратил внимания.
Он зашёл в первый попавшийся магазин, небольшой, но дорогой, с коврами на полу и ярким светом, внутри пахло кожей и очень сладкими духами.
Консультант, брюнетка в сером платье, с идеально гладким хвостом и профессиональной улыбкой, тут же подошла к нему.
-Добрый вечер, - сказала она голосом, который был одновременно приветливым и спокойным. - Чем я могу вам помочь?
-Кольца, - коротко бросил Ландо, даже не взглянув на неё. - Покажите кольца.
-Какие именно вас интересуют? Обручальные? Подарочные? С бриллиантами или без?
-Все, - ответил он.
Консультант кивнула и жестом пригласила его к витрине с украшениями, на бирках которых, Ландо заметил знакомую фамилию, напечатанную витиеватыми размашистыми буквами “Де Таше”.
Он рассматривал кольца одно за другим. Платиновые, золотые, с бриллиантами, без, тонкие, широкие, с гравировкой, гладкие. Одно было слишком массивным, другое слишком хрупким, третье блестело так, что слезились глаза, но в нём было что-то чужое, не её.
Он взял в руки одно, тонкое, платиновое, с небольшим бриллиантом в форме сердечка. Оно было изящным, нежным, почти невесомым. На секунду представил его на девичьем пальце.
И внезапно понял: он не знает её размера.
-Твою ж, - прошептал Ландо, потирая переносицу. Пальцы сжали край витрины так, что побелели костяшки.
-Простите? - переспросила девушка, наклоняя голову.
-Ничего, - Норрис покачал головой, возвращая кольцо на место. - Не убирайте его далеко, я сейчас подойду.
Ландо вышел из магазина, оставив растерянного консультанта. Дверь закрылась за ним с тихим звоном колокольчика.
На улице Ландо достал телефон, зашёл в соцсети и бегло пролистал подписки, пока среди знакомых аватарок не мелькнули ярко-рыжие волосы. Замер на секунду, глядя на чужое имя. Пальцы зависли над экраном, Ландо волновался, ведь до этого он никогда не общался с Титанией.
Ландо: «Тита, привет. Нужна твоя помощь».
Ответ пришёл через минуту.
Титания: «Ландо? Ты? Чего случилось?»
Он усмехнулся. Её голос, даже в письменном виде, был таким же ярким и живым, как она сама.
Ландо: «Какой размер кольца у Аники?»
Ландо отправил сообщение и замер, глядя на экран. Пальцы сжимали телефон так, что побелели костяшки. Тишина. Ожидание.
Через несколько секунд телефон завибрировал, но не сообщением - входящим вызовом. На экране высветилось имя: Титания.
Ландо усмехнулся и принял вызов.
-Ты серьёзно? - без приветствия выпалила Тита. В её голосе слышалось возмущение, но не злое, а скорее удивлённое, даже немного растерянное.
-Абсолютно, - ответил Ландо, прислоняясь к витрине ювелирного магазина.
-Ландо, ты с ума сошёл? - Тита говорила быстро, почти перебивая саму себя. - Вы встречаетесь всего ничего, а ты уже… что ты задумал?
-Не переживай ты так, - Норрис усмехнулся. - Но ответь на вопрос.
Тита замолчала. Ландо слышал, как она дышит в трубку нервно и прерывисто. Представил, как она сидит сейчас в своей комнате, наверное, в кровати, поджав под себя ноги. Хмурится, кусает губу, крутит в руках телефон. Решает, говорить или не говорить.
-Шестнадцатый, - сказала она наконец. - Европейский.
Ландо выдохнул с облегчением, которого не ожидал.
-Спасибо, Тита.
-Но если ты ей купишь обручальное, - голос Титы стал жёстким, почти угрожающим, - я тебя убью. Понял? Не шучу.
Ландо улыбнулся впервые за последний час.
-Понял, - сказал он довольно. - Спасибо.
-Ландо! - крикнула Титания, но в её голосе уже слышались смешинки. - Я серьёзно!
-И я серьёзно, - ответил он. - Спокойной ночи, дорогая.
-Чтоб тебя… - пробормотала она и сбросила вызов.
Ландо убрал телефон в карман, поднял голову и посмотрел на витрину, где лежало то самое кольцо, тонкое, платиновое, с маленьким бриллиантом.
Война началась и он не собирался проигрывать.
Аника стояла перед зеркалом и не узнавала себя. Покрутилась пару раз, рассматривая образ с разных сторон. Светлые волосы рассыпались по плечам лёгкими волнами, локоны мягко обрамляли лицо.
На шее тонкая золотая цепочка с маленькой жемчужиной. Она носила ее, не снимая, оно лежало прямо у сердца. Аника провела пальцем по гладкой поверхности перламутровой бусины, улыбнулась своему отражению.
За окном раздалось мягкое рычание двигателя. Ландо.
Сердце пропустило удар.
Аника схватила маленькую розовую сумочку и выбежала из комнаты. Каблуки цокали по паркету, она летела по лестнице, держась за перила, и на последней ступеньке чуть не споткнулась, вовремя ухватилась за поручень и рассмеялась сама над собой.
В прихожую из гостиной вышел Шарль.
Они столкнулись почти одновременно. На нём был тёмно-синий костюм, тот самый, который они выбрали днём. Волосы непривычно уложены, и из прически не выбивалось ни одной лишней пряди. Шарль был похож на принца - холодного, недосягаемого, чужого.
-Прекрасно выглядишь, - сказал он, бегло мазнув взглядом по сестре.
Аника почувствовала, как щёки заливаются предательским румянцем.
-Ты тоже, - ответила она. - Выглядишь… очень элегантно.
-Стараюсь, - парень усмехнулся, и в его глазах мелькнул азартный огонёк.
Шарль шагнул к Анике, протянул руку, кончиками пальцев коснулся кулона на её шее. Поправил цепочку, движение было медленным, почти небрежным, но пальцы задержались на жемчужине дольше, чем нужно. Его взгляд скользнул по её лицу, по губам, по ключицам.
-Знаешь, - шепнул Леклер, чуть наклонив голову. - Ты сейчас выглядишь так, что мне хочется взять и… - Шарль нарочно запнулся, усмехнулся чуть неловко и посмотрел под ноги, - прямо здесь. Ты бы мило смотрелась на этом коврике.
Аника замерла, не зная как реагировать на такой откровенный комплимент. Щеки, что до этого были чуть розовыми, резко вспыхнули огнем и окрасились в пунцовый. Девушка попыталась что-то сказать, но слова застряли в горле, и она только открыла рот, не издав ни звука.
-Что? - Шарль невинно улыбнулся. - Я просто сказал, что ты прекрасна. И любой мужчина, который будет смотреть на тебя сегодня, будет думать о том же, но в отличие от них, я имею смелость сказать это вслух.
Леклер убрал руку, сделал шаг назад. Его лицо снова стало спокойным, почти безразличным, будто ничего не произошло.
-Тебе пора, - сказал он и кивнул на дверь. - Он ждёт.
Аника стояла, не в силах пошевелиться. Сердце колотилось где-то в горле, пульсировало в висках. Она смотрела на Шарля, на его спокойное лицо, на лёгкую улыбку, и не могла понять - это была игра?
Блондинка открыла дверь и вышла на крыльцо. Первое, что бросилось в глаза - огромный букет белых камелий, а только потом улыбающееся лицо Ландо. Шаг, ещё один, и вот Аника, громко и быстро стуча острыми шпильками по каменным плитам, направляется в родные объятия. Норрис положил цветы на крышу спорткара, подхватил девушку и закружил. По улице разнёсся звонкий девичий смех.
-Ты восхитительна, миледи, - прошептал Ландо, и заправил светлую прядь за ухо, - но не буду скрывать, я уже видел этот наряд в Инстаграме твоего братца. Смотрел и представлял тебя в живую. Мои ожидания не оправдались, ты выглядишь намного красивее.
-Перестань меня смущать! - возмутилась Аника, но щеки вновь предательски порозовели тон в тон к атласному топу. - Ты себя видел? Я завидую сама себе, за то что урвала такой алмаз.
Ландо широко улыбнулся, поцеловал Де Таше в нос и протянул букет камелий, но несмотря на красоту цветов, запаха не было, напоминая о том, что красота часто безмолвна.
Интимность момента нарушил громкий хлопок двери, привлекая к себе внимание влюбленных. На пороге стоял Шарль собственной персоной и поправлял манжету, с видом полного безразличия к происходящему прямо у него под носом, а потом взгляд своих зелёных глаз прошёлся по парочке, медленно, будто оценивал, и довольно улыбнулся, задиристо подмигнув Норрису. Ландо не отвел взор, но его плечи напряглись, будто перед ударом.
-Хорошего вечера, сестрёнка. Увидимся завтра.
Аника резко развернулась в объятиях Ландо и, прикусив нижнюю губу, сдвинула светлые брови.
-Повеселись, Шарль, - вежливо ответила та и ее голос прозвучал ровнее, чем она ожидала.
-Обязательно, - ответил Леклер с улыбкой, а после похлопал себя по карманам брюк, будто искал ключи. - Вечер обещает быть длинным.
Аника вновь перевела взгляд на Ландо и, улыбнувшись, спросила:
-Куда поедем?
-Увидишь, - ответил Норрис и открыл пассажирскую дверь спорткара, намекая Де Таше о том, что им пора.
Ресторан встретил их полумраком и тихой музыкой. За окнами медленно угасал закат, а море внизу было спокойным, почти чёрным, с редкими огоньками яхт на горизонте. Внутри было уютно. Не пафосно, не кричаще, просто тепло. Деревянные столы, мягкие кресла, в которые хотелось провалиться и не вставать. На каждом столике стояла маленькая ваза с живой зеленью, белоснежные салфетки, хрустальные бокалы, которые поблёскивали в свете ламп. Светильники свисали с потолка на тонких проводах, их абажуры отбрасывали на стены причудливые тени. Свет был тёплым, приглушённым, он не резал глаза и не отвлекал от разговора.
Пахло кофе, морем, местной кухней и сладкими духами посетителей.
Их столик стоял у самого окна. Отсюда было видно всё, и море, и огни, и звёзды, которые только начинали зажигаться.
Аника села, положила сумку на соседний стул и посмотрела на Ландо.
-Здесь красиво, - сказала она.
-С тобой все равно не сравнится, - ответил Норрис и подмигнул, после чего жестом позвал официанта.
Блондинка закатила глаза, но улыбнулась.
Вечер тёк плавно, расслабленно, не замечая времени. Они разговаривали обо всём и ни о чём одновременно - о фильмах, о гонках, о школе. Аника смеялась, запрокинув голову, пила белое полусладкое маленькими глотками и чувствовала, как лёгкое тепло разливается по телу, делая вечер ещё более уютным и невесомым.
Ландо рассказывал, жестикулировал, улыбался, но Де Таше вдруг стала замечать - что-то было не так. Он крутил вилку в пальцах, не глядя на неё, то брался за край салфетки, начинал рвать её на мелкие кусочки, то откладывал в сторону. В диалоге то и дело осекался, замолкал на полуслове, будто забывал, о чём говорил, и смотрел куда-то в сторону, на море, на огни, на горизонт.
-Ландо, что-то случилось? - обеспоконно спросила Аника и накрыла его широкую ладонь своей, в попытке успокоить.
-Не то чтобы, - Ландо вновь замолчал и свободной рукой въерошил кудряшки. - Я хотел сказать про Лин.
Глаз Аники дернулся из-за очередного упоминания этой девушки. Лин изрядно трепала нервы блондинки, хотя виделись они всего лишь раз.
-Лин? - Де Таше устало выдохнула.
-Чтобы ты знала всё, и мы больше никогда не возвращались к теме о ней. - Аника медленно кивнула, понимая, что разговор будет тяжёлым и неприятным. - Скорее всего, ты поняла, что между нами что-то было.
Аника грустно усмехнулась, посмотрела на свои руки, боясь взгляда Ландо, а потом пальцы машинально потянулись к кулону.
-Это было сложно не понять.
-Но сейчас между нами ничего нет и больше никогда не будет. Я буду с тобой честен, она отшила меня, но когда Лин мне стала неинтересна, решила вновь привлечь мое внимание. Но, Аника, она правда мне больше не нужна. У меня появилась ты, та которую я люблю по-настоящему. Прости, что не сказал тебе правду раньше, прости за поведение Изабель. Я поговорил с ней и Карлосом о том, что если они вновь заговорят о ней, я прекращу с ними общение.
Аника слушала внимательно, но так и не взглянула на Ландо. Было ли больно? Нет. Лин действительно была прошлым. Неприятно? Да. Норрис мог сразу расставить все точки, чтобы не было недопонимания и секретов, которые царапали душу, как кошки. Но первое о чем подумала Де Таше было то, что она тоже хранит секрет, который сейчас сидит на другом свидании. Но Шарль ведь тоже прошлое. Так ведь?
-Спасибо, что рассказал правду, - Аника наконец подняла глаза и посмотрела на Ландо. В её взгляде не было ни злости, ни обиды - только тихая, спокойная усталость. - Я надеюсь, теперь мы действительно больше не будем о ней говорить.
Гонщик уставился на неё, чуть приоткрыв рот. Он не верил, не мог поверить, что Аника так просто, за один вечер закроет эту тему без скандала, без слёз, без упрёков.
-Ты не злишься? - переспросил Ландо.
-На что? - Аника пожала плечами, и этот жест был лёгким и естественным, что Ландо на секунду потерял дар речи. - У каждого есть прошлое, главное, чтобы оно не мешало настоящему. Я злюсь только из-за одного.
Она замолчала, подумала, подбирала слова.
-Ты заставил меня сомневаться в твоих чувствах, - сказала тихо Аника.
Эти слова ударили больнее, чем любой крик. Ландо почувствовал, как сердце рухнуло куда-то вниз и забилось где-то в области коленей. Тяжело, глухо, не в ритм с дыханием. Он не нашёлся, что ответить. Просто сидел и смотрел на неё, на спокойное лицо напротив, на руки, сложенные на столе. Её пальцы лежали на белой скатерти, и он вдруг подумал о том, как давно хотел взять их в свои.
Маленькая коробочка в нагрудном кармане пиджака напомнила о себе. Ландо провёл рукой по груди, чувствуя её через ткань.
-Я не хотел, - сказал он. - Я никогда не хотел, чтобы ты сомневалась.
-Знаю, - ответила Аника. - Но это случилось.
Она не упрекала, просто констатировала факт, и от этого было ещё больнее.
Ландо сделал глубокий вдох, потом ещё один, и полез во внутренний карман.
Аника смотрела на него, не понимая. Он что-то искал, пальцы замерли на секунду, потом вытащили маленькую коробочку из розового бархата. Она лежала на его ладони, крошечная, незначительная на первый взгляд, но Аника почувствовала, как сердце пропустило удар.
-Это не то, что ты думаешь, - быстро сказал Ландо, заметив, как расширились её глаза. - Не предложение, ещё нет. Я не… мы не готовы. Я просто… - он запнулся, провёл рукой по волосам. - Я хотел, чтобы ты знала, я серьёзно. Серьёзнее, чем когда-либо.
Он открыл коробочку.
Внутри, на белой бархатной подушечке, лежало тонкое платиновое кольцо. Оно блестело в свете свечей, переливалось, будто жило своей собственной жизнью.
Аника смотрела на украшение, потом на Ландо, потом снова на кольцо.
-Ландо… - выдохнула Де Таше.
-Я знаю, - перебил он. - Знаю, что мы не так давно вместе, знаю, что ещё рано. Но я хочу, чтобы ты понимала: я не играю. Это не интрижка, не увлечение, не «посмотрим, что будет». Я хочу быть с тобой, по-настоящему. И я хочу, чтобы у тебя был знак, не обязательство. Просто… знак.
Аника молчала. Она смотрела на него - на его лицо, освещённое свечами, на его глаза, в которых не было игры, только искренность и лёгкий, едва заметный страх. Он боялся. Боялся, что она скажет «нет». Боялся, что испугается. Боялся, что сделал что-то не так.
Блондинка протянула руку.
-Можно? - спросила она.
Ландо кивнул, не в силах говорить.
Аника взяла коробочку, достала кольцо. Оно было почти невесомым, платина холодила пальцы, бриллиант переливался при каждом движении. Она надела его на безымянный палец левой руки и украшение подошло идеально, будто ждало её.
-Красивое, - сказала девушка, любуясь.
-Ты не ответила, - тихо сказал Ландо.
-На что?
-На то, что я серьёзно.
Аника подняла глаза, посмотрела на него долгим, изучающим взглядом.
-Я знаю, что ты серьёзно, - сказала она, покрутив в руке бокал. - Иначе бы не сидела здесь.
Ландо выдохнул с облегчением, как будто снял с плеч тяжёлый груз.
Аника смотрела на кольцо на пальце, на то, как оно блестит в свете ламп, и чувствовала, как внутри разливается тепло, но не радость и утешение. С каждым днём становилось все запутаннее и сложнее.