Глава 7|Три недели новой жизни
Прошло примерно три недели.
Для кого-то это был бы пустяк — двадцать с небольшим дней, незаметный отрезок времени, который теряется между делами, работой и рутиной.
Но для Леры эти три недели ощущались почти как новая жизнь.
Слишком многое изменилось за такой короткий срок.
Ещё месяц назад она просыпалась с мыслью о том, как дожить до вечера, не расплакаться без причины и не утонуть в собственных мыслях. Мир существовал где-то отдельно: шумный, яркий, полный людей и событий, к которым она не имела отношения.
Сейчас этот мир будто приоткрыл дверь и осторожно позвал её внутрь.
Ребята всё так же собирались вместе почти каждый день.
Иногда у кого-то дома.
Иногда просто гуляли по городу до ночи.
Иногда сидели в кофейнях, споря о музыке, фильмах, отношениях, еде и совершенно бессмысленных вещах.
И Лера была там.
Не наблюдателем.
Не случайным гостем.
А частью этого круга.
Больше всех она сблизилась с Катей и Марком.
С остальными тоже всё складывалось хорошо: с Артёмом было весело спорить, Саша умел превращать любой вечер в комедию, Коля оказался куда мягче, чем выглядел, а Паша постоянно присылал мемы в общий чат в три часа ночи.
Но именно Катя и Марк стали для неё чем-то большим.
Катя ворвалась в её жизнь так же резко, как и в первую встречу.
Она была громкой, эмоциональной, прямолинейной и абсолютно не умеющей соблюдать дистанцию. Но рядом с ней Лера почему-то чувствовала себя спокойно.
Катя могла среди ночи написать:
«Я купила маски для лица и энергетики. Через десять минут буду у тебя.»
И действительно появлялась через десять минут.
Могла завалиться к ней с пакетом еды, включить музыку, усадить Леру краситься «просто потому что ты должна видеть себя красивой чаще».
Несколько раз Катя уже ночевала у неё.
Потом Лера ночевала у Кати — в квартире, заваленной свечами, книгами, одеждой и странными фигурками.
Они разговаривали до утра, ели лапшу из коробок и смеялись так громко, что соседи стучали по батареям.
Для Леры всё это было почти невозможным счастьем.
У неё снова появилась подруга.
Настоящая.
Не формальная связь из прошлого, не переписка раз в полгода, а человек, который знает, когда тебе плохо, и приходит без приглашения.
С Марком всё было... сложнее.
И легче одновременно.
Он по-прежнему мог просто постучать вечером в дверь и сказать:
— Пошли ко мне. Я написал новую строчку и мне нужен честный суд.
И Лера шла.
У него дома всегда пахло кофе, духами и чем-то сладким. На столе валялись тетради с текстами, провода, наушники, ноутбук с открытыми проектами.
Он ставил ей треки — уже выложенные и совсем сырые, с незавершёнными куплетами, странными битами, набросками, которые понимал пока только он.
Лера сидела у него на полу или на диване, слушала и говорила честно:
— Это скучно.
— Тут слишком много пафоса.
— А вот это очень красиво.
Он сначала возмущался, потом смеялся и говорил, что она лучший критик из всех.
Иногда они просто разговаривали.
О детстве.
О страхах.
О людях, которых потеряли.
О том, как странно взрослеть.
О том, кем они могли бы стать, если бы жизнь пошла чуть иначе.
И каждый раз, возвращаясь домой, Лера замечала, что улыбается сама себе.
К психиатру она всё так же ходила.
Но уже не с тем ощущением безнадёжности, как раньше.
На одном из последних приёмов врач долго смотрел её записи, потом на неё саму и неожиданно сказал:
— По вашему состоянию складывается впечатление, что вы постепенно приходите в норму.
Она тогда почти рассмеялась.
В норму.
Какое странное и тёплое слово.
Конечно, плохие дни никуда не исчезли. Бывали утра, когда тело снова казалось тяжёлым. Бывали вечера, когда хотелось выключить телефон и исчезнуть.
Но теперь рядом было что-то сильнее.
Люди.
Смех.
Планы.
Ожидание завтрашнего дня.
Катя ещё и заставила её завести соцсети нормально.
— Ты красивая, смешная и интересная. Почему интернет должен жить без тебя? — заявила она.
Лера сопротивлялась.
Недолго.
Теперь у неё был живой инстаграм, где она выкладывала фото с прогулок, зеркальные селфи, случайные кадры города. Иногда снимала тиктоки — чаще по приколу, чем всерьёз.
И почему-то они начали быстро залетать.
Видео собирали просмотры, комментарии, лайки.
Под одним роликом, где Лера просто красилась под музыку, было уже несколько сотен комментариев.
Катя чуть не умерла от счастья.
— Я родила звезду!
— Ты ничего не рожала, — устало ответила Лера.
— Не спорь с матерью.
Сейчас вся компания сидела у Саши дома.
Его квартира была шумной, просторной и вечно слегка перевёрнутой вверх дном. На кухне кто-то оставил кружки, в комнате на диване лежали пледы, на столе стояли снеки и банки с напитками.
Из колонок тихо играла музыка.
Саша что-то рассказывал, активно жестикулируя.
Катя лежала поперёк кресла, свесив руку вниз.
Паша листал телефон и периодически показывал всем мемы.
Коля с Артёмом рубились во что-то на компьютере и ругались так эмоционально, будто от этого зависело будущее человечества.
Лера сидела на полу у дивана, поджав ноги, и смотрела на всё это с неожиданной нежностью.
Когда-то подобные сцены существовали только в чужих историях.
Теперь она была внутри одной из них.
Марк сидел рядом на диване, одной ногой касаясь её плеча.
Случайно.
Или нет.
Лера давно перестала пытаться понять.
— Да как ты умер опять?! — заорал Артём.
— Потому что ты useless, — спокойно ответил Коля.
— Сам useless!
— Тихо, дети, — лениво бросила Катя.
Все засмеялись.
И в этот момент Артём резко повернулся к компании.
— Кстати! — торжественно сказал он. — В эти выходные у меня друг организует тусу. Вечеринку. Вписку.
Он произнёс это с таким пафосом, будто объявлял государственный праздник.
Лера фыркнула.
— Боже, ты говоришь как подросток.
Она сама удивилась, насколько легко позволила себе подколоть его вслух.
Ещё месяц назад она бы просто молчала.
Артём схватился за сердце.
— Ой, да ну тебя! Завидуешь просто.
— Чему именно? Слову «вписка»?
Комната взорвалась смехом.
Марк рядом тихо засмеялся и посмотрел на неё с тем самым выражением лица, от которого у неё внутри становилось теплее.
Будто он всё ещё радовался каждому моменту, когда она раскрывается.
— Короче, — продолжил Артём, указывая на всех пальцем. — Вы все приглашены. И ответа «нет» не существует. Есть только вариант «да, я буду».
— Да, мамочка, — сказал Паша.
— Да завались ты.
Кто-то кивнул.
Кто-то громко согласился.
Катя уже обсуждала, что наденет.
Саша кричал, что принесёт колонку.
Коля не отвлекаясь от игры просто поднял большой палец.
И только Лера ничего не сказала.
Она замолчала не потому, что не хотела.
А потому, что внутри одновременно столкнулись два мира.
Первый — новый.
Тот, где она смеётся, гуляет, ночует у подруги, сидит в шумной квартире друзей и чувствует себя живой.
Второй — старый.
Тот, где много людей означает опасность. Где незнакомая компания — это шанс опозориться. Где громкая музыка и чужие взгляды вызывают желание сбежать в ванную и запереться.
Вечеринка.
Толпа.
Незнакомые люди.
Шум.
Алкоголь.
Слишком много всего.
Она почувствовала, как привычная тревога осторожно поднимает голову.
Марк, словно уловив изменение её настроения, наклонился ближе.
— Эй, — тихо сказал он так, чтобы слышала только она. — Не думай сейчас. Просто дыши.
Лера посмотрела на него.
Он говорил спокойно, без давления.
Как всегда.
— Я ничего не сказала ещё, — шепнула она.
— Знаю.
— И если не захочу?
— Значит, не пойдёшь.
Он пожал плечами.
— Или придёшь на полчаса. Или я выйду с тобой погулять отдельно. Или уйдём вместе. Вариантов много.
Её грудь чуть отпустило.
Самое страшное в таких вещах для неё было чувство ловушки.
Что если согласилась — обязана терпеть до конца.
Что если пришла — нельзя уйти.
Что если всем весело — ты не имеешь права испортить настроение.
Марк будто всегда чувствовал, где именно внутри неё болит.
И просто убирал давление.
— Спасибо, — тихо сказала она.
— За что?
— За то, что нормальный.
Он задумался.
— Это самое странное, что мне говорили.
Она улыбнулась.
Артём тем временем уже раздавал указания.
— Всё, сбор в субботу в девять. Кто опоздает — тот покупает лёд.
— Почему лёд? — спросила Катя.
— Потому что звучит солидно.
— Ты странный.
— Я организованный.
Лера слушала их вполуха.
Смотрела вокруг.
На шумную комнату.
На людей, которые теперь почему-то стали её людьми.
На Марка рядом.
На свою жизнь, которая всего месяц назад казалась законченной.
И тихо подумала, что, возможно...
Она скажет «да».
извините за задержку, просто уснула слишком рано😭😭😭