Лестница

ГЛАВА ВТОРАЯ

жара, снег и кофе

В просторной кухне, на длинном столе стояли две чистых, заботливо протираемых тряпочкой, кофе-машины. Первая для будней. Она варила крепчайший кубита, чтобы легче просыпаться по утрам, сидамо мокка во время сытного обеда и эспрессо - классику на ужин. Вторая кофе-машина использовалась только по выходным и праздникам. Она готовила лёгкие, не слишком горькие сорта кофе: маракайбо, медельин, либерика.

Арам полюбил бодрящий напиток ещё давно, когда нельзя было купить самые экзотические сорта, а на прилавках упаковки с ним долго не лежали.

Школьный приятель предложил ему тогда отличную подработку: весь день свободный! Правда работать приходилось ночью: сторожили какой-то склад. Арам уж и не помнил какой именно и что там лежало, но именно в те московские зимы он и познакомился с кофе. Напиток ему понравился не сразу. Приятель пил его, вот и Арам пил. Однако проработал он сторожем долго, и компания кружки кофе стала для него привычным делом, а потом и необходимым. Он сменил много работ, но теперь чувство бодрости приходило только с чёрным напитком.

Вот и сейчас Арам сидел на стуле в большой кухне, потягивая свою порцию энергии, сваренную во второй машине. Кто-то говорил ему, что кофе вредный, но какая разница вредный он или нет, если без него и жить-то нормально не получается?

‒ Такел йот дур, минчев мекэ кбацви… (постучи в семь дверей, чтобы одна открылась – арм.) ‒ он часто говорил эту фразу перед важными встречами, серьёзными покупками, или изменениями в его бизнесе. Арам уже давно не говорил на армянском, но помнил его, хоть и почти не использовал. Сегодня он принимал результат заказа на строительство очередного киоска для своей сети кофеен.

Через час, пятидесятилетний армянин ехал в своём мерседесе по Ленинскому проспекту, чтобы свернуть после на МКАД, а там повернуть к Калужскому шоссе. Арам мог легко позволить себе такси высшего класса, но ещё с детства считал всех, кто пользуется такси – снобами. «Сначала они ездят на такси, потом им будет мало и личного водителя!» ‒ рассуждал он. Впрочем, ещё не ясно что лучше: собственноручно управлять мерседесом CLA класса или быть всего лишь зрителем в форде, аккуратно ведомого водителем. Бизнес Арам вёл самодержавно. Сам же ехал за МКАД до самой Коммунарки.

‒ Добраго дыня, Арам Айрикович! ‒ на распев протянул человек в белой каске с азиатским акцентом, когда заказчик с некоторой неуклюжестью вылезал из машины: мышцы давно не знали нагрузок, а тело покрылось слоем жира.

‒ Доброго, Сухроб. Показывай, как построили, да, ‒ первый разговор после долгого пребывания дома давался Араму всегда тяжелее последующих. Друзей у предпринимателя не было: давно не видел одноклассников, партнёров по бизнесу как-то не сыскалось. Остался лишь один знакомый врач Ашот, но Арам заглядывал к нему редко. Женой тоже не успел обзавестись, в нужное время, а сейчас она и не нужна: старость пришла. Поэтому Арам мог подолгу не выходить из дома. Раньше позволял себе пройтись, погулять по центру Москвы, в ГУМ зайти, а чем старее, тем меньше желания вообще что-либо делать.

‒ Пайдёмте, пакажу, Арам Айрикович!

Киоск был идеальной копией предыдущего, построенного всё той же бригадой Сухроба. Лишь несколько отличий выделяло киоск на фоне его старших братьев. Предприниматель это знал, и подрядчик это знал. Они сотрудничали уже не первый год и каждый раз оставались довольны друг другом.

‒ Гермэтичный стеклапакет, ‒ Сухроб стукнул костяшками пальцев об панорамное окно, ‒ отлично прикрученная дверь, никто не вырвет, иншаллах!

Но красивое представление нового объекта прервал телефонный звонок.

‒ Эх, не воврема! ‒ он посмотрел в покрытый строительной пылью экран телефона и нажал на зелёный кружок. ‒ Доброго дыня, Николай Петрович, ко мне клиент приехал, я объект сдаю. Нэт, я нэ читал новости, я киоск строил. Ехат? Сэйчас? Как нету? ‒ тут он затих, бурно обдумывая полученную информацию. ‒ Да, всё понял. До свидания.

‒ Что-то случилось, Сухроб?

‒ Арам, Айрикович, я вас уважаю, поэтому прэдупреждаю! ‒ он взглянул на своих подчинённых стоящих поодаль и крикнул на своём языке. Бригада строителей подошла. ‒ Мине сэйчас позвонил мой начальнык, мой босс! ‒ последнее слово было сказано с особой важностью. ‒ Говорит правительства нет больше. Вообщэ нигде нет! Ни у нас, ни на западе. Я не вэрю чтоб у нас его не было. Там, может и нет, но у нас оно крепкое!

Арам прекрасно понимал искажённый вариант русского, на котором говорил Сухроб, но в этот раз, не мог поверить своим ушам.

‒ Как это… нет, а? Ты точно всё верно понял, ага?

‒ Обижаете, Арам Айрикович! Я очень хорошо по-русски говорю. Начальнык говорил, надо чтобы вся бригада, ‒ тут он обвёл взглядом строителей, ‒ шустро ехала за продуктами. Но! Но я нэ могу бросит вас, не представив киоск.

‒ Да подождёт киоск, ты мне шкажи, что значит «правительсва нет»? Всегда было, а сегодня пропало, да?

‒ Мамой клянусь, всё что сам знал - вам сказал.

‒ Чёрт, ну показывай, что сделали, а там разберёмся.

Арам принял решение, понимая, что обзор новой точки в его сети не займёт много времени, пусть этот вариант киоска и был заметно больше предыдущих и даже имел барную стойку для посетителей, он всё равно был небольшой площади. Во время проверки кранов, окон, стульев, предприниматель вращал в голове одну мысль: «Зайти в новостные каналы. Они всегда узнают о событиях первыми». Так он и поступил. Подписав пять копий документа о согласии со сдачей объекта, строители уехали за продуктами. Бригада ещё не знала, что они будут в числе первых, кто запустит истерическое пополнение запасов еды. Арам присел на высокий стул, открыл телефон и начал поиск информации.

«В сети всё чаще появляется информация о внезапной гибели президента США, не так давно вступившего на должность главы страны.

Официальные лица никак не комментируют случившиеся.

Информация о причине смерти всё ещё уточняется, однако эксперты выдвигают версию об удачном покушении на президента»

«Представители кремля отрицают смерть правительства РФ в следствии авиакатастрофы.

‒ Президент жив, его состояние стабильно. Оказывается вся необходимая медицинскую помощь. Все новостные издания, физические и юридические лица, замеченные в распространении заведомо ложной информации о состоянии высшего руководства страны понесут ответственность в соответствии со всей строгостью закона. ‒ заявил глава МВД РФ.

Напомним, что сегодня рано утром правительственный борт потерпел крушение на границе России и Казахстана. Власти последнего уже предложили помощь в расследовании авиакатастрофы».

Руки Арама поледенели, челюсть безвольно повисла, а больное сердце принялось стучать чаще. «Сбережения у меня есть, но скоро они обесценятся раза в три…» ‒ рассуждал кофеман. «А ведь правда! Сказать работникам, чтобы шли покупать консервы, ага?» ‒ но тут он почувствовал себя полным идиотом: «Зачем? Погиб их президент – это скорее всего, а наш… ну, ещё ничего не ясно, да? Но государственный аппарат что у нас, что у них – огромный. Есть заместители, правительство, СовБез. Зачем паниковать? Выборы проведут и будет всё снова спокойно. А мы может и без выборов обойдёмся, ага». На экране телефона что-то мелькнуло и Арам снова перевёл на него взгляд.

«В Бразилии десять представителей власти, включая президента погибли после наезда на мину.

Возвращаясь из аэропорта, картеж президента наехал на ряд мин, вмонтированных террористами в асфальт. В стране объявлен траур.

Это уже третье возможное убийство представителя страны на сегодняшний день. Редакция нашего канала призывает граждан России не паниковать и вместе с нами ожидать подробностей. Будем благоразумными и поможем стране в сложный момент»

‒ Цукарна! (грубое ругательство – арм.) Что происходит? На всякий случай купить еды себе. Сотрудники? Надо быть хорошим человеком, на таких мир держится. Сегодня у них выходной. Удобно что есть группа с ними, ага.

Арам выдохнул и пошёл в машину. Предстоял тяжёлый день.

***

‒ Обернитесь, мужчина, ‒ обратился к нему кто-то сзади. Сергей вздрогнул от неожиданности и резко развернулся, неосознанно поднимая руки, и опуская подбородок, чтобы защитить шею.

Перед ним, по колено в снегу, прямой как рельс, стоял незнакомый ему человек. Но Сержа интересовал не он, и даже не его чересчур длинные русые волосы, а огромных размеров нечто, направленное ему в грудь и напоминавшее деревянный макет оружия из фантастики.

Незнакомец продолжил:

‒ Скажу сразу – это оружие вас точно убьёт. Однако, я крайне удивлён, встречей здесь с ещё одним, открывшим для себя мир лестниц, в другой раз мы бы хорошо пообщались, но… ‒ мужчина заметил наручники на запястьях Сергея, ‒ Мне сегодня везёт с какой стороны не посмотри… Сейчас вы поворачиваетесь влево и просто идёте вперёд. Ничего другого от вас не требуется. Чего стоите? Приступайте.

Сергей не знал, как устроена странная пушка, но проверять желания не было. Выглядела она уже угрожающе: к длинному, треугольно образному дулу был присоединён короб, утеплённый толстыми слоями ткани. Если в нём хранились патроны, то их было очень много.

Незнакомец шёл сзади, на некотором расстоянии. «Скорее всего направил на меня свою бандурину. Слишком уж часто за последний дни меня берут на мушку» – досадовал Сергей. «К тому же, не известно куда он меня ведёт. Хотя, если постоянно идти, то всё равно куда-то придёшь. А там разберусь».

‒ Вы давно знакомы с ними? ‒ внезапно спросил идущий сзади.

‒ Не понял. С кем?

‒ С лестницами, конечно, ‒ буднично ответил тот.

‒ На днях, ‒ он стал привыкать к подобным конвоям. Сначала полицейский прыгает с пистолетом, теперь этот со спины подкрался.

‒ Тогда это многое объясняет. Если вы ещё и сами увидели её, без чьей-либо помощи, это действительно редкий случай.

‒ А вы что ли знаете что-то про лестницы?

‒ Конечно. Долго их исследую. Однако вы не переживайте. Скоро вам откроется много нового о нашем мире. Идти осталось не далеко.

‒ А куда мы идём? Я тут ничего кроме ёлок не вижу.

‒ Как вам сказать… Это место будет разительно выделяться среди ёлок.

Дальше шли молча. Ноги Сергея уже давно просили хотя бы толику тепла, но в ответ получали лишь новую порцию снега. Радовало лишь, что порывы ветра стали реже. «Я скорее откинусь, чем дойду до его «разительного места»».

‒ Ваша задача будет не трудной. Когда я скажу «приступайте», вы побежите вперёд и чуть влево, при этом что есть силы крича. Не останавливайтесь и бегите пока в ногах есть силы. Всё ясно? Повторите.

Серж повторил это не хитрое задание. Оставалась лишь одна маленькая проблема: от чего он должен будет убегать? С этим он решил разобраться сейчас.

‒ А от кого я должен буду бежать?

‒ Увидите, как придём.

Ответ Сергея, конечно, не устраивал, но надоедать человеку с непонятным, но всё-таки оружием, он не хотел. «А если это просто пустой макет? Деревяшка натуральная! Я бы справился. В этом мужичке сантиметров сто семьдесят - сто восемьдесят и вроде бы он худощав, но эта деревяшка. Если стреляет, будет плохо».

‒ А теперь… ‒ начал незнакомец, ‒ приступайте.

Сначала он бежал неуверенно и покрикивал слабовато. Со стороны выглядело ужасно глупо, но ничего другого не оставалось.

‒ Громче! ‒ крикнули ему издалека.

И Сергей стал кричать громче. «Да что с моей жизнью вообще творится, а?». Он с раздражением обернулся к угнетателю, не останавливая бег. Тот оставался на месте и даже не смотрел в его сторону. Взгляд был направлен прямо и куда-то вверх. Наконец, странный обладатель не менее странного оружия согнулся, прижал к себе пушку и будто боец спецназа побежал, прорезая дорогу сквозь снег. Давалось это ему не легко: на спине болтался внушительных размеров рюкзак, а деревянная пушка вряд ли была сильно легче.

Серж сам не заметил, как перестал кричать. Рот закрылся, не желая выпускать тепло тела, но ноги продолжали работать. Возможно, именно благодаря бегу он и остался жив. Не дальше чем в метре, снег взорвался, гейзером из снежинок взлетая до самых макушек елей. В ушах, особенно в правом, звон боролся за право единственного слышимого звука. Сергей не понимал, что происходит, но останавливаться уже не хотел. Вокруг были только ёлки, сугробы и будто что-то ещё, что Серж мог только чувствовать, но пока не видел.

Не далеко в снегу, располагалась глубокая впадина. Туда он и решил прыгнуть. Не хватило пары секунд. Краем глаза Сергей успел заметить несущийся к нему… воздух. Именно это слово подходило под описание увиденного. Будто воздух охладили до сверхмалых температур и кинули под ноги Сергею. Вот только сделали это очень сильно. Он всё ещё перебирал ногами, когда ударная волна подбросила его вверх, окончательно лишив слуха. Рухнув в ту самую впадину, он беспомощно лежал, вдыхая холодный воздух и кружащиеся в нём снежинки, поднятые двумя взрывами, неизвестного происхождения. Верхушки деревьев двоились, танцевали противный и раздражающий мозг, вальс, от которого становилось дурно. «Если сейчас не встанешь - тебя хлопнут». И он встал. В глазах рябило, уши улавливали только пронзительный писк, но Серж уже представлял окружающих его врагов. Однако когда тот стал резко осматриваться, в поиске нападавших, увидел совсем не что ожидал. Перед ним монументально возвышалась колоссальных размеров вышка из бесчисленного множества переплетений металлических балок и арматур. В её основании лежал красный камень, диаметром в два человеческих роста, ронявший на всё в округе ручьи алого света. А рядом с башней, как вырастает город вокруг завода, выросли и две пары не высоких деревянных домиков, с невероятно низкими дверями. Сергей уже не замечал, давно капающей из носа тёплой крови. Он всё наблюдал за фантастической картиной, а когда заметил, что к камню идут ступени, пусть сделанные и не из привычного малахита, то и не знал: смеяться ему или плакать. Правда, когда Серж увидел приземистые, мелькающие фигурки, принадлежащие явно не людям, то снова осел в примятый им же снег и опёрся спиной о сосну.

«Можно посидеть тут минутку, а потом побежать назад к лестнице. Да, да, так и сделаю. Ко всем хренам это бред! Меня тут не было, я ничего не видел!». Во рту стоял привкус железа. Хотелось домой. Свернуть всё назад, отмотать плёнку и не ступать на ту, первую лестницу. С неё все беды и начались. «Меня из-за неё ищет полиция. Неизвестно что с миром произошло, но уверен всё из-за неё. Раньше таких башен я не видел и грабежей магазинов тоже. Всё сходится!» - он обернулся к вышке. Множество фигурок, суетливо переходило из одного домика, в другой. Некоторые что-то подкручивали в основании вышки.

«Это инопланетная интервенция? Как в фильмах и книжках? Оружие у того парня… Он в одиночку пошёл защищать мир? Больной человек… Сейчас либо бежать к обычной лестнице, либо прыгать в неизвестность за тем парнем. Аааа! Быстрее, думай!» - он схватился за голову руками. В этот момент со стороны домиков раздался многоголосый крик. Почти человеческий крик. Сергей снова выглянул из-за дерева. Незнакомец с пушкой явно застал инопланетян врасплох. Из его оружия вырывалась розоватая жидкость, искрящаяся электрическими разрядами. Все, кто попадал под эту смертоносную волну, падали, недолго корчились от боли и замирали.

Серж посмотрел в сторону, откуда его привели. «Тропинка из следов есть. Добраться будет не трудно. Это что за хрень...» - точно по следам шли трое приземистых, меньше полутора метров в росте, существ, явно неземного происхождения. На каждом была вышарканная зимняя куртка, великоватая для их роста и длинны верхних конечностей Голова была неестественно большая и приплюснутая. Первый шагал с автоматом конструкции булл-пап, оставшиеся опирались на толстые посохи, с крупными фиолетовыми камнями, оплетёнными ветвями посоха. «И как домой теперь? Бежать к мужику с пушкой? У него есть оружие и он точно что-то знает. Если пытаться пройти к лестнице, либо заблужусь, либо застрелят. Выбор без выбора, зараза». Потом он множество раз возвращался мыслями в этот момент, всё представляя, что было бы, решив он пойти домой. Пусть ползком по снегу, отмораживая конечности, но домой. Однако сделанного не воротишь. Сергей что было сил метнулся в туманное и опасное будущее.

У вышки, на каменной площадке, уже лежало с десяток тел, отдалённо похожих на детей. Мужчина опустил оружие и быстрым шагом направился к лестнице. Она состояла всего их трёх ступеней, зато те были широкими, украшенными несложным, но приятным глазу узором, и вели прямо в красный камень. Когда Сергей добежал до каменной плитки, незнакомца уже не было – он поднялся на последнюю ступень и исчез. Сзади крикнули что-то нечленораздельное.

‒ Хуа инда ас-суллям! Наар!

Скорее всего крикнул кто-то из троицы, шедшей из леса. Что было дальше Серж уже не слышал. Перед ним был только красный свет камня, только тишина, только спокойствие.

***

Капля пота, скатившись до кончика носа, зависла, всё не решаясь на прыжок, но вот подул ветер и подтолкнул её. Она приземлилась на горячий камень и сразу испарилась, повторив судьбу предшественниц.

Сергей часто дышал. Снег обжигал, голова то чесалась, то болела. Он уже разделся до трусов, но проклятое солнце тратило всё изучаемое тепло только на него, оставляя нетронутым зимний лес. Серж же не знал куда нужно бежать, знал лишь, что очень важно совершать это действие, иначе карлики с посохами или человек с электрической пушкой до него доберутся. Этого нельзя было допустить. Казалось уже миллионная сосна проскакивает рядом с ним, тысячный сугроб остаётся позади, а воздух всё нагревается и нагревается. Это невыносимо. Пытка.

Сергей открыл глаза. Капля пота висела на кончике его носа. Он поморщился, отгоняя остатки кошмара. Он лежал на раскалённой каменной плите. Чуть снизу и до самого горизонта растянулась череда островков с, росшими на них, тонкими, синими травинками, посреди мутно-розового моря. Солнце начало неприятно резать глаза, поэтому хорошо рассмотреть странный пейзаж не получилось. Сергей попробовал приподняться. Сознание было окутано туманом, мысли тянулись патокой. Однако тело подчинилось почти идеально. Он лежал на лестнице, правда теперь не из зелёного, а серого с красными вкраплениями. Под бледным, сероватым небом, во все стороны расстилалась одна и та же картина: мутно розовая вода, маленькие островки с синей травой. В качестве исключения были редкие, похожие на деревья растения. Из их невероятно широкого серого ствола, в воду уходили мощные корни, а листва состояла из такой же синей травы, устало спадавшей вниз. Почему-то в воздухе стоял запах соли, смешанный с другими компонентами, но разобрать какими именно было невозможно.

Зимняя куртка неприятно прилипала к взмокшему от жары телу, но это волновало Сергея меньше всего. «Где я, чёрт возьми?». Прямо от ступеней, шла дорога, вымощенная из крупных серых камней, но уже без красных точек. Никуда не сворачивая, она прорезала себе путь сквозь болота и уходила так далеко, насколько могли видеть человеческие глаза. Серж медленно сел, начал разминать затёкшую шею и на секунду даже перестал дышать: почти вплотную к нему лежал незнакомец с деревянным оружием, чуть треснувшим по краю треугольного дула.

‒ Э, му… ‒ он закашлялся. В организме ужасно не хватало воды: вся ушла с потом. ‒ Мужик, ты живой там?

Как бы ни было важно узнать состояние товарища по несчастью, понять где они находятся, большинство мыслей очень быстро начало занимать чувство голода. Конечно, хорошо не тратить энергию на обогрев тела, но появляется другая проблема: из чего теперь извлечь хоть толику этой энергии? Привычная еда осталась где-то в прошлом.

‒ Подъёё, ‒ пересохшее горло не позволяло тянуть гласные.

Однако этого хватило. Лежащий зашевелился, потянулся, будто просыпаясь от долгого сна. Когда тот увидел, что рядом с ним есть ещё кто-то, то рванул на себя оружие и уже собирался стрелять, но видимо распознал в Сергее человека и немного успокоился.

‒ Остынь, остынь, приятель! ‒ на всякий случай сказал Серж.

‒ Подождите, а я вас помню… С лестницы спускались в лесу, верно?

‒ Верно. И давай на «ты». Понимаю, что «вы» - маркер или лакмусовая бумажка, но сейчас не об этом. Где мы?

‒ На «ты», так на «ты». Только я твоего имени даже не знаю.

‒ А я твоего! Думаешь это имеет значение? Мы хрен знает где, мужик! ‒ почти прокричал Сергей. Его взбесил ответ «имени не знаю».

Но сейчас он хотя бы мог получше рассмотреть нового знакомого. Ему было лет тридцать, он имел чистые и длинные, почти до плеч, русые волосы. Очки на тонкой металлической оправе отлично дополняли гладко выбритое лицо. Тело было скрыто зимней курткой, но Серж мог бы многое поставить на его худощавость.

‒ Да, именно так. Мы хрен знает где. Однако я уверен, точно не на Земле, ‒ он сказал это совершенно будничным тоном. Так признают, что заблудились, но сейчас откроют на телефоне карты и быстро выйдут к нужному месту.

«Не на Земле. Вот и всё» - Серж снова обвёл взглядом совершенно однотипный пейзаж, будто у того, кто его рисовал, напрочь отсутствовала фантазия.

‒ Так как говоришь тебя зовут?

‒ Сергеем.

‒ Павел, будем знакомы, ‒ он протянул руку. Сергей её пожал, хоть имя и вызвало у него неприятные ассоциации. Павел продолжил:

‒ Надо признать, я удивлён: мы спокойно дышим. У меня в рюкзаке кислородная маска, думал надеть её как попаду сюда. Наверное, я бы умер, если тут был бы не пригодный состав атмосферы. Мы ведь потеряли сознание, когда поднялись на лестницу. Ещё там, на Земле. А вы… ‒ он опустил взгляд на наручники.

‒ Нет, нет! Я не зек. Невиновный.

‒ Ммм, ‒ неопределённо протянул ему Павел.

‒ Меня в них и заковали из-за лестницы. Подозревали в каком-то убийстве, а я просто с лестницы спустился в неподходящем месте и времени. Так что…

‒ Это вы… то есть ты, потом расскажешь. Сейчас важно произвести все необходимые измерения. Мы на другой планете, с другими условиями окружающей среды.

‒ Какие измерения? А если эти полторашки за нами пойдут? У них автоматы есть.

‒ Не пойдут. А автоматы - это не единственное средство навредить врагу. Мда, у зеков слишком прямолинейное мышление.

‒ Я ж говорю тебе: не зек я. Да меня бы вообще оправдали бы, будь я сейчас с адвокатом. У следователя такие глаза были, когда тот лестницу увидел!

Павел многозначительно посмотрел на собеседника, но ничего не ответил. Лишь быстро снял куртку и начал вытаскивать из походного рюкзака всевозможные измерительные приборы, а Сергею сказал лишь:

‒ Я вижу, ты человек крепкий и на изобилие страхов с фобиями не жалуешься, поэтому я попрошу тебя исследовать эту дорожку метров на пятьдесят вперёд, ‒ он вынул из бокового кармана небольшую пробирку. ‒ В неё положи кусочки травы и плотно закрути крышку. С плотностью, думаю у тебя проблем не возникнет.

Самопровозглашённый учёный говорил снисходительным тоном, будто всё старался сдержать мысль: «Как снег на глову… Хоть это ты сделать в состоянии?». Сергей, конечно, даже представлять себя в роли пешки этого длинноволосого не желал. Неизвестно ещё что будет, если он прикоснётся к синей и траве.

‒ Сначала ты ответишь на мои во… ‒ очередной приступ кашля прервал его речь.

‒ Болеешь? В нашей ситуации болезнь – приговор.

Серж вспомнил про украденные им препараты, но рассказывать про них не стал.

‒ Сушняк замучил. Водички дай, тогда схожу.

Павел еле заметно скривился. Видимо, мысль делиться запасами воды с человеком в наручниках ему очень не нравилась.

‒ Запасы воды ограниченны. Бездумно расходовать её станет роковой ошибкой. Знаешь, в экстремальных ситуациях, можно пить и этот розовый коктейль. Не переживай, его состав мне известен.

‒ Известен?

‒ Сергей, ты задаёшь слишком много вопросов, к тому же пытаешься со мной торговаться. Выполни, что от тебя просят.

Манера общения, переход интонации в предложениях, клишированные конструкции - всё было в речи Павла и так знакомо отзывалось в голове. Но понять почему так, Серж не мог.

‒ Человек почти полностью из воды состоит. Когда я вернусь – дашь выпить, ‒ с этими словами он встал, выхватил пробирку из рук Павла и направился добывать образцы флоры чужой планеты.

‒ Мама родная… ‒ тихо произнёс учёный. Его глаза слезились, болели, но смотрели в небо, на три яркие точки, три солнца.

‒ А почему ты сказал, что за нами сюда не придут? Что им стоит подняться по лестнице? ‒ спросил Серж, уже начиная привыкать к особенностям нового мира.

‒ А? ‒ он протёр глаза и снова взглянул на Сергея. ‒ Почему не придут? Слишком много вероятных точек попадания. В России сколько лестниц, а на их родной планете? Думаю, в разы больше.

‒ Отлично.

Обычная ходьба давалось на удивление сложно. После пробуждения начала болеть голова, а всё тело будто прибавило в весе самое меньшее килограмм сорок. «Жара и жажда. Две больших и жирных «ж». Принесу траву, попью и всё нормально будет. Само пройдёт. Лекарства пить незачем, да и ему показывать не безопасно».

Унесённое окружением внимание Сергея уже и не собиралось напоминать ему о зимней куртке, но жара оказалась очень настойчивой. «Будто летом в Сочи оказался». Желание снять всю одежду до трусов росло, а стальные наручники не позволяли это сделать. «Был бы нож, я бы рукава просто вспорол. В рюкзаке точно должен быть.».

Большие, грубо вырезанные, валуны, из которых была построена дорога, местами просели в мягкий грунт. Часто виднелись крупные щели между камнями, заполненные мутной розовой водой. Однако сколько бы исследователь далёких планет не вглядывался в море – никого в нём не заметил.

Островки синей травы близко к дороге не встречались, и Сергей уже думал повернуть назад, как вдруг в глаза бросился совсем маленький холмик, примостившийся вплотную к краю дороги. «Слишком пустынный мирок. Только трава, да пару двухметровых баобабов». Серж присел на край камня и потянулся к кончикам местного сорняка. Он оказался на удивление жилистым и крепким, даром что тонкий и узкий.

‒ Собрал, ‒ бросил Сергей, вернувшись трофеем.

‒ Замечательно. Когда снова окажусь дома - проведу детальное исследование растения. Опубликую результаты… ‒ он уставился на протянутую к нему руку. ‒ Воды, да?

***

‒ Что я тебе сделаю? Нельзя на такой жаре в зимней куртке сидеть! Я же прямо тут и откинусь.

Доверия между мужчинами не было. Уже долго они пытались решить можно ли отдавать нож в руки беглому подозреваемому.

‒ Ты хочешь, чтобы я отдал холодное оружие в руки не знакомого человека? Водой уже поделился с тобой.

‒ Ладно, сам режь.

Сергей понимал, что его компаньон не доверяет поголовно всем людям в наручниках и его можно понять. Серж, в свою очередь, не доверял ему: вдруг захочет избавится от прилипшего к нему подозрительного человека? Но температура была слишком высокой, чтобы продолжать воротить нос от единственного решения проблемы. Павел, еле заметно выдохнув, приступил к хирургическому вмешательству в куртку. Он достал из рюкзака длинный нож и аккуратным движением снизу-вверх прорезал первое отверстие в рукаве.

‒ Придётся не только рукава вскрывать, но и до молнии пройтись.

Материал куртки был крепкий, освобождение из западни продвигалось медленно, хоть Павел и выполнял работу добросовестно. Иногда ткань можно было разорвать голыми руками, но как только трещина доходила до очередного крепкого шва - снова приходилось обращаться к ножу. Когда же Павел рывком лезвия разорвал молнию, Сергей испытал настоящую радость, пусть он ещё и не выбрался из плена окончательно. Прошло ещё много времени, но куртка была разрезана и её остатки лежали на горячем камне.

‒ Теперь ты мне должен, ‒ плюхаясь рядом с ним, констатировал Павел. Он сильно устал, по лицу, и без того мокром от пота, побежали струйки солёной воды.

‒ Это само собой. Спас меня, ‒ признал Сергей. Он попал в серьёзную зависимость от неприятного ему человека. У самого не было ни еды, ни воды, только лекарства. Всё они не поместились бы джинсах, поэтому пока он ходил за синей травой, из упаковок в карманы перекочевали несколько лекарств, назначение которых Серж примерно понимал. Избавляться от инструкций и коробок остальных таблеток он не решился - лучше отдать их этому недоучёному, чем выкинуть в море.

‒ Держи, ‒ протягивая картонные коробочки сказал Сергей, ‒ это на сохранение.

‒ Лекарства? А ты не так уж плох, ‒ с уважением ответил тот.

‒ Отдаю, потому что хранить негде. А долг верну другим способом.

‒ Каким?

‒ Потом разберёмся. Кстати, разрежь мне кофту. Слишком жарко.

Просидели под солнцем ещё с десяток минут, пока Павел что-то записывал в своём блокноте. Результаты, которые показали приборы, озвучены так и не были, да Сергей и не просил. Он лишь видел изменения на лице учёного: маска серьёзности и невозмутимости, совсем редко сменялась на удивление, смешанное с лёгким испугом или волнением.

‒ Сейчас нам мы начинаем путь, ‒ вдруг сказал Павел, коротко взглянув на часы и что-то отметив про себя.

‒ Будем как самураи или всё-таки куда-то конкретно идём?

‒ Если идти, то точно куда-то придёшь. А у нас дорога одна, ‒ он кивнул в её сторону.

‒ Павел, куда мы идём? Конкретно.

‒ Куда? ‒ спросил он, снимая водолазку и подставляя солнцу слабо развитый торс с бледной кожей. ‒ В столицу. В Рим.

Благодарю за прочтение главы, мне очень приятно видеть вас тут! 
Приглашаю вас стать частью нашего сообщества в telegram -> @ladder2024 . Это лучший способ сказать автору "спасибо" и помочь в написании других увлекательных историй. К тому же, именно в @ladder2024 можно рассказать и о своём творчестве, будь то рисование, поэзия или программирование)
Увидимся в следующей главе!