Глава 3
Глава 3
Новый день. Новая жизнь. Новая работа, которую Доминик намеревался получить — несмотря ни на что. Что может быть страшнее смерти любимого и родного человека? Единственного, кто у него остался в этом тусклом и сером мире. Он должен был попытаться успеть спасти её — пускай даже ценой собственной жизни.
Доминик помнил каждую слезинку, каждую каплю пота, которую его мать проливала, стараясь в одиночку поднять сына на ноги. И она это сделала. В ней было гораздо больше мужества, чем в его отце, который лишь перекладывал ответственность на её хрупкие плечи.
Счастливое лицо матери, её мягкий, лучезарный смех мотивировали парня выдержать всё то, что уготовила ему резиденция. Вспомнив слова майора о гнусной и своенравной девчонке, которая, словно исчадие ада, терроризировала всех работников поместья, Доминик усмехнулся. Всего лишь девчонка. Ничего особенного и сложного.
— Это вы, Доминик? — вежливо спросила пожилая горничная, встречая у ворот высокую фигуру парня, который неловко поправлял галстук. Он немного нервничал, стараясь произвести хорошее впечатление.
— Да, это я.
Женщина мило улыбнулась — почти по-матерински.
— Не переживай, всё будет хорошо, — она протянула к нему руки, чтобы поправить галстук, который Доминик, похоже, не привык завязывать. — Вот так, — добавила она. — Как ты узнал, что господину нужен телохранитель для Скарлетт? — спросила женщина, провожая парня к поместью.
— Скарлетт?
— Да, это его единственная дочь.
— Так это о ней говорил майор...
— Представляю, что тебе о ней рассказывали. Но не бери в голову. Она — как роза с острыми шипами: если обращаться с ней неосторожно, можешь пораниться, — сказала женщина, словно оправдывая свою любимую Скарлетт. — Но если прикасаться нежно и осторожно, то можно любоваться красотой и ароматом.
— Наверное. Я не разбираюсь в цветах.
— Зря. Госпожа любит анемоны, особенно синие. Это были любимые цветы её покойной матери.
— Покойной матери?.. — зацепившись за эти слова, парень приостановился, вспомнив о своей собственной. Соль на рану.
— Если останешься у нас работать — расскажу тебе побольше. Ты парень неплохой. Надеюсь, ты сумеешь привыкнуть к Скарлетт, прежде чем она... — женщина осеклась, решив не договаривать. — Пришли. Удачного собеседования.
— Спасибо, миссис?..
— Зови меня просто Марта.
— Спасибо, Марта, — искренне улыбнулся он, поблагодарив женщину и вошёл в огромную дубовую дверь, окованную железом.
***
— Доминик Картер, двадцать семь лет. Бывший морской котик ВМС США. Майор прям досье на тебя отправил. Тяжеленькая такая папка. Занятный ты парень. Если сам майор тебя рекомендовал в телохранители. Ответственный, стрессоустойчивый — это всё о тебе? — поправив очки, перелистывая страницы, читал досье Роберт.
— Да, сэр.
— Водительское удостоверение?
— Есть.
— Лицензия на оружие?
— Имеется.
— За физическую подготовку спрашивать не буду — вижу, что ты в отличной форме. Это огромный плюс. Таких еще он не присылал.
— Я уже два года как не служу, но всё равно продолжаю уделять время тренировкам.
— Похвально. Что ж... даже не спросишь об оплате?
— Буду с вами честен, сэр. Я здесь не потому, что мне нравится эта работа или я горю желанием подставляться под пули. Мне нужны деньги. И я готов выполнять всё, что будет прописано в контракте. Но, конечно, рассчитываю на достойную оплату.
Мужчина улыбнулся — честность парня произвела на него впечатление. Доминик держался спокойно, не подлизываясь и не стараясь казаться лучше, чем есть на самом деле.
— Что ж, Доминик. Как ты уже знаешь, у меня есть дочь. Моя единственная дочь. Единственное напоминание о моей покойной жене Элизе. Она славится тем, что постоянно лезет в неприятности. Не умеет сидеть на месте, как того требует её положение и статус. Но я не могу просто запереть её в комнате. Она затаила глубокую обиду на всех в этом доме, кроме Марты.
— Да, я уже успел с ней познакомиться.
— Тем лучше. Тогда сразу предупрежу: моя дочь попытается сделать твою жизнь адом, но я надеюсь, ты продержишься хотя бы пару месяцев. Я устал менять персонал. Раньше люди стояли в очереди, чтобы работать в поместье, а теперь мне сложно найти даже садовника. Что уж говорить об охране и горничных, над которыми она издевается всё изящнее с каждым разом. После смерти матери будто демон в неё вселился.
— Сделаю всё, что в моих силах.
— В твои обязанности входит охрана её комнаты, а также сопровождение Скарлетт куда бы она ни пошла. Следи, чтобы она не сбегала через окна — особенно ночью. Это её любимое занятие. Оружие и снаряжение получишь сегодня вечером. Предлагаю тебе поселиться в поместье — для персонала у нас отдельные комнаты. Проживание и питание бесплатны. Будешь иметь своё пространство и избавишься от расходов на жильё. Тебя устраивают условия? — мужчина протянул ему бумагу с примерной суммой месячного оклада.
— Если продержишься месяц — удвою сумму и подпишем официальный контракт. Если нет... — он тяжело выдохнул. — Придётся попрощаться.
— Меня всё устраивает, сэр, — спокойно ответил Доминик, мельком глянув на цифры, которые обещали ему за выдержку.
— Можешь вещи не раскладывать. Всё равно тебе здесь не рады, — раздался звонкий голос. Девушка всё это время подслушивала разговор, запоминая детали. И явно собиралась использовать их против нового телохранителя.
— Это мы ещё посмотрим, — спокойно ответил Доминик, даже не взглянув в её сторону. Левый уголок его губ дрогнул в лёгкой, нервной усмешке.
Отец довольно улыбнулся, заметив выражение лица дочери — она явно не ожидала дерзости в первый же день.
Доминик не собирался сдаваться. Это был его последний шанс, за который он ухватился зубами, как раненая бойцовская собака.
Скарлетт, не придумав ничего лучше, отвесила ему громкую пощёчину. На его губах проступили две капли крови — он вытер их большим пальцем.
— Что ты там вякнул?! — вспыхнула девушка.
— Скарлетт! — вмешался отец, в голосе которого прозвучало раздражение. Поведение дочери выходило за все рамки. Тем более с незнакомым человеком.
— Всё в порядке, сэр, — спокойно произнёс Доминик. — Позвольте ей выпустить пар. Если мисс Скарлетт станет легче, она может даже попробовать меня избить.
— Да ты больной, — фыркнула она. — Значит, мне можно делать с тобой всё, что захочу, да? А если я захочу прострелить тебе колени? Что тогда скажешь? — она прикусила губу, ожидая испуга, но вместо этого услышала ровный ответ.
— Если ты прострелишь мне колени, кто прикроет твою несносную задницу? — холодно бросил он. — Что-то я не вижу здесь очереди желающих стать твоим телохранителем.
— Ты... — прошипела она, едва сдерживаясь.
— Да, мисс Скарлетт?
— Самодовольный, напыщенный петух. Я ещё не таких ломала. На завтрак пачками ем. Хочешь поиграть?
— С удовольствием.
— Ещё никому не удавалось прийти первым к финишу, соревнуясь со мной.
Он подошёл ближе — слишком близко. Она ощутила его горячее дыхание, обжигающее щёку. Он наклонился и тихо прошептал ей на ухо:
— А я рискну.
Её кожа покрылась мурашками. Его бархатный, но угрожающий голос впился в сознание, как ядовитая змея.
Резко отстранившись, Доминик направился к выходу — выкурить первую за день сигарету.
Скарлетт осталась стоять, глядя в пол, и вдруг ощутила, как кровь закипает в венах. Ещё никто и никогда не смел разговаривать с ней в таком тоне.