7Часть
В комнате повисла звенящая тишина. Ландо не убирал руку с моей щеки, его большой палец медленно очертил линию моей скулы. Он видел мою растерянность, видел, как я закусила губу, борясь с собственными чувствами.
— Грейси, — его голос был хриплым и тихим. — Твои глаза... в них сейчас столько страха. Ты боишься, что если мы сделаем этот шаг, то назад дороги не будет?
— Я просто не хочу тебя потерять, Ландо, — прошептала я, и мой голос дрогнул. — Ты — всё, что у меня осталось после этого кошмара. Если ты исчезнешь, дальше я не переживу
Ландо вздохнул и сделал шаг назад, давая мне пространство, но при этом не разрывая визуального контакта.
Он выглядел серьезным, повзрослевшим.
— Послушай меня. Мы дружим двадцать два года из своих двадцати семи. Это не та дружба, которую может разрушить один поцелуй или даже неудачное свидание. Но я больше не могу притворяться, что ты для меня просто «соседка по песочнице». Я искал тебя не для того, чтобы снова прятать свои чувства под маской приятеля.
Он подошел к окну, глядя на пустую трассу, которая в сумерках казалась бесконечной серой лентой.
— Давай договоримся: мы не будем ничего ускорять. Ты только что вырвалась из ада. Я подожду столько, сколько нужно. Но знай одно: я люблю тебя не за то, что ты «красивая девушка гонщика», а за то, что ты — это ты.
————————
Мы решили поужинать в небольшом кафе для персонала, которое работало допоздна. Там не было лишних глаз, только запах свежего кофе и далекий гул вентиляции. За едой Ландо наконец-то начал рассказывать то, о чем я спрашивала утром
— Ты хотела знать, как я попал в Формулу? — он вертел в руках вилку, глядя в тарелку. — Отец отдал меня на соревнования,далее купил картинг, как-то все само пошло. Думал, что если стану знаменитым, ты увидишь меня на экране в своей Америке и вспомнишь.
Он поднял на меня глаза — честные, без тени игры
—Я всегда верил, что тебя найду. И кто же знал, что это встреча состоится благодаря моей кузене. Мне Элиза много раз рассказывала о своих подругах, но не говорила имена.
————————
Время перевалило за полночь. Усталость навалилась на меня грузом. Ландо заметил, как я начала зевать, прикрывая рот ладонью.
— Слушай, Грейси, — он замялся, потирая затылок. — До Бристоля ехать час, а ты едва на ногах стоишь. У меня здесь, при заводе, есть небольшие апартаменты — я часто тут ночую перед тестами. Там две комнаты. Оставайся у меня на ночь? Мне... мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты за соседней дверью. В Вашингтоне тебе было страшно, и я хочу, чтобы ты знала: здесь ты под полной защитой.
Я посмотрела на него. Страх потери дружбы всё еще сидел внутри, но доверие к нему было сильнее.
— Хорошо, Ландо. Я останусь. Только... чур, завтра завтрак с тебя.
Он рассмеялся, и это был тот самый звук, который я любила больше всего на свете.
— Договорились. Идем, я выдам тебе свою самую мягкую футболку для сна.
————————
Мы поднялись в его квартиру. Она была минималистичной: кубки на полках, фотографии с трасс и много света. Он показал мне гостевую комнату.
— Спи спокойно, Грейс Браун. Я никуда не уйду.
Я легла в кровать, вдыхая аромат его дома, и поняла: несмотря на страх потерять друга, я начинаю находить саму себя. Рядом с ним.
Тишину в комнате прорвал звонок на моем телефоне. Это была Агата
— О Боже, ты взяла трубку. Я звонила тебе раз 10 сегодня. Грейс, ты как?
— И тебе привет.Аа..Я с Ландо..
Агата на том конце провода продолжала тараторить, пока я не услышала на заднем плане какой-то шум и знакомый, более уверенный голос.
— Дай сюда телефон, Агата! — это была Элиза.
Судя по звукам, она просто выхватила трубку.
— Грейс? Привет, дорогая. Прости за Агату, она в панике
— Элиза... — я выдохнула с облегчением.
— Послушай меня, — голос Элизы стал теплым. — Я знаю, что ты сейчас с моим кузеном. Ландо придурок во многом, но он самый надежный человек, которого я знаю. Раз он забрал тебя к себе на Сильверстоун, значит, ты в лучшем месте на земле. Как он там? Еще не замучил тебя рассказами про давление в шинах?
Я невольно рассмеялась, взглянув на дверь, за которой скрылся Ландо. Скорее всего он слегка проснулся от звонка на телефон
— Нет, он... он был очень мил. Мы весь день гуляли по офисам и смотрели картинг.
— О, классический Ландо, — хмыкнула Элиза. — Грейс, я серьезно. Наслаждайся. Ты заслужила этот покой. И передай этому гонщику, что если он тебя обидит, я прилечу в Британию и лично проколю ему шины на его любимом McLaren. Мы с Сэлом скоро тоже подтянемся в Бристоль к бабушке, так что ждите.
Мы говорили ещё минут 15.
Когда я положила трубку, на душе стало окончательно светло. Поддержка Элизы, которая знала Ландо всю жизнь, была для меня очень важна.
————————
Утром на кухне у Ландо было очень тихо, только кофемашина негромко гудела. Я вышла к нему в его огромной футболке, которую он одолжил мне на ночь. Ландо уже стоял у плиты, сосредоточенно поджаривая тосты.
— Доброе утро, Грейси, — он обернулся и улыбнулся. — Садись, всё почти готово. Яичница, тосты и кофе. Я не повар, но я старался.
Мы сели за небольшой стол. После вчерашнего поцелуя между нами было какое-то новое напряжение — сладкое, но пугающее.
Я ковыряла вилкой в тарелке, не зная, с чего начать разговор.
— Слушай, Грейс, — Ландо отставил чашку и посмотрел на меня очень серьезно. — Через две недели у меня Гран-при в Испании. Всё будет проходить в Мадриде — и тесты, и сама гонка. Я хочу, чтобы ты полетела со мной.
Я замерла, и кусок тоста буквально застрял в горле.
— В Мадрид? С тобой? — я подняла на него глаза. — Ландо, это же... это совсем другой уровень. Там будут сотни камер, журналисты, фанаты.
— Именно, — кивнул он. — Я хочу, чтобы ты была в моем боксе. Чтобы ты была рядом.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось от тревоги.
— Ландо, я боюсь, — честно призналась я.
— Люди увидят нас вместе. Пойдут слухи. Ты — звезда, топ-пилот, у тебя миллионы фанатов. А я? Я просто девушка, которая только что сбежала от парня-преступника.
Я замолчала, пытаясь подобрать слова, а потом выпалила:
— Вдруг все подумают, что я... ну, что я просто «прицепилась» к твоему успеху? Что я использую тебя, чтобы забыться или получить славу? Я не хочу, чтобы о тебе думали плохо из-за меня. И не хочу быть «той самой девчонкой, которая прилипла к Норрису».
Ландо слушал меня очень внимательно, не перебивая. Его лицо не выражало насмешки — только глубокое понимание.
Он перегнулся через стол и взял мои руки в свои. Его ладони были сухими и теплыми.
— Грейс Браун, посмотри на меня, — твердо сказал он. — Мне абсолютно плевать, что напишут в соцсетях или скажут в паддоке. Те, кто меня знает — Элиза, моя семья, команда — они знают, кто ты для меня. Ты — человек, который знал меня еще до того, как я сел в карт.Он чуть сжал мои пальцы.— Никто не подумает, что ты «прицепилась». А если кто-то и рискнет так вякнуть — это будут их проблемы, а не наши. Ты не «прилипла», я сам тебя не отпускаю. Я зову тебя не как аксессуар для фото, а потому что мне так спокойнее гонять, когда я знаю, что ты на пит-лейне ждешь меня.
— Но это так быстро, Ландо... — прошептала я. — Всего два дня назад я была в аду.
— Я знаю. Поэтому я не прошу тебя выходить со мной на красную дорожку. Ты можешь просто быть в моторхоуме, носить мои кепки и прятаться от камер. Главное будь там. Со мной.
Я смотрела в его честные глаза и понимала: он действительно готов защищать меня от всего мира. Но страх общественного мнения всё еще колол где-то под сердцем.