Глава XXI
Лил дождь, тарабаня свой ритм об окно. Сегодня девушку не покидало раздражающее предчувствие, тело то и дело осыпала дрожь. Она знала - приближалось что-то нехорошее; что-то шептало ей об опасности, предупреждало о надвигающейся буре. Ее ладони потели, сердце учащенно билось, пульс уже давно был за пределом нормы и холодный пот медленно скатывался по ее коже - все кричало, предупреждало и волновало.
Коул сидел неподвижно и пристально смотрел на черное небо, лишь хмурые брови выдавали его тревогу. Он чувствовал себя точно также, но никто об этом не говорил. Они еще долго сидели в тишине, стараясь притупить свои кричащие предчувствия.
Но время шло и в конце концов Коул собрался уходить, но его движения были медленными, нервозными. Перед уходом он лишь обеспокоенно посмотрел на нее, все молило его остаться с ней, однако Янг изначально не был особо верующим в интуицию.
Страх накрыл ее с головой, внутри, в самой душе, нарастал холод. Она посмотрела на свою прикроватную тумбу, где лежала книга, название которой сливалось в одно большое пятно, но девушка все еще помнила его, словно еще вчера с наслаждением читала ее, стараясь запомнить каждую строчку. Но больше всего ее привлекла ярко-зеленая детская книжка, которую Тим дал почитать.
Она встала с больничной койки, беря в руки сказку, а потом пошла в палату своего маленького друга. Каждый новый шаг становилось все труднее сделать, сердце ни на минуту не успокаивалось. Поднятие по лестнице, поворот направо, прямой коридор и поворот налево - все давалось ей с трудом, что-то удерживало ее. Однако она уже стояла у двери мальчика, сначала постучала, но ответа так и не получила. Тогда, решив, что он спит, тихонько вошла. Увидев то, что подвергло ее в ужас, выронила книгу, она с глухим ударом упала на линолеум.
Он лежал на холодной полу неподвижно. Ее сердце сжалось, кровь прилила к голове, заставляя волосы стать дыбом. Она быстро, насколько могла, оценила ситуацию и помчалась к красной кнопке у кровати Тими. Сколько он уже здесь лежит? Сколько времени прошло после того, как Агнесс нажала на кнопку? Увидели ли сигнал о помощи?
Она подбежала к нему, проверяя пульс и наличие травм. Мальчик дышал очень медленно, отрывисто, пульс с каждой секундой становился тихим. Он слабел на глазах, он умирал. Что если врачи не успеют? Что она может сделать сейчас для него?
«Тими, ты слышишь? - в ответ пугающая тишина; ее глаза начали слезиться. - Помогите! Прошу помогите кто-нибудь! Пожалуйста!».
И в ту же секунду ворвался врач с медсестрами. Мистер Канил подбежал к ней, легонько отталкивая от ребенка.
- Пульс слабый, нет, сердце уже не бьется, несите дефибриллятор! Агнесс, помоги его перенести на кровать!
Она словно не слышала, ее мысли занимала возможная смерть Тима. Страх завладел ей, подчинял ее волю, ее тело. Слезы, словно бесконечный водопад, продолжали скатываться по ее щекам.
- Черт! Агнесс! Мне нужна твоя помощь. Соберись!
Громкий приказной тон заставил ее подняться, она осторожно с трясущимися руками помогла поднять мальчика и нежно положить его на койку.
- Мистер Канил, я больше Вас ни о чем не попрошу, только спасите его. Если надо заберите мое сердце, только...
- Хватит говорить глупости! Это моя работа, - он перебил Агнесс, расстегивая больничную рубашку Тима - Мери, вколи ей маленькую дозу успокоительного, у нее может случится приступ, а он нам не нужен.
- Слушаюсь, мистер Канил. Агнесс, закатай рукав.
Она никого не слушала, лишь шептала слова о помощи, спасении, и даже не заметила, как медсестра уже вколола успокоительное. Разум начал мутнеть, ее стеклянный взгляд продолжал наблюдать за действиями работников больницы. Эддингтон словно смотрела замедленный фильм, сейчас Мистер Канил отдает приказы, следя за монитором, показывающий зеленые прямые линии - пульса нет. Вот медсестра снова готовит дефибриллятор для очередного импульса. Удар, затем ещё один, но ничего не происходило. Его тело продолжало вздыматься, но прибор всё также пищал. А потом все прекратилось.
- Смерть наступила 30 июля в 23:23. - Произнесла вторая медсестра.
Слова, словно острый нож, сначала полоснули по сердцу, а потом глубоко вонзились. Эддингтон встала, не веря ни единому произнесенному слову.
- Нет. Почему вы остановились? Спасите его! - крикнула девушка и слезы, что престали скатываться после успокоительного, хлынули с новой силой, прокладывая себе путь на ее щеках. - Тими все еще не дышит! Вы же врачи, так спасите его!
- Агнесс..
- Нет, он не может умереть, - сказала Эддингтон и посмотрела на безжизненное тело ребенка. - Тим, ты же обещал, что будешь приходить ко мне каждые выходные! У тебя же есть мечты.
- Агнесс..
- Мистер Канил, Вы же самый лучший врач, которого я знаю, почему Вы тогда стоите! Заберите мое сердце, - она ударила себя в грудь, - Мне уже терять нечего, а у него вся жизнь впереди.
- Это не поможет.
- Тогда что мне делать? - жалобно прошептала Агнесс. Врач сочувственно посмотрел на нее и обнял - это были утешительные объятья. - Он же еще ребенок...
Мальчик не познавший и вкуса жизни скончался. Борьба жизни за судьбу мальчика была проиграна, смерть уже в который раз доказывает свое превосходство. Она просто не могла поверить, что все закончилось. Всего несколько минут назад Тим дышал, а теперь мирно лежал на холодной кровати. Разве он был недостоин жить? Разве он заслуживал такую смерть?
Она упала на колени перед Тими, он с закрытыми глазами был повернут к ней. Казалось, что он спит, что просто устал после тяжелого дня или просто истратил всю свою энергию. Мальчик выглядел таким умиротворенным, расслабленным, казалось больше ничего не беспокоило его, и уже не сможет. Он становился все бледнее и бледнее, доказывая всем, что жизни в нем больше нет.
В тот вечер все пациенты этой больницы услышали громкий скорбный крик. Так закончился ее еще один день, напоминающий ад.
Парень пришел раньше обычного, в палате Агнесс не застал, поэтому отправился искать ее в детском крыле. Он нашел девушку, одиноко стоявшую напротив чей-то палатки. Когда Янг подошёл поближе, заметил её дрожащие плечи. Она, не заметив практиканта, пустым взглядом смотрела внутрь пустой комнаты, хотя было видно, что совсем недавно в ней кто-то жил.
- Что случилось, Агнесс? - спросил парень, привлекая к себе внимание.
- Здесь жил Тими, - тихо ответила Эддингтон, так и не удосужившись посмотреть на парня. - Вчера он умер.
Ее слова показались ему шуткой. Не может быть, что такой энергичный, полной жизни ребенок умер. Он не был привязан к Тим, но сердце неприятно сжалось, ком встал в горле. Янг посмотрел на лицо Агнесс - красные опухшие глаза от слез, дрожащие губы и скатывающиеся соленые слезинки. Сколько она плакала?
- Я не понимаю, - вновь заговорила Агнесс уже дрожащим голосом. - Его показатели были хорошими. Так почему? Почему он умер? Ему было всего девять лет!
Она была сломленной, и парень хотел ее утешить, но он не знал подходящих слов, поэтому лишь обнял, нежно поглаживая ее по спине. Однако это не помогало, ее тело дрожало, а его одежда продолжала мокнуть.
- Он обещал мне, что будет навешать меня каждые выходные! Обещал, что не забудет меня. А в итоге это я буду помнить его до конца жизни.
- Мне так жаль.
Тело, видимо настолько устало, что больше не могло выдерживать это напряжение, а мозг эти убивающие эмоции. Агнесс ослабла в тот же миг, как сказала свои слова. Потеря сознания была лучше, чем очередной приступ. Коул лишь нежно поднял ее на руки и отправился в ее палату, но прежде в последний раз посмотрел на опустевшую комнату умершего мальчика.
- Прощай, Тими.