Глава 13.
Глава 13
– Э-это правда, Лава? — дрожащим голосом спросила мать.
– Да. Пи Сыа тайно пришёл предупредить меня. Мам, можешь считать меня неблагодарным сыном, мне всё равно. Что бы ни случилось с отцом, он сам выбрал этот путь. Но за тебя я переживаю. Я не хочу, чтобы тебя зацепило в этой истории за компанию. Ты понимаешь, о чём я? – напряжённо говорил Лава.
Глаза матери покраснели.
Несмотря на то, что её муж был горьким пьяницей и нередко поднимал на неё руку, она и представить не могла, что он осмелится на столь серьёзное преступление.
– Мы можем сначала предупредить его? – тихо спросила она.
– Я не могу сказать ему прямо, что его имя уже в полицейских списках. Я не хочу подставлять Лунг Пхуяя и Пи Сыа. Это государственная тайна. Но я попробую намекнуть. Если он одумается и прекратит, на этом всё и закончится. А если нет…
Лава на мгновение замолчал, затем твёрдо продолжил:
– Тогда я хочу, чтобы ты уехала как можно дальше от него.
Мать надолго умолкла.
– И куда же мне идти? – наконец произнесла она. – Наш дом здесь, нам некуда податься. И что мы скажем отцу, если внезапно оба исчезнем?
Лава замолчал, у него пока не было чёткого ответа.
– Может, временно пожить у Лунг Пхуяя? Переждём и посмотрим, как поведёт себя отец, – осторожно предложил он.
– Он всё равно заподозрит неладное. С чего бы нам вдруг переезжать к старосте? – возразила мать.
Лава тихо вздохнул.
– Тогда давай так. Я сам попробую с ним поговорить. Если он не послушает и продолжит гнуть свою линию, я найду другой выход.
Мать кивнула. В её глазах стояли слёзы, не столько от страха, сколько от боли за поступки мужа.
– Когда я буду на работе, и если отец вернётся, сразу дай мне знать. Я приеду и поговорю с ним, – добавил Лава.
– Лава… – почти шёпотом произнесла мать. – Ты думаешь, он и сейчас пропал потому, что поехал перевозить наркотики?
– Скорее всего, – честно ответил Лава, а затем мягче добавил: — Мам, не накручивай себя раньше времени. Дождись моего разговора с ним.
Он ушёл в душ, решив, что этой ночью будет спать рядом с матерью, чтобы поддержать её.
****
После ужина Пит вызвался проводить Пхаю в спальню.
Пхаю принял душ и переоделся.
– Я посплю с тобой, Пи Пхаю. Всё равно твой помощник сегодня не вернулся, – сказал Пит, закончив водные процедуры.
– Угу, – буркнул Пхаю, не отрывая взгляда от мобильного телефона.
Его мучил вопрос, если Лава не звонит сам, стоит ли набрать его первым?
Пит поначалу не обращал внимания на брата, увлечённо переписываясь с друзьями. Но каждый раз, бросая на Пхаю быстрый взгляд, он замечал, что тот сидел неподвижно, уставившись в тёмный экран, ничего в нём не открывая.
– Пи Пхаю, тебе тут не скучно? – наконец решил заговорить Пит.
– Сначала было, – коротко ответил Пхаю.
– Вот! Я о том же! Тут слишком тихо… – Пит вдруг замер. – Подожди. Ты сказал “сначала”? Значит, сейчас уже нет?
Он знал, что брат во многом похож на него, они оба привыкли к ярким огням большого города и терпеть не могли подобную глушь.
– Начинаю привыкать, – ответил Пхаю, продолжая гипнотизировать телефон.
– Привыкать? – Пит искренне изумился. – То есть если бы тебе пришлось здесь жить, ты бы смог?
Пхаю задумался.
Раньше он без колебаний ответил бы “нет” и сказал бы, что хочет как можно скорее вернуться в Бангкок. Но проведя здесь некоторое время, он почувствовал странное спокойствие: отсутствие суеты, чистый воздух, простота людей. Всё это неожиданно дарило душевный покой.
– Да, смог бы, – наконец сказал он.
Пит уставился на брата, разинув рот.
–И всё-таки… – он прищурился. – Я уже целую вечность вижу, как ты пялишься в телефон. Что-то случилось?
От этого вопроса Пхаю вздрогнул.
– Ничего, – резко ответил он.
Признаваться брату в своей нерешительности он не собирался.
– Если хочешь кому-то позвонить, просто позвони, – бросил Пит.
Он не знал, о ком идёт речь, но всё поведение Пхаю буквально кричало об этом.
– Не твоё дело, – отрезал Пхаю.
И всё же слова Пита стали тем самым толчком. Он нашёл контакт Лавы и нажал на вызов.
Ответа не последовало.
Пхаю нахмурился и уже собирался набрать снова, как вдруг телефон завибрировал. Лава перезванивал. На губах Пхаю мелькнула едва заметная улыбка, и он тут же принял вызов.
– Алло, – произнёс он.
Пит украдкой наблюдал за братом.
– [Простите, кхун Пхаю. Я только что вышел из душа и не успел вовремя взять трубку], – раздался голос Лавы.
– А… да я… номером ошибся.
Пхаю упорно не хотел признаваться, что звонил намеренно. Пит посмотрел на него с явным сомнением.
– [Оу… вот как? Тогда не буду вам мешать…] – начал Лава.
– Ты мне не мешаешь! – поспешно перебил его Пхаю, испугавшись, что тот сейчас повесит трубку. – Раз уж ты перезвонил, это даже хорошо. У меня есть дело, которое нужно обсудить.
– [Да? Какое?] — спросил Лава.
Пхаю тихо выдохнул с облегчением.
– Почему ты сегодня остался ночевать дома и не позвонил мне предупредить? – спросил Пхаю.
Услышав это, Пит сразу понял, что брат звонит Лаве, тому самому парню, который за ним ухаживает.
– [Я звонил бабушке Чан], – ответил Лава.
– Бабушка Чан — это бабушка Чан, а не я, – довольно капризно заявил Пхаю.
В трубке на мгновение воцарилась тишина.
– [А… я думал, бабушка Чан вам передаст. И потом, не хотел вас беспокоить звонком], – пояснил Лава.
– Какое ещё “беспокоить”? – фыркнул Пхаю. – Ты мой помощник и обязан докладывать лично мне, чтобы я знал, куда ты делся.
– [Хорошо-хорошо. Теперь буду докладывать кхуну Пхаю о каждом своём шаге. Идёт?] – отозвался Лава своим привычным дерзким, подтрунивающим тоном.
Пхаю невольно улыбнулся.
– Идёт.
– Ты вернулся домой, чтобы поговорить с мамой о том деле? – спросил он, стараясь поддержать разговор.
– [Да. Я уже всё ей рассказал], – ответил Лава.
Сейчас он сидел перед домом, выйдя подышать и спокойно поговорить.
– И что она сказала? – не отставал Пхаю.
– [Она была в шоке. Но мама хочет, чтобы я сначала попробовал предупредить отца].
Лава говорил откровенно, теперь Пхаю стал ещё одним человеком, знавшим о его беде.
– А если отец не послушает? – спросил Пхаю.
Он понимал, что Пит слышит его слова, но брату было не понять, о чём именно идёт речь.
– [Я хочу увести маму подальше от него, но пока не понимаю — куда. Это мои родные места. К тому же, если мама вдруг уйдёт, отец сразу заподозрит неладное. Почему это её нет дома?]
В голосе Лавы звучала тревога, и Пхаю не на шутку за него разволновался.
– Не накручивай себя раньше времени. Я помогу тебе найти выход, – уверенно сказал он.
Ему хотелось, чтобы Лава почувствовал, что он не один.
– [Спасибо], – тихо отозвался Лава.
– Сколько заплывов было сегодня?
Пхаю сменил тему, и они перешли на более лёгкие разговоры.
Удивительно, но, несмотря на то, что они виделись почти каждый день и расстались всего на сутки, тем для беседы нашлось с избытком.
Лава увлечённо рассказывал разные истории, пока время не перевалило за десять вечера, и он не зевнул.
– Спать захотел? – спросил Пхаю.
– [Ага…, сегодня пришлось изрядно попотеть. Чувствую сильную усталость], – признался Лава.
Управлять плотом целый день – работа тяжёлая, даже с перерывами силы быстро уходили.
– Руки болят? – заботливо поинтересовался Пхаю.
– [Немного тянет. Сейчас разотру мазью и лягу спать].
– М-м… Тогда не буду мешать. Завтра вернёшься… ко мне спать? – спросил Пхаю, вспомнив об этом.
Лава на мгновение замер.
Фраза прозвучала двусмысленно, а голос Пхаю в конце стал каким-то вкрадчивым, словно он заигрывал.
Сердце Лавы забилось быстрее.
– [Если отец не вернётся, я приду], – ответил он.
Если же отец появится, Лава собирался остаться дома и серьёзно поговорить с ним.
Пхаю слегка нахмурился, но возражать не стал.
– Хорошо. Иди, спи. Добрых снов, – мягко сказал он.
– [Добрых снов], – ответил Лава.
От этих слов у Пхаю в груди разлилось щекочущее, приятное чувство.
Когда разговор закончился, Пхаю тихо выдохнул. Обернувшись к Питу, он заметил, что младший брат смотрит на него с крайним подозрением.
– Ты чего? – холодно спросил Пхаю.
– Надо же. С братом говоришь ледяным тоном, а с тем, кто был на линии, сплошная нежность и изящество, – усмехнулся Пит.
– Какая ещё нежность? Глупости. Я говорил как обычно, – отрезал Пхаю, не собираясь ничего признавать.
– Очень обычно, ага. Кстати, с кем это ты так долго болтал? – не унимался Пит.
– С Лавой. Тем самым парнем, который за мной ухаживает, – прямо ответил Пхаю.
– Серьёзно? Со стороны это выглядит как типичный флирт с парнем или девушкой. Будь Лава девчонкой, я бы решил, что ты её клеишь, – поделился наблюдением Пит.
Он вдруг прищурился.
– Но постой…Я припоминаю, когда ты учился за границей, ты ведь и с парнями встречался.
Пхаю нахмурился ещё сильнее.
– И как это связано с тем, что я когда-то встречался с мужчинами? – раздражённо спросил он.
– Ну…, это наводит меня на мысль, что ты положил глаз на этого Лаву, – не отставал Пит.
Пхаю на мгновение замолчал.
– Конечно, он мне интересен. Он же мой помощник и обязан за мной ухаживать, – ответил он, хотя в голове у него царил полный хаос.
Пит лишь закатил глаза.
– Я чертовски устал с тобой спорить, – проворчал он, и тут же получил лёгкий подзатыльник.
– Я спать. Если хочешь смотреть кино, смотри, но не делай слишком громко, – резко оборвал разговор Пхаю.
– Всего-то начало одиннадцатого, а ты уже спать? – удивился Пит.
Обычно старший брат ложился далеко за полночь, он либо работал, либо пропадал на вечеринках.
– А что мне ещё делать? Здесь все ложатся рано, – буркнул Пхаю и медленно опустился на кровать.
Пит ошарашенно уставился на него.
Пхаю повернулся на бок, отвернувшись спиной, и Пит решил больше его не донимать. Он встал, выключил основной свет, оставив лишь лампу у ванной, и уткнулся в телефон.
К счастью, здесь ловила сеть, и был Wi-Fi, так что скучать ему не приходилось.
Что касается Пхаю, он хоть и лежал спиной к Питу, но сна не было ни в одном глазу. Он снова и снова прокручивал в голове слова брата о том, что его интерес к Лаве выглядит слишком уж… романтическим.
“Да нет, вряд ли… Мне просто симпатичен этот нонг”, — упрямо убеждал он себя.
И всё же Пхаю не мог не признать, что с тех пор как он открылся Лаве и они сблизились, он чувствовал себя по-настоящему счастливым. Эта глушь перестала давить на него, перестала казаться пустой и скучной. Он даже начал понемногу влюбляться в это место.
Стоило ему представить, что придётся вернуться в Бангкок и быть вдали от Лавы, как внутри всё начинало протестовать. Он понял, что будет ужасно раздражён. Да что там — он был раздражён уже сегодня. Просто потому, что Лава ушёл ночевать домой.
“У меня здесь просто нет друзей. Вот я и ношусь с новым приятелем”, – продолжал искать рациональные объяснения Пхаю, упрямо отталкивая догадки Пита.
Но мысль всё равно возвращалась.
“А если… если я действительно заинтересован в Лаве именно в том самом смысле?”
Пхаю был в полном замешательстве. Одной частью разума он отчаянно выстраивал логические оправдания своим чувствам, а другой – честно признавал, что сердце ведёт себя предательски: замирает, ёкает, реагирует слишком живо.
В итоге он уснул лишь в начале первого, когда усталость окончательно взяла верх над мыслями.
****
Лава проснулся рано утром. Первым делом он отправился на кухню готовить завтрак для матери, понимая, что за то время, пока он ухаживал за Пхаю, почти не уделял ей внимания.
– Чего ты так рано вскочил, Лава? Мог бы, и поспать подольше, – сказала мама, зайдя на кухню и увидев сына у дровяной печи.
– Я просто хотел приготовить для тебя что-нибудь вкусное, мам, – мягко ответил он.
Ему хотелось хотя бы ненадолго отвлечь её от тяжёлых мыслей об отце.
– Спасибо, сынок. Давай я помогу, – сказала она и встала рядом.
Позавтракав вместе, Лава принял душ, переоделся и созвонился с Лунг Ютом насчёт клиентов. Вскоре он уже ехал на мотоцикле к точке старта сплава, где его ждали Тон и Ай. Им нужно было проверить и подлатать плоты перед приходом туристов.
– Во сколько первая группа? – спросил Тон.
– В девять утра, – ответил Лава.
Тру-у… Тру-у… Тру-у…
Телефон завибрировал. Лава достал его и увидел на экране имя Пхаю.
Сердце пропустило удар.
Честно говоря, после вчерашнего разговора Лава тоже уснул не сразу. Сердце странно трепетало, и это пугало его. Он не хотел верить, что Пхаю ему интересен. У него никогда не было пары, он никогда всерьёз не задумывался об отношениях, сколько бы девушек ни проявляли к нему симпатию. Ни одна женщина, ни один мужчина прежде не заставляли его сердце биться быстрее.
Никто, кроме Пхаю.
****
– Ты чего трубку не берёшь? – спросил Ай, когда телефон продолжал настойчиво звонить.
– А, да… беру-беру, – ответил Лава и поспешно отошёл в сторону, подальше от старших коллег, после чего принял вызов.
– Да, – ответил он.
– [Ты уже вышел из дома?] – раздался в трубке глубокий голос Пхаю.
– Уже вышел, – ответил Лава, гадая, почему Пхаю звонит ему и утром, и вечером.
– [Заедешь на курорт перед работой?]
– Нет, не заеду. Я уже на точке сплава, жду клиентов.
– [А ты позавтракал?] – не унимался Пхаю.
– Позавтракал. А вы, кхун Пхаю? Вы поели? И не забудьте выпить лекарство.
– [Я уже и поел, и лекарство принял. Только после этого тебе и позвонил].
– Лава закусил губу, не зная, что сказать дальше.
– [Я хочу маринованных грибов], – неожиданно заявил Пхаю.
– Если вы говорите об этом только сейчас, я никак не успею их найти и замариновать. Придётся ждать до завтра. Или попросите поваров на курорте, – с улыбкой ответил Лава.
– [Я хочу именно твои грибы], — тут же сказал Пхаю.
Сердце Лавы снова пропустило удар.
– Тогда придётся подождать до завтра.
– [Я подожду].
На несколько секунд в разговоре повисла пауза.
– [У меня… ноги как-то тянет].
Пхаю явно выдумывал повод, лишь бы не класть трубку.
– А упражнения, которые врач прописал, вы делали? – обеспокоенно спросил Лава.
– [Я не помню, какие именно. Обычно ведь ты мне их делаешь], – совершенно спокойно ответил Пхаю.
Лава тут же надулся.
– Кхун Пхаю! Почему вы ничего не запоминаете? Это же ваше тело! Вы совсем о себе не заботитесь… Ладно. Вечером я вернусь и всё сделаю. А пока можете немного походить, но недолго и без нагрузки!
В ответ раздался тихий смех Пхаю, похоже, ему и, правда, нравилось доводить Лаву до такого ворчания.
– Вам нравится, когда я на вас ворчу? – вздохнул Лава, всё же улыбаясь.
– [Приходи и поворчи мне прямо в лицо. Так припечатаю, что лоб к лобу прилипнет] – подколол Пхаю.
Лава тихо рассмеялся.
– Мне пора класть трубку. Нужно подлатать плоты, скоро придут клиенты.
– [М-м. Возвращайся вечером. Поужинаем вместе].
На душе у Лавы стало неожиданно тепло.
– Хорошо, – ответил он и, убрав телефон, вернулся к работе.
– О чём задумался? – спросил Пхаю.
– О том, что ты общаешься с этим парнем так, будто вы пара. Или ты его кадрить пытаешься. Скажи честно, он тебе нравится? – спросил Пит с неподдельным любопытством.
– Хватит называть его “этим парнем”. У него есть имя? так его и называй, одёрнул брата Пхаю.
Пит обиженно надул губы.
– Ну, вот я о нём и говорю, – ответил он, присаживаясь в кресло рядом с братом. – Я очень хочу с ним познакомиться. С этим Лавой. Хочу понять, что он за человек. Пусть он и парень, но если окажется таким же, как та стерва Тинг, я не позволю тебе с ним связываться, – серьёзно заявил Пит.
Пхаю на мгновение замер.
– Зачем ты снова её вспоминаешь? От одного её имени меня тошнит, – резко бросил он.
Хоть ему и было на неё плевать, само упоминание всё ещё вызывало глухое раздражение.
– Я просто привёл пример, – пожал плечами Пит. – Можешь считать, что я принижаю других, но есть люди, Пи… подчёркиваю, некоторые люди, которые беднее нас. И когда они видят, что мы обеспечены, они хотят присосаться и обобрать до нитки. Точь-в-точь как та женщина. Я такое уже видел.
– Лава не такой, – твёрдо ответил Пхаю. – Он не из тех, кто будет подлизываться ради выгоды. Иначе он бы давно принял помощь от бабушки.
– Раз ты так говоришь, значит, фактически признаёшь, что он тебе действительно интересен, – с улыбкой подловил его Пит.
Пхаю промолчал, затем серьёзно посмотрел на брата.
– Допустим, он мне интересен. Что ты об этом думаешь? – спросил он, желая услышать мнение младшего.
– Если Лава и, правда, такой хороший парень, как ты говоришь, я не буду против, – спокойно ответил Пит. – Если ты хочешь начать с кем-то всё сначала, забудь про пол. У тебя и с женщинами-то были проблемы. А что до родителей и бабушки… Думаю, они не станут возражать. Иначе они бы не приняли меня таким, какой я есть.
Пит давно открылся семье и признался, что он гей, и родители дали ему полную свободу быть собой.
– Я просто спросил, – ответил Пхаю, зависнув где-то между признанием и отрицанием.
– Это не просто спросил. Обычно ты чётко понимаешь свои чувства. Почему сейчас так колеблешься? – удивился Пит.
Пхаю промолчал. Он и сам не ожидал, что будет обсуждать это с младшим братом.
– Ты думаешь, Лаве тоже нравятся парни? – сдержанно произнёс он. – Может, он вообще ничего ко мне не чувствует, а добр со мной только по долгу службы.
Одна из причин, по которой Пхаю боялся признаться себе в чувствах, заключалась в неуверенности в самом Лаве.
Он не знал, как тот отреагирует.
– Дай мне сначала посмотреть на него вечером, – улыбнулся Пит. – Понаблюдаю за его поведением. Если он и, правда, стоящий парень, я сам помогу тебе его завоевать.
Пхаю лишь посмотрел на брата и тихо вздохнул.
****
Весь день Лава, как обычно, возил клиентов на бамбуковом плоту по реке.
Отправив последнюю группу и пришвартовав плот, он начал собираться обратно на курорт. Внезапно его охватило странное волнение при мысли о встрече с Пхаю, хотя они не виделись всего чуть больше суток.
Лава тряхнул головой, отгоняя лишние мысли, и поспешил купить грибы, он помнил, что Пхаю очень хотел Нэм Хет. Купив всё необходимое, он направился прямо на курорт.
Сначала Лава заглянул в душевую для персонала, за время сплава он успел промокнуть. Переодевшись, он первым делом отправился на кухню мариновать грибы.
– Ой, почему ты мне не сказал, что хочешь их? Я бы сама приготовила, – окликнула его Па (тётя) Ной, заметив, как Лава возится с вешенками.
– Это Кхун Пхаю захотел, – ответил Лава.
– Вот как? А почему он нам не сказал? Тебе бы не пришлось самому возиться, – удивилась она.
Лава слегка поджал губы.
– Ну…, он сказал, что хочет, чтобы приготовил именно я. Мне совсем не трудно, Па Ной, мариновать-то недолго, – улыбнулся Лава.
– Понятно. А ты уже виделся с Кхуном Пиропхоном и Кхун Напой? – вдруг вспомнила Па Ной.
Лава на мгновение замер.
Он только сейчас вспомнил, что родители и младший брат Пхаю приехали ещё вчера. Пхаю позвал его сегодня ужинать вместе, но как Лава посмеет сесть за один стол с ними? Он не знал, позволят ли ему родители и брат Пхаю составить им компанию.
– Ещё нет, – тихо ответил он.
Лава помнил, что когда-то уже встречал родителей Пхаю, но это было очень давно.
– Ну, скоро увидишься. Как закончишь с грибами, пойдёшь в дом к Кхун Чан? – уточнила Па Ной.
– Да, пойду, – подтвердил Лава.
Ему не терпелось проверить, как там нога Пхаю.
– Тогда захвати, пожалуйста, арбуз для Кхун Пита. Он заходил и говорил, что очень хочет его. Я уже нарезала, – сказала Па Ной, протягивая тарелку с холодными ломтиками.
Лава быстро закончил с грибами, взял тарелку, и сразу направился к дому бабушки Чан.