Вдали От Дома
Скелет проснулся на следующий день с болью в голове и тазу, оповещающей о вчерашней бурной ночи. Об этом так же кричали багровые и красные засосы по всему голому телу Цветочка. Но самое удивительное то, что он не помнил ничего из того, что было вчера. Последнее, что он запомнил, что он пил вино в своей комнате, а дальше все было как в тумане и вакууме. Он даже не мог вспомнить обрывки разговоров и в принципе того, с кем он переспал. Где он сейчас? И сколько он уже тут? Который час? ШарЛотка и до этого мог набухаться, но что бы до такого состояния забвения... Никогда. Обычно, хоть что нибудь он мог вспомнить, но тут просто напрочь отшибло всю память. Возможно он все таки переборщил вчера с алкоголем.
Дверь открылась, это развеяло мысли Гота, что никак не хотели собираться в единую кучу, в ней показался массивный пушистый котейка с черным мехом, но при этом в белом махровом холате с подносом в руках. Частенько он предпочитал белый цвет в своих костюмах, словно хотел отбелить свою темную натуру, показаться каким то добродетелем. Ну, ли бы же он просто не хотел быть Чернышом, а хотел быть Снежком.
— Как хорошо, что ты проснулся, как спалось? Доброе утро, вернее добрый день, моя фея.~ — Микаэль прошел в комнату, ставя поднос на прикроватный столик. На подносе стоял стакан с водой, тарелки с какой то замысловатой богатой едой, и пара таблеток. Они то и привлекли внимание Готи, очень похожи на одни пилюльки, которые позарез нужны ему. — Выпей, это хорошие подавители, тебе станет легче, феечка.
— Спасибо, а.. Э... — Цветок смутился, ведь у него совсем вылетело из головы имя этого котика.
— Микаэль Коэльо, моя фея. — тот лишь мягко улыбнулся, ведь для него наоборот было в плюс то, что его имя не запомнили, ведь он всегда предпочитал оставаться инкогнито. Такая уж была скрытная личность главы преступной организации.
— Д-да, огромное спасибо... — Гот взял таблетки и стакан с водой, выпивая залпом его содержимое вместе с пилюлями. На постель рядом с ним посыпалась мелочь из лапы главы мафии, что немного напугало Лотоса и привлекло его внимание.
— А это то, что ты вчера просил. Но если сейчас ты уже передумал, я могу дать тебе намного больше.~ — выговорил пушистый, уваливаясь рядом с Цветочком.
— Не нужно... М-можно тебя кое о чем попросить? — тихо прошептал Кексик, обращая грустный взгляд к кошачьим глазкам.
— М, да? Что я могу сделать для феячки?~
— Пожалуйста... Не говори Августу где я... И.. Можно я ненадолго останусь у тебя? Прошу... Мне правда больше не к кому обратиться... Ты сможешь делать со мной все что захочешь, я никогда не буду возражать, только пожалуйста... — выговорил измученным голосом Цветик, чуть ли не плача.
— Тшш... Что то случилось? Так вы поссорились? — Скелетик покивал в ответ. — Оу, наверное ты сильно переживаешь... Хорошо, можешь оставаться у меня сколько тебе будет угодно, но с несколькими условиями...
— Я согласен на все.
— Ты ведь даже не знаешь, что за условия. Я бы на твоем месте такими словами не разбрасывался. — Коэльо тихо посмеялся, поворачиваясь на бок, приподнимаясь и слегка нависая над скелетиком.
— Я думаю у меня нет других вариантов, кроме как согласиться. Мне больше некуда идти и не к кому обратиться за помощью. — грустно вздохнул Одноглазый, полностью принимая свое поистине жалкое и беззащитное положение. Ни дома, ни семьи, ни настоящих друзей, как же все было печально в жизни Лоти.
— Тоже верно. — подметил Котик, взмахивая хвостом. Для него это даже было в плюс.
— Он же тебе ничего не сделает? — взволновался скелетик, боясь повторения прошлых ошибок.
— А разве он может что то мне сделать? — на мордочке котика появилась усмешка, невыражающая никакого беспокойства. Микаэль был слишком уверен в том, что Август попросту побоится "бросать ему вызов". — Уж поверь, я то смогу его прижать, как жука, только скажи, моя фея.~
— Нет, не нужно, спасибо тебе, что разрешил остаться.
— Еще бы было за что говорить спасибо, я же даже ничего не сделал, неужели так просто заслужить твою благодарность? Лучше скажи... У тебя ведь началась течка? — от этого вопроса скелетик покрылся потом и захотел спрятаться под одеялом, как маленький ребенок.
— Ты...
— Нет, сцепки у нас не было, не волнуйся. И метку я тебе не ставил.— котенок отвел взгляд в сторону.
— Почему?.. Разве тебе не хотелось воспользоваться моментом?..
— Готи, я ведь уже говорил, что как главе мафии, мне лучше воздержаться от создания семьи. Семья будет моей слабостью, а мне нельзя быть слабым. А еще... Я видел татуировку... Точнее то, что от нее осталось. И сделал вывод, что ты мне не принадлежишь и никогда не будешь... По крайней мере твое сердце уже принадлежит кому то другому, хоть сейчас оно, по всей видимости, и разбито.
Готик-Енотик тут же переполошился и потрогал свое бедро, нащупав на нем бинты, аккуратно обвязанные вокруг его бедра и поясницы. Похоже Микаэль позаботился о его травмах, потому что даже маленький порез на шее был заклеен пластырем и ноги тоже были перемотаны эластичными бинтами, кажется вчера он и сам не заметил, как прошелся по осколкам разбитых бутылок. За то Черношерстный, к своему большому удивлению, нашел в его ступнях кучу мелких осколков, которые ему пришлось доставать пинцетом. И как можно было не почувствовать, что в твоих ногах куча стекла?
— Это... Уже в прошлом... Я им не нужен... Они оба считают меня дешевой шлюхой и ни чем более... — тяжело вздохнул и отвел взгляд, не желая поддаваться воспоминаниям и накатывающей тоске.
— Как они могли обидеть такую милую бусинку? — возмутился хвостатый.
— И вовсе я не милый... Я — просто гадкая дрянь... — в глазницах скелета снова собрались крупицы слез.
— И кто из них сказал тебе такую гадость? — нежно погладил младшего по плечу, обвивая хвостом его ногу.
— Оба... Они оба и имели это ввиду... — Гот прижался к пушистому, в чей мех быстро впитывались его горькие слезы.
— Ну-ну, тшш... Хочешь я навсегда избавлюсь от них? Они больше никогда не причинят тебе боль.~ — Котик положил голову на череп младшего и успокаивающе замурлыкал, будто бы он только и ждал возможности избавиться от этих заноз в хвосте с разрешения Цветочка, но тот наоборот отстранился, вытирая слезы рукой.
— Н-нет... Пусть все так и вышло, но... Они все равно мне дороги и ближе, чем кто либо еще... Я бы... Даже назвал их... Своей с-семьей... — прошептал ШарЛотка, опуская грустный взгляд, разглядывая чистое постельное белье.
— М-да, начальство и недо-любовничка ты считаешь семьей? — фыркнул в ответ пушистик.
— А у меня другого и нет... Ну и... Август мне не только "начальник"... — упомянул Цветок, вздыхая, вспоминая былые хорошие деньки.
— Так-так, а вот тут уже интересно, можешь рассказать поподробнее? А то до моих ушей доходили разные слушки, хотелось бы мне знать правдивы ли они или нет, фея.~ — Котенок сел на кровати, обнимая подушку, внимательно слушая каждое слово, чтобы потом не переспрашивать.
— Н-ну.. Это... Немного личное... — Готик-Енотик замялся и забегал взглядом по комнате, а после еще раз мельком глянул на Коэльо, который был весь во внимании и даже новострил уши. — Но ты был добр ко мне, поэтому это я тебе, наверное, могу доверить... Ну, в общем, дело такое, что... Мы с ним братья, но не родные, конечно, это и ежу понятно...
— И как же так вышло? — Микаэль задергал хвостом от нетерпения узнать, что же там у них случилось, потому что сам не так давно начал поддаваться влиянию слухов и его заинтересовала эта история. Он даже пару раз посылал шпионов в бордель, чтобы они полазали в кабинете у Локонте и раздобыли хоть какую то точную информацию, но им так и не удалось ничего узнать. Потому что как оказалось, Август слишком скользкий тип и свои тайны умеет держать при себе. Никакой информации о нем или Готи ни в базе данных в спецслужбах, ни в архивах полиции, нигде в принципе. Никаких статей или уж тем более биографии в личном дневнике. Единственными носителями информации были лишь Август и Гот, но что из первого, что из второго информацию было крайне сложно выпытать. Словно они оба хранили какую то тайну сотворения мира, а не свою личную.
— Ну, как мне рассказывали, меня оставили на пороге отеля, когда я был еще совсем маленьким, меня нашел отец Августа и с тех пор он растил меня как сына, а Август стал мне братом... Тогда он был хорошим, в нем не было и капли чего то плохого... Как же было хорошо в детстве... — поддался воспоминаниям скелетик, притронувшись к своей шее. Как то даже неуютно стало без вельветового ошейника на замочке, ключ от которого братец всегда держал при себе.
— Ты сказал отель? — не понял усатик.
— А? Да... При отце Августа это здание было отелем, а не борделем. Это место было таким уютным, хоть и не таким известным и прибыльным... — вздохнул Цветик, обнимая край одеяла. Такой наплыв сентиментальности, что ему просто хотелось прореветься в подушку как следует.
— Тоесть именно Август переделал его в бордель, верно? И... Как же тогда началась твоя карьера? — скелет долго молчал, сомневаясь рассказать ли ему правду или солгать, как и всем. В любом случае ему будет очень сложно рассказать правду кому либо.
— Ну... Я рос среди проституток и часто видел, как они танцуют... Тогда в моей детской голове, что то щелкнуло и я захотел танцевать так же, поэтому попросил одну даму научить меня...
— Научить ребенка крутится на шесте? Сколько тебе тогда было то?
— Ну... Лет шесть...
— Шесть лет? Представляю, как она ахуела. И все таки согласилась?
— Август уговорил ее, потому что я попросил... К двенадцати годам я уже мог делать разные базовые трюки, а с годами я стал придумывать себе хореографию сам. — Лоти пожал плечами, вспоминая свою "учитнльницу" по танцам. Она была доброй и терпеливой, однако сильно переживала из за того, что учила ребенка такой гимнастике не по возрасту. Она очень сильно отличалась от группы девушек, которых обучала этому делу... Те всегда травили и издевались над несчастным ребенком, у которого итак не было нормального детства...
— Ты выступал с двеннадцати лет перед взрослыми дядьками? Статейка... На подработку не тянет, даже если и было добровольно. Занятие уж точно не для ребенка.
— Мм, нет, я показывал, что умею и чему научился только группе, с которой занимался и Августу... Первый раз перед кем то другим я станцевал в четырнадцать.
— Ну, сути не меняет, все равно статья.
— Слушай, ты расспрашиваешь меня, что бы статьи считать и потом шантажировать моего брата? Или что?
— Нет, конечно, мне просто интересно, да и вряд ли этим твоего брата можно припугнуть, я думаю он статьи знает не хуже меня. Сам их себе и посчитает, без моей помощи. А когда ты первый раз захотел продавать свое тело? Во сколько? Это было добровольно?
— Давай закончим на этом, я не хочу об этом говорить. — замялся Шарфоносец, ныряя с головой под одеяло. Он уже устал вспоминать все это. Видимо Микаэлю придется клещами доставать из него информацию, даже если он этого не хочет, ведь, по всей видимости, кроме него и самого Локонте об этой истории мало кто знает. А может и никто, похоже, что Август свидетелей недолюбливает и сразу "убирает" с шахматной доски.
— Хах. Ну хорошо. Может быть чуть позже ты со мной поделишься... Итак, свод некоторых правил для тебя таков, малыш: первое, и самое главное, ты не должен ходить в западное крыло! — начал Котофей, чуть склоняясь над скелетиком под одеялом, положив на него когтистую лапу. — Во-вторых-
— А что в западном крыле? Что то секретное? — тут же заинтересовался Капкейк, высовывая моську из под одеяла.
— Там может быть кое что очень, очень неприятное для твоих глаз, поэтому будь добр, не ходи туда, для твоего же блага. Кхм. Теперь, во-вторых, ты должен слушаться меня во всем. Хорошо? Это ведь не сложно?
— Мне не впервой кому то подчиняться. — вздохнул Цветок.
— И наконец третье условие, оно может тебе не очень сильно понравится, но все же выслушай. Я буду оставаться с тобой на ночь два раза в неделю, в среду, и в пятницу, у меня слишком плотный график, поэтому у меня свободны только эти дни (точнее ночи), я думаю, ты прекрасно понимаешь, чем мы будем заниматься и объяснять это не требуется, но если вдруг мне это надоест или наскучит, тебе придется отдаваться каждую неделю РАЗУМНОМУ, я бы даже сказал, приличному, узкому, числу лиц за деньги, собственно, что ты и делал в борделе.
— Что? Но почему? — недоумевал Красноглазка, уж очень ему не хотелось снова возвращаться к этому, тем более сейчас. Но похоже он как магнит притягивает к себе всю эту мерзость...
— Ну... Должна же у меня быть с этого какая то выгода. Я знал, что тебе не придется это по душе, но ты пойми, наш мир - он таков. Никто никому не помогает безкорыстно. — пояснил черношерстный. Скелетик в этот момент опустил взгляд, вспоминая Роллера, и всех, кто был до него, они изо всех сил стремились помочь ему, наладить его жизнь, сделать ее лучше, несмотря на опасность, которая им угрожала. Они не боялись даже рисковать собственной жизнью ради Гота, защищали его до конца, хоть он никогда этого и не просил, и не требовали ничего в замен...
— Помогают...
— Ну разве что только такие просточки, как ты... — фыркнул глава мафии, вставая с кровати. Но заметив поникший видок нового "партнера по постели" чуть задержался, чтобы немного приободрить его. — Эй, ну не грусти, я же не сказал когда именно это произойдет, может быть завтра, может быть через месяц, а может быть ты вообще мне никогда не надоешь, я сам то толком не знаю, мое настроение очень изменчивое, непостоянное, могу об этом предупредить сразу, чтобы не было казусов. Может быть до этого и вовсе не дойдет, поэтому выше нос, не грусти. Я сообщу о тебе дворецкому (точнее подчиненному-наемнику), если что ты сможешь попросить у него все, что тебе будет нужно. Не стесняйся. А сейчас ешь, не хорошо голодать, да еще и в твоем то состоянии.
— Послушай! — Цветок остановил Кота, когда тот встал и направился к выходу. Тот посмотрел на него через плечо вопросительным взглядом. — В последнюю нашу встречу я... Действительно вел себя как мудак, прости, ты ведь не сердишься? Но ты уж тоже пойми, я не люблю, когда меня похищают посреди ночи, угрожают ножом и держат в заложниках, еще и настроение тогда было просто ужасным...
— Ох, ничего, моя фея, забей, я и забыл уже. — соврал бывалый мафиозник, который уж точно не забывает и не прощает ошибки, после чего удалился за дверь. Там его ждал так называемый дворецкий, ожидая дальнейших указаний. — Прикажи наемникам усилить охрану, думаю, что хозяин будет вскоре искать свою потеряшку, ни в коем случае не допусти, что бы нашел, понял? Вы стерли вчерашние записи с видеокамер в борделе, как я просил?
— Да, босс. Поставить сигнализацию на окнах и двери?
— Нет, думаю, это уже будет лишним, вдруг ему захочется подышать? Мы же не взаперти его держим. Хмм... Но все же, даже если и захочет погулять, не упускайте его из виду. Делайте все, что он попросит.
— Понял.
— И еще... Похоже, что он многое скрывает, а втереться в его доверие, крайне сложно и долго. У меня столько времени нет, поэтому пригласи какого нибудь мозгоправа, пусть он поговорит с ним, вдруг что нибудь выяснит. — задумчиво высказал зверь.
— Хорошо, босс, как далеко можно зайти?
— Делайте, что хотите, только не навредите его психике еще сильнее, я думаю, что он уже на грани нервного срыва. Можете вколоть или подсыпать ему наркотики, что бы он расслабился, может быть под кайфом у него развяжется язык. — дал указания главарь, но тут же одарил наемника суровым взглядом, будто бы перед смертной казнью, — Но учти, если с ним что нибудь случится, все провинившиеся будут отвечать за это головой, и ты в том числе.
— Конечно, босс. — наемник опустил голову, словно чуть поклонившись, лишь бы не смотреть в эти страшные глаза. Перечить не было смысла и единственное, что он мог сделать - это хорошо исполнять свою работу и приказы господина Коэльо.
______________________________________
Ес, дописал, юху :D И да, вы все угадали, что это был Микаэль)
Похоже кое-кто решительно настроен разузнать о Готе все, ох уж эта кошачья любопытность :3