Стоило ли забывать?
"Это случилось лет шесть назад. Молодой амбициозный парень покинул свой дом в поисках собственного пути, не желая развивать семейный бизнес. Назовем его Художником, потому руки его творили чудеса на полотне. Художник всем сердцем любил свободу и мир, до невозможности был справедлив и беззаботен. Слова слетали с его языка быстрее, чем он успевал оценить обстоятельства, руки делали быстрее, чем он успевал оценить опасность. Художника не волновали никакие препятствия на пути, его вели принципы и мораль. Он верил в свои убеждения слепой верой и не собирался их предавать. Не важно встанут ли на пути банда головорезов, правительство, буйство природы. Он преодолевал все легко и с широкой улыбкой.
Художник чутко чувствовал эмоции друзей и всегда знал, как помочь. Только не мог Художник помочь себе, не ставил свою жизнь приоритетнее чужих. В этом была его ошибка, ведь что такому человеку смерть? Всего лишь неизбежность, которую избегать нет смысла. И как надавить на такого человека? Несколько человек, мечтали отомстить Художнику, ненавидели его так яростно, что пошли на убийство семьи Художника.
Принимая приглашение на разговор, Художник ничего не заподозрил. Он взял с собой надежного друга и, уверенный в своей очередной победе, гордо предстал перед врагами. Но как только он увидел сооружение за спиной бандитов, весь настрой в миг исчез. Сердце его рухнуло в пропасть, а глаза покрылись мутной пленкой. К высокому бревну, обложенному вокруг сеном, была привязана его младшая сестра. Художник души не чаял в своей сестренке.
Без лишних слов факел оказался под ногами девочки. Ее расширенные от ужаса глаза смотрели в такие же глаза брата. Художник не мог двинуть и пальцем. Вся храбрость и сила, словно исчезли без труда. Его друг кинулся на помощь вместо Художника, но оказалось враги предусмотрели это. Крепкие веревки обездвижили Художника и друга. Девочка что-то шептала и улыбалась, пока огонь пожирал ее ноги.
Не успели друзья опомниться, как раздался взрыв и здание в котором они находились обвалилось. Огонь охватил все вокруг. Только потеряв из виду лицо сестры, Художник издал душераздирающий крик. Он вцепился в волосы и начал их выдирать, что-то бормоча себе под нос. Друг перепугался и потянулся, чтобы сжать плечи парня в объятиях. Но Художник резко кинулся к горящим обломкам, пытаясь откопать сестру. Другу пришлось силой оттаскивать парня и возвращать домой. Тоскливый взгляд не отрывался от места гибели девочки, пока оно не скрылось из виду.
Не сказав ни слова, Художник пропал на несколько дней. От беспокойства друг не находил себе места, все валилось из рук. Когда он увидел Художника, глаза его загорелись и плечи расслабились, чтобы снова прийти в ужас. Художник улыбался как прежде, много говорил, просил прощения и даже потрепал волосы друга. А самое главное рассказывал о своей сестре так, словно они недавно виделись и хорошо провели время. Художник неизвестным образом потерял память, забыл о том как умер его самый любимый человек.
Какую бы горечь не испытывал друг, ему пришлось смириться и попытаться держать Художника в неведении настолько, насколько это возможно. Вскоре убийцы пропали навсегда. Память о том дне осталась только у одного человека."
— О, ужас, — погрузившаяся в рассказ Ви не заметила, кто заговорил первым, кому принадлежали слова. Картина горящей девочки, не отводящей взгляда от брата, все еще мелькала перед глазами.
— Почему Художник ничего не сделал?
— Да он трус! Хотел казаться крутым, а когда к стенке приперли, ничего не смог. Пфф.
— Он же отомстил? ( — Да нет же!... Его память, — тихо зашипел кто-то в ответ.)
— Кто убил тех бандитов?
— Их убил тот, кто любил Художника больше всех, — не задумываясь ответила Ви и сделала глоток ароматного чая. — Теперь нет никого, кто мог быть помнить о событиях того дня, кроме крайне преданного друга. Даже если ему кажется неправильным поступок Художника, он сделает все, чтобы помнить вместо него про девочку, которая верила ему больше всех до последнего момента.
Лицо Ви не менялось на протяжении всего рассказа. Словно маска невозмутимости вросла в кожу еще сильнее. Словно поддерживать ее стало только легче. Ви всматривалась в ровную поверхность чая. Даже руки не дрожали. Но внутри все равно бушевала буря. Память. Как бы не было больно, она не хочет забывать. Она будет помнить все до последней детали. Неважно несущий смерть огонь это, или посиневшая кожа, или красные глаза. Или тишина.
***
— Я же просил тебя не курить, — в насмешливом, шутливом тоне Ви не почувствовала угрозы или осуждения, только беззаботность говорившего и заботу, поэтому не задумываясь ответила той же монетой.
— А тебя никто не спрашивал, — однако рука с трубкой в пальцах неосознанно опустилась на колени. И хоть Ви это сказала, слова были ложью. Ведь оба знали, она в любом случае прислушивается к советам.
Ви усиленно потерла виски. Рядом не было никого, кто мог бы с ней заговорить. А уж тем более того человека, которому принадлежал голос. Девушка, не пытаясь убедиться в достоверности своих доводов, закрыла глаза. Мираж невесомо коснулся головы и привычно растрепал волосы. Ви глубоко вздохнула, отгоняя наваждение. В висках пульсировала боль, никакой руки не было, и даже не испортилась прическа. После темной комнаты все мысли перемешались. То чудился отчаянно зовущий голос брата, вызывающий мурашки на коже, то недовольное лицо матери, то прикосновение ко лбу или горячие руки отца.
Трубка легла в сторону, заменяясь на тонкое перо. Зашелестели исписанные страницы толстой тетради. Холодные пальцы с трудом переворачивали и иногда соскальзывали. Ви сжала зубы, стараясь не потерять самообладание даже наедине с собой. Взгляд непроизвольно цеплял из текста отрывки, которые порождали в голове новые картины. Ви пыталась вспомнить, что видела внутри комнаты, заколку и голос. Бумага скрипела под напором пера на протяжении долгих часов.
Шорри, ловко маневрируя между завалами на столе, осторожно приблизилась к хозяйке. Волосы разметались вокруг, пряча под собой чертежи и другие мелкие предметы, затерявшиеся среди них. Ящерка пробралась к спине хозяйки вдоль края стола и села на напряженное плечо, не опасаясь резкого пробуждения. Нежно колотя и поглаживая хозяйку колючим хвостом, Шорри задремала.