Я боюсь привыкнуть к тебе.
Через несколько дней после той поездки в офис семья Кан снова появилась на крупном мероприятии.
Большой зал.
Камеры.
Политики.
Бизнесмены.
Журналисты.
Всё как обычно.
Соль Хи стояла рядом с Бом Джуном.
Спокойная.
Сдержанная.
С идеальной улыбкой.
Мин Джун был с нянями в отдельной зоне для детей.
Е Рин — на руках у матери.
Они снова выглядели как идеальная семья.
И именно поэтому окружающие снова начали шептаться.
— Они в последнее время слишком стараются.
— После всех слухов...
— Будто специально играют счастливую пару.
Соль Хи делала вид, что не слышит.
Она давно привыкла.
Но позже произошло то, чего даже она не ожидала.
Во время ужина к ним подошла одна женщина.
Жена одного известного инвестора.
Она улыбалась слишком сладко.
Слишком наигранно.
— Госпожа Мо, вы прекрасно выглядите после второй беременности.
Соль Хи вежливо кивнула.
— Спасибо.
Женщина перевела взгляд на Бом Джуна.
— Хотя... если честно, я до сих пор удивляюсь вашему браку.
За столом стало чуть тише.
Соль Хи напряглась.
Но женщина продолжила с улыбкой:
— Вы так редко выглядите как настоящие супруги. Особенно раньше. В сети даже говорили, что господин Кан любил совсем другую женщину.
Несколько человек за соседним столом сразу замолчали.
Все прекрасно поняли,
о чём она говорит.
Соль Хи медленно опустила взгляд.
Ей хотелось просто закончить этот разговор.
Как всегда.
Но женщина внезапно добавила:
— Хотя госпожа Мо очень удобная жена. Спокойная. Терпеливая. Такие обычно и нужны для договорных браков.
Тишина.
Полная.
Соль Хи почувствовала,
как внутри всё неприятно сжалось.
Но не успела она ничего сказать.
Потому что Бом Джун медленно поставил бокал на стол.
Очень спокойно.
Слишком спокойно.
Он поднял взгляд на женщину.
И впервые за весь вечер в его глазах не было ни вежливости, ни равнодушия.
Только холод.
Настоящий.
— Закончили?
Женщина растерялась.
— Простите?..
— Я спрашиваю, вы закончили обсуждать мою жену?
За столом стало настолько тихо,
что было слышно музыку из другого конца зала.
Женщина нервно усмехнулась.
— Я не хотела никого обидеть—
— Тогда следите за тем, что говорите.
Его голос был ровным.
Без крика.
Но от этого становилось только страшнее.
— Иначе в следующий раз вам придётся извиняться уже не перед нами.
Женщина окончательно побледнела.
Даже её муж резко поднялся со стула.
— Господин Кан, прошу прощения—
Бом Джун даже не посмотрел на него.
Он встал из-за стола.
Подошёл к Соль Хи.
И впервые за всё время на подобных мероприятиях сам протянул ей руку.
— Мы уходим.
Соль Хи молча посмотрела на него.
Потом вложила свою ладонь в его.
И они ушли под абсолютную тишину всего зала.
Уже в машине Соль Хи всё ещё молчала.
Она смотрела в окно.
Бом Джун сидел рядом, расслабив галстук.
Тишина между ними была странной.
Не тяжёлой.
Скорее...
напряжённой после произошедшего.
Через несколько минут Соль Хи тихо спросила:
— Зачем ты это сделал?
— Что именно?
— Ты никогда раньше так не реагировал.
Бом Джун несколько секунд молчал.
Потом спокойно ответил:
— Я не люблю, когда кто-то позволяет себе говорить подобное о матери моих детей.
Соль Хи медленно повернула голову к нему.
И почему-то именно эти слова ударили по ней сильнее всего.
Не "моя жена".
Не "любимая".
А именно:
"мать моих детей".
Будто он впервые по-настоящему признал её частью своей жизни.
Не для публики.
Не для семьи.
А по-настоящему.
После того вечера на мероприятии что-то незаметно поменялось.
Не резко.
Не громко.
Но Соль Хи начала отдаляться.
Снова.
Только теперь это было не из-за депрессии.
Не из-за страха.
И даже не из-за ссор.
Она просто...
словно напомнила себе,
что их брак — это всё ещё договор.
Даже несмотря на детей.
Несмотря на все тёплые моменты.
И чем больше Бом Джун начинал вести себя как семьянин,
тем сильнее ей становилось страшно привыкать к этому.
Потому что однажды это могло исчезнуть.
Примерно в это же время у Бом Джуна появилась новая секретарша.
Её звали Ким Ин-Цзи
Спокойная.
Красивая.
Очень умная.
Она часто сопровождала его:
на деловые ужины;
встречи;
мероприятия.
Иногда даже приезжала домой,
когда Бом Джуну срочно нужны были документы из кабинета.
Соль Хи почти никогда не заставала её лично.
Но няни иногда рассказывали:
— Госпожа Цзи сегодня играла с Мин Джуном, пока господин Кан искал документы.
— Она очень милая девушка.
— Е Рин даже к ней пошла на руки.
И каждый раз Соль Хи спокойно кивала.
Будто ей всё равно.
Хотя внутри почему-то появлялось неприятное чувство.
Особенно после одного вечера.
Соль Хи поздно вернулась домой после съёмок.
Она устало сняла обувь и уже хотела подняться наверх,
как услышала детский смех из гостиной.
Там сидел Мин Джун.
Рядом — Бом Джун.
Ким Ин-Цзи.
Она держала Е Рин на руках и что-то показывала детям на планшете.
Мин Джун смеялся.
Даже Бом Джун выглядел расслабленно.
Соль Хи остановилась в коридоре.
Почему-то ей стало...
не по себе.
Будто она смотрела на чужую семью.
Первой её заметила Ин Цзи.
Сразу поднялась.
— Здравствуйте, госпожа Мо.
Очень вежливо.
Очень правильно.
Соль Хи тоже спокойно поздоровалась.
Бом Джун перевёл взгляд на жену.
— Ты поздно сегодня.
— Были съёмки.
Тишина.
Мин Джун радостно подбежал к матери.
— Мама! Тётя Ин Цзи играла с нами!
Соль Хи слабо улыбнулась сыну.
— Правда?
— Она даже помогала мне собирать робота!
Ин Цзи неловко улыбнулась.
— Простите, если я помешала. Господину Кану срочно нужны были документы.
— Всё нормально, — спокойно ответила Соль Хи.
Слишком спокойно.
Именно это почему-то напрягло Бом Джуна.
Потому что раньше Соль Хи хотя бы раздражалась.
Спорила.
Обижалась.
А сейчас...
Ничего.
Она будто снова начала закрываться.
Позже ночью Бом Джун вернулся в спальню.
Соль Хи уже лежала в кровати.
С телефоном в руках.
— Ты не спишь? — спросил он.
— Нет.
Он несколько секунд молча смотрел на неё.
— Ты какая-то странная в последнее время.
— Правда?
— Ты опять отдаляешься.
Она медленно подняла взгляд.
— Тебе показалось.
— Нет.
Тишина.
Соль Хи спокойно выключила телефон.
— Просто я наконец-то вспомнила, что мы с тобой не настоящая пара.
После этих слов в комнате стало очень тихо.
Бом Джун нахмурился.
— К чему ты сейчас это сказала?
— А разве не так?
Он ничего не ответил.
Потому что впервые за долгое время эти слова почему-то неприятно задели именно его.
Соль Хи отвернулась к стене.
— Спокойной ночи.
И в этот момент Бом Джун неожиданно понял,
что ему перестаёт нравиться расстояние между ними.
Ночь.
В комнате горел только тусклый свет возле кровати.
Соль Хи лежала спиной к Бом Джуну, делая вид, что уже собирается спать.
Но он понимал —
она не спит.
И сам тоже не мог уснуть после её слов.
"Мы с тобой не настоящая пара."
Раньше это звучало нормально.
Они сами когда-то так решили.
Но сейчас почему-то внутри осталось неприятное ощущение.
— Соль Хи.
Она не обернулась.
— Что?
— Давай нормально поговорим.
Она тихо усмехнулась.
— Мы с тобой никогда нормально не разговаривали.
Бом Джун несколько секунд молчал.
Потом всё-таки сказал:
— Тебя беспокоит Ин Цзи?
Соль Хи наконец повернулась к нему.
И посмотрела прямо в глаза.
— А должна?
— Я спросил первый.
Она отвела взгляд.
— Нет.
Слишком быстро.
Бом Джун сразу это заметил.
— Ты врёшь.
Соль Хи раздражённо выдохнула.
— Хорошо. Да. Меня это немного задевает.
Он внимательно смотрел на неё.
Она впервые за долгое время сама продолжила говорить:
— Не потому что я ревную тебя или что-то такое. Просто...
Она замолчала.
Будто подбирала слова.
— В какой-то момент мне начало казаться, что у нас всё становится нормально. Не идеально. Но спокойно. Как семья.
Бом Джун ничего не перебивал.
— А потом я снова увидела, насколько легко меня можно заменить в твоей жизни.
Он нахмурился.
— О чём ты вообще?
— Она рядом с тобой на ужинах. В офисе. Дома. С детьми.
— Потому что это её работа.
— Я знаю.
Соль Хи опустила взгляд.
— И именно поэтому я решила снова держать дистанцию.
После этих слов Бом Джун замолчал.
А потом тихо спросил:
— Ты боишься привязаться?
Она сразу подняла на него глаза.
И не ответила.
Потому что он попал прямо в точку.
Бом Джун медленно провёл рукой по лицу.
— Соль Хи... между мной и Ин Цзи ничего нет.
— Я не спрашивала.
— Но подумала.
Тишина.
Она сжала край одеяла.
— Я просто устала постоянно забывать, что наш брак ненастоящий.
И впервые за долгое время голос Соль Хи дрогнул не от истерики.
А от честности.
— Когда ты начал проводить время с нами... с детьми... когда мы были все вместе... я начала привыкать.
Она горько усмехнулась.
— А потом поняла, что нельзя.
Бом Джун внимательно смотрел на неё.
И почему-то впервые за все эти годы ему стало тяжело слышать,
что она снова строит между ними стену.
— Почему нельзя?
Соль Хи растерялась от вопроса.
— Потому что это закончится.
— С чего ты решила?
— Потому что такие отношения не становятся настоящими.
Он долго молчал.
А потом спокойно сказал:
— А если наши уже давно перестали быть формальными?
Соль Хи замерла.
В комнате снова стало тихо.
Она смотрела на него так,
будто не знала, что ответить.
Потому что впервые Бом Джун сам поставил под сомнение их старую договорённость.
Бом Джун ещё несколько секунд смотрел на неё.
Соль Хи растерялась.
Она будто не ожидала услышать от него такое.
— Не говори так... — тихо сказала она.
— Почему?
— Потому что это неправильно.
— Что именно?
Она нервно отвела взгляд.
— То, как всё стало.
Бом Джун нахмурился.
— Я тебя не понимаю.
Соль Хи медленно села на кровати.
Подтянула к себе одеяло.
— Потому что ты не замечаешь, как меняешься.
Он молчал.
— Раньше тебе было всё равно. Ты жил своей жизнью, я своей. Мы просто выполняли обязанности. А потом...
Она запнулась.
— Потом ты начал проводить время с детьми. Со мной. Начал переживать. Искать меня, когда я уходила. Замечать моё состояние.
Она грустно усмехнулась.
— И я начала привыкать к этому.
Бом Джун внимательно слушал.
— Но я не могу привязываться так сильно.
— Почему?
На этот раз Соль Хи ответила сразу:
— Потому что понимаю, что твоё внимание не будет долгим.
После этих слов Бом Джун напрягся.
— С чего ты это решила?
— Потому что у тебя всегда на первом месте работа. Семья. Обязанности. Репутация. Всё что угодно, кроме нас.
Она посмотрела ему прямо в глаза.
— Ты можешь сегодня сидеть рядом со мной, заботиться, говорить правильные вещи... а потом снова пропасть на месяцы.
Он хотел что-то сказать,
но Соль Хи перебила:
— И я не виню тебя. Ты таким был всегда. Просто я наконец перестала строить иллюзии.
В комнате повисла тяжёлая тишина.
Бом Джун медленно отвёл взгляд.
Потому что часть её слов была правдой.
Он действительно постоянно исчезал.
Работа всегда побеждала.
Соль Хи тихо продолжила:
— Мне стало страшно от того, насколько спокойно я начала чувствовать себя рядом с тобой.
Он снова посмотрел на неё.
— Это плохо?
Она долго молчала.
А потом честно ответила:
— Для меня — да.
— Почему?
— Потому что если однажды ты снова станешь холодным... мне будет больно намного сильнее, чем раньше.
После этих слов Бом Джун впервые за разговор выглядел растерянным.
Не злым.
Не раздражённым.
Именно растерянным.
Будто только сейчас понял,
что все его поступки действительно начали что-то значить для неё.
Соль Хи медленно легла обратно на подушку.
— Поэтому я и решила немного отдалиться.
Он тихо спросил:
— И тебе стало легче?
Она слабо улыбнулась.
— Нет.
Это короткое "нет" почему-то ударило сильнее любой ссоры.
Бом Джун несколько секунд молчал.
А потом неожиданно тихо сказал:
— Я тоже не хочу возвращаться к тому, как было раньше.
Соль Хи замерла.
Он редко говорил настолько прямо.
— Тогда почему ты постоянно делаешь шаг назад? — тихо спросила она.
Бом Джун медленно выдохнул.
— Потому что я не умею по-другому.
Она внимательно смотрела на него.