Когда всё снова начинается.
Они и сами не заметили, как прошёл месяц.
Время на Мальдивах растворилось — тихо, без давления, без привычной тяжести.
Соль Хи постепенно пришла в себя.
Не резко.
Но заметно.
Ей стало легче дышать, легче говорить, легче просто быть.
Они вернулись в Корею.
Уже в аэропорту их ждали.
Камеры.Голоса.Вопросы.
— Как прошёл отдых?
— Вы прекрасно выглядите!
— Госпожа Кан, вы сияете!
Соль Хи улыбалась.
Спокойно.Уверенно.
Иногда махала рукой.
Бом Джун стоял рядом.
Сдержанная улыбка.
Полный контроль.
Они выглядели так, как от них ждали.
Идеально.
Когда они приехали домой, персонал уже стоял у входа.
Няня держала на руках ребёнка.
Соль Хи остановилась на секунду.
Посмотрела на Мин Джуна.
И впервые внутри не было ни отторжения, ни раздражения.
Но и любви — тоже.
Скорее... спокойствие.
Ровное, нейтральное чувство.
Она просто кивнула.
И прошла дальше.
Спустя 5 месяцев.
Время снова стало обычным.
Съёмки.Работа.Мероприятия.
Дни были заполнены.
Но не прожиты.
С ребёнком всё так же были няни.
Иногда Бом Джун вечером брал его на руки.
Проводил с ним немного времени.
Соль Хи наблюдала.
Иногда.
Издалека.
И этого было достаточно.
Мин Джуну исполнился год.
По этому поводу устроили большой праздник.
Огромный зал.Длинные столы.Дорогой декор.
Гости — бизнесмены, партнёры, влиятельные семьи.
Поздравления.Внимание.Камеры.
Родители Бом Джуна прилетели из Японии.
С "особым подарком".
Который решили вручить вечером.
За два часа до мероприятия вся семья собралась в холле.
Аяко стояла впереди.
— На праздник первой приезжает наша машина с Ки Хуном, — сказала она.
— За нами — семья Мо.
— И только потом вы с ребёнком.
Соль Хи молча слушала.
Бом Джун стоял рядом.
И, как всегда, ничего не комментировал.
Когда их машина подъехала, всё уже было готово.
Вспышки.Голоса.Шум.
Репортёры сразу двинулись вперёд.
— Господин Кан!
— Это именинник?
— Посмотрите сюда!
Дверь открылась.
Первым вышел Бом Джун.
Он взял Мин Джуна за руку.
Аккуратно.
Мальчик стоял рядом.
Чуть неуверенно.
И они вместе пошли вперёд.
Медленно.
Соль Хи шла рядом.
Улыбка.
Прямая осанка.
Идеальный образ.
Камеры щёлкали без остановки.
— Какая красивая семья!
— Настоящий наследник!
— Поздравляем!
Они вошли в зал.
Всё прошло идеально.
Как и всегда.
Поздравления.Речи.Смех.
Никто не видел ничего лишнего.
Только идеальную картину.
Позже вся семья собралась за столом.
Разговоры стали тише.
Более личными.
Обсуждали дела.
Будущее.
И наконец Аяко поднялась.
Она посмотрела на Мин Джуна.
— Этот ребёнок — наше продолжение, — сказала она спокойно.
— Поэтому мы хотим сделать первый шаг.
Она перевела взгляд на Бом Джуна.
— Я дарю ему пакет акций семейного холдинга
в размере 12% компании Banzai Global Group.
В комнате стало тише.
Это было серьёзно.
Следом поднялся Мо Джу Хён.
— Со своей стороны, — сказал он, — я передаю Мин Джуну долю в инвестиционном фонде Malekym Capital Holdings,
а также недвижимость в Сеуле и Токио, оформленную на его имя.
Соль Хи слушала молча.
Потом заговорила Мо Хён Сук.
— У нас достаточно всего, — спокойно сказала она.
— Акции, компании, земли...
Пауза.
Аяко продолжила:
— Именно поэтому одного наследника недостаточно.
Тишина.
Бом Джун сразу посмотрел на Соль Хи.
Она сидела спокойно.
Смотрела прямо.
Он уже собирался что-то сказать.
Но она мягко положила руку на его.
И чуть покачала головой.
"Не сейчас."
Он замолчал.
После ужина, Аяко позвала Соль Хи на улицу.
Ночь была тихой.
— Дорогая, — начала она мягче, чем обычно.
— Я не заставляю тебя сейчас рожать ребёнка.
Соль Хи молчала.
— Но это шанс.
— Может, с этим ребёнком всё будет иначе.
Пауза.
— У нас слишком много, — продолжила Аяко.
— И если что-то случится... он может не справиться один.
Она на секунду отвела взгляд.
— Когда-то я сама могла остаться без всего.
И это были тяжёлые времена.
Соль Хи слушала внимательно.
— Я смогла родить только одного ребёнка, — тихо добавила Аяко.
— И это всегда было моей слабостью.
Тишина.
Соль Хи задумалась.
Может... действительно.
Может, на этот раз всё будет иначе.
— Хорошо, — сказала она.
— Я подумаю. И обсудим это с Бом Джуном.
Аяко кивнула.
Подошла ближе.
Обняла её.
Погладила по голове.
— Я всегда знала, что ты умная девочка.
Родители уехали.
Соль Хи зашла в комнату.
Бом Джун сидел на диване.
Ждал.
— Ты ещё не спишь? — спросила она.
Он посмотрел на неё.
— Мне не нравится эта идея.
— Какая?
— Со вторым ребёнком.
Она немного помолчала.
— Ты не хочешь ещё одного ребёнка?
Он не ответил прямо.
— А если ты опять сорвёшься?
— Я не хочу, чтобы ты всю жизнь страдала.
Тишина.
— Это ведь не твой выбор... ты правда этого хочешь?
Она посмотрела на него.
— Хочу...
Тихо,но уверенно.
Он внимательно смотрел.
— Что тебе наговорила моя мать?
— Ничего.
Пауза.
— Я просто подумала...
может, я смогу полюбить второго ребёнка.
Она опустила взгляд.
— Стать настоящей матерью.
Тише:
— Чего не смогла сделать для Мин Джуна.
Он ничего не сказал.
— Я хочу ребёнка, — добавила она.
— На этот раз это мой выбор.
Со мной всё в порядке.
Бом Джун молчал.
Он не хотел второго ребёнка.
Но не сказал этого.
Потому что впервые видел, что она говорит не под давлением.
А сама.
Он долго молчал.
Смотрел на неё.
Слишком внимательно.
Соль Хи стояла напротив.
И вдруг будто что-то внутри сдвинулось.
— Я хочу... — начала она.
Голос стал тише.
Он не перебивал.
Она сделала вдох.
Сложнее, чем раньше.
— Но я боюсь.
Тишина повисла между ними.
— Я боюсь, что всё повторится, — продолжила она.
— Что я снова не смогу...
что опять буду смотреть на своего ребёнка и ничего не чувствовать.
Её голос дрогнул.
Но она не остановилась.
— Я боюсь, что сломаю ещё одного человека.
Пауза.
— И себя тоже.
Она посмотрела на него.
Впервые — без защиты.
— Но я всё равно хочу попробовать.
Комната стала слишком тихой.
Бом Джун ничего не сказал.
Просто смотрел.
Долго.
Как будто взвешивал каждое её слово.
Потом отвёл взгляд.
И медленно встал.
Соль Хи замерла.
— Ты ничего не скажешь? — тихо.
Он остановился у двери.
Но не обернулся.
— Спи, — сказал он спокойно.
И вышел.
Дверь закрылась.
Соль Хи осталась одна.
И в этот момент стало непонятно, что тяжелее:
её страх
или его молчание.