Глава 20
Меня вели по коридорам молча.
Не быстро и не грубо - скорее уверенно, так, будто у них не было ни сомнений, ни причин сомневаться в том, куда меня направляют. Камень под ногами был холодным, воздух - тяжёлым и неподвижным, и с каждым шагом мне казалось, что я отдаляюсь не только от зала, но и от всего, что хоть как-то напоминало привычный мир.
Я не спрашивала, куда меня ведут. Я уже понимала, что ответы здесь не дают тем, кто задаёт вопросы.
Комната оказалась меньше, чем я ожидала.
Не темница, не камера, но и не место, где можно было бы чувствовать себя человеком. Четыре стены, тусклый свет и пустота, которая не просто окружала, а будто давила изнутри. Даже воздух здесь казался чужим - застоявшимся, тяжёлым, словно он давно перестал принадлежать кому-то живому.
Дверь за мной закрылась с глухим звуком.
- Сиди здесь и не пытайся умничать, - сказал один из охранников, даже не удосужившись посмотреть на меня. Его голос был ровным, почти ленивым, как у человека, которому всё равно, что будет дальше. - Здесь не место для разговоров. И не место для таких, как ты.
Второй усмехнулся, не скрывая презрения:
- Если повезёт, тебе не придётся задерживаться надолго. Если нет - научишься слушаться быстрее.
Я не ответила.
Просто посмотрела на них. Долго. Спокойно. И в этом молчании, кажется, было больше ответа, чем они ожидали.
Они ушли, закрыв за собой дверь.
И я осталась одна.
***
Время здесь перестало иметь форму. Оно не шло и не стояло - оно просто растягивалось, как будто само пространство не хотело отпускать меня ни в прошлое, ни в будущее. Свет не менялся, тишина не нарушалась, и от этого всё вокруг начинало казаться нереальным.
Я сначала сидела.
Потом встала.
Потом снова села, потому что стоять тоже не имело смысла. Мысли возвращались одна за другой, не давая покоя.
Прибор.
Лоренцо.
Элиза.
И главный вопрос, который не отпускал ни на секунду:
как он узнал?
Я прокручивала в голове каждое слово, каждый взгляд, каждую мелочь, пытаясь найти хоть одну зацепку. Но чем больше я думала, тем сильнее становилось ощущение, что ответ уже существует - просто мне он не нравится.
Я не заметила, как прошло время.
Но потом что-то изменилось.
Сначала - звук.
Не шаги охраны.
Тише.
Осторожнее.
Я подняла голову.
И почти сразу поняла, что это не они.
Дверь открылась.
И в проёме появилась Элиза.
На секунду я даже не поверила, что она действительно здесь.
Она вошла быстро, почти бесшумно, и сразу же закрыла за собой дверь, прижавшись к ней спиной, будто прислушивалась к тому, не последуют ли за ней шаги. Только убедившись, что всё тихо, она позволила себе выдохнуть и посмотрела на меня.
- Ты выглядишь так, будто тебя сюда посадили не как заключённую, а как человека, которого забыли в комнате, - сказала она тихо, почти с попыткой лёгкой насмешки, но в голосе слышалась усталость.
Я не ответила сразу.
Потому что её присутствие само по себе выбивало почву из-под ног.
В руках у неё был свёрток.
Когда она подошла ближе, я почувствовала запах еды - хлеб, что-то простое, тёплое, почти домашнее. И от этого здесь, в этой комнате, стало ещё более странно, будто она принесла сюда кусочек другого мира.
- Ты ничего не ела, - сказала она мягче и протянула мне свёрток. - Я подумала, что это единственное, что сейчас можно исправить.
Я взяла еду не сразу.
Смотрела на неё.
- Что с тобой было? - спросила я наконец. - Пока меня держали здесь.
Она отвела взгляд всего на мгновение, слишком быстро, чтобы это выглядело естественно.
- Ничего особенного, - ответила она. - Допрос. Вопросы. Люди, которые любят задавать вопросы больше, чем слушать ответы. Теперь за мной просто следят внимательнее.
Я кивнула, но не потому, что поверила.
Скорее потому, что сейчас у меня не было сил спорить.
Она сделала шаг ближе и понизила голос:
- Я не должна была сюда приходить. Если кто-то узнает - у меня будут проблемы. Поэтому я не могу задерживаться.
- Ты понимаешь, что рискуешь? - тихо спросила я.
- Понимаю, - ответила она сразу, без паузы. - Но иногда риск - это единственное, что остаётся.
Я заметила, как она смотрит на мои руки.
Пальцы слегка дрожали.
Я даже не пыталась это скрыть.
- Ты слишком напряжена, - сказала она уже тише. - Попытайся хотя бы дышать нормально. Сейчас тебе нужно держаться.
Её голос стал мягче. Не приказом, не давлением - скорее попыткой удержать меня в реальности. И именно в этот момент снаружи всё изменилось.
Шаги.
Голоса.
Ближе, чем раньше.
Элиза резко напряглась.
Её тело изменилось мгновенно, будто она снова стала частью того мира, от которого только что пыталась отойти.
- Мне нужно идти, - сказала она быстро.
- Подожди... - я сделала шаг к ней.
Но она уже двигалась к двери.
И в этот момент остановилась всего на секунду.
- Элис... - произнесла она тише, не оборачиваясь.
- Что?
Пауза.
Слишком короткая, чтобы успеть сказать что-то важное. И слишком длинная, чтобы это было случайным.
- Просто... не доверяй всем словам, которые тебе здесь скажут.
И она вышла. Дверь закрылась. Я осталась одна.
И только тогда заметила, что на полу лежала её шпилька. Я сразу подняла её и спрятала.
А затем дверь открылась снова.
Но на этот раз вошли не те, кого я ждала.
Военные солдаты.
Несколько человек.
Грубые движения, тяжёлый шаг, шум, который сразу заполнил всю комнату, как будто воздух стал плотнее и холоднее одновременно. Один из них вышел вперёд. Он не торопился. Не повышал голос. Просто смотрел. Долго. Внимательно. Так, будто пытался понять не меня, а сам факт того, что я вообще здесь существую.
- Самозванка, - произнёс он спокойно.
Слово прозвучало не как обвинение.
А как вывод.
Кто-то за его спиной усмехнулся.
Кто-то просто наблюдал.
Кто-то смотрел с любопытством, как на редкий, но неважный объект.
Я медленно выпрямилась. И посмотрела на них в ответ. Без страха.
Но с чем-то гораздо более острым.
Ненависть не пришла сразу.
Она просто стала очевидной.
Я ненавидела их всех.
Всех, кроме неё.
И это, пожалуй, было единственным, что меня ещё удерживало от чего-то необратимого.
Вперёд вышел другой мужчина.
Моложе остальных.
- Я один из помощников Лоренцо, - сказал он ровно, будто представлялся на обычной встрече, а не в комнате, где уже решалась чья-то судьба.
Пауза.
- Вас ожидает допрос.
Он сказал это без эмоций.
И именно поэтому это прозвучало хуже, чем крик.
Я не ответила.
Только посмотрела на него.
И в этот момент поняла:
это не начало конца.
это начало того, что хуже конца.
