Глава 22
Странная тишина заполняла всё вокруг.
– Нет, это не пустота, ведь я здесь - мелькнуло в голове. В темноте тем временем проявлялись изображения ключей.
- Ключи? - Но зачем ключи, если нет дверей. Только сейчас стало понятно, что ключи огромных размеров, и выглядят, словно сделаны из гигантских неоновых трубок. Определенно есть движение, либо ключи летят, либо лечу я - пришло внезапное осознание. Тут появилась она.
Поражающих воображение размеров, огромная замочная скважина. И невидимое движение толкало туда! Сперва показавшаяся плоской, эта скважина начала растягиваться словно туннель, и движение ускорилось. Страха не было, ровно, как и не было какого-то наслаждения происходящим.
В какой-то момент скважина закончилась, но невидимая сила, возможно инерция несла вперед. Вместо пустоты или ключей возникла огромная стена.
– Что это? Орнаменты? Растянувшись, казалось до бесконечности эта стена, не была плотной, как и ключи всё в ней было словно сделано из неоновых трубок. Превалировали красный и бирюзовый цвета. Осознать, что эти цвета не являются любимыми, не удалось, так как, пролетев сквозь одну стену, появилась другая, затем третья.
Каждая последующая стена была не похожей на предыдущую, были орнаменты, стрелки, сложенные из трубок глаза, которые казалось, умеют моргать. Наконец стены кончились, и ощущение от не случившихся столкновений прошло. Движение всё также толкало вперед.
Теперь, быстро проносясь, возникали и исчезали ромбы и треугольники, все из тех же трубок, фиолетового цвета. Время от времени вдали, лишь на миг появлялись и исчезали глаза. Казалось, сама темнота открывает и закрывает их, чтобы изучить своего гостя. В эти глаза смотреть не хотелось. Они были обычными, но что-то в них отталкивало.
- Быть может это глаза тех, кто мне не по душе? Столько вопросов, и ни разу не было вопроса.
– Что я и почему я здесь? Как будто читая мысли, абсолютно вся пустота засветилась от множества глаз, всех цветов и размеров. И все они смотрели, думали, изучали. Наконец почти вплотную приблизившись к самому большому глазу, толкание прекратилось. Возможно, до него можно было-бы дотронуться, если бы было понятно, как это сделать. И тут на миг всё погасло.
– Нет. Теперь я могу моргать и смотреть по сторонам - пришла радостная мысль. Невидимую силу заменила небольшое кресло, едущее по рельсам. – Но я никогда не ездил на поезде, и как я не падаю? Что-то, имеющее нежно желтый свет заменяло в этом месте небо и землю. Здание, возникшее на пути за миг, напомнило о том, что можно ощущать страх. Огромное до бесконечности внутри, здание имело в себе такое же огромное количество одинаковых предметов обстановки. Серые стены, и под цвет им лестницы проходили абсолютно под разными углами. Возможно, только благодаря креслу было примерное ощущение, как всё находится относительно верха и низа. Спустя время, кресло так и неслось сквозь одни и те же проходы, лестницы и арки. Внезапно послышалось...
- Так значит здесь можно и слушать! Странный звук, который обычно издают бедуины, или жители севера.
– Что, откуда я могу это знать? Господи, это я, но кто «Я». Впервые оглядев руки и тело, так и не стало понятно, что за личность скрыта внутри. Лишь осознания и различные чувства, и знания вернулись. Засмотревшись на руки, конечно можно был ожидать, что пропустишь что-то важное.
Кресло, набирая ход, со всей мочи влетело в темную арку.
– Опять пустота и невесомость? – спросил себя «Я». Нет, на этот раз только что обретенное тело обволокло чем-то теплым. Послышался характерный всплеск, и звуки затихли.
– Вода – пришёл «Я» к очередному выводу.- Но в воде нельзя дышать! Нет, вот же. С этой мыслью легкие преспокойно наполнились свежим воздухом, и через секунду перед глазами начали подниматься пузырьки. «Я» осмотрелся. Кругом была темень, и лишь где-то сверху постепенно таяло что-то светящееся.
– А что будет на дне? – возник вопрос. Плыть не хотелось, ведь зачем, если «Я» прекрасно тут дышал, да и умею ли я? Быть может, остаться?- промелькнуло в голове. Все тело, тем временем накрыла волна умиротворения и расслабления. Но в тоже время что-то не давало покоя, словно побуждало его всплыть. Но ему тут так хорошо!
Тут «Я» увидел свои руки, свет на которые падал откуда-то сбоку. Оглядевшись «я» понял, что вокруг него, слабо мерцая, поднимались наверх медузы. Они состояли уже из знакомого «Я» неона, и еле двигаясь, словно парили, медленно продвигаясь вверх.
«Я» снова посмотрел наверх. Свет, где-то там, над водой был по-прежнему виден, но лишь больше расслабившись «Я» был готов уйти во мрак, даже не зная, что его там ждет. На свету появилась тень, и в этот миг что-то неприятно холодное взяло «Я» и начало тянуть наверх. Словно клешня, она сдавило всего «Я», не давая тому ни единого шанса выбраться. Свет становился ярче, пока не взорвался мощной вспышкой. Вспышки повторялись, сопровождаясь при этом оглушительными хлопками.
- Это салют - подумал «Я» и начал смотреть, пока не обратил внимания на еще одну вещь.– Я уже стою - проверил для себя «Я» и для уверенности поводил по поверхности ногой. Заиграла музыка, она была задорной и несложной на повтор.
- Кажется, такую включают детям или на всякие праздники - пронеслось в голове. Почему-то от последней мысли стало не по себе. Тут, словно идя в такт музыке, по кругу начали идти пироги. Нет, это «Я» тоже где-то видел, пироги были ненастоящие, всего лишь костюмы, в которых должны были быть люди. К пирогам тем временем присоединились фламинго, которые летали по кругу, только в противоположную сторону. Едва касаясь «макушек» пирогов они даже крыльями махали синхронно.
- Но такой подъемной силы не достаточно!- убедил себя «Я». Выше, над фламинго, начали, быстро двигая ножками, бегать по воздуху мексиканские буррито, но не костюмы. Самые настоящие буррито с ножками, ходили по кругу, в уже противоположном для фламинго направлении. Параллельно с этим черная пустота за ними заполнялась неприятным фоном - сине-белая клетка.
– Что это всё?- возник первый дельный вопрос и «Я» наконец начал понимать, что последнюю минуту кто-то или что-то настойчиво трясёт его за плечо.
- Молодой человек, ну вставайте уже - нервно произнес кто-то. Слава открыл глаза. Перед ним стояла женщина, лет тридцати, в белой рубашке, на которой поблескивал значок городского транспортного департамента. Привычного гудения трамвая не было, он сейчас стоял, и был пуст, а перед ним, по всей видимости, был водитель состава.
– Ну давайте, давайте, мне ещё в депо ехать - торопила женщина.
– Да, да сейчас – успокоил её Слава и начал спешно выходить из вагона. Станция была пуста. без людей и с небольшим количеством света, обстановка была нервная, если не сказать жуткая. Пройдя небольшой подъем и оказавшись на уровне земли, Слава остановился чтобы полюбоваться на огромную мозаику, посвященную, если верить табличке первым строителям - открывателям города.
От дальнейшего созерцания его отвлек охранник. Гость обернулся. Старый мужчина играл с большой связкой ключей, и выжидал, пока Слава не покинет станцию. Едва поравнявшись с охранником, Слава заметил на его лицо абсолютное непонимание. - Ты же, ты - начал охранник показывая пальцем то на спуск вглубь станции, то куда-то в сторону выхода. - Как? - выдал он, наконец законченную фразу, и почесал затылок. Слава был не меньше удивлен, но принял про себя первую попавшую мысль - скорее всего, его удивило что, кто-то еще мог быть на станции в такой поздний час. С этой мыслью он побрел в случайном направлении от станции, над которой только что погасла вывеска "дом культуры - зеленая линия".
– Ну невозможно, я должен был погрузиться в эту чертову воду - корил себя Слава, вспоминая свой сон. Неспешно идя по аккуратным улочкам, не таким как в центре он, несмотря на произошедшие события, не мог не восхититься тому, какой этот район уютный. Люди встречались достаточно редко. – Да и к лучшему - подумал Слава, и впервые за долгое время понял что сейчас, по сути, открыл для себя эту часть города. Конечно, он здесь бывал, но обычно он либо проезжал это место на машине, либо заходил к кому-то в гости.
И только все эти события - непонятный газ на площади, многомесячная ложь друга - все это Слава посчитал слишком большой ценой для того чтобы восхититься Старым городом. От очередной мысли в груди стало больно.
– Что теперь делать? Куда идти? Как закончить учебу, видясь с ним? Хотя, если верить словам этого Фокса, в городе намечается, что-то посерьезней, и вопрос учебы отходил на второй план. Конечно, придется вернуться домой, придется доучиться, но видеть не хотелось никого.
- Да и долго я так протяну? Без телефона, с небольшой суммой денег. Чтожь, проведу ночь в прогулке по этому району, приду рано утром, чтобы никто не заметил возвращения- с уверенностью заявил про себя Слава и начал рассматривать дома, словно те были экспонатами музея. Особенно его впечатлил дом культуры, в который его звал Юра, незадолго до нового года. Его внимание привлек и дом, стоящий сразу после. Белое четырехэтажное строение, было увенчано башней из колонн.
– Возможно, она использовалась для обнаружения пожаров - подумал Слава и обернулся. Перед домом культуры простиралась на целый квартал аллея. Аккуратно подстриженные деревья, распустившиеся цветники - все было как в центре, но выглядело это так, словно здесь это было сделано по-другому, как то по-домашнему. Усевшись на скамейку, Слава пошарил в карманах и закурил.
– Ну хоть вы со мной - тихо сказал он, вертя бело-синюю пачку в руке.
– Ну допустим, но не было же ничего серьезного, верно? - Заговорил в голове один голос.
– Как ничего серьезного, да это животное, которое после всего смотрело тебе в глаза! - воскликнул второй, более возмущенный голос. Внутри Славы шла борьба. Он не знал, как точно ему поступить в дальнейшем, но сейчас он был на стороне второго голоса.
– Простить? А с какой стати?- вел с собой спор Слава, - почему я должен это делать, я не лгал никому. Едва в голове возник образ, возможно уже бывшего друга, он поперхнулся дымом и потушил окурок об урну. Привычный и в какой-то мере родной образ теперь стал для Славы ни чем иным как образом врага номер один.
– Нет, не стоить уподобляться таким, и идти с ним драться.
- Да и ты не умеешь - сразу вставил первый голос.
- Ага, сейчас - тут же заговорил второй, - еще принеси ему сердечко и цветы, в драку пойдешь и научишься, бей первым, а там будь что будет. Тут Слава встал на сторону первого голоса из головы. Драться он не умел, да и вряд-ли это приведет к чему-то хорошему. В голове тут же всплыл образ его первой учительницы, которая твердила всему классу о вреде кулаков и пользе слова.
– Слово, особенно грамотное и взвешенное может нанести удар сильнее, чем даже оружие - говорила она тогда.
- Эй, молодой человек, я говорю не против?- послышалось со стороны. Только сейчас Слава понял, что уставился в асфальт под ногами, и ни о чем не думает.
– Знать бы еще, сколько времени я так просидел - подумал Слава и посмотрел на говорящего. Перед ним стоял старик, на вид ухоженный, лицо его выражало полную воспитанность и сдержанность. Он кивнул в сторону скамейки, на которой сидел Слава, по всей видимости, прося приглашения. Слава даже не придал значения, с чего бы это старику из всех многочисленных пустых лавочек выбирать именно эту, но кивнув в ответ, позволил сесть тому в метре от себя.
– Не спиться? – спросил старик, снимая панамку и махая словно веером.
– Да, конечно, друг оказался подонком, избившим брата, я не уверен, что закончу колледж, родители достали, а в городе со дня на день начнутся уличные беспорядки - как на духу выпалил Слава.
– Господи, насколько же меня все заебало, раз я с таким остервенением выложил все, первому встречному? – пронеслось в голове – находка для шпиона! Слава посмотрел на старика, ожидая услышать привычные для многих стариков «детские» утешение, но старик сидел так, словно Слава только что рассказал ему прогноз погоды.
– Может, глуховат?- спросил себя Слава, продолжая смотреть.
– Не позавидуешь, да - протянул старик, смотря куда-то перед собой. И что же вы намерены делать? - спросил он, все, также, не поворачивая головы.
– Кто бы знал - честно ответил Слава, но подумав пару секунд, всё же добавил - уеду! Да, точно, уеду, и забуду все это.
– Нет, не забудешь - не согласился старик. Если друг и правда был подонком, подумай, не был ли он им, во благо для чего то?- спросил тот, смотря уже куда-то в сторону. Слава задумался.
– Возможно, но это не отменяет того факта что он урод - выпалил он.
– Конечно, конечно, согласился старик. Видать, сейчас думаешь, как бы все изменить, как вернуть что-то, м? И снова Славе пришлось подумать, прежде чем ответить.
- Да, очень хотел бы.
- Так ведь друг твой урод и поддонок? - непонимающе спросил старик, надевая панаму на голову.
– Но он ведь был не всегда таким - говоря ни то со стариком, ни то с самим собой ответил Слава, - я в нем души не чаял. Я знал, что это тот человек, который выручит и поможет, но не подставит. Осмысливая все то, что произошло с ним и Кириллом за все эти несколько лет их общения, Слава понял, что положительные моменты перевешивают невидимую чашу весов. Конечно, то, что он сделал, это серьезно, но ведь, сколько он привнес в его жизнь, как ее дополнил.
– Но я не хочу его прощать - уже вслух сказал Слава, и для достоверности обернулся, чтобы убедиться, что старик все также сидит около него и настойчиво продолжает игнорировать его взгляд.
– А вы? Что же вы?- спросил Слава с настойчивостью, которой он сам удивился - все же не идеальны.
– Конечно, спокойно ответил старик. – Я, понимаешь ли, лишился недавно друга, уехал он, а мы даже не поговорили. И когда я услышал твой рассказ, я понял одну вещь. С этими словами старик впервые посмотрел на Славу самым искренним взглядом.
- Я понял, что бы ни делали, друзья, их можно простить. Мы им завидуем, иногда их терпим, но все равно любим, и не важно, что он сделает, главное, что сделаем мы. Не сразу, возможно, будучи в моем возрасте, но ты поймешь всю важность таких людей, и будешь жалеть, что не поговорил с ними.
С минуту оба сидели молча. Этот старик, говорил, так что в его слова хотелось поверить, но внутри Слава не был уверен, что все-таки сможет это сделать.
– Иван Степаныч, будем знакомы - подал голос старик.
– Слава - ответил собеседник, и оба пожали руки. – Что ты там о беспорядках говорил? – спросил Иван Степаныч, - в полицию пойдешь?
– Нет, у меня нет ни одного доказательства - выпалил Слава.
– Ты и, правда, хочешь все изменить, даже то, что еще не наступило? – продолжал спрашивать Иван Степаныч. И в очередной раз, Слава призадумался.
- Я хоть и не знаю, как все кончится - начал он, - возможно, я окажусь в самом большом плюсе, но в любом случае я знаю, что начнется все более чем плохо. И если бы я мог что-то изменить, донести до некоторых взрослых, и до моего отца мысль что все решаемо, то тогда бы я был в самом большом плюсе - медленно закончил Слава, стараясь вложить всю искренность в свои слова. Он говорил это даже не собеседнику, возможно даже не себе, но говорить об этом очень хотелось.
- Ты откуда будешь то, Слава? – спросил Иван Степаныч - Централ, Победа? Слава буквально опешил от такой осведомленности старика.
– Откуда ему - старику, живущему в среди стариков известно об этом? – ниоткуда - ответил он, наконец. Я из города, и я против абсолютно любого его деления. К чему же вы это?- добавил он.
– А это ещё одна моя боль - ответил Иван Степаныч – понимаешь ли, Слава, я трус. Да, я самый настоящий трус, и говорю об этом вслух впервые. По случайному совпадению я обладаю информацией, которая могла предотвратить то, что грядет, но я струсил, подставил друга. Какое-то время Иван Степаныч молчал.
- А теперь я даже, наверное, не успею - продолжил старик. Я бы, как и ты отдал все, чтобы изменить. Кто знает, если бы этого не было, возможно ты и друга бы не потерял, да и мой бы тут остался?
– Это точно - мысленно поддержал его Слава. – Знаете, Иван Степаныч – уже вслух сказал он, - если вы можете, вы должны, нет, вы обязаны пойти и сделать то, что нужно. Если это не предотвратит, то может быть искоренит подобное в будущем.
– Да - протянул старик.
– Так чего же вы ждете!- неожиданно вскрикнул Слава. Вы не трус, я уверен, что вы сможете сделать то, что нужно. Вы не теряли друга, так как я, возможно, вы его еще найдете. Слава выжидательно смотрел на него. Иван Степаныч уставившись в какую-то точку словно замер. Затем, пришел его черед прикрикнуть:
- А может и получится!
– О чем вы?- недоуменно спросил Слава.
– А о том, мой друг, что есть вариант действительно все исправить. Тебе лишь нужно будет узнать информацию, запомнить её и рассказать об этом тем, кто будет в этих балаганах участвовать. Я, так уж и быть, ради Никиты, пойду. Попробуем и исправить что-то из прошлого, и то еще грядет?
Страдания, и сочувствие к самому себе, как и мысли о Кирилле словно затерялись в неожиданно быстром потоке мыслей.
– Терять ведь мне нечего, договорились - с уверенностью заявил Слава. Если я смогу ему помочь вернуть друга, если получиться достучаться до кого-то, то можно будет избежать многих ужасов - заключил про себя Слава.
– Ну-ка, пойдем - вставая со скамейки, сказал Иван Степаныч. Как оказалось, старик жил в первом же дворе, и уже через десять минут, как прикинул Слава, они дошли до квартиры. Было непривычно, идти не спеша, и время от времени останавливаясь, чтобы Иван Степаныч успевал отдохнуть. Его квартира выглядела так, как обычно выглядят квартиры в старых фильмах. Пожалуй, за исключением розеток и ламп, здесь все было из прошлого века.
Оба прошли на кухню. Поставив чайник, Иван Степаныч оставил гостя и поковылял куда-то вглубь квартиры. Слава посмотрел на часы. По его меркам с момента, когда он решил не идти домой, прошло около пяти часов, на деле же оказалось что едва прошло три. Хозяин квартиры вернулся, неся в руках потрепанную папку. Положив её на тумбочку, он принялся делать обоим чай.
– А друг то твой, откуда будет?- спросил Иван Степаныч.
– С Победы - пробурчал Слава.
– Сложнее будет, вставил старик, а может...
- Слава, тебе не хочется, но вот то о чем мы с тобой сейчас поговорим должен узнать и он и другие, ясно? – сказал Иван Степаныч, ставя перед гостем кружку, и садясь напротив. Слава промолчал. Конечно, с кем с кем, но с Кириллом говорить не хотелось вообще ни о чем. Не хотелось его видеть, слышать его голос.
- Но, что если он вообще там все возглавляет? – подумал он, отпивая согревающий напиток. – Чтожь, если это нужно - отмахнулся Слава.
– Необходимо! – повел указательным пальцем Иван Степаныч. Потянувшись, он протянулся за папкой, и положил ее на стол перед Славой. Далее ощущение времени для казалось, потерялось сильнее, чем до этого, хотя над головой Славы по-прежнему тикали часы. Иногда он думал, что старик его просто разыгрывает, настолько невероятными казались истории и факты. Но также, иногда хотелось думать, что Иван Степаны шутит, когда речь заходила о по-настоящему ужасных историях и эпизодах. В дальнейшем и отпали вопросы, почему Иван Степаныч или его друг не понесли папку сразу в полицию.
Но главное, что связалось в голове у Славы так это то, что за всеми событиями, которые происходили последний год, и возможно даже за его избиением зимой, скорее всего, стоит один человек.
Голова гудела от обилия информации, но посмотрев на часы, Слава обнаружил, что прошло лишь сорок минут. Наконец выслушав все, и пометив некоторые моменты на бумаге, Слава попрощался с хозяином квартиры и снова вышел в теплую ночь. Намеченное договорились сделать завтра.
– Блять, надо было, хотя бы попросить чтобы такси заказал - подумал Слава, и уже развернулся, чтобы вернуться, как в этот момент свет в единственном окне погас. Вскоре дойдя до станции, Слава прикинул направление и пошел уже по абсолютно пустым улицам.
– Сейчас бы поделиться с Кристиной и Кириллом - поймал он себя на мысли, и тут же вставил себе мысленную оплеуху. Нет - заявил он про себя - он тебе больше не такой друг, чтобы этим «делиться». Ряд домов справа закончился, и начался густой массив высоких деревьев. Можно было бы подумать, что это лес на окраине, но большая освещенная арка говорила о том, что здесь располагается парк. Слава даже разглядел сквозь темень макушку чертового колеса, аттракционы должны были заработать сразу после праздника весны, но видимо события внесли свои коррективы. Несмотря на безлюдные и абсолютно пустые улицы Славе пару раз показалось, что откуда-то на него пристально смотрят. Не придав этому особого значение он, ускорив шаг, продолжил идти вдоль границы парка.
Свернув влево, следуя путям скоростного трамвая, Слава впал в уныние. Рельсы в этом месте «ныряли» под землю, и бог весть знает, где выходили. Слава решил идти через парк, по диагонали, полагая, что пути, должно быть, выходят с другой стороны.
– Без телефона, как без рук - вспомнилась знакомая фраза. В парке теплый воздух сменялся на более прохладный. Мимолетом он вспомнил, как шёл зимой почти так же, среди деревьев, не зная, куда его выведет этот путь.
– Ага, вот - сказал про себя Слава, когда заметил, что впереди за деревьями виднеются дома.
– Стоп!- крикнул кто-то, заставив Славу подпрыгнуть. Его ослепил яркий свет. Словно специально на этом отрезке фонари были выключены или не работали и то, что Слава принял за подъем тропинки, оказалось автомобилем.
Закрыв глаза руками, Слава почувствовал, как к нему приближаются люди, они шли даже оттуда, откуда он сам шел!
– Кто такой? Откуда здесь? Куда идешь? – начал засыпать вопросами голос.
– Да гаси его - вставил другой голос, не дав ему тем самым даже подумать над ответом первому голосу.
– Не гаси, а задерживай, тебе, что неясно объяснили?- подал голос кто-то третий. Разглядеть Слава по-прежнему ничего не мог.
– Эу, спокойно, не трогайте - послышалось со стороны машины. Фары переключили на ближний свет, и теперь Слава мог рассмотреть тех, кто уже почти подошел к нему. Трое молодых людей, одетых в странную смесь из камуфляжа и как будто школьной формы обступили его с двух сторон. У одного были наручники, двое других держали наготове непонятные приборы. – Шокеры! - выдал он про себя.
Дверь машины тем временем хлопнула. Слава обернулся и обомлел. Машиной оказался знакомый Славе синий «спутник», а из машины вышел ни кто иной, как Юра.
– Что?- только и сказал Слава, ожидая пока друг, не поравняется с ним.
– Ты чего здесь? – поинтересовался он, делая троим другим жест, чтобы отошли.
– Я здесь - повторил Славы - а ты что здесь? В голове ничего не укладывалось.
- Я здесь режиссер - выпалил его друг с абсолютно серьезной миной - собрались фильм снимать, а вместо молоденькой блондинки в парке оказался ты. Какое-то мгновение Слава даже был готов поверить, но последние слова друга показали, что тот как всегда шутит.
– Мы что-то типа охраны - добавил Юра, и, видя непонимание на лице друга, добавил, - ну знаешь все эти терки в городе, мы просто хотим защититься, а я ведь тут и, правда, режиссер, круто, да? Юра говорил так быстро, что Слава, еще не отошедший от основных событий едва ли был готов начать переваривать новую информацию.
– Подожди, Старый - сказал Слава и начал складывать еще одну часть колоссального пазла.
– Так, а ты чего тут? – поинтересовался Юра.
– Да так, ответил Слава, не желая сообщать что-либо, но затем мысленно остановил себя. Почему, ведь это может помочь, я же в любом случае буду это рассказывать, а Юра теперь друг не менее надежный, чем был Кирилл. Выложив ему все, начиная со встречи с Иваном Степанычем, но обходя вопрос о том, в следствии чего он очутился в Старом, Слава отчего-то ожидал увидеть хоть какие-то эмоции на лице друга. Юра же смотрел на него понимающе.
– Да уж, весело - подал он, наконец, голос. Блять, хочу тебе помочь, но не могу. Слава, не просивший помощи, внезапно понял, что её и не предложат.
– Но почему?- спросил он.
– У нас убеждения такие. Мы защищаем свой уголок, но и не заримся на чужой - вдался в объяснения Юра.
– Алло, это ведь всех касается!- пытался донести Слава. Что случится, оттого что вы, нет, ты мне поможешь. Лицо Юры было виноватым.
– Прости, я бы нахуй сдох бы и помог тебе Слава, но в любом другом случае, не в этом.
– Да ладно - признав поражение, Слава похлопал его по плечу, - я понимаю. Слава действительно понял. На его друге, по всей видимости, лежит куда большая ответственность чем семья и друзья. Конечно, было грустно, что тот, кто может помочь все-таки не может этого сделать, но на Юру он в обиде не был.
– Так ты домой?- осведомился Юра. Слава утвердительно кивнул. Ты можешь остаться здесь, если пожелаешь, я гарантирую твою безопасность - предложил он. Вариант остаться, забиться в угол и просто переждать весь ужас манил неимоверно. Но перед глазами встал их разговор с Иваном Степанычем, их договор. И если Слава правильно все понимал, грядет то, что уже было и он - обычный житель города, со своими мечтами и проблемам вдруг стал важной его частью.
– Голос правды, это ваш инструмент и ваше лучшее оружие, против любых мерзких людей на вашем пути. Прибавьте к ним факты, и вы будете правы в любой ситуации, Юра помнишь, кто это сказал?- спросил он у друга.
– Конечно, помню, Грозе, на первом курсе.
– Вот и я теперь этот самый «голос правды» хоть и случайно ставший им, но я должен донести правду до тех, кто будет там - Слава показал рукой на дома, позади деревьев.
– Ну, чтожь, раз так, я буду в тебя верить, ты, наверное, раз суждено действительно сможешь попытаться все исправить, глядишь, и в нас смысл отпадет - с этими словами Юра кивнул в сторону троих парней, курящих около «спутника».
– Ты звони если что вдруг - сказал напоследок Юра. – У меня нет сейчас телефона, да и вообще, я бы написал - с улыбкой сказал Слава.
– Ну, ты и подлец, вот только возьму твой новый номер, буду дышать тебе в трубку по ночам - смеясь, пошутил друг.
– Да, сперва достань его - уже отдаляясь, сказал Слава, и вышел из парка. Он стоял на незнакомой площади, но широкая улица, сворачивая вправо, вела как раз туда, где над множеством домов, среди яркого света высилась «сфера». Он почти в центре.
https://youtu.be/9pPIs4JqcnU