СПЦ-Ф

За последнюю неделю не нашлось и минуты, чтобы подумать о том, что произошло в том клубе. Приближалась сессия, и все в колледже были заняты натаскиванием материала и заполнением пробелов. Этим занимался и Слава. Быстро сдав долги по праву, он, спустившись на пару пролетов вниз, оказался около обшарпанной двери с противного вида табличкой, окрашенной в ярко зеленый цвет. Надпись гласила: «кабинет международного и конституционного права. Преподаватель - Е. Г. Сахарицина.»

Её предмет, Слава, как и большинство учащихся, недолюбливал, и предпочитал отлынивать. Обычно это было не лучшим решением, ведь преподаватель с удовольствием отрывалась перед сессией над такими «счастливчиками» как он сам.

- Десять часов пропусков, с досадой подумал слава, уже представляя, что придется «пережить». Нет, предмет казался действительно интересным, но вот методы преподавания...- начав изучать новую тему, зачастую бросали ее, начиная обсуждения моды, политики и погоды - на радость тем, кто любит ничего не делать, и на злобу тем, кто предпочёл бы получить-таки знания.

Зайдя в кабинет - стандартную комнату, стандарт которой разве что меняло большое количество картинок с цитатами именитых юристов, Слава огляделся. В кабинете сидела половина его группы! Усевшись за одну парту вместе с Юрой, он оглядел преподавательский стол. Елена Геннадьевна представляла собой женщину средних лет, с грушевидным телом и лицом, напоминающим почему-то лягушачье. Одета она была в привычный для неё безвкусный синий свитер, облегающий не самые удачные формы, и еще более неуместные, похожие на клёш, серые брюки. Завершали непонятный образ туфли - на коротком каблуке, выкрашенные в ярко-розовый цвет, с большими бантами, которые поблёскивали при ходьбе.

- А, Славочка пришёл, заметив его, приторно оповестила всех Сахарицина. Фамилия была под стать ей - из-за неимоверно сладкого голоса, которым вещала эта женщина, было ощущение, будто съев торт с шоколадной глазурью, запиваешь его джемом. Впрочем, она была неравнодушна к сладкому, вкупе с фамилией и голосом она и получила прозвище «сахар».

- Да, отозвался Слава, тоже притворившись, будто тоже только заметил себя в её кабинете - не знал что и вы...тут. Юра прыснул. «Лягушачье» лицо не повело и бровью продолжая улыбаться. В этом заключалась еще одна её особенность. Можно было безобидно шутить над ней, а она в силу характера или еще чего-то не понимала что происходит.

- Итак, что у нас здесь, - начала «сахар» заглядывая в свой журнальчик.

- Ага, - десять часов пропусков, это целых три темы. Откройте, пожалуйста, темы с пятой по восьмую и ответьте мне на вопросы в конце, - закончила она, и продолжила выслушивать дрожащего от близости к ней и отвечавшего Дмитрия. Было видно, что он не шибко то и понимал, на что отвечает. Сахарицина же - чувствуя собственную важность, со всей своей серьезностью и взглядом эксперта в глазах, продолжила пить чай из уродливой кружки - прощальным подарком каких-то выпускников.

Просмотрев темы, Слава понял - скучнее тем нет, наверное, в целой жизни, хотелось поскорее разделаться с этим, но перспектив было мало.

- У меня это есть, тихо сказал Юра, перелистывая свою тетрадь в обратном порядке.

- У тебя случайно нет четвёртой темы?- спросил он, протягивая тетрадь.

-Погоди, сказал Слава и начал листать свою тетрадь - да, держи - сказал он и протянул тетрадь соседу. Хоть Слава и старался учиться и добывать знания сам, на таких предметах как у Сахарициной учить и что-то делать было лень, и он никогда не утруждал себя каким-то честным поиском и анализом информации на её занятиях. И на удивление ей этого хватало. Два года подряд по её предмету оценки держаться между «хорошо» и «отлично».

- Представляешь, хотел перед началом пары спросить тетрадь у Кати - начал вдруг Юра, - подошёл и нормально так попросил, мол «давай сюда, нахуй», а она взяла и отказала. Ушла - с притворной грустью сказал Юра.

- А цыгане просто так не делятся ничем, - послышался сзади едкий комментарий Жени. Слава улыбнулся. Он ценил этого человека за грамотное и своевременное поднятие настроения. На деле он так и не встретился ни с кем, чтобы посмеяться и повеселиться, было досадно. Не хотелось говорить друзьям о семейных проблемах.

- У тебя всё нормально? - заметив его лицо, осведомился Юра.

- Ну да, наверное, - отмахнувшись, ответил Слава.

- Ему походу Катюха предложила кошку на квартиру поменять, а представила это всё так, будто попросила жвачку - снова раздался комментарий Жени.

- Да, всё ок - сказал Слава, но Юра не отставал. - Так, если ты не скажешь, что у тебя случилось, то я не засну, если не засну, то истощу свой организм, и умру, в конце концов, - съязвил Юра.

- Погнали после «сахара» в «лайт»- предложил он. «Лайтом» называли кофейню недалеко от колледжа, которая впрочем, имела и нормальное название «Компрессио лайтендинно».

- Ну, пошли - ответил Слава - всё равно делать нечего, а друзьям он сказал, что плохо себя чувствует. Да и с Юрой давно не общались - подумал Слава.

- Да, пойдем - непонятно зачем подтвердил он свой ответ.

- Вот, и отлично, вот это дело, - обрадовался Юра, и повернулся назад.

- Ты с нами идешь? - осведомился он у одногруппника.

- Нет, мне еще в зал идти - отказал Женя, и скрылся за несколькими учебниками.

Расправившись с ненавистным предметом, друзья пробрались, через толпу первокурсников к выходу, и, выслушав комментарии о «безалаберности нынешнего поколения» от уборщицы, наконец, вышли на едва прохладный, но уже по-зимнему пахнущий воздух.

- Что будешь на рождество делать?- спросил Юра, прикуривая на ходу свои любимые сигареты «game».

- Не знаю ещё, ответил Слава и подметил про себя - действительно, он даже не знает с кем и как проведет этот праздник.

- Наверное, соберёмся семьей, поужинаем, и пойду куда нибудь - добавил он.

- А у меня планы- с хвастливой ноткой протянул Юра. Мы в этот день соберемся в доме культуры на танцевальный вечер. В этом году тема танцев «зимний бал, времён империи», так что, если некуда будет пойти, приходи, поржём над костюмами - с улыбкой пролепетал он.

Слава знал, что для Юры дом культуры является, пожалуй, вторым домом, после собственного. Его отец работает там режиссером - постановщиком, и с детства у его сына любовь к искусству. Отнюдь, если не знать этого факта, можно долго удивляться, как этот человек, шутящий обо всём, относящийся ко всему поверхностно свободно цитирует Шостаковича и Буре.

Тем временем, друзья подходили к большой деревянной двери бежевого цвета и стеклянными вставками. Слава, взявшись за ручку, обернулся. Юра остановился.

- Ты чего?- спросил Слава.

- Три, два...- проигнорировав его начал сгибать пальцы друг. И тут из-за угла вылетел автомобиль. Синяя «лада», которую Слава нарёк «спутником», за сходство с последним. Таких уже не делают. Тем временем, пройдя небольшой занос, машина со скрипом остановилась около Юры. Музыка, до этого кричащая, заставляя стёкла подрагивать замолчала. Из автомобиля вышел рослый парень, в спортивной одежде. Подойдя к Юре, он пожал ему руку, и о чём- то заговорил. Слава знал, этот парень - Юрин брат, не родной, этим объясняется отсутствие какого-либо сходства. Этот Саша или Сава, насколько помнил Слава, имел несколько отталкивающий, по его меркам вид. Но иногда напротив, излучал какую-то чрезмерную уверенность. Закончив тем временем разговор, Саша-Сава заскочил обратно в машину, и уже через секунду, под громкие звуки «стеПаша» этот «спутник» скрылся за поворотом.

Войдя, наконец, в кофейню, обоих накрыло теплом, а так-же восхитительным запахом свежего кофе, вспененного молока, а также молочного шоколада.

- Вон, там свободно - указал Юра на одиноко стоящий в углу столик. Проходя к нему, слава оценил интерьер. Нежно бежевые стены сплошь и рядом были увешаны полочками со стоящими на них баночками всех форм и размеров, на противоположной стене висели картины, на которых во всей красе были изображены различные сладости в разрезе и кофейные напитки в разнообразных кружках, с рисунком из пены или без них. На самой большой стене располагалась, длинная, сделанная из темного дерева стойка, устланная картонными меню. Большой аналог этих меню висел неподалёку. Стойка также была богата винтажной кассой, и также корзинками с различными сладостями и выпечкой.

Усевшись друг напротив друга, оба обмякли в креслах - настолько те были мягки. Уж больно сильно эти кресла контрастировали с жесткими стульями, на которых приходилось моститься в колледже. К столику бодрой походкой подошла хозяйка и одновременно официант заведения Ольга Георгиевна, среди прочих «Оля». Это была женщина лет пятидесяти, с хорошо уложенной прической, по - бабушкиному добрым лицом, одетая в сарафан, поверх которого был надет помятый, но идеально чистый фартук бежевого цвета - в тон заведению. Казалось, Оля живое олицетворение этого заведения, такая-же милая, теплая и добрая.

- Добрый день ребятки, что будете сегодня?- спросила она, попутно готовя блокнот. Получив заказ, она всё той же походкой скрылась из виду, и почти сразу послышался шипящий звук- звук приготовления кофе.

- Ну, говори что там у тебя не так - сказал Юра и выжидательно уставился на собеседника.

Слава собрался с мыслями.

- Ну слушай - произнёс наконец он, и начал рассказ. Он поведал ему про Матвея, про отношение его родителей к жителям Победы, а также беспокойством, которое он испытывает перед предстоящими экзаменами.

- Серьезно, это рили твоего брата так? - спросил Юра, дослушав рассказ. Слава не сомневался, что он может уже знать, как и сказал тогда тот врач, таких пациентов давно не было, а мама Юры работала хирургом в той самой больнице.

- Да, только не распространяйся, пожалуйста - попросил Слава.

- Ну, хорошо, ответил Юра. Наступило молчание, прерываемое неспешным гомоном посетителей, и легкой музыкой. Тем временем, Оля уже принесла друзьям по чашечке горячего напитка и оба наслаждались приятным вкусом.

- Так это - начал Юра, - тебе может помощь, какая нужна?

- Разве что скажешь мне, кто это сделал, - лениво сказал Слава. Его собеседник поник.

- Ну чисто между нами, - снова начал Юра - я могу без подробностей, если что поспрашивать людей. Слава посмотрел на него с благодарностью. Семья Юры была достаточно обеспечена и образована, его родители были уважаемыми людьми в городе, пусть не здесь, но в том районе, где они живут, их знают все.

- Спасибо, я был бы очень благодарен - сказал Слава.

- Да, хуйня вопрос, - снова вернулся в своё «обычное», несерьезное состояние Юра.

- Скажи, почему у тебя нет девушки?- спросил Слава, решив, что ему надоело обсуждать эту тему. Ему действительно было интересно, почему такой достаточно умный, не лишенный чувства юмора, милый человек один?

- Да хз - лениво ответил Юра, - мне немного не до этого, сейчас надо образование получить, еще квартирой, наверное, обзавестись, только потом. Слава не мог не подметить ярко-выраженный «старый» и в какой-то степени консервативный взгляд на вещи.

- Аналогичный вопрос- с улыбкой на лице - сказал Юра.

- Да, не знаю - честно ответил тот, - наверное, я чувствую, что мне это пока не нужно, или еще что-то - закончил Слава.

- Что-то мне подсказывает это нужно всем, - философским тоном пробубнил Юра, напоминая их странного на вид и характер преподавателя по философии. Оба дружно рассмеялись.

- Ну это да, но ведь не каждому нужен кто-то конкретный, и естественно что вероятность такого что оба будут нуждаться именно друг в друге крошечная - закончив смеяться добавил Слава.

- Я тебе больше скажу - она нулевая, - вставил Юра.

- Если судить по твоей логике, - продолжал он - то никто никогда бы не завёл отношений. На то нам и даны всякие «плюшки» в виде знаков внимания, красивых слов, и приятных вещей.

- Технически, - продолжил он после секундной паузы - ты можешь начать отношения со мной с Сахарициной или любым другим человеком, ведь его необходимо просто расположить к себе, не так ли?

- Ну, да, ты наверное прав - согласился Слава.

- Естественно, когда я был не прав? - с улыбкой спросил Юра. Не услышав ответ, он продолжил.

- Так вот, я хочу сказать, что, по моему мнению, ты можешь начать отношения с любым человеком, возможно, наверное, кроме тех, у кого они уже есть. Считаю, что дорогих тебе людей стоит добиваться.

- Это что-же - перебил его Слава, - только мне «расшибать нос в кровь» только что - бы меня заметили?

- Ну почему же - ответил Юра. Если у человека есть хоть толика мозгов, совести и чести он непременно должен будет всё понять и либо начать делать что-то в ответ, либо, тысячу раз извинившись, деликатно сказать о том, что это невозможно - закончил он.

- И почему же тысячу извинений? - спросил Слава, делая очередной глоток ароматного кофе.

- Как почему?- на лице у Юры было изумление. Да потому что ты оказал внимание, именно ты сделал усилие над собой, чтобы что-то сказать и сделать, и если не будет хотя-бы одного «прости», то этот человек определенно мудак не имеющий, вышеуказанных мной мозгов, совести и чести.

- Да - протянул слава, - ты никогда не думал пойти на психолога?

- Ага, мечтал вести пары в колледже, - улыбнулся Юра.

- Ну, или в какой-нибудь стенд-ап, - добавил как бы, между прочим, Слава.

- Нет, я как-то думал по приколу пойти, но это явно не моё.

- Отчего же? - изумился Слава.

- Буду дворы мести и с голубями разговаривать- с нарочитой гордостью сказал Юра.

- Да, это определенно твое - сквозь смех согласился Слава. Проболтав еще какое-то время, оба обнаружили, что на улице стемнело. Тепло поблагодарив за кофе, и оставив щедрые чаевые, друзья вышли на уже более неприветливую погоду. Дул ветер. У кофейни припаркованный стоял «спутник».

- Ну что, мне пора, подвел итог встречи Юра, - было приятно провести время, тебя случайно не подбросить?

- И мне, спасибо что выслушал и за разговор спасибо, нет, я живу недалеко, дойду уж как нибудь, - поблагодарил Слава и горячо пожал руку друга. Быстро шмыгнув в автомобиль, тотчас же «спутник», уже под голосистые голоса «ЛедиМэн» устремился в одном, только ему известном направлении.

- Определенно он, когда нибудь выйдет на орбиту - присвистнул Слава, понимая, что не хотел бы оказаться внутри этой машины, во всяком случае, когда она в движении. Напевая про себя новый прилипчивый хит, он побрел в сторону дома, прикрывая лицо от ветра.

Из головы не выходил разговор, ни когда Слава шел, ни когда он ужинал или даже делал задание. - Ну, странные же у него суждения об отношениях. С этими мыслями закончилась тянущаяся «вечность» неделя. Поболтать с Матвеем, который вот уже сутки как приехал из больницы, не получилось, ввиду того что тот большую часть времени спал. Слава успокоился, получив предложение от Кристины собраться их компанией на выходных и где-нибудь посидеть. Сон настиг внезапно, но от того достаточно мягко.