Ястребы:Правило первое

В комнате было темно. Только свет уличного фонаря падал на пол — жёлтый, мутный. Санти сидел на кровати, сжимая в руке телефон. Звонок из больницы оборвался минуту назад. Или час. Или год. Время здесь не имело значения.

Дверь открылась. Вошёл Пабло. В той же одежде, в которой уехал — старая футболка, джинсы, отцовские ключи в руке. Он остановился у порога и посмотрел на Санти.

— Ты чего не спишь?

Санти поднял глаза. Голос у него был чужим — хриплым, сломанным.

— Ты уехал.

— Я знаю.

— Ты не вернулся.

Пабло молчал.

— Тебе позвонили, — продолжал Санти. — Тот звонок. Кто это был? Что тебе сказали? Почему ты поехал?

— Это уже не важно.

— Нет, важно! — Санти вскочил. Телефон упал на пол, трещина поползла по экрану. — Ты сел в машину и уехал, а я остался! Я не знал, куда ты едешь! Я не знал, что тебе сказали! Я ничего не знал!

— Ты и не должен был знать.

— Почему?!

— Потому что я — старший! — Пабло вдруг закричал. Впервые за весь разговор. Глаза у него были тёмные, злые, отцовские. — Я должен был защищать тебя, а не втягивать! Я должен был разобраться сам! А ты должен был спать! Ты должен был быть в безопасности!

— А ты должен был вернуться! — Санти сорвал голос. — Ты обещал! Ты всегда обещал!

Пабло замолчал. Смотрел на него. Потом тихо сказал:

— Я знаю. Прости.

Санти стоял посреди комнаты, дышал тяжело. Слёзы текли по лицу, он их не вытирал.

— Я не прощу, — сказал он. — Не прощу. Ты уехал. Ты оставил меня одного.

— Ты не один, мелкий. — Пабло сделал шаг к нему. — Ты никогда не был один. Просто я теперь... в другом месте. Но ты меня слышишь. Иногда. Когда не злишься.

Санти хотел ответить, но голос пропал. Пабло улыбнулся — своей обычной, кривоватой улыбкой.

— Ты справишься. Ты всегда справлялся. Просто перестань винить себя. Это не твоя вина.

Он развернулся и пошёл к двери.

— Пабло!

— Мне пора, мелкий. А тебе — просыпаться.

---

Санти проснулся. Лицо мокрое. Он провёл ладонью по щеке — слёзы. Кулон на шее тёплый. Санти сжал его в кулаке и полежал так, глядя в потолок. За окном светало.

Блядь. Опять этот сон. Пабло. Зачем ты пришёл. Я же просил — не надо.

В дверь забарабанили. Голос Нико.

— Вега! Вставай! Тренировка через двадцать минут!

Санти сел. Голову повело, перед глазами поплыли круги. Ожог на запястье запульсировал — багровая корочка натянулась, когда он опёрся на руку. Тайлер. Сука.

Нико уже стоял у двери — одетый, сумка через плечо, волосы влажные. Он смотрел на Санти внимательнее обычного.

— Как ты? После вчерашнего.

Санти потёр виски.

— Нормально. Бывало и хуже.

— Да ладно? — Нико приподнял бровь. — Что может быть хуже?

Санти не ответил. Нико помолчал.

— Ты вчера был никакой. Тайлер перегнул. Обычно он так не делает. С новенькими. В первый же день.

— А что обычно?

— Обычно он просто смотрит. Проверяет. А тут...

Санти ждал. Нико осёкся и протянул бутерброд.

— Завтрак закончился. Еле успел схватить. Всё сожрали, пока ты спал. Давай, ешь и пошли. Моралес ждать не будет.

— Почему ты меня раньше не разбудил?

— Ты спал крепко. Мне тоже собираться надо было.

Санти взял бутерброд и откусил. Есть не хотелось. Странно. Вчера меня чуть не убили. Сегодня я ем бутерброд и иду на тренировку.

Он натянул форму, взял сумку. Нико открыл дверь, и они вышли в коридор.

Спустились по лестнице, миновали холл. Через стеклянные двери было видно, как над полем поднимается утренняя дымка. Жара ещё не накрыла, но воздух уже был густым и влажным.

---

На поле Санти опоздал. Моралес зыркнул, но смолчал. Санти встал в ворота, глядя в землю. Тайлер был в центре. Не смотри на него. Не сейчас.

Побежали. Санти — последним. Тайлер обогнал его на круг — Санти уставился в траву. Почему я прячусь. Я злюсь. Но прячусь.

Удары. Лиам пробил — Санти не успел среагировать, мяч в сетке. Руби пробила — Санти дёрнулся не в ту сторону, мяч зашёл. Люк пробил — Санти прыгнул и упал, даже не коснувшись. Тайлер пробил сильно, в левый угол. Санти прыгнул, коснулся кончиками пальцев, но недостаточно. Мяч зашёл. Тайлер развернулся и пошёл обратно. Санти смотрел ему в спину. Он даже не смотрит. Как будто ничего не было.

После ударов Санти сел на скамейку. Голова гудела. Рядом сел Артём. Помолчал. Потом заговорил — негромко, жёстко.

— Слушай. Я понимаю, что вчера было. Но не веди себя как идиот. И как слабак — тоже не веди.

Санти открыл рот. Артём уже встал и ушёл. Идиот. Слабак. Он прав. Но он хотя бы подошёл.

Через минуту — Моралес. Встал напротив, руки скрестил.

— Вега. Ты сегодня никакой. Что с тобой?

— Нормально, тренер.

— Нормально? — Моралес прищурился. — Ты пропустил четыре мяча за пятнадцать минут. На шнурках спотыкаешься. Глаза красные. Ты либо не спал, либо заболел, либо и то и другое. Может, сходишь в медпункт?

Санти молчал.

— Я не спрашиваю, — добавил тренер. — Я предлагаю. Сейчас перерыв закончится — иди к Неле. Пусть посмотрит. Если скажет, что здоров, — вернёшься. Если нет — отдыхай до вечера. Завтра наверстаешь. Лиам!

Лиам вскочил.

— Да, тренер?

— Отведёшь его. И проследи, чтобы он не свернул куда-нибудь по дороге.

— Понял, тренер. Пошли, Вега.

---

Они пошли в сторону медпункта. Лиам шагал быстро и говорил без остановки. Санти не слушал. Он смотрел.

В прошлый раз он не рассматривал академию. Прошёл мимо — голова была забита письмом, дорогой, разницей во времени. А сейчас — увидел. Белые корпуса, красные крыши, пальмы. Красиво. Слишком красиво. Как открытка.

У фонтана сидел мужчина в синей униформе — пожилой, усатый. Протирал бортик тряпкой и насвистывал. Он здесь каждый день. Знает тут всё. И про команду, наверное, тоже.

Жара давила. Даже в тени пальм было душно. Санти вытер пот со лба. Август. Калифорния. Я здесь второй день. А кажется — месяц.

Мысли поплыли. Сон. Пабло. Опять. Он тряхнул головой. Нет. Не сейчас. Потом.

Вчера. Клуб. Тайлер. Ожог запульсировал. Почему именно я. Почему он это сделал. Санти представил, как подходит к Тайлеру и спрашивает: «Зачем?» И Тайлер отвечает: «Потому что могу». Или не отвечает. Просто смотрит. Он не скажет. Никто не скажет. Они сами не хотят об этом говорить.

Может, спросить у Артёма? Или у Лиама? Нет. Не ответят. Им проще молчать.

Да и не время. Мне правда плохо. Ещё эта жара.

— ...и вот она ему говорит: «Посажу на уколы». А он...

— Лиам, — перебил Санти. — Я тебя не слушаю. Мне плохо.

Лиам замолчал. Потом вздохнул.

— Понял. Давай вкратце. Первое: Неля — легенда. Медсестра. К ней все ходят — спортсмены, академики. Даже Тайлер и Артём. Она их успокаивает. Второе: команда собралась в июне, но до сих пор не подружились. Артём с Тайлером грызутся, Ника молчит, Оз сам по себе. Руби пытается всех развеселить. Ты не один такой. Третье: ты поздно приехал, в августе. Я сам не знаю почему. Вратаря слишком тщательно выбирали, наверное. Или просто не могли найти. Но выбрали тебя. Понял?

— Понял, — сказал Санти.

— Вот и хорошо. Пришли.

Лиам открыл дверь медпункта, и они вошли внутрь.

---

В медпункте пахло спиртом и сушёными травами. У стойки стояла девушка — кудрявая блондинка с розовой прядкой. Носки с пиццами. Санти уставился на них. Носки с пиццей. Серьёзно?

Девушка хмурилась в телефон. Потом подняла глаза.

— О, привет, Лиам. А это кто?

— Новенький. Вратарь. Вега. Санти, это Мия.

— Привет, — сказал Санти.

— Я Мия. Второй курс. Подтягиваю математику. Не сдала кое-что. Поэтому летом здесь. Не спрашивай.

— Я не спрашивал.

— Ну и правильно. — Она убрала телефон. — Я устала. Но у тебя тоже вид не очень. Мы в одной лодке.

— В лодке с пиццами, — добавил Лиам.

Мия фыркнула и вышла. Лиам проводил её взглядом.

— Забавная встреча.

Санти откинул голову к стене. Утро — похмелье. Тренировка — провал. Сон — Пабло. Ожог — Тайлер. Ещё и девочка с носками. Как всё задолбало.

— Ага, — сказал он. — Забавная.

В этот момент дверь открылась, и вошла Неля. Лет тридцати пяти, смуглая, кудрявые волосы в пучке, зелёные глаза. Халат сидел как влитой.

— Опять кого-то привёл?

— Новенький. Моралес отправил.

Неля подошла к Санти. Взяла его за запястье — то самое, с ожогом. Он напрягся. Она перевернула его руку ладонью вверх, посмотрела на багровую корочку. Поджала губы. Ничего не сказала. Только отпустила руку и достала из шкафчика маленький пузырёк.

— Успокоительное. Примешь перед отбоем. Сегодня никаких тренировок. Иди в комнату, сиди там. Лучше сохрани силы. Понял?

— Понял.

— Иди.

---

Санти вышел из медпункта. Пузырёк в кармане. Он шёл через внутренний двор, где тень от пальм ложилась на плитку, и крутил пузырёк в пальцах. Мысли ворочались тяжёлые, липкие.

Что вчера случилось. Почему он это сделал. Все молчат. Не смотрят.

Поднялся по лестнице, толкнул дверь комнаты. Нико не было. Санти сел на кровать, потом лёг. Пузырёк поставил на тумбочку. Закрыл глаза.

Меня выбрали не просто так. Я пришёл сюда не за этим. Может, Тайлер и делал это специально. Но я выдержу. Да пошёл он нахуй.