19
Время в квартире Гриши пролетело незаметно. Они только успели допить вторую порцию кофе и немного прибраться на кухне, когда в дверь позвонили.
Алина инстинктивно дернулась, глядя на себя в зеркало: на ней всё еще была его огромная футболка, волосы растрепаны, а на губах — едва заметная припухлость после долгого утра.
— Гриш, я в таком виде не могу встречать твою маму! — зашептала она, пытаясь пригладить волосы.
Гриша обнял её сзади, целуя в шею.
— Расслабься. Мама — мудрая женщина, она всё понимает. И вообще, ты в этой футболке выглядишь как мечта.
Он пошел открывать дверь. Как только замок щелкнул, в квартиру ворвался маленький вихрь в яркой куртке.
— Папа! Папа! А мы с бабушкой Таней кормили уток! — Маша с разбегу запрыгнула Грише на руки, обхватывая его шею. — А еще она купила мне сахарную вату, только маме не говори!
Следом в квартиру вошла Татьяна Николаевна. Она была румяная после прогулки и светилась от счастья. Увидев Алину, которая робко вышла из спальни, уже успев накинуть поверх футболки свои джинсы, женщина всё поняла в ту же секунду. Её взгляд смягчился, а на губах заиграла добрая улыбка.
— Ну, здравствуйте, дорогие мои, — Татьяна Николаевна поставила на пол пакет с вещами Маши. — Вижу, у вас утро было добрым.
Алина слегка покраснела.
— Здравствуйте, Татьяна Николаевна. Спасибо, что посидели с Машей. Она, кажется, в полном восторге.
— Ой, да какое там «посидели»! — отмахнулась женщина, снимая пальто. — Мы так весело провели время, что я сама как будто помолодела. Машенька — просто золото. Гриша, ты бы видел, как она на качелях бесстрашно качается — вся в тебя.
Маша, уже спустившись с рук отца, подбежала к Алине.
— Мам, а ты почему в папиной майке? Она тебе большая!
Гриша громко рассмеялся, подмигнув Алине.
— Это новый писк моды, Маш. Мама просто очень стильная.
Татьяна Николаевна прошла на кухню, оглядывая порядок (и пару грязных чашек). Она видела, что в этой холостяцкой «берлоге» наконец-то поселилось тепло.
— Ладно, — сказала она, поворачиваясь к ним. — Я завезла ребенка, как обещала. Не буду вам мешать, у меня еще дела. Гриша, проводи мать до лифта.
Когда они вышли на лестничную клетку, Татьяна Николаевна взяла сына за руку.
— Сын, я за всё это время не видела тебя таким… настоящим. Пожалуйста, не расплескай это. Алина — удивительная девочка. Она тебя простила, а это дорогого стоит.
— Я знаю, мам, — серьезно ответил Гриша. — Больше никаких ошибок. Я её не отпущу.
Вернувшись в квартиру, он застал идеальную картину: Алина сидела на диване, а Маша, разложив на журнальном столике свои рисунки, увлеченно рассказывала ей про «бабушкины блины».
Гриша подошел к ним и сел рядом, обнимая обеих. Маша тут же вскарабкалась к нему на колени.
— Папа, а мы завтра тоже будем все вместе? — спросила она, заглядывая ему в глаза своими зелеными омутами.
Гриша посмотрел на Алину. В её глазах он увидел то же самое желание.
— Да, Маш. И завтра, и послезавтра. И вообще теперь всегда.
Маша радостно захлопала в ладоши.
— Тогда давайте играть в прятки! Чур, папа водит!
Весь оставшийся день квартира Буды, которая раньше видела только шумные тусовки и ночные записи треков, была наполнена детским смехом и тихими разговорами двоих взрослых, которые наконец-то нашли друг друга в огромном городе. Алина ловила себя на мысли, что ей больше не хочется уходить. Здесь, рядом с Гришей, её мир наконец-то стал полным.
Продолжение следует...