Придурковатый Ники.

Они ещё несколько минут стояли в полумраке кухни, пытаясь прийти в себя. За дверью ванной всё ещё были слышны звуки: то ли капала вода, то ли что-то шуршало. Обстановка была на грани хоррора.

Сону первым начал двигаться, очень медленно, семеня вперёд, как будто ступал по тонкому льду. Рики шёл прямо за ним, стараясь не наступать на скрипящие доски.

— Я больше не буду пить воду ночью, — прошептал Сону с дрожью в голосе. — Вообще никогда… я буду глотать воздух… или дождь лизать из окна…

— Это если выживем… — шепнул Рики.

Они уже почти миновали коридор, когда вдруг — Хисын, стоящий у ванной, резко обернулся. Быстро, словно почувствовал движение. Его глаза всё так же были открыты, но взгляд… совершенно стеклянный. Без фокуса. Лицо — абсолютно без эмоций.

— Пи—! — пикнул Сону, рефлекторно прикрывая рот руками.

Но не успел он издать полноценный звук, как Рики резко обнял его сзади, закрывая рот ладонью, и, прижавшись к нему, тихо прошептал на ухо:

— Тише… Он же спит. Тихо. Не дыши громко.

Сону был весь напряжённый, как струна, глаза расширены, руки сжаты в кулаки. Он даже не попытался убрать руку Рики — он просто замер, застыв в его объятиях, вцепившись пальцами в одеяло, которое сползло с его плеча.

Хисын… постоял пару секунд, потом медленно развернулся обратно и ушёл в сторону спальни, исчезая в темноте коридора.

— Он ушёл?.. — прошептал Сону.

— Да… вроде ушёл… — так же шептал Рики, не убирая рук.

Но он всё ещё держал Сону за рот и плечи, как будто боялся, что брат-зомби внезапно вернётся и начнёт кидаться на них со сковородкой.

— Можешь… отпустить меня уже, — наконец прошептал Сону, чуть двигаясь.

— Ага… — Рики медленно убрал руку, но всё равно не отходил далеко.

Они оба переглянулись в темноте — лица бледные, волосы растрёпаны, взгляды испуганные, но… в уголках губ появилась улыбка.

— Это был… худший хоррор-квест в моей жизни, — выдохнул Сону.
— Согласен. Я теперь понимаю, почему ты такой нервный… ты с ним живёшь.

— А ты думал, у меня характер такой? Это всё Хисын!

Они осторожно вернулись в зал. На кухне осталась включённая лампа, дававшая тусклый свет, отбрасывая длинные тени. В гостиной было пусто и безопасно.

Они устало рухнули на диван, почти одновременно, и оба замолчали.

— Знаешь… — Сону повернул голову к Рики. — Если бы ты не закрыл мне рот, я бы, наверное, завопил как девочка. И нас бы похоронили скалкой.

— Я герой, — сказал Рики, гордо закинув руки за голову. — Хочешь — сделаю тебе медаль. "За спасение ночью".

— Лучше чайник заваришь.

— Сону… три ночи. Мы чуть не умерли. Я не собираюсь варить тебе чай.

— Тогда… дай плед.

Рики усмехнулся, схватил ближайший плед и кинул его прямо на голову Сону, тот возмутился, начал бороться с тканью, но в итоге остался под ней, как маленький кокон.

— Можешь не смотреть, но я официально ложусь тут спать. — пробормотал Сону из-под пледа. — Я больше в темноту не пойду.

— А я — с тобой. Вдруг Хисын ночью решит потанцевать.

— Только не рядом со мной…

— Не бойся, я буду стоять между тобой и скалкой.

Сону немного вылез из-под пледа и посмотрел на Рики:

— Рики?

— А?

— Спасибо… что не дал мне запищать.

— Спасибо, что не укусил мою руку, когда я закрыл тебе рот.

Сону хихикнул, снова спрятался под пледом и прошептал:

— Надеюсь, он спит нормально до утра.

Рики глянул на дверь и пробормотал:

— Если он начнёт говорить во сне… я вызываю экзорциста.

И так, два "врага" под одним пледом остались на диване, перебрасываясь шёпотом, пока за стенкой Хисын спал… или не совсем.