33 глава
В Османской империи были не только женщины из гарема, изучавшие во всех тонкостях науку нежной страсти, но и те, кто в основном не по своей воле жили в публичных заведениях в гавани столицы империи.
Законы против прелюбодеяний были введены султаном Селимом Явузом. В 1512 году он постановил: «Если нарушитель женатый человек и если он был схвачен при совершении самого прелюбодеяния, то он должен заплатить четыре сотни серебряных монет. Если это человек из среднего класса, его штраф сокращается до трёх сотен серебряных монет. Для бедняка достаточно двухсот серебряных монет и ста монет - для нищего. Штраф за прелюбодеяние для неженатого более умеренный: сто серебряных монет для богатого, пятьдесят для имеющего средний доход и тридцать серебряных монет - для бедного. Если жена совершит прелюбодеяние, её муж обязан заплатить штраф за неё, иначе жену надлежит строго наказать. Нормой для рабыни, если она занимается прелюбодеянием, является половина от штрафа свободной». Часть изданного султаном Селимом Явузом указа доказывает широкое распространение прелюбодеяний и предполагает пополнение государственной казны огромными суммами за счёт взимания денег, а не физического наказания.
Первый зарегистрированный в документах случай женского прелюбодеяния в османском государстве относится к правлению султана Сулеймана Великолепного: жители района Султангир на побережье Золотого Рога подали жалобу судье на пятерых женщин. Истцы утверждали, что эти женщины открыли публичный дом. Предводительницей была Арабфати, ей помогали Марин, Камер, Юмни из Балата и Нефис с Крита. Эти женщины позволяли незнакомцам (не отцам, мужьям, взрослым братьям, племянникам или сыновьям) входить в их дома. Судья приговорил их к конфискации имущества и изгнанию. Одна из этих женщин говорила, что её муж был воином и участвовал в длительных походах, не выдавая ей средств к существованию, и ей приходилось добывать средства на еду прелюбодеяниями, зазывая к себе домой незнакомых заинтересованных в женской ласке мужчин.
Для женщин, высланных из Стамбула за разврат, оставался единственный вариант - примкнуть к группе Ченги, своеобразному ордену османских куртизанок, и разъезжать в открытых так называемых экипажах по Анатолии (сельской местности) в поисках счастья и денег. Очень редко кому-то их них везло: она встречала мужчину, который увозил её с собой и делал своей постоянной любовницей. Обычно глава общества Ченги распоряжалась ставить палатки на окраинах городов по вечерам, чтобы предотвратить их уничтожение. Если женщин приглашали в дома состоятельных горожан, то для посещения этих мужчин участницы Ченги облачались в мужские одежды, чтобы их не рассекретили и не забросали камнями.
Из воспоминаний одной из таких женщин, историю жизни которой мы более подробно расскажем позже.
Я Эленика, что значит «солнечная». Дочь бедного рыбака из Греции, в юном возрасте привезённая в Османскую империю и вынужденная вести жизнь за счёт красоты своего лица и тела.
В детстве я мечтала о спокойной, искренней жизни, в ранней юности - о муже и детях, для которых я стала бы самой любимой и главной женщиной. Но этого жизнь мне не подарила.
Летом не помню какого года нас, юных девушек, захватили в плен и привезли через волнующееся море в столицу империи. Выбрали самых красивых, крепких телом и духом. Моя душа, как и море, тоже была охвачена бурей.
Нас привели в какое-то полумрачное заведение, пахнущее вином и дымом от трав. Мне хотелось убежать от этого мрака, жестоких равнодушных лиц женщин и мужчин, вдохнуть свежий морской воздух, который у меня так внезапно отняли... Но это были только бесполезные неосуществимые мечты: никто не стал бы помогать беззащитной девушке, оставшейся совершенно одинокой в этом расчётливом и жестоком мире.
Постепенно я привыкла к пустому существованию, познала азы искусства страсти, стала её рабыней. Единственным успокоением и очищением для меня было море и его горизонт, мысленно переносящий меня на корабле на Родину, в наш бедный, но светлый дом на берегу, в объятия матушки и отца, лица которых почти стёрлись из моей памяти.
Однажды я увидела его - Малкочоглу Бали-бея. У меня было много мужчин, но он стал тем одним, к которому потянулась моя душа, а не только тело. Я с нетерпением ждала встреч с ним, понимая, что никакого будущего у нас быть не может. Тем более, вскоре он женился на дочери торговца Армин и бесконечно любил её. Наши встречи прекратились, я опять погрузилась в подземельную духоту моего проклятого заведения, моей клетки. Каждый день снова стал копией предыдущего: ночные танцы, вино, дурманящие травы, помогающие раскрепощаться и не испытывать отвращения к себе, богатые паши и беи, заезжие иностранные послы и купцы...
Через много лет я опять встретила Бали-бея. Несмотря на моё положение в обществе, мы продолжали быть с ним настоящими друзьями: мне он доверял всё, я же всегда и во всём помогала ему. Моя душа принадлежала только этому человеку.
Проходили годы. Я старела. Наше заведение было снесено по приказу нового Великого визиря. У меня остались довольно хорошие связи с влиятельными лицами государства и сбережения, которые помогли мне остаться в столице империи. Я снова, как и в детстве, жила в маленьком, но в своём доме на берегу моря, снова провожая взглядом корабли, скользящие по волнам к берегам моей Родины, которой я была давно не нужна.
Нет прежней красоты и силы. Мои глаза уже совершенно не излучают свет и почти не видят его. Но этот свет - теперь внутри меня. Песни и танцы ушли в далёкое прошлое, от которого исходит только единственный луч - мой Малкочоглу Бали-бей, мой единственный любимый мужчина и единственный источник света, который помог мне выжить в том подземелье-клетке, которое отобрало у меня всю жизнь, но и подарило встречи с единственным человеком, благодаря которому я находила в себе силы жить...
Я Эленика, познавшая все тяготы жизни, мгновенно постаревшая за несколько минут. Увяла моя красота, но душа обрела наконец-то свой рассвет. Дочь греческого рыбака, мечтавшая о солнечном свете, свежести морского воздуха, настоящей любви... И вот теперь я чувствую запах виноградных лоз, вижу белых голубей, слышу звучание заупокойных молитв, чувствую твой тёплый взгляд... И твоя рука, протянутая мне, уже уводит меня из этого опостылевшего грязного мира.