Глава 32. Игра
Глядя на него, Гу Жань не выдержал и расплылся в улыбке. Он действительно был совершенно бессилен перед этим человеком. В конце концов он сам переложил лишние одеяла обратно, заправил постель для Ли Синя и подождал, пока тот поудобнее устроится на матрасе.
Ли Синь сдержал слово: он крепко обхватил Гу Жаня руками и замер, прижавшись животом к его боку. Разумеется, Гу Жань не мог уснуть.
Ли Синь поднял глаза и взглянул на него: — Тебе совсем нечего спросить? — ... — Теплое дыхание юноши коснулось ушной раковины, отчего у Гу Жаня зачесалось в ушах и затрепетало в сердце. Он тайком перевел дух и кивнул: — Есть.
Ли Синь: — Хе-хе.
у Жань: — Кто звонил на самом деле?
Ли Синь: — Это был мой менеджер. Он хотел обсудить кое-какие дела.
Не ожидая такого ответа, Гу Жань слегка дернул уголком рта и опустил взгляд: — Значит, ты меня обманул?
— Ага, — Ли Синь хитро улыбнулся. — Хотел посмотреть, как отреагирует «кое-кто», заявлявший о фиктивных отношениях.
Кончики ушей Гу Жаня мгновенно налились кровью и стали пунцовыми. Обнимавший его юноша и не думал отпускать руки, сияя восторгом от удавшейся шалости. Гу Жань пристально посмотрел на него, и блеск в его глазах потемнел. Он приподнял бровь и произнес: — Это и вправду лишь имитация отношений.
Ли Синь, только что раздувшийся от гордости, опешил: — А?
Но не успел он опомниться, как Гу Жань внезапно наклонился, прильнул к его плечу и осторожно прикусил мочку левого уха. Кончик теплого и мягкого языка нежно скользнул по ушной раковине. Ли Синь мгновенно окаменел, а его лицо вспыхнуло — оно стало ярко-красным и горячим. Низкий, слегка охрипший голос мужчины проник в его ухо, сливаясь с бешеным стуком сердца: — Тогда давай углубим эту имитацию отношений, — Гу Жань снова поднял голову и, полу прикрыв глаза, спросил: — Так ведь выглядит гораздо реалистичнее?
Возвращение Ли Чжэня далось ему нелегко. Вены, таблетки... Чтобы добиться достоверного эффекта, он действительно наносил ножом порез за порезом на свои запястья. Он тщательно расспросил врача о безопасной дозировке снотворного и только после этого, написав предсмертную записку, без колебаний проглотил полную горсть таблеток.
Что касается психического расстройства — оно не было притворством. В глубине души он всё еще лелеял ненависть к Ли Синю, но больше не смел действовать опрометчиво.
Ли Чжэнь сидел в кафе у окна в маске, глядя пустым взором на улицу. Он ждал человека. Менеджер принес два стакана холодного кофе и протянул один ему. — Я изначально был против твоего возвращения, но родители сказали, что ты устроил истерику и грозился самоубийством, если не вернешься. Это правда? — спросил менеджер.
Ли Чжэнь уставился в стакан: — Да.
Менеджер: — Чушь собачья. Ты со мной столько лет, неужели я не знаю, что ты за человек? — он усмехнулся. — Хочешь прыгнуть в этот тупик под названием «шоу-бизнес» — мешать не буду, твои родители выплатили мне всё, что причиталось. Ты же знаешь? Ради тебя они распродали часть имущества.
Ли Чжэнь медленно выдохнул: — Знаю. — Но люди меня простили! Я осознал ошибки! Я могу начать всё сначала! — он внезапно поднял голову. Лицо, похудевшее так, что не осталось ни капли жира, делало его глаза огромными и пугающими. — Я смогу получить главную роль в «Любовном письме»! Менеджеру было лень спорить, он лишь бросил: — Как знаешь.
Простили ли его пользователи сети — он и сам прекрасно понимал. Простили его лишь те безумные фанаты, что и раньше лишались рассудка. Ли Чжэню было плевать, он не мог контролировать всех. Он глоток за глотком пил кофе, и спустя полчаса в кафе вошел третий человек.
Пришедший был одет в элегантный плащ, он был крайне красив. На высокой переносице поблескивали очки в серебряной оправе, за которыми скрывались узкие глаза с веками без складки. Он подошел не спеша, с вежливой улыбкой, которая вызывала симпатию и одновременно создавала непреодолимое чувство дистанции.
— Старый одноклассник, — он посмотрел на Ли Чжэня и протянул руку. — Привет.
Ли Чжэнь тоже взглянул на него, едва кривя губы в подобии улыбки: — Привет.
Он и сам не ожидал, что спустя столько лет встретится с этим человеком в таком статусе. Перед ним стоял их с Гу Хаем одноклассник по имени Ляо Шэн, автор популярного романа «Любовное письмо», который скоро должны были экранизировать.
Отношения между этой троицей были весьма тонкими. Еще в старшей школе он знал, что Ляо Шэн любит Гу Хая — любит до глубины души. Но Гу Хай никогда не удостаивал его и взглядом. Ли Чжэнь помнил, как Ляо Шэн, ломая голову, написал Гу Хаю любовное письмо, а тот просто сменил имя адресата и засунул его в рюкзак Ли Чжэня. Роман «Любовное письмо», по сути, был плодом идеализации Ляо Шэном той школьной истории любви.
— Столько лет не связывались, и вдруг ты ищешь меня — наверняка есть просьба. — Ляо Шэн сохранял улыбку, но голос его был сухим. — Угадаю: хочешь роль в моей дораме? Ли Чжэнь опешил, не ожидая такой прямолинейности. Ляо Шэн поднял глаза, продолжая изучать его: — Хочешь главную мужскую роль?
Этот взгляд не был взглядом на человека — скорее на какую-то вещь. В нем сквозило неуважение и бесцеремонность. Ли Чжэнь, остро осознавая свое нынешнее положение, выдавил: — Да.
Ляо Шэн: — А как же Гу Хай? — он негромко рассмеялся. — Я следил за горячими темами в последнее время. Тот парень, Ли Синь, — Гу Хай всё еще любит его?
Когда он произнес слово «любит», его взгляд стал холодным, резко контрастируя с прежним поведением. Хоть это длилось лишь мгновение, Ли Чжэнь успел это заметить. В его голове зародилась догадка, и он поспешно ответил: — Да, Гу Хай всё еще преследует Ли Синя.
— Вот как. — Ляо Шэн сцепил пальцы на столе и возбужденно облизал губы. — Мы старые друзья, не буду от тебя скрывать. Этот роман основан на наших школьных отношениях. В книге есть ты, я и Гу Хай. Главный герой — несчастный бедняга, чья любовь безответна. Он глубоко любит человека, который, в свою очередь, без ума от другого мусора.
На слове «мусор» он намеренно сделал акцент, с насмешкой глядя на Ли Чжэня. Тот побледнел, сжав кулаки под столом. — Я поддержу тебя в роли главного героя, — Ляо Шэн застучал пальцами по столу. — Мне очень хочется, чтобы ты прочувствовал то мое состояние безответной любви. А что касается персонажа, прототипом которого стал ты... — он приподнял уголок губ и хмыкнул: — Пусть его сыграет этот Ли Синь.
В это время Ли Синь во второй раз перечитывал тот самый роман — «Любовное письмо». В первый раз он читал, борясь с мурашками отвращения, а во второй — был готов в любую минуту выпрыгнуть в окно от того, насколько всё было слащаво и манерно. Ли Синь глубоко вздохнул и потер переносицу: нет, надо сделать перерыв.
Он повернул голову и посмотрел на Гу Жаня, который копался в телефоне на соседнем диване. Ли Синь моргнул, а затем, выпятив живот, перебрался к нему. Гу Жань был чем-то занят и даже не поднял глаз, лишь протянул руку к его животу и пару раз погладил. Ли Синь: — Как успехи в игре?
Гу Жань: — Нормально.
— «Нормально» — это насколько? — Ли Синь вытянул шею, заглядывая в телефон, как раз когда Гу Жань закончил матч.
В статистике двух команд после игрового ника Гу Жаня красовался значок MVP: ноль смертей и больше двадцати убийств. Ли Синь присвистнул: — Круто.
Эту соревновательную игру выбрали фанаты путем голосования для будущего стрима. С того дня Ли Синь только в нее и резался. Он считал себя неглупым, просто, возможно, руки были немного неповоротливыми. В итоге он ни разу не получал MVP и в каждом матче имел «ноль фрагов». А Гу Жань спустя два часа после скачивания уже виртуозно управлялся с управлением. Ли Синь подумал: «Наверное, это и есть уровень босса».
— Может, позовем Ли Гуанцзуна на стрим? — предложил Ли Синь. — Он же игровой стример.
Гу Жань спросил: — Зачем он нам?
Ли Синь: — Боюсь, ты один меня не вытянешь.
Гу Жань: — ...
Ли Синь: — Ну давай, давай! Вы, братья, объединитесь и затащите меня к победе.
Гу Жань невнятно согласился, выглядя не слишком воодушевленным. Ли Синь успокоился. Однако в день стрима, увидев ник Ли Гуанцзуна — «Брат Дио» — в команде противника, он понял, что задумал Гу Жань.
— Привет, невестка! — раздался бодрый голос юноши из канала вражеской команды. — Игра — это игра, а дружба — это дружба!.
Ли Синь: — ... Он повернул голову и вопросительно посмотрел на Гу Жаня. Тот сделал вид: «Ничего не знаю, не понимаю, чего ты на меня смотришь?».
Ли Синь и Брат Дио были довольно известными стримерами, особенно Ли Синь. Его внезапный переход из «психолога по отношениям» в геймеры привлек толпу любопытных. Зрители даже делали ставки: выиграет ли Ли Синь при поддержке мужа или Дио, который стримит игры годами.
Ли Гуанцзун: «Конечно Дио! Если Дио не выиграет, я съем клавиатуру в прямом эфире».
Дио сменил снаряжение, достал свой редкий лимитированный скин и весь так и горел азартом: — Я еще ни разу не видел, как мой брат Жань играет. — Он пошутил: — Брат Жань, это просто игра, не принимай близко к сердцу.
Гу Жань: — Угу.
Ли Гуанцзун: — Я постараюсь не бить невестку, чтобы вы не проиграли слишком быстро.
Гу Жань: — Попробуй только тронь его.
Включился режим «властного гендиректора». Игра еще не началась, а фанатки уже визжали от восторга в чате. — «Слышали?! Попробуй только тронь женушку нашего господина Гу!!»
— «Дио, советую поумерить пыл, а то папочка Гу купит всю стриминговую платформу и перекроет тебе кислород».
Ли Синь выбрал из кучи героев самого «толстого» танка-саппорта с самой высокой скоростью бега — решил, что если запахнет жареным, он просто сбежит, а Гу Жань прикроет. Но услышав слова Гу Жаня, он тут же передумал и взял «ватного» (血脆 — с малым запасом здоровья) и медленного дамагера. После чего не забыл написать Ли Гуанцзуну: «Смотри внимательно, это я». А потом еще и сменил игровой ник на «Ну-ка ударь меня».
Фанаты: — ...
Ли Синь: — Раз уж мой муж здесь, я буду самым дерзким малым на этом стриме.
От слова «муж» Гу Жань чуть не выронил телефон. Он протянул руку, погладил Ли Синя по животу и со смехом произнес: — Не балуй.
Гу Жань выбрал сложного, но очень сильного персонажа, требующего высокого мастерства. Ли Гуанцзун, увидев это, втайне злорадствовал: он сам, будучи про-стримером, не решался брать этого героя. Круто — да, но играть за него — сущий ад. Он переключил канал с общего на командный и сказал союзникам: — Эту катку мы точно берем.
— Тот маг на той стороне — это Ли Синь? — среди молчаливых союзников вдруг раздался мужской голос. — Можно мне сосредоточиться на нем (針對 — играть против конкретной цели)?
Ли Гуанцзун опешил:
— Зачем тебе это? — Я фанат Ли Чжэня, — ответил голос. — Не перевариваю его.
Ли Гуанцзун похолодел: «Ну всё, приплыли». В команду затесался дебил, так что победа теперь под вопросом. До начала матча оставалось меньше минуты, стрим уже шел, менять игрока поздно. — Послушай меня: играй нормально — я тебя не трону. Но если ты тронешь мою невестку, я не просто буду материть тебя так, что ты пожалеешь о рождении, я буду специально «сливаться» (送人頭 — отдавать фраги) и лично приведу противника к победе. Голос затих, неясно было, слушает он или нет. Ли Гуанцзун добавил: — У остальных есть возражения? Все промолчали — знак согласия.
Ли Синь прекрасно понимал, что в этом матче он просто балласт. Он заставил своего персонажа лениво плестись сзади, а сам стал изучать, нет ли в игре каких-нибудь новых функций. В итоге наткнулся на кое-что интересное. — Команда, победа не важна, но раз уж вы со мной, я накормлю вас «собачьим кормом» (когда пара демонстрирует чувства) до отвала. — Ли Синь продал снаряжение, получил золото и купил в магазине подарков два спецэффекта. После чего потащил персонажа через всю карту и с трудом нашел Гу Жаня, который в лесу бил мобов. Гу Жань спросил: — Я же просил тебя сидеть в кустах и не высовываться?
— Муж, ты так трудишься в лесу! — С этими словами Ли Синь активировал эффект «Сердечко».
Он представлял, что это будет просто передача шарика, но когда эффект сработал, он сам замер от неожиданности. Двух персонажей окружило кольцо из радужных шаров, вокруг посыпались розовые пузырьки, а сами герои оказались так близко в этом сиянии, что было непонятно, чем они там занимаются — в общем, поза была весьма двусмысленной. У Гу Жаня дрогнула рука, и он промахнулся способностью.
Чат стрима взорвался: «А-а-а-а-а!».
— «Сяо Синь, ты можешь нормально играть?! Как можно даже в игре не забывать соблазнять мужа?»
— «Я видела, как господин Гу промазал скиллом! Господин Гу промахнулся, ха-ха-ха!»
— «Сяо Синь! Изучи другие эффекты, донать на них не глядя! Мамочка добавит, если не хватит!»
Сяо Синь хотел как лучше, он просто хотел вознаградить Гу Жаня, честно. Он кашлянул и тихо сказал Гу Жаню: — Ой, извини. Гу Жань быстро собрался, подавил улыбку и ничего не ответил. Ли Синь больше не рисковал и послушно засел в кустах неподалеку от него. Игра только началась, все фармили, до него дела не было. Перед тем как спрятаться, Ли Синь заметил врага поблизости и решил сменить кусты. Но не успел он перебежать, как вражеский Сунь Укун (猴子 — «обезьяна») внезапно обрушил на него все свои умения разом. Ли Синь даже не успел дернуться, как его полоска здоровья обнулилась.
Ли Синь торжественно отдал «первую кровь». Ладно, один раз — не страшно. Но стоило ему возродиться и выйти из города, как тот же самый игрок на том же месте снова убил его тем же комбо. Тот сидел в кустах и, кажется, вообще больше ничего не планировал делать — только ждать появления Ли Синя, чтобы убить его. Даже слепому было ясно, что игрока «заказали».
— «Да что происходит? Наш Сяо Синь хоть и нуб, но он старается! Что за фигня с этим Укуном? Он лес не чистит? Просто сидит в кустах и ждет Сяо Синя? Больной?»
— «Намеренно его фокусит, это же очевидно. Девочки, запомните ник этого Укуна, встретите в игре — бейте нещадно!»
— «Господин Гу! Твою женушку обижают! Быстро вдарь в ответ!!»
Хотя фанаты и требовали мести, это была командная игра. Гу Жань должен был тянуть всю команду, он не мог бросить остальных ради мести за одну смерть. Ли Синь сказал: — Не обращай внимания, я просто не буду выходить из города, посмотрим, как этот пес меня поймает. Стоило ему договорить, как Гу Жань произнес: — Это Укун тебя караулит? — Да.
Спустя несколько минут: Укун убит. Укун снова убит. И снова Укун убит.
На десятой минуте у вражеской команды было пятнадцать смертей, тринадцать из которых — на счету Укуна. У Ли Синя же в команде потерь почти не было, если не считать тех первых смертей самого Ли Синя. Ли Гуанцзун смотрел на позорную статистику своей команды и лил горькие слезы.
— Папа, папочка Гу, — взмолился он. — Оставь мне хоть какой-то шанс выжить. Мне еще этот игровой стрим на хлеб мазать.
Гу Жань: — Ничего, если денег не хватит, я дам.
Ли Гуанцзун: — ... (Ну почему он такой!! Это уже слишком!)
С этими словами он посмотрел на своего сокомандника, который продолжал умирать. Тот действительно упорно охотился только на Ли Синя, даже когда его превратили в «отбивную», он продолжал игнорировать интересы всей команды. Ли Гуанцзун окончательно вышел из себя. Он включил общий канал: — Я обещал команде, что мы победим, и хочу извиниться. Простите, я действительно не могу переиграть брата Жаня. Бог знает, почему гендиректор так круто играет. Ли Гуанцзун без зазрения совести начал льстить: — Перед началом я сказал: если Укун тронет невестку, я буду его материть и отдавать фраги. Разборки с дебилом я проведу позже в командном чате, чтобы не засорять ваши уши. А теперь — об отдаче фрагов. — Брат Жань, — он ткнул в карту на нижнюю линию. — Иди сюда.
Гу Жань: — Зачем?
Ли Гуанцзун: — Быстрее! Иди и забери мою собачью голову.