Четыре недели.

• • •

Вы можете потратить всю свою жизнь, мечтая об одном человеке, а после найти счастье с абсолютно другим.
Кристин Уокер

• • •

5:51 am.

Я стою на краю крыши, надо мной светило ночное небо, покрытое густыми облаками. Вот и подошел к концу мой срок в четыре недели. Я написал короткое письмо Кенни и оставил его под его подушкой. В этот поздний час, я готов наконец-то убить себя. В любом случае, моя печаль будет длится вечно, я с ней не справлюсь. Кенни просто меня вчера остаться, говорил, что мы вместе справимся со всеми моими бедами в более, но по другому я не могу. Я не могу мучить себя и Кенни, мне больно смотреть, на то, как мой родной человек страдает вместе со мной. Я не хочу пить горстку таблеток, которые в любом случае не помогут. Прости, Кенни.

В моей голове нет мыслей, моя голова наконечно пустая, в ней нет куча идей и голосов. Здесь только я и шаг навстречу к другу.

В детстве я хотел стать птицей, ведь они просто летают без границ, у них нет проблем. Их горизонт был надеждой. В этот раз, я стану птицей. К черту все.

7:17 am.

Я проснулся сегодня раньше Кенни, видимо у него сегодня был выходной, раз он так долго спал. Настроение у меня было очень хорошее, я даже не ворчал на шторы, а радовался солнечному дню. Для меня это настроение было необычное, и я решил воспользоваться случаем и приготовить завтрак Кенни, ведь он так старается для меня, а отдачи никакой. Из всех продуктов с холодильника, я решил приготовить банальную яичницу с колбасой. Кенни любит есть все, что только есть. Он не привередлив на еду, главное чтобы было съедобно. Но и этого я не гарантирую. Я никогда не готовил раньше, даже для себя, мне было легче заказать или не есть, потому что заниматься рутиной по названию готовка, совсем не хотелось. На фоне я включил музыку и подпевал её, пока сковородка разогревалась. В этот момент, я даже задумался о своей жизни, может не все так плохо?

8:28 am.

— Ты решил поджечь дом, пока я сплю? — беру свои слова о жизни обратно. Я не смог приготовить яичницу.

На кухню зашел Кенни с голым торсом и полузакрытыми глазами. Он жмурился от запаха подгорелой яичницей, и открыл входную дверь, чтобы поскорее ушел запах гари из дома.

— Прости, я хотел тебе завтрак сделать, но видимо готовка это не для меня — я кинул сковородку на стол рядом с кофе для Кенни и рукой прошелся по волосам.

Он подошел к яичнице и принялся пробовать. Я ожидал, что его лицо скривится от ужасного вкуса гари, я уже ждал его вердикт, о том, что эта самая ужасная яичница в его жизни. Но вместо этого, он продолжал есть её, не понимаю, он хочет умереть раньше меня?

— Соли мало добавил — он продолжал есть подгорелую яичницу, да и к тому же так аппетитно, что я даже забыл о том, что она не съедобная.

— Зачем ты ешь это? — я не понимал его поведения, я лишь по запаху могу понять, что это не вкусно и прожигает рот.

— Ты старался, я не могу не поесть то, что приготовил ты. — он почти доел яичницу и запивал её кофе — А вот кофе ты сделал ахриненно. Может тебе стоило пойти барменом, а не официантом? — мы оба засмеялись с последних слов.

Мне так комфортно рядом с ним. Я чувствую будто он стал мне родственной душой. Он все же доел мою яичницу, даже отблагодарил меня за нее. Как в человеке, может быть столько доброты?

10:56 am.

Через час мы должны были встретится с ребятами и пойти в спорт бар, чтобы снова сидеть и есть пиццу. Но Кенни решил лечь спать час назад, и до сих пор не просыпается. Будить его мне не хотелось, поэтому я написал короткое сообщение Энди, что Кенни спит и как проснется, тогда пойдем в спорт бар. На что я получил положительный ответ.

Я коснулся его лица дрожащими пальцами, отчего он немного поморщил нос. Меня эта забавляла, я лег рядом с ним и рассматривал его лицо. Оно такое родное, но к тому же, такое неизвестное мне.

Сквозь сон я почувствовал на себе руку Кенни, которая легла мне на плечо. Но через секунду, он сразу же её убрал. Не знаю, чем я руководствовался, но я его обнял. Если что, свалю на то, что я спал. Рукой я чувствовал его сердцебиение, оно отбивало такт, будто из какой-то музыки.

1:35 pm.

— Опачки, а что это мы тут делаем? — мы с Кенни моментально проснулись и приняли сидячее положение.

Энди увидел то, как я обнимаю Кенни, стало неловко, что я так и не научился закрывать двери перед сном. Кенни странно на меня посмотрел, но это не заняло много времени, через несколько секунд он снова завалился в постель. Он никогда так долго не спал, что это с ним? Я потрогал его лоб, горячий.

— Кое-кто заболел, поэтому ближайшим дни мы не сможем пойти в бар — Кенни уже уснул, видимо слишком сильно его выматывает температура. — Ты уж прости, может как-нибудь в следующий раз? Не хочу его оставлять одного.

— Лекарства есть? — Энди подошел к моему новому соседу и потрогал его.

— Остались еще с прошлого раза — я накинул на себя футболку и пошел на кухню за нужными лекарствами.

Энди попрощался и сказал, что зайдет вечером. Кенни же на отрез отказывался пить таблетки, даже силой не заставить. Останься лишь шантаж и манипуляция.

— Если выпьешь, то я попозже расскажу тебе свой секрет — после моих слов он вседневн выпил таблетки.

6:34 pm.

Я отошел налить воды на кухню, как услышал крик Кенни. Вернувшись, я заметил что он был весь в холодном поту.

— Отец, хватит, пожалуйста— он морщил лицо от страшного сна — Мне больно, хватит — его крик ужасом доносился до моих ушей.

Я подскочил к нему, выдергивая из постели. Кенни прижал меня к себе и плакал навзрыд. Температура вроде спала, но бред продолжается. Это не в первый раз за все время. Но про отца я услышал впервые за весь его сон.

— Кенни, это я Клинтон, все хорошо, я рядом — я не знал как успокаивать людей, которые были в бреду от температуры или которым приснится страшный сон. Но после сказанных мною слов, Кенни немного расслабил хватку и лег обратно. Его рука все так же державой мою футболку, не отпуская. — Хорошо, я останусь.

10:11 pm.

— Клинтон, можешь мне кофе сделать пожалуйста? — Кенни немного пришел в себя, и зотя бы дольше минуты не спит.

— Да, конечно — я принялся ставить чайник, как в квартиру зашел Энди, Френк и Джо. Когда я научусь закрывать двери? — Кенни, к тебе гости пришли, так что тебе придется поднять задницу с постели.

— Не ори, и так более раскалывается будто всю ночь пил. — он выглядывал из угла и показывал на свою голову. — Привет, чуваки. Что стало?

— Твоя мать приехала. — после этого, Кенни выпрямиться в спине, и открыл рот от шока, — Она хочет тебя видеть.