Безопасная гавань
На следующее утро Бин не спал уже вторые сутки.
Он сидел на кухне с чашкой чёрного кофе, когда в дверь вошёл мистер Чхве. Отец Гю выглядел уставшим - под глазами залегли тени, костюм был помят. Очевидно, он тоже не сомкнул глаз после новостей об угрозе.
- Вы говорили с полицией? - спросил Бин.
- Бесполезно, - отрезал мистер Чхве. - Тот номер, с которого вам звонили, - одноразовый. Заказчика не нашли. Мои люди работают, но... - он замолчал, сжав челюсть. - Я хочу, чтобы вы увезли Гю.
Бин поднял бровь.
- Куда?
- У нас есть дом в горах, в двух часах от Тэгу. Там нет связи, нет соседей, только лес и старый особняк. Моя жена проводила там каждое лето в детстве. Место надёжное.
- Сколько человек охраны?
- Нисколько, - сказал мистер Чхве. - Только вы. Чем меньше людей знает, где он, тем безопаснее.
Бин задумался. Дом в глуши, без связи, без подстраховки - рискованно. Но, с другой стороны, похитители явно имели информаторов внутри города. В изоляции у них будет меньше шансов.
- Когда ехать? - спросил он.
- Сегодня. Через час. Вещи уже собраны.
- Гю согласен?
Мистер Чхве усмехнулся - впервые за всё время.
- Он сказал: «Если Бин едет, то и я еду». Так что, видимо, согласен.
Бин почувствовал, как тепло разливается по груди. Он улыбнулся, допил кофе и встал.
- Тогда выезжаем через час.
Гю всю дорогу просидел с телефоном в руках, но связи не было уже через полчаса пути. Лес становился всё гуще, дорога - всё уже.
- Мы точно не заблудимся? - спросил Гю, глядя в окно на бесконечные сосны.
- Не волнуйся, - ответил Бин. - У меня есть GPS.
- А вдруг он сломается?
- Тогда будем жить в лесу. Построим шалаш, будем собирать грибы.
Гю засмеялся - впервые за несколько дней. Смех был лёгким, почти детским, и Бин поймал себя на том, что улыбается как дурак.
- Ты бы не выжил в лесу, - сказал Гю. - Ты даже яичницу жарить не умеешь.
- Умею.
- В прошлый раз яичница была чёрной.
- Это была карамелизация.
- Карамелизация яиц? - Гю не мог остановиться. - Ты придурок, Чхве Субин.
- Зато твой придурок, - буркнул Бин и тут же пожалел об этом.
Гю замолчал. Посмотрел на него долгим, тёплым взглядом.
- Мой, - повторил он тихо. - Мне нравится, как это звучит.
Бин сжал руль и покраснел. Он надеялся, что Гю не заметит в полумраке салона, но тот, конечно, заметил.
- Ты снова покраснел, - констатировал Гю.
- От холода.
- В машине двадцать два градуса.
- У меня свой микроклимат.
- У тебя просто нет слов, чтобы оправдаться.
- Заткнись.
- Не затыкай меня, - с улыбкой сказал Гю, и в его голосе послышались те самые нотки, от которых у Бина плавились мозги. - Мог бы поцеловать, например. Вместо того чтобы спорить.
Бин резко затормозил посреди леса, повернулся к Гю и поцеловал его. Крепко, требовательно, вкладывая в этот поцелуй весь страх последних дней, всю нежность, которую не мог выразить словами.
Гю ответил - руки запутались в волосах Бина, пальцы сжались в кулаки.
- Ты сумасшедший, - прошептал Гю, когда они отстранились. - Мы в глухом лесу, никого вокруг, а ты...
- А я просто хочу, чтобы ты знал, - перебил Бин. - Каждый день. Каждый час. Каждую минуту. Ты моё всё.
Гю опустил глаза и улыбнулся.
- Едем уже, - сказал он охрипшим голосом. - А то мы так никогда не доедем.
Бин завёл машину и поехал дальше, чувствуя, как пальцы всё ещё дрожат на руле.
Особняк оказался огромным, старым, но ухоженным.
Каменные стены, массивные деревянные двери, камин, в котором уже горел огонь - мистер Чхве прислал управляющего заранее, чтобы подготовить дом. Гю ходил по комнатам, касаясь старинной мебели, и улыбался.
- Я не был здесь лет десять, - сказал он. - Мы приезжали с мамой летом. Она собирала цветы на лугу, а я бегал за бабочками.
- Милая картина, - заметил Бин, занося сумки внутрь.
- Ага, - Гю подошёл к окну и посмотрел на лес. - А теперь я здесь с тобой. И мне страшно.
- Почему?
- Потому что здесь нет охраны, нет камер, нет связи. Только ты и я.
- Этого достаточно? - спросил Бин.
Гю обернулся.
- Более чем, - сказал он.
Первые дни в лесу прошли как в сказке.
Они просыпались поздно - Бин не включал будильник, зная, что здесь, в глуши, никто их не найдёт. Гю готовил завтрак (и это был не чёрная яичница, а нормальная еда - омлет с сыром, тосты, свежевыжатый сок). Бин чинил сломанную дверь на веранде и колол дрова.
- Ты умеешь колоть дрова? - удивился Гю, глядя, как Бин одним ударом раскалывает полено.
- Я много чего умею, - ответил Бин, вытирая пот со лба.
- Например?
- Например, храпеть.
- Ты не храпишь, - возразил Гю.
- Откуда ты знаешь?
- Я слушала тебя ночью, - выпалил Гю и тут же прикусил язык.
Бин опустил топор и посмотрел на него.
- Ты слушала, как я сплю?
- Это звучит ужасно, - Гю покраснел. - Я просто не могла уснуть из-за ветра, и...
- Ты слушала, как я дышу.
- Да, - сдался Гю. - Я слушаю, как ты дышишь каждую ночь. Потому что это успокаивает. Потому что, когда я слышу, что ты рядом, мне ничего не страшно. Удовлетворён?
Бин подошёл, обнял его, пахнущий потом и лесом, и прижал к себе.
- Вполне, - сказал он.
В одну из ночей Гю не мог уснуть. Он лежал в кровати, смотрел на потолок и думал.
- Бин, - позвал он тихо.
- Мм?
- Ты спишь?
- Теперь уже нет.
- Прости, - Гю повернулся на бок. - Я просто хочу спросить. Ты не жалеешь? Что связался со мной?
В темноте было слышно, как Бин выдохнул.
- Жалею, - сказал он. - О том, что не сказал тебе раньше. О том, что потратил столько времени на дурацкие правила. А так... нет. Ни секунды.
- Даже после того, как тебя чуть не уволил отец?
- Даже после этого.
- Даже после того, как тебе позвонили и сказали, что будут стрелять на поражение?
Бин повернулся к нему. В полумраке были видны только очертания лица.
- Особенно после этого, - сказал он. - Потому что теперь я точно знаю, что не могу тебя потерять.
Он протянул руку и погладил Гю по щеке.
- Больше никаких «если ты скажешь мне уйти». Ты мой. Я твой. Мы вместе. Всё.
Гю придвинулся и поцеловал его - медленно, нежно, смакуя каждое прикосновение.
- Обещаешь? - прошептал он.
- Обещаю.
На пятый день их уединения к дому подъехал внедорожник.
Бин вышел на крыльцо с ружьём в руках - на всякий случай. Из машины вышел мужчина в чёрной куртке, с короткой стрижкой и знакомым разрезом глаз.
- Расслабься, Субин, - сказал он. - Это я.
- Чонхён? - Бин опустил ружьё. - Ты что здесь делаешь?
- Привёз новости, - сказал тот, открывая багажник. - И запасы. Отец твоего парня передал, что вы тут голодаете.
Из дома выбежал Гю, закутанный в плед.
- Ты кто? - спросил он, глядя на незнакомца.
- Парень, который знает вашего Субина с тех пор, как они вместе воевали по подворотням, - усмехнулся Чонхён. - Приятно познакомиться. Чхве Бомгю, да? Ты даже в пижаме красивее, чем на фото.
- Чонхён, - предостерегающе сказал Бин.
- Ладно-ладно, - поднял руки тот. - Не тронь твоего сокровища.
Они зашли в дом, и Чонхён разложил на столе документы.
- Я нашёл того, кто заказал похищение, - сказал он, становясь серьёзным. - Имя тебе ничего не скажет, но его крышует один из директоров агентства, где работает Гю.
Бин похолодел.
- То есть человек, с которым Гю видится каждый день, заказал его похищение?
- Не похищение, - поправил Чонхён. - Ликвидацию. Сначала они хотели просто напугать, но после того, как ты вмешался, заказ сменили.
Гю побледнел. Бин схватил его за руку.
- Кто? - спросил он. - Назови имя.
- Кан Дэсон, - сказал Чонхён. - Заместитель генерального директора. Он думает, что Гю - это угроза его карьере. Что ты, Бомгю, слишком быстро вырос и скоро займёшь его место.
- Я даже не знаю его, - прошептал Гю. - Мы виделись пару раз.
- Этого достаточно для параноика, - пожал плечами Чонхён. - Тебе нужно уехать ещё дальше. Или нанять армию телохранителей. Или...
- Или я разберусь с ним сам, - сказал Бин.
- Ты не можешь просто так взять и убить директора крупного агентства, - заметил Чонхён.
- Могу. Не буду. Но могу.
Гю сжал его руку.
- Нет, - сказал он. - Никакого самосуда. Мы передадим информацию твоему отцу. Пусть решают через полицию.
- Твой отец в курсе? - спросил Бин.
- Теперь да, - сказал Гю, доставая телефон. - Тут наконец появилась связь.
Он набрал номер отца и отошёл в другую комнату.
Чонхён посмотрел на Бина и усмехнулся.
- Он тебя контролирует, да?
- Нет, - улыбнулся Бин. - Он делает меня лучше.
Следующим утром позвонил мистер Чхве.
- Мы взяли его, - сказал он. - Кан Дэсона арестовали сегодня ночью. Он сознался во всём. Спасибо тебе, Субин. И спасибо твоему другу.
- Что теперь? - спросил Бин.
- Теперь возвращайтесь домой. Угрозы больше нет.
Бин сбросил звонок и повернулся к Гю, который стоял в дверях.
- Всё кончено, - сказал он. - Мы можем ехать домой.
Гю подошёл и обнял его. Прижался всем телом, уткнулся носом в плечо.
- А если я не хочу домой? - спросил он тихо.
- Что? - не понял Бин.
- Здесь, - Гю обвёл рукой комнату. - В этом доме. В лесу. Здесь я чувствую себя в безопасности. Здесь мы одни. Никто не смотрит, никто не осуждает. Я хочу остаться.
Бин посмотрел на него.
- Ты серьёзно?
- Абсолютно.
- Твои родители будут волноваться.
- Скажем, что мы уедем на пару недель. За город. Я приду в себя после сотрясения. Они поймут.
Бин вздохнул, потом улыбнулся.
- Ты невыносим, - сказал он.
- Знаю, - улыбнулся Гю. - Но ты меня любишь.
- Люблю, - согласился Бин. - Поэтому мы остаёмся. Но через две недели - домой.
- Через три, - попытался торговаться Гю.
- Через две.
- Две с половиной.
- Договорились.
Бин поцеловал его и покачал головой.
Этот парень сведёт меня с ума, - подумал он. - Но, чёрт возьми, это того стоит.