Чем дальше - Тем больнее
Они начали делать вид, что друг друга не существует.
И это оказалось самым жестоким.
Гонхо вернулся в университет через несколько дней. Спокойный. Собранный. Слишком нормальный. Он больше не садился рядом с Лизой, не смотрел в её сторону, не искал её взгляд в аудитории.
Будто вычеркнул.
Лиза заметила это сразу.
Она ловила его профиль издалека — холодный, отстранённый. Он смеялся с друзьями, обсуждал тренировки, жил своей жизнью так, словно её в ней никогда не было.
И это злило.
...
Она тоже начала играть.
Слишком громко смеялась.
Слишком часто была не одна.
Слишком открыто позволяла другим быть рядом.
На парах она отвечала уверенно, даже дерзко, будто хотела доказать — не сломалась. В клубах она появлялась чаще, выглядела ярче, танцевала дольше.
Гонхо видел.
И каждый раз внутри что-то скручивалось в тугой узел.
Он видел, как кто-то наклоняется к ней. Как она позволяет. Как улыбается — не так, как раньше, но достаточно, чтобы это бесило.
Он сжимал челюсть и делал шаг в сторону.
Не моё дело, —повторял он себе.
Не имею права.
Но ревность не спрашивает о правах.
...
Он тоже не оставался один.
Девушки рядом менялись. Лёгкие разговоры, флирт, прикосновения без смысла. Всё это выглядело убедительно — особенно со стороны.
Лиза видела.
И каждый раз чувствовала, как внутри поднимается глухая злость.
Вот значит как,— думала она.
Так легко заменить.
Она делала вид, что ей всё равно. Но возвращалась домой с тяжёлым ощущением в груди. Слишком пусто. Слишком тихо.
...
Иногда их взгляды всё-таки сталкивались.
На секунду.
На долю секунды.
И в этих взглядах было всё, что они не говорили вслух.
Упрёк.
Боль.
Ревность.
Невысказанное «почему».
Но ни один из них не делал шаг.
Гордость держала крепко.
Страх — ещё крепче.
...
Они добивали друг друга молча.
Каждым новым смехом не с тем человеком.
Каждым демонстративным равнодушием.
Каждым шагом в сторону.
И оба понимали:
если так продолжится — от них самих ничего не останется.
Но остановиться было сложнее, чем разрушать.
Потому что признать, что больно —
значит снова стать уязвимым.
А они оба слишком хорошо знали,
чем это заканчивается.