Почти
Лиза начала бояться.
Не его.
Не людей.
Не прошлого.
Она боялась того, что рядом с Ан Гонхо ей стало... легче.
Это пугало сильнее всего.
Она ловила себя на том, что улыбается чаще. Что возвращается домой не сразу, а задерживается рядом с ним. Что иногда засыпает без мыслей. Без воспоминаний.
И каждый раз внутри поднималась паника.
Так не бывает.
Это ненадолго.
За всё хорошее потом платят.
Она начала отдаляться.
Не резко. Не демонстративно. Просто иногда исчезала на пару часов. Иногда не отвечала на сообщения. Иногда уходила из клуба одна, не попрощавшись.
Гонхо замечал.
Он не давил.
Не требовал объяснений.
Но напряжение росло.
...
В ту ночь она не вернулась.
Телефон был выключен. Сообщения — прочитаны, но без ответа. Он объехал знакомые места. Клубы. Улицы. Ничего.
Холод внутри рос с каждой минутой.
Он нашёл её под утро.
Лиза сидела на ступеньках у закрытого магазина. Куртка на плечах, колени подтянуты к груди. Лицо бледное. Глаза пустые.
— Ты с ума сошла? — голос сорвался.
Она подняла на него взгляд.
— Что ты здесь делаешь?
Он сел рядом. Медленно..
— Ты слишком близко, Гонхо.
— Ты этого хотела.
— Я не знала, что это будет так, — она отвела взгляд. — Я не умею, когда спокойно. Мне кажется, что вот-вот всё рухнет.
Он долго молчал.
— А если рухнет? — спросил он наконец. — Мы переживём.
Лиза покачала головой.
— Ты не понимаешь. Я ломаю всё, к чему привязываюсь.
— Тогда сломай меня, — ответил он тихо. — Но не исчезай.
Она посмотрела на него резко. В глазах блеснуло что-то живое. Почти боль.
— Я могу не вернуться в следующий раз.
— Я буду искать, — сказал он. — Каждый раз.
Лиза закрыла лицо руками.
Это был первый раз, когда она позволила себе расплакаться при нём. Без истерики. Тихо. Почти беззвучно.
Он не обнял её сразу. Просто сидел рядом, пока её дыхание не выровнялось.
— Я не хочу тебя потерять, — прошептала она.
— Тогда не убегай одна,ладно? — ответил он.
...
После этого они не стали идеальными.
Лиза всё ещё срывалась.
Иногда исчезала.
Иногда отталкивала.
Но теперь она возвращалась.
А Гонхо понял главное:
её «почти» — это максимум, на который она сейчас способна.
И он был готов принять даже это.
Потому что однажды потерять её по-настоящему
было бы гораздо больнее, чем терпеть страх вместе.
...
Это был обычный вечер.
Именно такие вечера и оказываются самыми опасными.
Лиза сказала, что поедет с подругами. Клуб, потом, возможно, ещё куда-то. Она говорила спокойно, почти без эмоций — так, как говорила всегда, когда не собиралась возвращаться вовремя.
Гонхо кивнул.
— Напиши, — сказал он.
Она не ответила. Только пожала плечами.
...
Часы шли.
Сообщений не было.
Сначала он не паниковал. Потом начал проверять телефон чаще. Потом — слишком часто. Ночь затягивалась, и внутри росло знакомое тяжёлое чувство.
Он звонил.
Без ответа.
Ехал по клубам. Спрашивал. Искал взглядом. Люди были, музыка была, света было слишком много — а её не было.
Под утро ему позвонили.
Номер был незнакомый.
— Ты Ан Гонхо? — голос был женский, встревоженный. — Это Лиза... она не очень...
Он не дослушал.
...
Больница пахла антисептиком и холодом.
Лиза лежала на кушетке, бледная, почти прозрачная. Под глазами — тени. Губы сухие. Она была в сознании, но взгляд скользил, будто не цепляясь за реальность.
Ничего катастрофического.
Ничего «красивого».
Алкоголь. Переутомление. Паническая атака. Срыв.
То, что всегда игнорируют — пока не становится поздно.
Гонхо стоял рядом и не знал, куда деть руки.
— Я же сказала... — прошептала она, заметив его. — Не искать.
Он смотрел на неё долго.
— Ты могла не проснуться, — сказал он тихо.
Лиза отвела взгляд.
— Иногда мне всё равно.
Эти слова ударили сильнее всего.
Он сел рядом. Осторожно. Будто боялся сломать.
— А мне — нет, — сказал он. — Совсем не всё равно.
Она молчала.
— Ты не обязана быть сильной всё время, — продолжил он. — Но если ты исчезнешь... я не смогу это принять.
Лиза закрыла глаза.
— Я не хотела, чтобы ты видел меня такой.
— Я хочу видеть тебя любой, — ответил он. — Даже когда ты на грани.
Она сжала простыню пальцами.
— Мне страшно, — призналась она едва слышно. — Когда становится тихо.
Он не ответил сразу.
— Тогда давай бояться вместе, — сказал он наконец.
...
После этого вечера что-то изменилось.
Лиза не стала другой за один день.
Не стала «лучше».
Не стала «исправленной».
Но она перестала делать вид, что может исчезнуть без последствий.
А Гонхо понял:
ещё один шаг назад — и он мог потерять её навсегда.
И это было единственное, чего он больше не мог позволить.