Orphan [h.s.] •russian•

3:59 утра – 3 Марта, 2012

- Что значит «нет»? – кругло подобного телосложения мужчина бежал в мою сторону, и под словом «бежал», я подразумевал сильную тряску.

- Нет, - я повторил и распахнул ворота, забыв и не заботясь о частях байка, которые собрал посреди свалки.

- Давай, малыш! Почему нет? – он толкнул ворота, закрывая, стрельнув в меня ледяным взглядом, который сильно напоминал взгляд Эмили.

 Ледяной синий цвет, в котором вы могли потеряться. Если смотреть на них долго, они бы охладили вашу душу, заморозили кости, а затем контролировали тело, как они пожелали. Это была особенность, которую я отключал. Если я начинал нравиться девушке, у неё не должно было быть голубых глаз. Это бы свело меня с ума.

- Работа... - произнес медленно, надеясь, что он поймет, о чем я говорил. Я не хотел горбатиться на солнце практически весь день за маленькую плату. Я делал это для большинства приемных семей, которые вовсе мне не платили. Они не делали этого, потому что позволяли жить в их доме. Я думаю, это было логично, но я ненавидел это делать.

- Да, но давай же, пацан...ты был бы отличным помощником для старика, - он приподнял свой живот с гордостью, будто быть старым пердуном отличная вещь.

Он был довольно старым. Не только из-за лысой головы и белыми, как призрак, усами, но и одежды, которую носили престарелые. Большие, неуклюжие рабочие сапоги находились на ногах, он носил темно-синий костюм, который был завязан сзади так, что он неравномерно прилегал к брюкам. Белая футболка была натянута на пивное пузо с цветными пятнами, размазанными по животу и груди. Седые волосы тянулись вверх, вдоль рук, голова была покрыта прыщами и какими-то жуткими пятнами.

- Я сказал нет, но спасибо, - говорил медленно и громко. Взглянул на его руку, придерживающую ворота и затем снова на него, разочаровано моргая.

 Почему он не мог отпустить меня? Конечно, я был сильнее и мог найти быстро любую вещь, но что здесь такого?

- Послушай, парень... я помогу тебе смастерить байк полностью, если ты придешь сюда около полуночи на вечернюю смену ко мне, - лысая версия Пола Бларта подняла бровь, в поисках ответа.

- Хорошо, - я застонал, в основном, из-за того, что вынужден был остаться в этой пещере. Но, эй, я получу бесплатный мопед. Уверен, было бы неплохо заплатить ему за это, но я брал закуски с Лиамом на обед и ужин, я должен подкреплять себя.

- Здорово! Теперь отправляйся домой. Встретимся с тобой на этом месте завтра, чтобы мы могли начать. Просто ночная смена, которая заключается в том, чтобы наблюдать за этим всем, - мужчина пояснил, открывая ворота для меня, сопровождая наружу. - В любом случае, пацан, как твое имя? – он нахмурил брови. Готов был поспорить, что мужчина ожидал услышать странное имя с устрашающим значением. Хмм.

- Я Смертельный Потрошитель, - произнес, понизив свой голос до хрипоты и сделав его глубже.

Взгляд его метался от одной кучки мусора к другой. Глаза удивились, создав морщины, образующиеся на лбу. Кадык застыл в середине горла, закашлявшись, толстяк не знал, что делать с тем, что я ему сказал.

- Остынь, меня зовут Гарри! – я на самом деле улыбался, похихикав над ним.

Мужчина мгновенно расслабился и положил руку на мое плечо, сопутствуя исчезновению моей улыбки. Почему он разрушил мой вид уродского эмо-панка физическим контактом?

- Ну, Гарри, добро пожаловать на борт! – толстяк улыбнулся и махнул мне. Я ушел прочь настолько быстро, насколько возможно, не желая оставаться в этой дыре. Ха, ещё одна шутка. Мне так смешно от того, что у меня нет друзей, которым я мог бы рассказать свои шутки.

Когда я шел, то понимал, что так и не узнал имя моего босса.

4:23 вечера – 3 марта, 2012

- Ты уверен, Гарри? – Лиам докучал мне.

- Да, не бывало такого, что я мог уснуть в это время, поэтому я мог бы занять это период чем-то полезным, - ответил, раскрывая две бутылки Кока-Колы.

Я купил только баночки с Кока-Колой. Их было, своего рода, трудно найти, но недавно я отыскал эти алюминиевые бутылки, и чувствовал себя так странно, выпивая их, но это было хорошее чувство. Это было просто веселым и приятным ощущением. Может быть, это потому что у меня была тяга к странному, но я учил Лиама быть страшным панком, а не веселым и сладким.

- Да, но разве это не повлияет на успеваемость? – он задумался, прежде чем сделать глоток содовой.

- Приятель, я уже объяснял, что мне все равно. Я просто выпью несколько энергетических напитков, возможно, что-то покрепче, чтобы бодрствовать, - я смеялся над Пейном, когда его глаза с шоком и удивлением уставились на меня.

- Ты принимаешь наркотики? – он спросил, его голос колебался в воздухе, словно омерзительный плевок. Я действительно не был в настроение вести себя порядочным человеком.

- Дай угадаю, ты никогда не видел наркотиков? – я поднял бровь, оглядывая парня сверху-вниз.

Он сделал больше татуировок с начала года. Его волосы наконец-то стали расти нормально, без той уродливой прически, с другой стороны, Лиам проколол ухо. Я заметил, что некоторые девушки уделяли ему внимание. И я все ещё пытался выяснить хорошо ли это или плохо.

Я никогда не видел девушку, смотрящую в мою сторону больше двух раз, если он и был, то она смотрела с открытым ртом, видимо, захотев понять, был ли я реален или нет. Мой вид был просто стандартный. Фиолетовые волосы, змеиный укус и пирсинг в носу. Серьги и татуировки по всему телу: от руки до шеи. Втайне, моя грудь не была покрыта ими, кроме той уродливой, которую удалил на прошлой неделе. Это правда, когда говорят, что их больно наносить, но ещё больнее – удалять.

- Так вот как ты платишь за мои татуировки? – Лиам спросил, полностью игнорируя мой вопрос. Я ненавидел, когда меня игнорируют. Я ненавидел это сильно.

- Это то, как я плачу за свои татуировки? – я спросил, будучи озадачен тем, что он считал, будто я зарабатывал на продаже наркотиков.

- Продаешь их? – он почти смеялся надо мной.

Игнорировал и засмеялся. Все это в течении пяти минут. Убить его сейчас или позднее...

- Я не продаю их, Лиам, - проскрипел сквозь зубы. Я мог чувствовать, как тепло заполняет лицо, а кости жаждали ударить его красивое личико.

- А, значит, ты просто куришь? Как ты получаешь деньги за это? Нравиться ли тебе торговать наркотой в переулке, где темно и никто тебя не видит? Подожди, если там так темно, как ты знаешь, что принимаешь? Ты принимаешь что-то, помимо наркотиков? У тебя есть любимый-

- ЗАТКНИСЬ! – я кричал, вставая.

Лиам сжался в своем кресле, глядя на меня в ужасе. Словно я был охотником, который искал лань сквозь густой лес. И Лиам, безусловно, был большой ланью. Я бы сказал, что это так. Он был толстой ланью с такими же глазами.

Парень сглотнул, глядя мне в глаза с беспокойством. Он никогда не видео меня злым. Конечно, я был ворчливым двадцать четыре часа, семь дней в неделю, но это ничто по сравнению с этим. Я мог чувствовать, как кровь бурлила в жилах. Сердце мощно скакало в груди, и голова бурлила, так что, если на ней разместить кубик льда, то он тут же растает.

- Я пошутил, - я закрыл глаза, ворча в землю, дыша так спокойно, как только мог.

- О, - он ответил своим невинным тоном. Мне хотелось задушить эту невинность, запечь её с содой и уксусом, а затем избавить это из его тела.

- Это что-то говорит обо мне, как ты поверил в это, - я взглянул на Лиама. Теперь мои глаза были расслаблены вместе с телом. – А может, это говорит о том, какой ты осуждающий? – наклонил голову, когда мой наружный слой панка и ненависть просачивались в сердце, как я свирепо смотрел на него.

После чего Лиам съежился и взглянул на пол. Что это было? Я не был старым ворчливым учителем. Он не был четырехлетним дошкольником, который собирался плакать. Нет, я здесь жертва. Я всегда оказывался глупой жертвой.

- Чувак, извини... это обыденно для меня. Ты не очень много рассказывал о себе... - Лиам пояснил, сидя в своем кресле. Теперь он чувствовал, как его мужество и прочность, которой я его учил, крепко построилась в груди.

- Да, я понимаю, – я покачал головой и развернулся к стене, уставившись на странное белое пятно на кремовых обоях. Это не «странно», потому что я её создал.

Было лучше, что я пробил стену, а не лицо своего соседа. И это было лучше, что я ударил её, вместо того, чтобы бросать одну из этих ужасных декоративных ваз или картин. Я ненавидел колледж, люди думали, что вазы выглядели приятно. Какой дурак это придумал: «Уродливые вазы! Это то, что нам нужно в ужасном и скучном номере для подростков! Что может пойти не так?»

Я правда ненавидел людей.

- Ты по крайней мере собираешься раскрыть для меня больше, приятель? – Лиам дал мне прекрасный пример того, почему я ненавидел людей, не только потому что они нарушали мои мысли, но и потому что они ещё находились в моей жизни.

Я ненавидел разговаривать с ними. Я изо всех сил старался быть с людьми ещё в школе, но никто тогда не обращал на меня внимание. Я ненавидел быть собой. Почему я должен рассказывать кому-то о себе, если я не только ненавидел себя, но и свою жизнь и то, как я вырос?

- Почему я должен? – я вскинул бровь вверх.

- Ну, мы были соседями в течении нескольких месяцев, и я даже не знаю твою фамилию, – он пожал плечами.

- Я Гарри Эдвард. Просто Гарри Эдвард, - ответил с кивком.

- Без фамилии? – переспросил Лиам.

- Просто Гарри Эдвард, дружище.

- Семейные проблемы, я вижу. Это круто. Лучший друг моего отца развелся со своей женой и у неё не было понятия, что делать со своей фамилией, - Лиам смеялся, рассказывая историю о его друге Энди и о прочем дерьме, которое меня не волновало.

Он думал, что понимал это. Он считал, что он понимал, что случилось со мной. Однажды он сказал, что мое второе имя было заменой моей фамилии.

Черт, я никогда не знал свою фамилию. У меня никогда не было шанса получить её.

12:19 утра – 4 марта, 2012

Мне неприятно «заданное время» с некоторыми людьми. Как и в школе. Нам нужно было успевать на занятия в запланированное время. Я бы предпочел ходить на занятия и читать книгу об этом, после чего просто написать тест.

Конечно, именно поэтому некоторым людям повезло быть на домашнем обучении, вместо того, чтобы тратить время с детьми, которые будут помнить тебя, пока не придет лето и к осени у них появятся новые друзья, а ты неудачник, который думал, что твой друг не найдет тебе лучшую замену.

Это была правдивая история, которую Лиам рассказал мне. Я ненавидел свою эйдетическую память, иногда вспоминал то, что лучше было никогда не вспоминать. Но это очень помогает с тестами.

Возвращаемся к ненавистному факту, что я должен был прийти на свалку в полночь. Я вышел ровно в двенадцать, шел пешком и прибыл туда только через двадцать минут. И угадайте, кто закрылся? Да, этот парень!

Мой босс просто ещё не пришел, даже когда я опоздал. Каковы были шансы на это? Я встретил кого-то, кто ненавидел приходить вовремя сильнее, чем я! Я не хотел выглядеть как Лиам в этой ситуации, но что, если нужна помощь, чтобы попасть на свалку?

Я действительно терпеть не мог Лиама из-за этого. Давайте просто молиться, чтобы я стер эту его черту, потому что, если бы было лишь одно изменение в нем, скажу честно – это не очень хорошая идея.

- Эй, парень! – тот же глубокий голос из прошлой ночи засмеялся позади, звук ключей напрягал мои мышцы. Я уже говорил, каким злым я становился, когда был раздражен или озлобленным.

- Босс, - прошипел его имя.

Давайте уясним одну вещь. Я не был рад этой работе. Мне не хотелось работать за копейки. Но я готов был убить за байк. Именно он мог стать моим счастьем в этой жизни. Я бы очень хотел понять, что значит быть счастливым, потому что, видимо, из фильмов Лиама, которые он заставлял меня смотреть, быть счастливым, значит иметь собственные приоритеты.

- Пришел сюда так рано? Хорошая работа! – он похлопал меня по плечу, прежде чем начать возиться с ключами.

Он прикоснулся ко мне.

- Да, - ответил без колебаний.

Толстяк открыл ворота и вошел внутрь, направляясь к его офису, словно к дому. В этом месте, видимо, хранились важные вещи, но я уверен, что он имел лишь фонарик ночного сторожа и письменный стол с вращающимся стулом. Офис без этого стула становился нереальным. Я знаю, это факт.

- Я тут подумал! – мужчина громко завопил, обращая мое внимание. Я шагнул сквозь ворота, оставив их открытыми. Если он не закрывал их, то и я не буду. Это был признак лени работника. – Мы могли бы разыскать в зоне В остатки насоса и шины для байка, которые были выброшены. Шиномонтажный отдел закрыли на прошлой неделе и просто вычистили его, а мусорный бак брошен где-то здесь, - мой ещё-без-имени босс объяснил, когда выходил из кабинета с фонариком, прикрепленным к поясу.

- Звучит здорово, - я кивнул, мой голос был ниже обычного. Иногда ты просто прислушиваешься к своему голосу. Особенно в совершенно пустом месте, как это. Я мог буквально слышать свои мысли, отталкивающиеся от стен.

- Ты не много говоришь, да? – он хихикнул, в то время, как схватил тряпку со своего пояса, чтобы протереть фонарик.

На этот вопрос я пожал плечами. Это правда, я знаю. Я много говорил в своей голове. Но на словах – нет. Я не отвечал на уроках, декан и учителя уже поняли это из предыдущих занятий. Я никогда не разговаривал с кем-то в коридоре. Никогда не произносил «спасибо» или «Добро пожаловать» на обед дамам или обычным дворникам. Единственные люди, с кем я общался были Лиам, Зак и Джош.

Лиам, потому что мне придется потратить более трех лет в колледж с ним. Зак, потому что он был, на самом деле, довольно опытным художником в плане тату для своего возраста. Но я не говорил с ним так, как с Пейном. Я давал краткое описание новой татуировки, и он делал её. Думаю, он опасался меня из-за моих тупых ответов. Мне нравилось это. И, наконец, Джош, потому что он был новым парнем, который работал с пирсингом вместе с Заком. Он проколол мне нос, так что мне пришлось говорить с ним. Кроме них больше никто.

Возвращаясь в приемную семью, я перестал говорить после шести домов с Мамой Лайей. Мы перекидывались лишь парой слов, но после той фермы, в которой я находился, я вовсе прекратил это делать. По крайней мере, с «членами семьи». Я бы говорил с любым тату-мастером, но только самодовольными, саркастическими комментариями или парой матерных слов.

- Что за ответ? – босс спросил, словно Лиам. Только этот мужчина и Лиам продолжали допрашивать меня бессмысленной херней.

Я просто пожал плечами в ответ. Зачем говорить с человеком, которому все равно на тебя так же, как и тебе на него?

Никому, казалось, не хотелось узнать больше обо мне. Тогда у нас есть Пейн, который заставлял меня ежедневно разливать всю историю моей жизни, как и он сам и, позвольте вам сказать, что его жизнь утомляла меня, и теперь у меня есть сальной босс, который был, как Лиам.

Мои приемные родители практически убегали так далеко, чтобы не жалеть больше, чем то, что они имели. Мне кажется, некоторые думали, что это был лучший вариант. Мы бы не напоминали им, какая у нас ужасная жизнь. Но иногда было приятно, когда тебя жалели.

- Ну что, ты теперь вообще не разговариваешь? – он дразнил со своим холодным взглядом. Я кивнул в ответ.

- Ты крепкий орешек, Гарри, - мужчина засмеялся и поплелся ко мне, протягивая светоотражающий черный фонарик.

Толстяк натянул рабочую одежду, и я мог рассмотреть его имя на бирке, на которой ярко-красными буквами было написано «Мондей».

- Я Мондей, не знаю, говорил ли тебе это раньше. Это глупое имя, знаю, но я предпочитаю это прозвище, чем мое настоящее, - он рассмеялся. – В полном прозвище была все равно орфографическая ошибка, - босс ухмыльнулся и отошел от меня, размахивая руками над телом. – Теперь, давай, пацан! Мы собираемся собрать байк!

  Хей, спешу сообщить, что главы будут выходить по выходным, чтобы вы вдруг не спрашивали:) Как вам глава, да и вообще как сам фанфик? Как вам характер Гарри? Оставляйте отзывы:3