Нарушил
POV Хосок
00:15. Квартира Сэрон. Восьмой этаж.
Я стою на балконе и смотрю вниз, в чёрную пропасть двора. Ветер треплет волосы, но я ничего не чувствую. Только стук собственного сердца — слишком громкий, слишком быстрый.
Я возвращаюсь в квартиру и заставляю себя дышать. Глубоко. Ровно. Не сейчас. Не паниковать. Паника — это смерть. Моя или её. Сейчас не важно.
Осматриваю кухню. Кровь на полу — немного, но есть. На сове.
— Идиотка, — шепчу я, но в голосе нет злости. Только страх.
Подбираю её телефон. Экран разбит, но работает. Последний вызов — мне. «Принц». Она переименовала меня. Когда успела? И почему именно «Принц»? Я должен злиться. Но вместо этого я чувствую, как что-то сжимается внутри.
Не время.
Звоню Чимину.
— Подъём, — говорю я вместо приветствия. — Она пропала. Фантом утащил её из квартиры. Через балкон.
— Что?! — Чимин просыпается мгновенно. Я слышу, как он матерится и будит остальных. — Мы выезжаем. Дай адрес.
— Ты знаешь адрес. Ты сам сегодня её довозил.
— А, точно. — Пауза. — Хосок… она жива?
— Не знаю. — Мой голос звучит ровно, но внутри всё кипит. — Поэтому давайте быстрее.
Сбрасываю звонок. Смотрю на часы. Прошло всего пятнадцать минут с момента, как я повесил трубку в машине. Пятнадцать минут. За это время можно уехать далеко. Или остаться рядом. Фантом не дурак. Он не повезёт её в открытую.
Обхожу квартиру. В спальне — на тумбочке — нож. Она его не использовала. Не успела.
— Что ж ты, Сэрон, — бормочу я. — У тебя был нож. Ты могла…
Не могла. Потому что он ударил первым. Потому что она отвернулась за сахаром. Идиотка. Добрая, саркастичная, бесстрашная идиотка, которая предложила серийному убийце чай и полезла за сахаром, потому что он «покосился на вазочку».
В голове всплывает её голос из телефона, всего час назад:
— Пункт шесть, параграф три.
— И что там?
— Не влюбляться в свидетелей.
Я закрываю глаза.
— Пункт шесть, параграф три, — говорю я вслух, в пустоту. — Нарушил. Что дальше?
Дальше — искать.
---
00:20. Въезд в квартал.
Подъезжают Чимин, Чонгук, Тэхён и Юнги. В одной машине. Как сельди в бочке. Чимин вылезает первым, с ноутбуком.
— Камеры? — спрашиваю я.
— Взламываю, — Тэхён уже сидит на заднем сиденье, пальцы летают по клавиатуре. — Дай мне десять минут.
— У нас нет десяти минут.
— Тогда найди машину времени.
— Тэхён.
— Я работаю, — отрезает он. — Не мешай.
Юнги молча обходит квартиру, заглядывая в углы. Потом выходит на балкон, смотрит вниз.
— Труба, — говорит он. — Слева. По ней можно спуститься. Не на восьмой этаж, конечно, но до пятого — легко. А там козырёк, деревья. Следов нет — он всё подчистил.
— Профессионал, — цедит Чонгук.
— Или альпинист-любитель, — пожимает плечами Юнги. — Но скорее первое.
Я стою в дверях и смотрю на разбитую чашку. Зелёный чай. Он пил зелёный чай. В её квартире. Сидел на её табуретке. И она… она шутила с ним. Предлагала сахар. Называла сплетником.
— Она не боялась, — говорю я вслух.
— Кто? — Чимин поднимает голову.
— Сэрон. Он пришёл, а она не боялась. Она смеялась. Предлагала чай. Спрашивала, не хочет ли он сахар.
Парни переглядываются.
— Это же Сэрон, — говорит Чонгук, будто это всё объясняет. — Она маньяков чаем поит. Это в её стиле.
— Я знаю, — я тру лицо руками. — Поэтому я и…
— И что? — Чимин смотрит пристально.
— Ничего.
— Хосок.
— Я сказал — ничего.
Чимин не настаивает. Но смотрит так, будто всё понял. И это бесит ещё больше.
---
00:35. Тэхён находит запись.
— Есть, — говорит он, и мы все собираемся вокруг экрана.
Камера с торца дома. Чёрно-белое зернистое видео. Видно, как фигура в тёмной одежде выходит из подъезда, держа на плече что-то тяжёлое. Или кого-то.
— Увеличь, — приказываю я.
Тэхён увеличивает. На плече — человек. Женщина. В розовой кофте с единорогами.
— Чёрт, — выдыхает Чимин.
— Тише, — шиплю я.
Фигура доходит до серой «Тойоты», припаркованной в двух домах от её подъезда. Открывает багажник. Кладёт туда Сэрон. Закрывает. Садится за руль. Уезжает.
— Номер видно? — спрашиваю я.
— Нет, — Тэхён перематывает. — Он специально припарковался так, чтобы камера не захватила номер. Знал, где слепые зоны.
— Профессионал, — снова говорит Чонгук.
— Да заткнись ты уже с этим профессионалом, — рявкаю я.
Тишина.
Я выдыхаю.
— Прости. — Тру глаза. — Продолжай.
Тэхён кивает и начинает отслеживать машину по другим камерам.
— Она уехала в южном направлении. Сейчас 00:35. За пятнадцать минут можно уехать километров на двадцать. Я сужаю круг.
— Ищи заброшенные здания, склады, стройки, — говорю я. — Он не повезёт её в людное место. Ему нужно время.
— Или он уже всё сделал, — тихо говорит Юнги.
Все смотрят на него.
— Что? — он пожимает плечами. — Я реалист.
— Реалист, который сейчас получит ногой, — обещает Чимин.
— Успокоились, — я поворачиваюсь к Тэхёну. — Работаем.
Мы садимся в машины. Я за руль. Чимин рядом. Сзади — Тэхён с ноутбуком.
— Хосок, — Чимин смотрит на меня. — Она сильная. Она выдержит.
— Я знаю.
— И она тебе нравится.
— Чимин.
— Что? Это правда.
— Не время.
— А когда время? Когда её найдут мёртвой? — он вдруг становится серьёзным. — Хосок, ты никогда не был таким. Ты всегда держал дистанцию. А с ней — нет. Она сидит на твоём стуле, ты возишь ей кофе, ты сам напросился её охранять. Ты краснеешь, когда она на тебя смотрит.
— Я не краснею.
— Ты краснеешь как помидор.
— Это аллергия.
— На неё, — кивает Чимин. — Ты сам так сказал.
Я молчу. Потому что нечего сказать.
— Найди её, — просит Чимин тихо. — А потом уже разбирайся с чувствами. Хорошо?
Я сжимаю руль.
— Найду.
Мы едем в темноту. Впереди — южная часть города. Склады. Заброшки. Машина несётся по пустынным ночным улицам.
В голове — её голос.
«Пункт шесть, параграф три. Не влюбляться в свидетелей».
Нарушил, думаю я. Нарушил. И плевать.
---
POV Сэрон
Первое, что я почувствовала, очнувшись, — это сухость во рту, будто я всю ночь жевала песок и запивала кактусом.
Еле-еле открываю один глаз. Второй глаз объявил забастовку. Наконец открыв оба, обречённо вздыхаю. Я снова связана, снова склад, снова сырость и темнота. Разве что лампочка светила тускло, как моя жизнь по утрам. Да-а, и до чего я докатилась? Была же обычным хирургом.
И это благодарность за гостеприимство? Больше не спрашивайте меня, почему я не люблю гостей. Связана я была верёвками, ноги правда не очень туго завязаны в отличие от рук — он явно спешил.
Да-а, оглядываю помещение. В углу шкаф, так, ничего интересного. Что тут у нас дальше? Поднимаю глаза и несколько раз моргаю, пытаясь понять, не мерещится ли мне. А нет, на стене и вправду фотографии уже мёртвых людей в рамках. А по центру — самая большая рамка с подписью: «Ким Сэрон».
Чувствую, как к горлу подкатывает ком. Страх начинает медленно подбираться ближе, но я привычно прячу его как можно дальше. Сейчас не время для паники. Но я не верю самой себе: глаза уже влажные. Судя по всему, это его убежище. Место, где он убивает всех своих жертв.
Слышу звук шагов. Кан Джихун появился как будто из воздуха, как призрак…