Dangerous decision [z.m.]

Я закрыла за собой дверь, войдя в тёплое фойе, и стянула с шеи шарф. Я бросила взгляд за спину, увидев всё ещё стоящего и наблюдающего за мной Малика.

После нашего разговора с ним я чувствовала некую неопределённость. Он поведал мне, что тоже видел Найла с девушкой, что совсем не характерно для него. До этого, по словам Зейна, он был абсолютно нелюдим, отношения для него являлись чем-то странным и ненормальным, скорее даже отвратительным. Он рассказывал, что блондин был первым, кто устроил так называемую революцию, которая поддерживала отказ от всяческих чувств. Был целый бунт, при котором достаточно много погибло их сородичей и даже невинных людей, многие ушли из клана, например, Зейн.

Слушая его рассказ, у меня всё время бегала дрожь по телу вместе с холодком, и виной этому не была плоха погода. Сколько бы историй он не рассказывал, он ни разу не сказал, кто он такой на самом деле, а этот вопрос меня мучает всё сильнее изо дня в день.

Перед нашим прощанием он протянул ко мне руки, но я сделала шаг назад с испугом, потому что успела ща долю секунды продумать, что он плохого хотел со мной сделать, тогда он мигом шагнул на меня и руками вцепился в мои плечи, не давая ни уйти мне, ем даже повернутся. У меня застряли в голове его последние слова, они крутятся в моей голове, заглушая другие мысли.

Я повернулась снова, стоя у лифта. Он стоял там, наблюдал за мной, теперь меня это нисколько не пугало, я уже, можно сказать, привыкла к постоянной опеке с его стороны. И я понимала, что больше мы никогда не увидимся, поэтому он пытается разглядеть последние черты в моем лице, теле и даже походке, также как и я. Он такой красивый, я до сих пор не могу принять это, не могу отрицать. Это не обычная красота, она выделяющаяся из толпы. Его внешность привлекает внимания сразу, особенно эти прекрасные карие, а о самых длинных и густых ресницах, которые я только видела. О эти прекрасные, острые черты лица и такая гладкая кожа, до которой так и хочется дотронутся и провести пальцами, спускаясь вниз к шее. Оказывается, он побрился, а я заметила это только сейчас. На моем лице появилась лёгкая улыбка.

В моей голове снова эхом отразились ранние слова Зейна:

- Не бойся больше никого и ничего, ты теперь в безопасности. - я обхватила одной рукой предплечье другой и будто снова почувствовала прикосновение брюнета. - Прощай... Ну, если что, то зови меня, я всегда приду.

Я махнула ему рукой, он кивнул мне в ответ. Я, всё ещё смотря на Зейна, нажала на кнопку вызова лифта. Я услышала скрип и наконец оторвала взгляд он Зейна, заходя в лифт и думая лишь о последней вещи, наиболее запомнившейся мне в нем, о его алых и пухлых губах, которые меня манили к себе, что я еле сдерживалась на протяжении всего нашего знакомства. Двери закрылись, и я поняла, что это конец всему. В моей голове пробежала мысли о том, что сейчас можно было бы обратно спуститься вниз, догнать Малика и сказать, что по непонятной мне причине я не хочу его отпускать. Это слишком глупо, мне пора успокоится. Я прижалась к холодной стальной стене, снова надевая на себя шарф, чувствуя как мир леденеет вокруг меня.

Слышу повторный скрежет, двери лифта снова открываются, хотя я ещё не доехала до своего этажа. Передо мной стоит большой, даже массивный мужчина со стриженной под ёжика головой.

- Этот лифт наверх едет. - незамысловато выкидываю я.

- Мне как раз туда и нужно.

Мужчина зашёл и встал рядом со мной, даже не нажимая на номер этажа, на который должен ехать. Меня это немного насторожило, поэтому я сделала шаг в противоположную от него сторону, оказавшись в углу.

"Не бойся больше никого и ничего, теперь ты в безопасности".

Слова Зейна всплыли вновь в моей голове и вселили в меня уверенность. Действительно, чего это мне бояться? Вот именно, нечего. Я глубоко вздохнула, а потом через нос выпустила весь воздух, ступая ногой в середину лифта. Я подошла к самой двери и встала около неё, наблюдая за тем, как быстро едет лифт, что он уже почти на нужном мне этаже. Этот мужчина обошёл меня сзади, направляясь к табло с номерами этажей, и страх отступил с этим полностью. Вот видишь, он просто ждал, когда ты доедешь до своего этажа! Я такая глупая, никакой опасности мне не угрожает. Я фыркнула себе под нос, почувствовав, будто камень с души свалился, и я теперь свободна.

Но не тут-то было. Момент, и лифт останавливается, но двери не открываются. Я хмурюсь. Смотрю на затылок мужчины, который стоит перед табло. Интересно, а он тоже нахмурился и даже немного испугался? Перестало ли его сердце биться на мгновение, подобно моему? Он поворачивается ко мне лицом, и я не вижу ни страха, ни смятения, только злость и решимость.

- Кажется, мы застряли, - у меня дрогнул голос. - Надо нажать на кнопку вызова! - начала тянуться я, но он встал передо мной и преградил мне табло.

- В этом нет необходимости, - ухмылка, эта злобная ухмылка, которая всегда вгоняет меня в страх.

- Но если упадёт лифт, то мы умрём, поэтому лучше вызвать группу спасения, не думаете?

- Не беспокойся, детка, Мартину ты пока нужна живая.

Мартин! Снова это страшное, вселяющее в меня непроходимый страх и воспоминания, которые бы я хотела забыть. Я дотронулась до своей повязки на руках, и в голове у меня снова всплыли картинки: эта черная грязная комната, будто специально предназначенная для пыток, этот неприятный запах. И меня осенило, что я могу позвать Малика, он спасёт меня, как и в прошлый раз сделал это. Я потянулась за телефон и вспомнила, что у меня не ни его номера, ни имейла, я поняла, что осталась одна и обречена на что-то похуже смерти. Зачем давать обещания, которые ты не сможешь выполнить? Чертов учитель.

Этот мужчина достал из своего правого ботинка нож и пошёл на меня, пока я медленно пятилась назад, упираясь в стену лифта. Скажите мне, что это всё розыгрыш! Где эта гребанная камера? В каком телешоу я окажусь, мне всё равно. Главное - я хочу, чтобы это закончилось прямо сейчас, немедленно.

- Не бойся, я лишь возьму немного крови, совсем чуть-чуть, вся ты пока не нужна, - он крутил нож в руках, - пока.

Он резко схватил мою руку и вытянул к себе. Из внутреннего кармана куртки достал небольшую колбу, которые я каждый рабочий день видела у себя перед глазами каждую секунду. Он поднёс острие ножа к руке, а я уже была напугана до чёртиков, что даже видела, как моя рука трясётся от страха, а зубы стукаются друг о друга. Я поняла, что надо хоть что-то предпринимать и просто выкрикнула, испытывая свою последнюю надежду:

- Зейн! - это имя из-за акустики повторилась несколько раз в роли эха, а лицо мужчины стало злее и тверже.

- Значит, по плохому хочешь.

Он поднёс нож к месту, где, на самом деле, вены не так сильно будут затрагиваться и резко провёл ножом пол сантиметра, оставляя нож воткнутым прямо с моем теле и смотря, как струйка крови течет вдоль руки, и подхватывая её колбой. Он начал медленно везти нож дальше. Мой крик громко раздался, что даже у меня заложило уши, пока он будто не замечал его и лишь с огромным интересом смотрел на мою рану, чуть прикрыв глаза, как заворожённый.

И вдруг я услышала стук в дверь лифта...