МАГИСТРАЛЬ

Рон:

Один из теплых дней зимы. В тот день должно было случиться то, чего я очень давно хотел. Эскиз татуировки был готов и ожидал своего часа.

Теперь имя Евы навсегда останется под моей кожей. Что бы не случилось, у меня всегда будет возможность оттянуть рукав свитера и увидеть инициалы человека, который живет в моем сердце. От этой мысли мне становилось легче.

Игла сотни раз разрывала мою кожу, и каждый раз я вспоминал улыбку Евы. Ее имя звучало в моей голове. Звук работающей тату-машинки не мог заглушить мои мысли.

Я никогда не пожалею о том, что мы, однажды, встретились с Евой. Я никогда не заберу назад слова, которые посвящал ей. Навсегда в моей памяти останутся те чувства, которые кружили голову, затмевали рассудок.

Я пронесу любовь к Еве через года. Я докажу всем существование вечной любви. Пусть Ева продолжает говорить о том, что это все пустое. Пусть не верит моим словам и ищет подвох в каждом моем поступке. Я знаю одно: в моем сердце живет настоящая любовь. Еве не по силам убить ее, как бы она не этого хотела.

Чернила на запястье стали моим личным морем. В салоне звучала песня «Имя твоё» в исполнении группы «Колизей». Символично, но теперь тот день ассоциируются у меня с текстом той самой композиции:

«И только имя твоё сохраню навсегда,

В сердце и на устах, и в дурной голове.

Скажи мне, волей каких сил тебя смогу я вернуть?

Пройти заново путь ошибок, что сотворил.»

[Текст из черной папки с названием «Магистраль», автор Рон Кан]

Многие люди набивают татуировки, как символ верности или признания в любви. В моей жизни не было такого момента, когда я «решился» на татуировку, связанную с тобой. Уже в первые дни знакомства я знал, что мне не избежать дня, когда твое имя будет увековечено в моей коже.

Сначала я хотел поместить под кожу фразу, которая в точности смогла бы передать мои чувства к тебе или описать тебя. Через год стало понятно, что не найти мне в русском языке словосочетаний, которые в полной мере смогли бы передать ту химию, возникшую между нами в одностороннем порядке.

Я думал, если у меня не получается сформулировать твою значимость в моей жизни, то это сделают великие поэты и писатели. У них получилось, но изобилие красивых фраз, кружило мою голову.

В какой-то момент я осознал: «Чем короче фраза, тем глубже смысл». Так идея татуировки приобрела вид всего лишь трех букв - твоих инициалов. Каждая буква хранила в себе мое уважение к тебе, преданностьи любовь. Каждая точка передавала мои страдания и веру в то, что, возможно, однажды, я заинтересую тебя. Третья точка обрела смысл одержимости тобой, своего рода, демонстрируя болезнь по тебе.

Твои инициалы были переведены на язык Святых - иврит, что удачно подчеркивало мое отношение к тебе. Ты та, кому я поклоняюсь, та, ради которой я жертвую.

Мастер начал свою работу. Образование ран, сочившиеся кровь - чувство, которое сопровождает осознание вечности. Искусство не будет искусством, если оно не несет в себе смысл вечного.

Я не уверен, что когда-то смогу увековечить нашу встречу в глобальном понимании. Но твои инициалы будут теперь всегда напоминать мне имя человека, который долгое время был смыслом моего существования.

Когда работа была завершена, мастер спросил меня о значении созданного. «Господь всегда с нами» на языке священных, – с улыбкой сказал я, подразумевая глубочайший смысл этой максимально короткой фразы.

P.S. Теперь в твоей жизни есть человек, который разрисовал свое тело твоим именем.

Доктор:

Именно подобного шага я ждал долгое время от Рона. Да, большинство людей набивают татуировки в качестве символа любви, дружбы, веры. Кто-то таким образом подчеркивает свои идеалы жизни, принципы. Для Рона инициалы Евы стали символом божественных чувств, с которыми ему посчастливилось познакомиться.

Оглядываясь назад и вспоминая все слова Рона, можно сказать, что он, на самом деле, видел в ней что-то святое. Ее образ заменял иконы на столе. Он боготворил Еву.

Очень тонко подмечено отношение Рона к Еве языком, на который были переведены инициалы. Это ли не любовь – увековечить под своей кожей имя любимой, переведенное на «язык святых»?

Те буквы на запястье Рона стали условной границей между чувствами творца и чувствами мужчины. Понимал ли он в тот момент, что таким образом начинается конец его лирики? Хотел ли он этого? Думаю, это то, что он, впервые за долгое время, сделал для себя, а не для Евы.

Я немного отвлекся от монолога Рона, обратив внимание на его руки. Он переносил свои переживания на кожу, подобно написанию текстов из «Магистрали». На руках Рона было несколько татуировок. И я уверен, что абсолютно каждая из них хранила в себе свою историю, говоря точнее – завершение какой-либо истории.

Я не мог не заметить глубоких затянутых шрамов. Бедный Рон, так вот как он справлялся с внутренними переживаниями до того, как нашел покой в литературе. Что же он будет делать, когда обстоятельства разлучат его с «Магистралью»?