Сумерки. Продолжение.

Зайдя в комнату, я сразу обращаю внимание на чёрное платье, лежащее на моей кровати. Удивительно, но оно очень короткое, обтягивающее. По бокам большие вырезы. Вот фотография это платья:

Рядом с платьем лежит комплект чёрного кружевного нижнего белья, много всяких побрякушек (серёжки, браслетики), а также чёрные лакированные лодочки. Мне не очень понятно, для товарищей-родственников моё восемнадцатилетие — траур? Ладно, Ренесми, в конце концов, это лучше, чем какой-нибудь детский светло-розовый look. 

Спустя 2 минуты... я стою напротив стены-зеркала (да-да, одна из стен коей комнаты — огромное зеркало) и смотрю на своё отражение. Господи, я же сгорю от стыда! Элис, блин! Ренесми, ты — солистка группы SEREBRO. Кому-кому, а тебе вообще надо забыть о значении слова «стыд»!

— Ренесми, долго ещё? — слышится голос Розали с первого этажа. Фух. Я, делая глубокий вдох, выхожу из комнаты. Спросите, почему мне так страшно? Не хочу видеть реакцию папы и волков, — наконец-то! — тихо-тихо проговаривает Роуз, смотря на меня. Джейкоб и Сет приоткрывают рот. 

— Сейчас кому-то в рот муха залетит, — Эммет, ну как же без его шуток. Я спускаюсь по лестнице и понимаю, что эти ужасные лодочки неудобные, — Ренесми, ты, всё-таки, известная личность. Пора бы учиться ходить на каблуках нежно. А то, получается, будто ты копытами пользуешься.

— Ха-ха-ха! Как смешно! — язвлю я, спускаясь вниз ещё на три ступеньки. Невыносимая боль! Неожиданно для самой себя я снимаю с себя туфли, быстреньким шагом направляясь к маме, Элис и Розали.

— Прекрасно выглядишь! — говорит Джейкоб, я благодарно улыбаюсь.

— Спасибо!

Я сажусь на кресло, прекрасно понимая, что сама подписываю себе смертный приговор. Знаете ли, вытерпеть макияж от Элис — очень непросто! Каждая её попытка стать визажистом заканчивалась тем, что я сама себе делала макияж. Эльфийка взяла в руки тушь.

— Элис, может я сама? — прошу я, на что получаю прожигающий взгляд от Элис. Понятно... В этот момент Розали и мама начинают создавать из моих непослушных крашенных волос шедевр. Ничего не меняется. В этой семейке я — фарфоровая кукла, окружённая невыносимой заботой и вниманием. Как же иногда хочется просто... уехать куда-нибудь. Надолго-надолго. Нет, безусловно, я люблю свою семью больше жизни, но... 

— Сейчас ты у меня додумаешься! — слышу я от папы. Упс... Забыла. Вот, ещё один огромный злой минус! Отец! Что за семья-то? Забота, контроль всех твоих мыслей, причём, в прямом смысле!

— Подслушивать нехорошо! — по-детски проговариваю я. Папа не успевает ответить, ведь к дому подъезжает машина. Внутри... Рене, Фил и какая-то маленькая красивая светловолосая девочка.

— Приехали! — весело говорит мама и бежит медленно, со скоростью человека. 

— А что это за девочка? — спрашиваю я у Эсми, она усмехается и выходит из дома, встречая сватов.

— Твоя тётя! — отвечает Эммет. Мои глаза округляются. Так. Моей бабушке 53 года. А девочке на вид годика четыре. Где логика? Кстати, мы признались Рене, что я — её внучка. Обмороков не было, если вы спросите.

В дом заходят бабушка, Фил и очень-очень красивая девочка, с огромным белым медведем в руках. Кажется, эта игрушка больше, чем эта красавица. Я подхожу к гостям и обнимаю каждого. В том числе и свою... кхм-кхм... Тётю.

— Как выросла! — восклицает Рене.

— Привет! — протягивает своим тоненьким голоском девочка, смотря на меня.

— Привет! — отвечаю я, — меня зовут Ренесми, можно просто Ренес, — говорю я.

— Я — Вера. А это — Мишка, можно просто Миша! 

— Так, Ренесми, Вера будет спать с тобой в одной комнате! — чётко омандует мама. 

— Ура-а-а! — весело пропевает Вера. Ренесми, спокойно... Спокойно. Это всего лишь ребёнок. Тем более, она — твой родной человек. Но это же ребёнок! Знаете, с недавнего времени я недолюбливаю маленьких детей... Не знаю, почему. Эсми смотрит на меня, давая понять, что нужно показать Вере дом. Ренесми Карли Каллен, придётся.

— Пойдём! — говорю я Вере, и мы с ней направляемся на верх. Взрослые пошли на улицу. Дома остались только я, Верочка, Джейк и Сет, — чё вам тут сидеть? — спрашиваю я у ребят, — идёмте. Джейк хотя-бы был в моей комнате. 

Через двадцать секунд мы уже находимся в моей комнатке. Мебели в ней немного. Кровать, шкаф-купе (во всю стену), плазменный телевизор, белый мягкий пуф и огромное пространство. А также... маленькая кроватка. Понятно, родственники знали о приезде Веры. В том числе и волки, с которыми моя тётя уже успела познакомиться.

— Ух-ты! — восхищённо тянет Вера, гуляя по моей огромной комнате, — а у тебя много одежды? — я киваю, — класс! А можно посмотреть?

— Делай, что хочешь. Моя комната — твоя комната, — Вера аккуратно отодвигает одну дверцу шкафа-купе. В этом отделе у меня хранится косметика, всё для маникюра, бижутерия, прокладки, тампоны. Упс. О последнем можно было и не сообщать.

— А это что? — Вера берёт в руки упаковку прокладок. Джейк и Эммет, сидящие на кровати, подают смешок. 

— Вер, ты ещё маленькая, — спокойно говорю я, она кладёт упаковку на место. Закрывает дверь и открывает другую. В этом отделе у меня всё для выступлений. 

— Неплохо. Неплохо, — тянет Вера, — так, это мне подойдёт, — говорит она, смотря на светло-розовую юбку, — а это и потом можно надеть, — девочка смотрит на белый топ.

— Нормально так! — говорю я, мой лицо искажается в недовольной, но смешной гримасе. Волки и Вера начинают смеяться.

— Ренес, — девочка слегка тянется к моим плечам, наклоняя меня, и шепчет мне, — а Джейкоб — твой парень? — Вера! Они же всё слышали!

— С чего ты это взяла? — шёпотом спрашиваю я у девочки.

— Я же всё-таки женщина! 

— Не придумывай! — тихо-тихо отвечаю я.

— А почему вы с ним не встречаетесь? — так. Понятно. Вера — обыкновенный ребёнок, который будет круглосуточно задавать вопросы. Этого мне ещё не хватало!

— Вера, я не знаю. 

— А почему ты блондинка? Твои же родители с тёмными волосами. Ты покрасила волосы? — вот такой расклад событий начинает меня очень сильно напрягать. Волки, увидев мою реакцию на невероятное количество вопросов, начинают смеяться.

— Да, я красила волосы, — спокойно отвечаю я.

— А зачем? 

— Захотелось.

— А почему захотелось?

— Верочка, хочешь, я попрошу свою лучшую подружку, и она привезёт тебе кучу детской косметики? — вот таким путём я решаю спасти себя от бесконечных вопросов. Марьанка как-то проиграла мне в споре и должна косметику. Какая разница, детскую, или взрослую?

— Класс! Хочу! — Вера усаживается на мягкий-мягкий пуф, я беру в руки телефон, чтоб позвонить Марьке. 

— Главное, чтоб Марька сейчас не на каких-нибудь клизмах была, — протягиваю я, Джейкоб начинает смеяться, глаза Сета округляются.

— Ну, будем надеяться, что Марьяна не на клизмах! — проговаривает смеющийся Джейк.

— Марька просто очень любит йогу, — из телефона слышатся гудки, — всякие практики, и она очень часто едет чистится.

— Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети, — говорит женщина в телефоне. Мои глаза округляются.

— Вер, к сожалению, Марьяна сейчас не клизмах! И косметику Несси купит тебе завтра, — Джейкоб смеялся-смеялся. 

— А можно называть тебя не Ренесми, а Несси? — спрашивает Вера. Круто! Кличка останется со мной на всю жизнь?

— Вер, буквы вроде-как бесплатные. Я предпочитаю, когда меня называют Ренес. 

— Ладно. Ренес, а можно поиграть на твоём телефоне? Просто мой сел, — Верочка умоляюще посмотрела на меня.

— Конечно, можно! — я протягиваю тёте свой телефончик, она берёт его в руки.

— А какой пароль? — спрашивает блондиночка.

— Да, мне тоже интересно, — протягивает Джейк. Я подхожу к Вере, смотрю в камеру телефона.

— А у тебя хоть игры есть? — спрашивает Вера, в этот момент я включаю телевизор.

— Да, есть, немного. Можешь что-нибудь скачать. 

— А можно фотки посмотреть? — спрашивает Верочка.

— Можно!

— А мне? — спрашивает Джейк.

— А тебе — по губе! — Вера засмеялась и начала просматривать мои фотографии.

— Это — ты? — спрашивает Вера, разворачивая телефон на 180 градусов и показывая мне эту фотку:

— Это — я!

— И это — ты?

— Да.

— И тут тоже ты?

— Вер, везде я!

— Даже тут ты?

— Нет. Это — моя лучшая подруга.

— Так ты же сказала, что везде ты.

— Ну, не везде.

— Оу, это тоже ты?

Я быстро вырываю телефон из рук Веры.

— Ну, дай посмотреть, — просит Вера.

— Не-а.

— Дай поиграть. 

— Угу. Так я тебе и поверила, — Вера надувает губки.

— Вер, а что там было? — спрашивает Джейк.

— Она там голая! — отвечает Вера.

— Фантазёрка мелкая! Я всего-навсего в купальнике, — поясняю я.

— Если всего-навсего, почему не даёшь поиграть в телефон?

— Потому что дальше уже недетские фотографии.

— А что это значит?

— Как же я устала-а, — протягиваю я, подходя к своей сумке. Достаю оттуда огромный пакет с мармеладом и даю его Вере, — весь есть нельзя. 

— А что будет?

— Одно место слипнется.

— А это как?