Глава 11. Сила цветов и забытый схрон
Когда тяжелые двери в глубине двора распахнулись, Лиана на мгновение забыла, как дышать. Группа туристов, до этого шумно обсуждавшая случившееся, мгновенно затихла, заходя следом за Анаит и Саркисом. Перед ними открылось пространство, которое никак не могло уместиться в границы обычного каменного строения. Это была просторная оранжерея, залитая мягким светом, пробивающимся сквозь стеклянный купол.
Воздух здесь был плотным и ароматным. От входа тянулись бесконечные ряды стеллажей: от крошечных ростков до исполинских цветов с тяжёлыми бутонами. Лиана с изумлением узнавала знакомые очертания роз и лаванды, но рядом с ними расцветали удивительные гибриды, созданные руками бабушки Гоар. У некоторых лепестки имели странный металлический блеск, а другие едва заметно пульсировали в такт какому-то своему внутреннему ритму.
В центре этого зеленого лабиринта Саркис осторожно опустил бледного, едва дышащего мужчину в старое плетеное кресло. Тургруппа обступила их полукольцом, затаив дыхание — люди ждали чуда или хотя бы объяснения. Бабушка Гоар преобразилась. Она двигалась с невероятной скоростью, срывая нужные лепестки, точно зная наизусть сложнейший рецепт. Стук её ступки эхом отдавался в напряженной тишине.
— Мане, Лиана! — Гоар не оборачивалась, её голос прорезал тишину. — Живо к роднику. Без ключевой воды сила цветов не проснется. Бегите!
Выбежав за калитку, Лиана едва поспевала за сестрой.
— Мане, постой! — Лиана тяжело дышала. — Что это за «сила цветов»? И кем на самом деле является бабушка?
Мане остановилась у края воды и мягко улыбнулась.
— Ой, Лиан, я и забыла, что для тебя это в новинку. Бабушка — флорист-алхимик. В нашем городе это так же естественно, как лечить простуду чаем. Она знает, как соединить биологию растений с энергией почвы. Просто смотри и учись.
Мане деловито склонилась над потоком. Пока она наполняла кувшин, Лиана отошла к массивному каменному указателю из серого туфа у кромки воды. Заметив, что один из блоков в основании стелы сидит неплотно, она потянула его на себя. Камень со скрежетом поддался, открывая сухую нишу. Там, завернутый в ткань, лежал дневник. Его кожаный переплет был странно теплым.
— Лиана, скорее! — Мане подняла кувшин. — У нас всего пятнадцать минут. После заката вода в роднике «активна» лишь четверть часа, потом её состав изменится, и лекарство не сработает. Если опоздаем — Гоар не сможет его вытащить!
Лиана быстро спрятала дневник под блузку . Теперь она понимала: на кону жизнь человека, а в её руках — тайна, которая, возможно, объясняет, почему этот город живет по таким странным правилам.