41.
- Я хочу подождать перед операционной, - сказала Джуд, хотя на самом деле ей хотелось убежать.
- Ладно.
Она снова повернулась, наклонилась и поцеловала пухлые розовые губки дочери.
- Я люблю тебя, Мышка.
Она натянула одеяло до подбородка Мии. Это был инстинктивный жест, материнская забота. Наконец она отпрянула, дрожа, и позволила Майлсу увести ее от кровати. Через минуту Мии действительно не станет...
Они увозили ее дочь из палаты, когда Джуд вспомнила, что они кое о чем забыли. Как они могли такое забыть?
- Постойте! - крикнула она.
Майлс посмотрел на нее.
- Что?
- Зак, - едва сумела выговорить она.
* * *
Лекси слышала, как Миа разговаривала, смеялась... говорила что-то о своем мирке...
Она спросила: «Что?» - у подруги и протянула к ней руку, а рядом никого не оказалось. Лекси медленно проснулась, заморгала. Что-то здесь не так. Где она?
Она попыталась сесть и почувствовала острую боль в груди. Болело так сильно, что она вскрикнула.
- Алекса! - Ева поднялась со стула, на котором сидела у окна, читая.
- Где я? - спросила Лекси, хмуря лоб.
Ева подошла ближе.
- Ты в больнице.
Эти три слова остановили время. Лекси сразу все вспомнила: белый капот автомобиля, мчащийся вперед; ствол дерева, освещенный ярким светом фар; крики Мии, дым, звук бьющегося стекла...
- Мы врезались, - прошептала она, поворачиваясь, чтобы посмотреть на тетю. Одного взгляда в грустные глаза Евы хватило, чтобы понять - все плохо. Лекси отшвырнула одеяло и попыталась подняться с кровати.
Ева схватила ее за здоровую руку и удержала на месте.
- Не шевелись, Лекси. У тебя сломано ребро и серьезный перелом руки. Лежи спокойно.
- Мне нужно увидеть Зака и Мию...
- Ее нет, Лекси.
Лекси облегченно вздохнула.
- Слава богу, значит, с ней все в порядке? А что с Заком?
- Миа умерла, Лекси. Мне очень жаль.
«Умерла». «Ее нет».
Лекси не восприняла этих слов. Как такое могло быть? Она чувствовала Мию рядом, чувствовала, как та прислонялась к ней, шепча: «Не оставляй меня одну, а то я сделаю какую-нибудь глупость». Это ведь было минуту назад, секунду. «Можно, я присяду рядом?»
- Нет, - прошептала Лекси. - Этого не может быть.
Ева покачала головой, а правда, словно спящая змея, которую разбудили палкой, набросилась и ужалила.
Машина. Столкновение. Смерть.
Нет. Нет. Нет!!!
- Этого не может быть, - снова прошептала Лекси. Миа была ее частью, так разве могла одна из них умереть, а другая выжить? - Я бы почувствовала. Это неправда.
- Мне очень жаль.
Лекси упала на подушки и посмотрела на дверь, ожидая увидеть Мию, которая сейчас войдет в каком-нибудь немыслимом наряде, с наспех заплетенными косичками и, улыбнувшись своей замечательной улыбкой, скажет: «Hola amiga, чем займемся?» Лекси снова села в кровати.
- Зак?
- Не знаю, - сказала Ева. - Он получил ожоги. Это все, что мне известно.
Ожоги?
- О боже, - сказала Лекси. - Я не помню пожара. Ожоги.
- Расскажи, как это случилось, - попросила Ева, держа Лекси за руку.
Лекси легла, чувствуя, будто ее душу выскоблили из тела тупым лезвием. Если бы можно было одним усилием воли перейти в небытие, она бы так и сделала. «Прошу тебя, Господи, пусть с ним все будет в порядке». Иначе разве она сможет жить?
И как ей теперь жить без Мии?
Джуд стояла рядом с каталкой, держа руку Мии. Она сознавала, что вокруг нее суетятся люди: кто-то приходит, кто-то уходит, медики обсуждают «урожай», словно Джуд глухая. Одному мальчику, всего на год младше ее дочери, срочно требовалось сильное любящее сердце Мии, а другой мальчишка мечтал играть в бейсбол, матери четырех малышей, умиравшей от почечной недостаточности, нужно было выжить, чтобы растить своих детей. Все истории душераздирающие и могли бы служить утешением Джуд, она всегда остро воспринимала такие вещи. Но только не сейчас.
Пусть Майлс находит утешение в этих жертвах. Только не она. Они ее не огорчали, не оскорбляли. Ей было все равно.
Внутри ничего не осталось, кроме боли; она не выпускала ее наружу, плотно сжав губы. И да поможет ей Бог, если она начнет кричать.
За ее спиной открылась дверь, и она сразу поняла, кто это. Майлс привел Зака попрощаться с сестрой-двойняшкой. Дверь тихо закрылась.
Теперь их было в палате четверо, вся семья. Врачи и специалисты остались снаружи, ожидая.
- С Мией что-то не так, - сказал Зак. - Я ее не чувствую.