Глава 29
Леся
Свесившись вниз головой, я наконец перестаю воспринимать все происходящее как должное.
– Адель! Отпусти! – брыкаюсь, болтая ногами в воздухе, а руками колочу по спине своей похитительнице.
– А ты повиси чуток так. Кровь к твоей головушке прильет, и, может, правильные мысли туда придут, – усмехается Адель и поправляет меня, словно несет мешок с картошкой. Еще и ручищи свои эта дура пристраивает прямо на мои бедра.
– Какие? – злобно цежу я ей куда-то чуть ниже лопаток. – Что ты придурошная? Так я и так об этом знаю.
– Ничего ты не знаешь, Люгер. Вот, например, обо мне и моих царапинах. Тебя же это так взбесило?
Я взрываюсь от кипящего в крови адреналина. Отчаянно размахиваю руками-ногами, пытаясь вывернутся из наглых лап.
– Какая же ты гадина, Шайбакова! Ничего не хочу знать о твоих похождениях!
– Ну, собственно, я в тебе и не ошиблась, – обреченно вздыхает Адель.
– Зато я ошиблась. Почему-то решила, что ты не такая уж и лживая.
Моя похитительница неожиданно тормозит. Легким движением руки снимает со своего плеча и ставит на ноги.
– Спорим, тебе сейчас за эти слова будет стыдно?
Через растрепавшиеся от прогулки вниз головой пряди вижу ехидную улыбочку Шайбаковой. Сжимаю кулаки, умоляя себя не кинуться на неё и не отмутузить. Хотя... Насколько там сокращают срок за убийство в состоянии аффекта?
– Это мне-то должно быть стыдно? – повышаю голос в унисон с очередным грохотом после вспышки молнии. – Знаешь ли, это не я обнимаюсь с одной, а потом щеголяю с расцарапанной спиной от другой, – все же проговариваю в лицо Адель то, о чем думаю последние несколько дней. Плевать!
– Ты ревнуешь... – Она расплывается в невероятно счастливой улыбке.
– Боже упаси! – Я театрально открещиваюсь, закатывая глаза.
– Это Майер расцарапала мне спину, – неожиданно равнодушно выдает Деля.
Её слова оказываются сильнее любого самого страшного удара грома. Кислород комом становится поперек горла.
– Адель, имей совесть, а? – хриплю не своим голосом. – Не посвящай, пожалуйста, меня в свои постельные игрища.
Но она пытается приблизиться ко мне, делая шаг:
– Ты можешь меня выслушать?
Я резко отшатываюсь, разворачиваясь, и отрицательно машу головой. Хватит! Даже слушать не буду. Майер! Это была чертова Инга! Я хочу завопить от этой мысли. И она еще так спокойно об этом заявляет и просит послушать! У меня, видимо, на лбу уже светится: дурочка.
В груди все сжимается от боли. Я обнимаю себя за плечи и под раскаты грома ускоряю шаг. Тяжелые капли дождя бьют все чаще. Они неприятно стучат по коже. С каждым таким ударом я вздрагиваю, но, наверное, это единственное, что отвлекает меня от мысли разреветься здесь и сейчас.
Люди разбегаются по набережной кто куда, прячась от начавшегося проливного дождя. И только я упрямо шагаю вперед по тротуару вдоль дороги куда глаза глядят. Слушать про Майер и Шайбакову выше моих сил. Пусть лучше в меня шарахнет молния!
Рядом со мной останавливается знакомая черная машина. Она медленно движется вдоль тротуара, а я продолжаю гордо вышагивать под усиливающимся дождем. Не поворачиваю головы, даже когда из приоткрытого окна краем глаза замечаю нос выглядывающей Шайбаковой.
– Лесь, не дури. Дождь же! Сядь, и поговорим, – вежливо просит она под очередной раскат грома.
Молчу. Смахиваю влажные волосы с лица, но упорно иду, сама не зная куда.
Издав короткий рычащий звук, иномарка Шайбаковой одним рывком въезжает на тротуар и нагло пересекает пешеходную дорожку. Я не успеваю возмутиться, как Деля выскакивает из салона. Хлопнув дверью машины, она огибает ее капот и под холодящий душу звук грома предстает передо мной. Теперь мы оба стоим на тротуаре под проливным дождем.
– Сядь, – угрожающе понижает голос Адель. – Мне есть что тебе рассказать.
– Майер расскажи, – язвительно бросаю я.
Деля вскидывает голову, подставляя лицо потоку холодных капель, и устремляет взгляд в серое небо.
– Люгер, как же ты меня бесишь, а! – громко выдыхает она. – Я ради тебя районный ОВД на уши поставила! Целое театральное представление разыграла. Вот на кой черт мне это надо было, если бы меня интересовала Майер? Я сюда приехала из-за тебя. – Адель перестает разговаривать с тучами и теперь таранит меня взглядом. – Я тебя из-под носа Алекса увела, хотя он мог запросто взять и влепить мне за это. Я бы вот влепила, если бы кто-то взял и украл тебя на моих глазах.
Внутри у меня что-то екает. Такое робкое и теплое. И, глядя на Адель, стоящую и мокнущую под дождем, я все равно скрещиваю руки на груди и хмурюсь:
– Если я тебя бешу, то зачем это все?
– Ты мне нравишься, – легко и просто говорит Деля, пожимая плечами, а я судорожно хватаю ртом воздух. – Ты жутко странная и ни на кого не похожая, но перестать думать о тебе я не могу. Так что сядь в машину, пока я под этим романтичным дождем тебя просто насильно туда не запихнула.
И решительность в её карих глазах сверкает ничуть не меньше, чем вспышка молнии. Запихнет, это точно. Я все-таки сажусь в черную иномарку. Правда, перед этим гордо шмыгаю носом и делаю лицо каменным.
И только в теплом салоне машины понимаю, насколько я промокла и продрогла. Тонкая ткань платья отвратительно прилипла к коже, как и мои волосы. По ним чуть ли не ручьями стекает вода. Адель промокла не меньше. Всегда лежащие в свободном полете темные кудри теперь непривычно слегка приглажены дождем. Запустив пальцы в волосы, она проводит по ним ладонью. Такой простой жест, а у меня снова все замирает в груди. Приказываю себе держать оборону и бдительность, пока не услышу, зачем меня нужно было тащить сюда на плече. Без боя не сдамся!
– Так что ты хотела мне рассказать? – с важным видом поправляю мокрый подол платья на коленях.
Хмыкнув, Адель без лишних разговоров лезет в карман джинсов за телефоном. Достав смартфон, она вручает его мне, предварительно запустив на нем какое-то видео.
– Смотри и слушай внимательно.
На экране появляется незнакомый мне кабинет. Видимо, съемка велась скрытно, поэтому на видео присутствует его небольшая часть: угол стола и стул, на котором сидит... черт подери!.. Майер. Перепуганная, с выпученными глазами и бледнее, чем побелка. Обескураженно взглядываю на Адель, но та лишь кивком опять указывает мне на телефон.
– Гражданочка, вы мне внятно так и не ответили. Кем вам является Шайбакова Адель Марселевна? – От зычного мужского голоса за кадром у меня мурашки пробегают по телу.
– Я же говорю, никем. – Инга заметно нервничает и теребит ремешок сумки у себя в пальцах. – Что происходит вообще?
– Как что? Гражданка написала на вас заявление по статьям сто пятнадцать и сто тридцать три УК РФ. Знаете такие?
Инга отчаянно трясет головой.
– Это умышленное причинение легкого вреда здоровью. И понуждение к действиям сексуального характера, – грозно выдает мужчина.
– Но я... – Глаза Майер испуганно наполняются слезами. – Не понимаю. Я же ничего не сделала.
– А мы вот сейчас у вас из-под ноготочков биоматериал возьмем на экспертизу, сравним с образцами, взятыми у гражданки Шайбаковой, и тогда будет понятно, что и как вы делали.
Инга в панике оглядывает свой ярко-красный маникюр:
– Вы про царапины на спине у Адель? Так я же просто пошутила. Я не приставала к ней. У нас ничего не было.
– Странные у вас шуточки, гражданка Майер. Наносить телесные увечья другим. Вам сроки наказания за это озвучить? – Голос мужчины за кадром лишь нагнетает жути.
– Какие сроки? Меня что, в тюрьму теперь? Это же просто ради прикола было... – Инга, подскочив со стула, вот-вот готова разрыдаться...
Видео останавливается, а Адель забирает у меня, опешившей, телефон из рук.
– Там дальше и продолжение есть, как Майер рыдает, но, думаю, и из этого тебе все должно быть понятно, – спокойно подводит она итог.
Я несколько секунд молчу, пока дождь барабанит изо всех сил в лобовое стекло. С ума сойти! Что это только что было?
– Она просто так расцарапала тебе спину? – неуверенно тяну я, косо поглядывая на Адель, сидящую за рулем.
– Ну... – Она ежится от промокшей кофты и включает подачу теплого воздуха в салон. – Сначала пыталась меня поцеловать, я отшила, но она оказалась бешеной. А потом я после твоего звонка сразу же уехала черпать воду из ванной.
Хмурюсь. Перевариваю её слова, сопоставляя события.
– То есть это было в тот день, когда у меня был потоп? Ты же сказала, что я вытащила тебя из дому?
Почесав кончик носа, Деля виновато опускает голову:
– Вот тут каюсь. Соврала. Мы были на дне рождения у друга, и туда эта придурочная пришла тоже.
Хмурюсь еще сильнее, скрещивая на груди руки.
– А зачем врала? – На полную включаю того самого дяденьку, что вел допрос на видео.
– Наверное, не хотела обидеть тем, что тусуюсь где-то без тебя... – Салон машины заполняется невероятно тяжелым вздохом Адель. – Но я же не виновата. Так что? Я все еще гадкий лжец? – Карие глаза хитро поглядывают в мою сторону.
Демонстративно отворачиваюсь к окну, но мне уже не так тошно, как было всего пару часов назад. Господи, ну вот откуда она такая взялась, Шайбакова? То есть все эти дни я рыдала просто так? Похоже, мне придется объявлять капитуляцию...
– Ты сумасшедшая, – бурчу я, старательно пряча улыбку. – Как ты вообще это все провернула? Майер... заявление...
– Есть родственные связи в полиции. Уломала на крохотное представление. Потом договорилась о встрече с Ингой, только она не знала, что это будет не ресторан, а ОВД. И результат на видео. Рыжая – глупая как пробка, повелась на все двести процентов. Адвоката просила. Думаю, теперь творить такую дичь у нее отпадет желание.
– И ты еще меня зовешь странной? А сама что учудила?
– Я просто хочу, чтобы ты мне верила, – понизив голос, твердо произносит Деля.
Вздрагиваю и порачиваюсь к ней. Несколько мгновений тишины, взгляд друг на друга в глаза – и вот уже воздуха стало катастрофически не хватать. Пальцы Адель тянутся к моему лицу. Осторожно касаются моих спутанных, мокрых волос и заправляют их мне за ухо.
– Замерзла? – сипит Деля.
И только в этот момент я ощущаю, что всю меня бьет крупной дрожью. И возможно, это совсем не от холода. Обжигающе теплая ладонь Адель все еще у моего лица.
– Тогда поехали домой, – устало вздыхает она, и я согласно киваю.
Но через пять минут уже буравлю вопросительным взглядом свою водительницу:
– Но дорога в мой район немного не там...
– До тебя ехать через весь город по пробкам. Моя квартира в пяти минутах ходьбы от набережной, а ты мокрая насквозь. Логично? – сосредоточенно говорит Адель, не отрывая взгляда от дороги.
Я бы сказала, что это хитро и умно, но, поджав губы, смущенно молчу, так как горячая ладонь Адель касается моей. Крепко переплетая наши пальцы, она едва заметно приподнимает уголки своих губ, продолжая смотреть вперед.
* * *
Оказавшись в уже в знакомой квартире с огромным коридором и картинами на стене, ощущаю себя странно. Полчаса назад мне казалось, что моя злость на Делю достигала размера Вселенной. А сейчас я неловко топчусь на её пороге. Может, у меня биполярное расстройство?
Тем временем Адель уже скидывает кроссовки и на пару оборотов закрывает за нами дверь. Мне хочется глупо улыбнуться. Все, я в логове злодея, которого не боюсь. И уже даже не злюсь, меня просто немного потряхивает.
Мысленно радуюсь, что она не включает свет в коридоре. Намокшая, продрогшая, волосы спутанными прядями торчат в разные стороны. Меньше всего хочу, чтобы Деля рассматривала меня такой...
Но именно сейчас она пристально вглядывается в мое лицо.
– Что? – спрашиваю тихо.
– Сухие полотенца в ванной, которая полностью в твоем распоряжении. Тебе надо согреться, а то у тебя зуб на зуб не попадает, – сдержанно улыбается Адель.
– А ты?
– Ты предлагаешь принять душ вместе? – Глаза Дели иронично вспыхивают.
– Нет, я в смысле... ну... – мямлю я, готовая провалиться сквозь землю от смущения. Я ведь не это имела в виду! – Ты тоже промокла, и, может, тебе первой...
– Лесь. Иди. В ванную, – мягко велит Адель, слегка наклоняясь ко мне, и её губы расплываются в улыбке.
На ватных ногах я выскальзываю из-под её взгляда в сторону ванной. Но допускаю крошечную оплошность: оборачиваюсь, прежде чем скрыться за дверью. Вижу, как Адель, топая в свою комнату, стягивает на ходу кофту через голову, обнажая рельефные мышцы широкой спины. Мне больше не холодно. Мое продрогшее тело вспыхивает. Чувствую, что таю как мороженое. И меня больше не смущают еще заметные следы царапин.
Зажмурившись, прячусь в ванной. Вдох. Выдох. И я медленно стекаю по закрытой двери на пол.