Глава 17
Леся
Мне кажется, что внутри меня взрывается Вселенная, но я не в силах пошевелиться.
Губы Адель теплые, очень настойчивые и на вкус как фруктовая жвачка. А я даже не знаю, как целоваться. Поэтому, когда Адель мягко углубляет поцелуй, я лишь послушно подстраиваюсь, пропуская её язык к своему. И все мои нервные окончания пронизывает ток. Я не целую Адель. Даже не двигаю губами. Она целует меня. Уверенно и напористо.
Это так странно и так ярко, что я сама не понимаю, как издаю тихий беспомощный стон. В ответ ладони Адель сильнее сжимаются и на моей талии, и на затылке. А под моим ладонями бешено барабанит её сердце. Демонстративное покашливание Смирнова становится для нас как удар плетью. Мы отшатываемся друг от друга. Зрачки Адель расширены. Мои губы пылают. Щеки горят. И ноги ватные настолько, что хочется прямо здесь и сейчас опуститься на пол. Если бы не рука Адель, все еще придерживающая меня за талию, я бы рухнула.Едва видимый кадык Шайбаковой дергается, а уже через секунду растерянность на лице Дели исчезает, сменяясь самоуверенной ухмылкой.
Она что-то говорит Смирнову, только я не понимаю что. В моей голове пустота, такая обволакивающая, что становится абсолютно наплевать, почему Алекс поджимает губы, а Адель уводит меня от него с лицом победителя. Из столовой нас провожает бессчетное количество пристальных взглядов.
– Зачет, – тихо произносит Адель, все еще приобнимая меня, – подыграла на все сто. Алеша повержен по всем фронтам. Блин, – она неожиданно тормозит и с досадой вздыхает, – забыла куртку в столовке. Придется вернуться.
И эта расслабленная интонация в хриплом голосе наконец выводит меня из ступора. На меня ледяным душем обрушивается осознание. Я только что целовалась с Адель. При всех. При Алексе. Прямо перед его носом. Черт возьми! Нет. Это Адель поцеловала меня.
И кислород в легких превращается во что-то тяжелое и тягучее, а в глазах почему-то начинает невыносимо пощипывать. Я вырываюсь из рук Дели. Мне глубоко чихать на её забытую куртку. Я сейчас просто задохнусь от жара в груди. Адель удивленно приподнимает брови, а у меня проходит ток по всем нервным окончаниям. Я срываюсь. С размаха даю Адель звонкую пощечину.
– Ауч, – шипит она, схватившись за щеку, где тотчас загорается след от моей ладони. – За что, Люгер? – В её голосе слышна чуть ли не вселенская обида.
По её бесстыже-искренним глазам понятно: Адель реально не понимает. Делаю шаг, вздергиваю подбородок, тычу пальцем в её грудь и яростно смотрю на неё.
– Ты... ты... – От лавины эмоций слова в голове не складываются. – Обнаглела вконец!
– Я вообще-то действовала по ситуации, а то смотрю, ты как-то слишком быстро сливаешься к своему Алеше при живой-то девушке, – ехидно бормочет Деля, потирая щеку.
– Мы просто разговаривали.
– А это просто поцелуй. – Адель разводит руками. – Мы же с тобой все еще изображаем любовь, – рисует она в воздухе пальцами кавычки. – Забыла?
– Ты взяла и поцеловала меня на глазах у всех!
– И что? Теперь надо возмущаться, как будто это событие века? Или ты до этого никогда не целовалась, вся такая невинная, а я монстр, пришла и... – Она резко замолкает, и ухмылка сползает с её губ, потому что я тоже меняюсь в лице. Оно у меня просто полыхает. Своим молчанием я выдаю себя с головой. – Серьезно? Ты никогда не... – На лице Адель читается неподдельное недоумение.
Мне почему-то становится жутко стыдно и неприятно. Чувствую себя какой-то неведомой зверушкой, которую сейчас рассматривают с таким недоверием и изумлением.
Ну конечно же! Шайбакова ведь привыкла к другому уровню девушек: яркие, доступные, опытные. А я... А я немного забыла, зачем вообще все это затевалось. Но почему у меня так щемит в груди и хочется провалиться куда-то под плинтус? Что она там говорила про монстра? Да, Адель – монстр, от которого мне сейчас очень хочется куда-нибудь спрятаться.
– Я на пару, – ледяным тоном отрезаю я. Стараюсь смотреть куда угодно, только не на недоуменно хлопающую глазами Адель.
Слишком много для меня внимания на сегодняшний день. Развернувшись, оставляю Делю у себя за спиной. Прижимаю сумку к груди и стараюсь дышать ровно. Вдох. Выдох. Вот черт! Ну почему так покалывает жаром мои губы?
– Олесь... – разносится по коридору тяжелый вздох.
Но я лишь ускоряю шаг. Только вот легче не дышится. У меня во рту все еще привкус сладкого языка Адель... А в ушах стоит хриплое «кис». И я вдруг понимаю, что от монстра нельзя спрятаться за тетрадью и учебником. От монстра прячутся дома под одеялом.
Сегодня я не только первый раз поцеловалась, но и прогуляла все оставшиеся пары...
Доброе утро, как началось ваше утро? мое я банки редбулла,сигареты и новых глав.
Сегодня постараюсь выложить 3-8 глав