63
Ночь выдалась тяжёлой.
Очень тяжёлой.
Аой словно решила проверить терпение всех взрослых сразу.
То спала.
То просыпалась.
То снова спала.
То снова плакала.
К двум часам ночи Лилии уже едва держалась на ногах.
- Я сейчас усну стоя...
Пробормотала она.
- Иди спать.
Сказала Т/и.
- Но Аой...
- Мы разберёмся.
Лилии хотела возразить.
Правда хотела.
Но усталость победила.
Через пять минут она уже спала.
Крепко.
Настолько крепко, что даже не услышала, как Аой снова расплакалась.
Т/и сидела в кабинете над документами.
Именно тогда она услышала плач.
Сначала проигнорировала.
Потом ещё раз услышала.
Потом третий.
- Чёрт.
Тихо вздохнула она.
Документы были отложены.
Через минуту Т/и уже вошла в детскую.
Аой плакала изо всех сил.
Маленькие кулачки были сжаты.
Лицо покраснело.
- Ну и чего ты кричишь?
Тихо спросила Т/и.
Аой ответила ещё более громким плачем.
- Понятно.
Аргументы закончились.
Т/и осторожно подняла её на руки.
- Тихо.
Тихо.
Она начала медленно ходить по комнате.
Покачивая ребёнка.
Удивительно.
Но спустя несколько минут плач начал стихать.
- Вот так.
Маленькая ладошка ухватилась за ворот её рубашки.
- Шантажистка.
Тихо пробормотала Т/и.
Аой зевнула.
Именно в этот момент дверь слегка открылась.
В комнату вошёл Майки.
Он тоже услышал плач.
И пришёл проверить, что случилось.
Но остановился на пороге.
Потому что увидел очень знакомую картину.
Т/и медленно ходила по комнате.
На руках спала Аой.
Лунный свет падал через окно.
В комнате было тихо.
Настолько тихо, что Майки невольно замер.
Т/и заметила его не сразу.
- Чего стоишь?
- Смотрю.
- На что?
- На тебя.
Т/и закатила глаза.
- Очень содержательно.
Но Майки продолжал смотреть.
Потому что память уже утащила его далеко назад.
На много лет назад.
Когда родился Сиель.
Когда они сами были моложе.
Глупее.
И гораздо менее опытными родителями.
- Помнишь?
Тихо спросил Майки.
Т/и посмотрела на него.
- Что именно?
- Ты вообще боялась брать Сиеля на руки.
- Неправда.
- Правда.
- Неправда.
- Ты держала его так, будто он сейчас взорвётся.
Т/и фыркнула.
- Потому что он был маленький.
- Все дети маленькие.
- Сиель был особенно маленький.
- Он был нормальным.
- Нет.
- Да.
- Нет.
Майки невольно улыбнулся.
- А ещё ты запрещала всем шуметь.
- Потому что вы шумели.
- Ты выгнала из дома пятнадцать человек.
- Они шумели.
- Ты выгнала меня.
- Ты тоже шумел.
- Я был его отцом.
- И очень шумным человеком.
Несколько секунд они молчали.
Аой спокойно спала на руках Т/и.
Майки вдруг тихо рассмеялся.
- Помнишь свой токсикоз?
- Нет.
- Врёшь.
- Не помню.
- Ты прогнала меня из спальни.
- Потому что от тебя пахло.
- Я мылся три раза в день.
- Всё равно пахло.
- Это было оскорбительно.
- Это была беременность.
На этот раз рассмеялась уже сама Т/и.
Негромко.
Почти незаметно.
Майки давно не слышал этот смех.
И вдруг понял, насколько сильно скучал по таким моментам.
Без кланов.
Без войны.
Без политики.
Без бесконечных проблем.
Просто ночь.
Тишина.
Ребёнок.
И женщина рядом.
В какой-то момент Т/и посмотрела на спящую Аой.
Потом тихо произнесла:
- Она похожа на Лилии.
- Да.
Согласился Майки.
- Хорошо.
- Почему?
- Значит, хоть кто-то в этой семье будет нормальным.
Майки рассмеялся так громко, что Т/и тут же шикнула на него.
- Разбудишь ребёнка.
- Прости.
- Идиот.
Но в этот раз в её голосе не было раздражения.
Только привычное тепло, которое они оба слишком долго не могли себе позволить.