6 глава
Аэропорт. Бесконечный поток людей, гул голосов, скрип чемоданов по плитке. Василий стоит у выхода, сжав челюсть до хруста, и в сотый раз проверяет телефон – ни фото, ни описания, ни даже имени. Просто: "Встретьте в 18:30
— Ну конечно, блядь,шипит он про себя, закуривая третью сигарету за десять минут. Я же ебучий экстрасенс!
Он уже мысленно разнес вдребезги весь московский департамент, начальника, который не удосужился прислать хоть какие-то приметы, и всю эту проклятую систему, где даже в убийствах бардак.
— Может, у него блядь табличка на лбу: "Я – следак"?
Пассажиры идут нескончаемым потоком. Деловая сволочь в костюмах. Туристы с рюкзаками. Бабульки с авоськами.Где, сука, этот московский гений?**
Василий уже представил, как завтра пишет рапорт: "Не опознали следователя, так как он не светился в темноте и не летел на херовой метле".
Толпа в аэропорту расступилась, и к Василию быстрым, чётким шагом двинулась девушка. Не просто девушка — ледяная статуя в строгом костюме. Темные волосы собраны в тугой узел, взгляд острый, как скальпель, губы сжаты в тонкую линию. В одной руке — деловая сумка, в другой — папка с делом, которое, кажется, уже успело пропитаться ее холодной яростью.
— Добрый вечер. Я Екатерина. Следователь по особо важным делам.
Её голос не оставлял сомнений — это не просьба, не знакомство. Это констатация факта.
Василий замер.
Он ожидал мужика с бородой, бывалого опера, юного пацана с амбициями — кого угодно, но не её.
— Э-э... — выдавил он, мозг лихорадочно перебирал варианты реакции.
Да, он знал, что женщины тоже бывают следователями. Теоретически. Но в его городе, в его отделе, все сыщики — крепкие мужики с сигаретой в зубах и с запахам пороха
А тут... Эта
Хрупкая?Нет. Мягкая? Да хрен там.
Она смотрела на него так, будто уже раскрыла дело. И виновный — он.
— Василий? — переспросила она, и в её интонации прозвучало: "Если ты не он — мне плевать, но ответь правильно"
— Да, я...— он кивнул, внезапно ощутив себя первоклашкой перед строгой училкой
Отлично.Она не улыбнулась. — В машину. По дороге расскажете, что у вас тут за цирк.
И, не дожидаясь ответа, развернулась и пошла к выходу, будто уверена на сто процентов, что он поспешит следом.
Василий впился пальцами в руль, давя педаль газа чуть сильнее, чем нужно. Где-то между третьей и пятой мысленной матерщиной в адрес начальства он украдкой косился в зеркало заднего вида.
Там сидела она.
Екатерина
Не в переднем кресле, как равная, а сзади — словно пассажир такси, которому плевать на водилу. Глаза упёрты в документы , поза нарочито расслаблена, будто она уже знает всё, что он мог бы сказать.
— Блядь, ну зачем... мысленно завыл Василий. Прислали куколку, теперь будет тут из себя профи корчить...
Он ждал, что она сейчас начнёт.
"У вас тут бардак".
"Почему труп трогал "Где протоколы?".
Но тишина затягивалась. Только шум двигателя да стук колёс по разбитой дороге.
Давила.
Специально.
Он чувствовал она играет. Ждёт, когда он не выдержит, лопнет, как перегретый паровой котёл. Сдастся первым.
— Сука... внутренне скрипел он зубами.
И вдруг...
— Вы всегда так водите? её голос разрезал тишина, холодный и ровный, как лезвие.
Как? огрызнулся Василий, хотя прекрасно понял.
Как будто хотите насмерть сбить кого-то. Она подняла глаза не на дорогу, а прямо в зеркало. В него.— Или уже сбили?
Пауза.
— ...Хорошая попытка, пронеслось в голове Василия. Но я не лопну.
Он фальшиво усмехнулся и намеренно сбросил скорость, будто демонстрируя: "Видишь, какая я осторожная?"
— Нервы, буркнул он. У нас тут не Москва, знаете ли. Людей режут, вешают в парках...
— Да? она приподняла бровь, закрывая папку. А я думала, у вас тут самоубийства.
БАМ.
Вот сука.
Василий стиснул зубы .Значит, она уже в курсе его "версии".
Я так понимаю, вы ещё не опозна́ли, кто жертва? — спросила Екатерина, не отрываясь от бумаг.
Голос ровный, без эмоций, но Василий сразу понял это не вопрос. Это удар.
Блять! пронеслось у него в голове. — Конечно, не опознали! Сегодня выходной, никто даже не пытался!
Но она-то прекрасно знала.
Он стиснул зубы, чувствуя, как горячая волна злости подкатывает к горлу.
Документы при ней не нашли, сквозь зубы процедил он. Личность устанавливаем.
Она медленно подняла глаза — ледяные, насмешливые.
То есть, шесть часов с момента обнаружения, а вы даже не проверили базу пропавших?
Фраза висела в воздухе, как приговор.
Василий резко дёрнул плечом, будто отмахиваясь от осы.
Машина резко дернулась на выбоине, но Екатерина даже не пошатнулась сидела неподвижно, как статуя, лишь пальцы слегка подрагивали над застёжкой папки.
— Ладно, Василий, её голос резанул тишину, ровный и безжалостный, как скальпель. —Я установила, кем была жертва. Расскажу всё в участке, всем следователям.
Василий сжал руль так, что костяшки побелели.
— Насчёт тела... — она замолчала на секунду, и в этой паузе повисло что-то тяжёлое, — мне нужно будет осмотреть его лично.
Лично.
Это слово прожгло его, как раскалённая игла
Он вздрогнул, представив, как эта холодная московская стерва будет разглядывать* изуродованное тело девушки, **ворошить раны, искать то, что они пропустили...
— Ты чё, не веришь нашим криминалистам? вырвалось у него грубее, чем он планировал*
Она не ответила сразу. Только повернула голову к окну, где мелькали грязные фасады спальных районов.
-Я не верю никому, наконец сказала она. Особенно тем, кто называет два ножевых и повешение считаеться самоубийством
И вот они приехали в участок
Дверь кабинета распахнулась с громким стуком, и в проеме возникла Екатерина — стройная, собранная, с ледяным взглядом.
Александр, сидевший на краешке стола с потрёпанной папкой в руках, замер с полуоткрытым ртом. Двое других следователей — Коля, коренастый детина с вечными синяками под глазами, и Сергей, лысеющий ветеран МВД — оторвались от бумаг и уставились на неё, как на призрак.
Бля…невольно вырвалось у Коли.
Это кто? прошептал Сергей, но так, что слышали все.
Екатерина не моргнула.
Екатерина Орлова. Следователь по особо важным делам из Москвы, представилась она ровным, как сталь, голосом, даже не утруждая себя кивком.
Александр медленно сполз со стола, переглянулся с Василием в его взгляде читалось: Ты серьёзно? Это и есть наш "московский гений"?
Ну… добро пожаловать, пробормотал он, нервно потирая шею.
Екатерина прошла в центр комнаты, положила папку на стол и открыла её с таким видом, будто раскрывает карты в покере.
Жертва Алина Громова, 16 лет. Училась в школе номер 30. Пропала три дня назад. Родственники заявление не подавали думали, уехала к парню.
Она подняла фото при жизни девушка была красивой: тёмные волосы, большие глаза, улыбка с хитринкой. Теперь посмотрим, что с ней сделали.
И достала снимки с места преступления.
Тишина.
Александр побледнел. Коля отвернулся. Сергей тяжело вздохнул.
Бля очень жаль.. снова выругался Коля, но уже беззлобно, почти с отчаянием*.
Василий стоял у стены, скрестив руки, но внутри всё кипело.
Кто-то знал её. Кто-то, кому она доверяла, продолжила Екатерина. Два удара ножом не хаос, а расчёт. Повешение театр. Это не первое убийство.
Откуда ты…начал Александр, но она перебила, не повышая голоса:
Потому что самоубийцы не вешают себя голыми в парках. И не наносят себе посмертные удары в сердце от которых сразу же умирают, а повешена она была уже после смерти
Пауза
Вы что, правда думали, что это самовыпил?
Всё, хватит. Идём в морг, резко сказала Екатерина, захлопывая папку. Я должна увидеть тело.
И, не дожидаясь ответа, развернулась и пошла к выходу
Следователи переглянулись
Ну и стерва… прошептал Коля.
Зато не дура, хрипло ответил Сергей.
Александр тяжело вздохнул и потёр лицо ладонями.
Ебаторий… теперь точно без выходных.
Василий молча вышел вслед за Екатериной.