Глава XVII. Боль
Есть три стадии боли. Отрицание — когда ты убеждаешь себя, что всё это происходит не с тобой, что это просто дурной сон. Принятие — когда ты больше не сопротивляешься, позволяешь боли существовать рядом. И пустота — когда боль уходит, но вместе с ней исчезает и часть тебя. Когда ты больше не злишься, не надеешься. Просто существуешь.
Вероника находилась на той самой третьей стадии. Самой тихой и самой страшной. Когда они облетали лабиринт на вертолёте, то девушка даже не глянула в окно. Всё происходящее казалось нереальным, лишённым смысла.
Пока остальные разговаривали с мужчинами в форме, шатенка сидела в углу. Прижав к груди колени, она уткнулась в них. Прикрыла своё лицо волосами, чтобы никто не видел её солёных дорожек. Вероника была опустошена. Но даже при таком раскладе слёзы продолжали скатываться.
Ньют вначале хотел поддержать подругу, находясь рядом. Пытался завязать разговор. Отвлечь девушку от плохих мыслей. Но всё было напрасно. Веронике нужно было время. Поэтому спустя несколько попыток, светловолосый вздохнул и отвернулся. Но всё равно сидел рядом с ней, периодически поглядывая на разбитую шатенку.
Сколько времени прошло она не знала. Но вскоре вертолёт приземлился, и вооружённые люди стали что-то кричать.
— Вперёд! Нужно уходить, быстрее!
Один из мужчин резко схватил Веронику за руку, вытаскивая из вертолёта. Он махал руками, показывая на огромное и единственное здание в этой пустынной местности.
— Беги туда, скорее! — скомандовал мужчина, доставая своё оружие. Девушка лишь могла слабо кивнуть.
Пока Вероника бежала к большим железным воротам, слышала много выстрелов. Происходил полный хаос. Мужчины в форме отстреливались от какой-то непонятной угрозы. Шатенка в этот момент мало, что понимала. Просто следовала приказу.
Здание горело разными фонарями. И это было просто нечто. Если бы Вероника не чувствовала себя ужасно, то может быть, даже оценила архитектуру строения.
Девушка забежала в здание прям за Томасом. А затем ворота закрылись. Наконец можно было осмотреть помещение. Высокие металлические конструкции, балки, лестницы и платформы на нескольких уровнях. Всё это выглядело очень масштабно. По бокам стояли погрузчики, контейнеры и ящики. В глубине виднелось множество огней, техники и рабочих зон. Но самое главное, что привлекло внимание Вероники, так это много людей в тактической экипировке.
Уверенной походкой к ним приближался мужчина. Он был одет как обычный человек: простые штаны, кофта с высоким воротом и кожаная куртка. Тёмные волосы, но кое-где уже проступила седина.
— Как жизнь, ребята? Простите за суматоху. Мы столкнулись с заражёнными, — мужчина говорил ровно, без запинок. Но девушка будто увидела в его глазах лукавство.
— Кто вы? — спросил Томас, недоверчиво оглядев незнакомого мужчину.
— Тот, благодаря кому, вы ещё живы, — с улыбкой ответил он. — А теперь все за мной. Мы приведём вас в порядок.
После своих слов, мужчина направился вглубь этого непонятного цеха. Переглянувшись, друзья отправились за ним. Вероника не доверяла ему. Как и не доверяла здесь всем остальным. Но выбора у них, к сожалению, не было.
— Можете звать меня мистер Дженсон. Я здесь Главный. Для нас это укрытие. Спасение от ужасов внешнего мира. Можете считать это место транзитной станцией. Неким домом, между домами. — рассказывал он, ведя прибывших за собой.
— Нас отправят домой? — с надеждой проговорил Томас, сжимая кулаки. Ему здесь не нравилось.
— Да, в некотором роде. К несчастью, от ваших домов почти ничего не осталось. Но у нас есть одно место для вас. Убежище. Оно находится сразу за Жаровней. Где ПОРОК не сможет вас найти. Что на это скажете?
— Зачем помогать нам? — справа от девушки раздался голос Минхо. Ему тоже всё это казалось странным.
— Мир снаружи оказался в довольно шатком положении. Мы висим на очень тонком волоске. Тот факт, что вы детки, устойчивы к вирусу, делает вас лучшим шансом человечества на выживание. К сожалению, это же делает вас мишенью. Как вы уже наверняка заметили.
Вероника слушала мужчину внимательно. Но от этого не верила ему больше. Всё её нутро кричало о том, что он плохой человек. Интуиция подсказывала убегать от него прямо сейчас. Но логика поумерила этот пыл. Им некуда бежать. С одной ловушки, они попали в другую. Свободой тут и не пахло.
Наконец Дженсон остановился возле железной двери. Мужчина достал с кармана ключ-карту, и провёл ею по панели доступа. Дверь тут же начала подниматься вверх, открываясь.
— За этой дверью лежит начало вашей новой жизни. Но сперва, избавимся от этого запаха. И от этого внешнего вида, — проговорил Дженсон, оглядывая Веронику сверху вниз.
Девушка нахмурилась, понимая, что он говорит о ней. Её руки до сих пор были в засохшей крови Коннора. Грязная одежда, спутанные волосы. Шатенка впервые за всё это время вышла вперёд.
— Прошу прощения, мистер Дженсон, что не подготовилась к вашему внезапному появлению, — с сарказмом сказала Вероника, разведя руки в сторону.
— Дерзкая на язык, — нахмурился Дженсон лишь на секунду. А затем на его лице показалась всё такая же расслабленная улыбка. — Идите за мной.
Спустя некоторое время их наконец-то разделили. Парни ушли в мужскую душевую. А девушек отправили в женскую. Дали им самое необходимое. Полотенце, сменную одежду и средства гигиены.
Душевые находились не в лучшем состоянии, но это было не так важно. Встав под душ, Вероника начала смывать с себя всю грязь и кровь. Хотелось бы ещё смыть и образ мёртвого Коннора с головы. Но он будто засел в мыслях.
Терезе хватило минут десять, чтобы принять душ. А затем попрощавшись, она удалилась, оставляя Веронику саму со своими мыслями.
Шатенка тёрла мылом свои руки. Казалось, что кровь въелась в кожу. Но девушка не останавливалась. Вода окрасилась в бурый и стекала вниз, прямо в слив. Запястье и ладони болели от того, с какой силой Вероника натирала их.
Не выдержав, девушка скатилась вниз по стенке. Вода лилась сверху на голову, заливая лицо. Но ей было всё равно. Отдавшись эмоциям, она снова зарыдала. Теперь уже тихо. Так, чтобы никто её не услышал. Лишь всхлипы доносились от содрогающегося тела. Но и они быстро смолкали под шумом воды, струящейся в душе.
Вероника понимала, что нужно оставить всё прошлое позади. Понимала, что она должна пытаться выжить со своими друзьями. Но как только девушка закрывала глаза, то видела Коннора. Его нежную улыбку и кристально мёртвые глаза. Это сводило с ума. Заставляло задуматься о том, что и она и все её друзья могут умереть в один момент.
Схватившись за волосы, Вероника оттянула их. Старалась причинить себе хоть какую-то физическую боль. Ведь внутренняя рвала её на куски.
Что она сможет сделать, если угроза снова появится? Что она сможет предпринять, если её друзья окажутся на волосок от смерти?
Ничего
Вероника со всей силы сжала руки в кулаки. А затем задумалась. Она ведь правда помогала, когда могла. Спасла Коннора из лабиринта, сделала ему операцию, помогла прийти в себя и снова начать ходить. Спасла жизнь Алби и Минхо вместе с Томасом. Рванула на помощь к Чаку.
Девушка вовсе не беспомощная. Просто сделала всё, что было в её силах. Но даже так потеряла троих близких людей.
«Мне нужно стать сильнее...» — подумала Вероника.
Успокоившись, шатенка схватила шампунь и позволила себе нормально принять душ.
Наконец Вероника смогла переодеться в чистую одежду. Широкие, тёмные штаны с карманами были слегка велики, но девушка их утянула по своей фигуре. Чёрная майка сидела как влитая. Красный кардиган дополнял образ, согревая тело.
Выйдя из душевой, девушка наткнулась на незнакомого мужчину. Он был одет в специальную форму. И скорее всего являлся охранником.
— Иди за мной, — скомандовал мужчина, и пошагал в неизвестном направлении. Вероника глубоко вздохнула и поплелась за ним.
Вскоре они оказались в медицинской части. Здесь, будто жила совсем другая жизнь. Люди ходили в медицинских халатах, держа в руках колбы и лекарства. Некоторые проводили исследования. Помещение было разделено ширмами. В разных уголках комнаты находились шкафы с множеством разных лекарственных средств.
И снова стерилость. Белые стены. Поражающая чистота. Вероника будто попала в один из своих снов. Дыхание участилось, сердце забилось быстрее. Страх поселился внутри девушки.
Но она пришла в себя, когда увидела своих друзей. Целых и невредимых. Минхо держал хороший темп на беговой дорожке. Ньют сидел напротив медика, тихо о чём-то переговариваясь. У Томаса и Чака брали из вены кровь. Остальные так же были заняты. Камень с души Вероники упал.
Увидев одиноко стоявшую девушку, к ней тут же подбежала женщина. Она поправила свои очки, а затем заговорила:
— Привет. Тебе нужно сделать несколько анализов. Пройдём за мной.
Женщина поправила свой блондинистый высокий хвост и указала в сторону свободного места. Столик, стулья и большой ящик с разновидностями таблеток. Вероника могла лишь кивнуть.
Как только девушка опустилась на стул, медик задвинула ширму, создавая ощущение уединения. Вероника вопросительно приподняла бровь.
— Не волнуйся. Это просто для того, чтобы лишние глаза ничего не увидели, — ответила быстро женщина на немой вопрос.
— И чтобы лишние уши ничего не подслушали? — ухмыльнулась Вероника, откидываясь на спинку стула.
Женщина искренне рассмеялась, и на её щеках появились ямочки. В ней не чувствовалось ни лжи, ни фальши. Скорее наоборот. Она располагала к себе и вызывала доверие.
— Может быть, — наконец проговорила медик, садясь напротив Вероники. Её голубые глаза изучали лицо девушки. — Меня зовут Карен.
— Вероника.
Начался обычный осмотр. Медик спрашивала самые базовые вопросы. Не беспокоит ли девушку что-то, как она себя чувствует и не возникали ли у неё неприятные ощущения в последнее время. Ответы она аккуратным почерком записывала в медицинскую карточку.
Вероника говорила правду. Лишь умолчала о том, откуда у неё появилось ранение на плече. Карен впринципе и не спрашивала. Закончив заполнять карточку, медик обработала все ссадины и раны на теле шатенки.
— Нога уже практически впорядке, — нежным голосом сказала женщина, размазывая мазь по лодыжке.
— Спасибо.
Карен делала все махинации уверенно. Было понятно, что женщина в медицине много лет.
— Ну а теперь, нужно взять у тебя немного крови для анализа.
Вероника почувствовала лёгкое головокружение и слабость. Виски отозвались тупой болью. Воспоминания.
— Запомни, Ронни, — говорила Тэссия, сидя напротив своей младшей сестры. Её медицинский белый халат был расстегнутый. Выглядела она довольно уставшей. — Никому не позволяй брать у тебя кровь.
— Почему? — спросила Вероника, с непонимаем уставившись на брюнетку.
— Потому что это может быть опасно для тебя, —Тэссия устало вздохнула и потерла виски. — Ты ещё слишком мала, чтобы понимать, насколько.
Туман рассеился. Вероника пришла в чувство уже тогда, когда Карен хотела воткнуть иглу в вену. Девушка среагировала быстро. Выдернув руку, она тут же спрятала её за спину.
— Нет! — воскликнула шатенка, вставая со стула. Медик приподняла бровь, непонимая такой резкой смены настроения у юной девушки.
— Почему? Что-то случилось? — волнительно спросила Карен, сильнее сжимая катетер в руке.
— Я не хочу, чтобы вы брали у меня кровь. Даже для анализа, — сказала как отрезала Вероника и посмотрела прямо в упор на женщину.
Карен хмыкнула и задумалась. По протоколу, медик должна взять у девчонки кровь. Иначе, это будет являться нарушением. Но делать какие-то махинации против воли самой пациентки — аморально.
— Ладно. Обойдёмся без анализа твоей крови, — тихо вынесла вердикт женщина.
Вероника расслабленно выдохнула. Но мысль пришла мгновенно. Если Карен расскажет о том, что девушка так бурно отреагировала, то могут быть проблемы.
***
Столовая оказалась даже больше, чем Вероника предполагала. Длинные столы, чтобы места хватило на всех. Лавочки. Подносы с едой стояли на столе для каждого человека. И на удивление девушки, здесь было достаточно подростков.
Томас показался в проходе и уже двигался к ребятам. Дженсон захотел поговорить с ним лично. И внутри шатенки стало крепнуть плохое предчувствие. Она сделала себе в мыслях пометку, что обязательно поговорит с Томасом. И про его разговор с этим странным мужчиной, и про его воспоминания. Может он рассказал ребятам не всё. А любая информация про Тэссию не будет лишней.
Вероника сидела между Минхо и Ньютом. А напротив расположились парни из другого лабиринта. И один из них то и дело поглядывал на девушку, из-за чего ей ужасно хотелось врезать ему. Но она сдерживалась. Пока что.
— Вы правда из другого лабиринта? — спросил Томас, садясь возле светловолосого. Его заинтересованный взгляд был направлен на незнакомых парней.
— Здесь все из разных лабиринтов, — хмыкнул парниша. Хоть он и отвечал Томасу, но он не сводил своего взгляда с девушки. Вероника игнорировала его как могла.
— Сколько вы уже здесь? — проговорил Минхо, держа в руках стакан с чаем. Кормили здесь действительно неплохо.
— Не долго. День или два. Вон тот парень здесь дольше всех. Почти неделю, — ответил он, указывая головой на того, про кого и шла речь.
Парень сидел совсем один. Отстранённый, замкнутый, странный. Его лица не было видно из-за капюшона, который он натянул почти до глаз.
— Он был с одними девчонками. Некоторым везёт, — ухмыльнулся парниша, и словно невзначай коснулся руки Вероники.
Девушка сразу же подняла голову, и с презрительным взглядом оглядела того, кто нарушил её покой и личные границы. Бессмысленный для неё диалог она почти не слушала, пытаясь съесть хоть немного каши. Но кусок в горло не лез.
— А вам как я погляжу, хоть немного, но всё же повезло, — продолжил говорить он, стараясь игнорировать тяжёлые взгляды направленные на него. — Только девчонку жаль. Вас много, а она одна.
Ньют поменялся в лице мгновенно. От дружелюбности не осталось и следа. Он уже хотел что-то сказать, как его перебила лучшая подруга.
— Если ты сейчас не заткнешься, я воткну тебе вилку в задницу. Считай, повезло, что не в глаз, — ухмыльнулась Вероника, крепче сжимая вилку в руке. Вся эта ситуация начала её сильно раздражать.
Изначально девушка хотела вести себя очень тихо. Ни с кем не общаться. Замкнуться в себе, пока они не придумают, что им делать дальше. Но сейчас её план трещит по швам.
— А ты дерзкая однако, — игриво проговорил он, наклоняясь к шатенке ближе. — Таких затыкать ещё приятнее.
Взбешенная Вероника резко встала с лавочки. Но сильные руки тут же усадили её на место. Минхо схватил плечо девушки с правой стороны, а Ньют с левой. И как бы она не пыталась, двинуться не получалось.
— Я тебя сейчас сам заткну. Следи за своими словами, — выпалил холодно светловолосый. В его глазах появился недобрый огонёк.
— Да ладно вам, — махнул рукой подросток. — Я же просто пообщаться с вашей красоткой хотел. Откуда мне было знать, что она у вас такая бешеная?
На лице Вероники появился оскал. В следующий миг девушка вонзила вилку в стол. Прям в сантиметре от ладони незнакомого паренька. Он тут же вздрогнул, а его глаза расширились.
— Я не общаюсь с извращенцами. А тем более с такими, как ты. Ещё раз скажешь что-то в мою сторону, вилка окажется у тебя в анальном отверстии. Тебе явно будет приятно, — усмехнулась девушка, следя за тем, как парень напротив потерял дар речи.
Томас сразу же перевёл тему, но плохой осадок остался у каждого. Вероника продолжила разглядывать свою тарелку с едой, так и не притронувшись к ней. Аппетит пропал окончательно. Решив, что делать в столовой больше нечего, она решила уйти. Но как только шатенка постаралась встать, на её бедро легла рука Ньюта.
— Тебе нужно покушать, — прошептал блондин прямо на ухо девушке. Его горячее дыхание обожгло её ушную раковину.
— Я не хочу, — тихо проговорила она.
Ньют сжал её бедро сильнее, словно давая понять, что она не встанет с этого места, пока не поест. Вероника закатила глаза, но решила всё же хоть немного покушать. Её организм до сих пор был довольно слабым.
Вдруг в помещение вошёл Дженсон, держа в руках чёрную папку. Остальные подростки оживились, поворачивая голову к выходу, чтобы лучше видеть его. Сзади него стояли ещё двое мужчин в специальной экипировке.
— Добрый вечер господа и дамы. Всё как обычно. Если вас назовут, прошу вас подняться и подойти к моим коллегам. Они проводят вас в восточное крыло. Ваша новая жизнь вот-вот начнётся, — громко заявил Дженсон.
Послышались аплодисменты с разных сторон. Каждый, кто находился в столовой, хотел, чтобы назвали именно его имя. Они сидели в ожидании, пока мужчина открывал свою папку.
— Эвилин, Джастин, Питер, Элисон, Франклин и Эбигейл, — перечислил мужчина, снова закрывая папку. Те, кого не назвали, разочарованно вздохнули. — Не унывайте. Если бы я мог, я бы взял больше. А пока до завтра. Ваше время придёт.
Помахал Дженсон на прощание и вышел из столовой. Вероника лишь краем уха слушала, что именно говорил мужчина. Она была занята тем, что старательно пыталась запихать в себя побольше еды.
— Куда это они? — задал интересующий вопрос Минхо.
— Подальше отсюда. На какую-то ферму в убежище. Они берут лишь несколько человек за раз.
Девушка удивлённо приподняла бровь. Всё это казалось очень странным. А Дженсон и вовсе не вызывал доверия. Но Вероника обязательно с этим разберётся. Как разобралась со своей тарелкой с едой, съев почти всё.
***
Странности на этом не закончились. Терезу отвели в медицинскую часть, объяснив это тем, что ей нужно сделать ещё пару тестов. Но Вероника в это слабо верила. В этом месте каждый человек казался лживым и неискренним.
После плотного ужина ребят отвели в комнату. Если её можно было бы так назвать. Девушка бы сказала, что это самая обыкновенная тюрьма: без окон, под замком и с одними лишь двухъярусными кроватями.
Вероника выбрала себе нижнюю койку. Она лежала уже несколько часов, смотря вверх. Через железный каркас было видно матрас.
— Интересное занятие? — раздался бархатный голос рядом. Шатенке даже не пришлось поворачивать голову, чтобы узнать обладателя.
— Очень, — с сарказмом ответила она, не отвлекаясь от своего занятия.
Честно говоря, Вероника была бы не против поспать. Произошедшее слишком сильно её вымотало. Но сомкнуть глаза не получалось. Мёртвое тело Коннора преследовало её, не давая уснуть.
— Подвинься.
Наконец девушка обернулась. Возле её кровати стоял Ньют, засунув руки в карманы штанов. Осанка у него была ровной, но взгляд казался слишком грустным.
— Мне повторить? — усмехнулся блондин, заметив озадаченный вид девушки.
Вероника закатила глаза, но всё же придвинулась к стенке, освобождая место. Ньют улыбнулся и устроился рядом с ней. Из-за того, что койка была достаточно узкая, их плечи соприкасались.
— Как ты? — спросил блондин.
Он накрыл её руку своей ладонью. Вероника почувствовала, насколько его руки были горячими, в отличие от её холодных. Бесподобный контраст. Будто прочитав мысли друг друга, они переплели пальцы.
— Я не знаю, — честно ответила девушка. — Если бы Коннор не закрыл меня собой, то он был бы жив. Я не смогла его спасти, Ньют. Он умер на моих руках.
Хотелось плакать, но Вероника уже выплакала всё, что только можно. Слёзы словно закончились. А после них осталась лишь пустота. Она разрасталась с каждой секундой всё больше и больше.
— Коннор умер с улыбкой на лице, Ронни. Я его конечно плохо знал, но мне кажется, он сам выбрал такое решение и не жалел о нём.
— Но ведь, я не смогла спасти его...
— Ты не всесильна. Как-бы там ни было, ты не должна винить себя в его смерти. Ты спасла его уже однажды, проведя отлично операцию. Спасла Чака от гривера. Рванула в лабиринт на помощь Минхо и Алби. Ты сделала всё, что было в твоих силах, Ронни.
Хоть Вероника говорила себе то же самое, ей нужно было услышать эти слова от другого человека. А услышать эти слова от самого близкого друга было намного приятнее.
— Спасибо, что ты рядом, — прошептала нежно девушка. Все сомнения в миг улетучились. Нужно было двигаться дальше.
Ньют улыбнулся и придвинулся к шатенке. Остальные ребята уже спали. Если бы они увидели эту парочку лежащую на одной кровати, их поток слов было бы не остановить.
Вероника положила свою голову на его грудь. Сейчас, ей безумно хотелось тепла. Понимать, что она вовсе не одна. И она знала, что Ньют от неё не отстраниться.
Блондин обнял девушку за талию, притянув ближе к себе. Майка с кардиганом слегка задрались, оголяя кожу. Он ласково провёл по ней пальцем, будто стараясь успокоить.
Обняв парня в ответ, Вероника растворилась в этом ощущении близости. Она начинала осознавать, что испытывала к нему не только дружеские чувства.
Но подумать об этом как следует не успела. Горячие касания Ньюта и его спокойное сердцебиение убаюкивали. Вероника наконец смогла мирно заснуть.
Больше она не видела перед собой мёртвое тело Коннора. Теперь она ощущала тепло и поддержку лучшего друга.