Глава V. Наказание
Утро должно было быть добрым. Но только не у Вероники. Как только взошло солнце, в медицинскую часть вошли Галли и его дружки.
Один из Глэйдеров жестко взял Веронику за руку. От такого действия, девушка моментально проснулась. В горле пересохло. Тело будто не реагировало. Она была вымотана. Сон как оказалось, ей ничем не помог.
— Ты идёшь с нами, — грубо сказал парень. Вероника этого парня не знала. Зато знала Галли.
— Сексист, какого хрена?! — охрипшим голосом проговорила шатенка. Названный лишь с грустной улыбкой оглядел её, а затем пошагал на выход.
Резким движением её скинули с импровизированной кушетки, которая была сделана из дерева. Вероника грубо выругалась. Но её будто не слушали. Два высоких парня вели её за обе руки. Вырваться бы не получилось.
«Что происходит? Ничего не понимаю...» — думала Вероника.
Её тащили за собой, как мешок с картошкой. Девушка кое-как поспевала за их большим шагом. На ней до сих пор была только майка, и то, испачканная кровью Коннора. Длинные и шелковистые волосы, теперь были похоже на осиное гнездо. Выглядела она сейчас разбитой.
Наконец они пришли в какое-то большое здание. Опять же сделанное из дерева. Впечатляло.
Внутри собрались все Глэйдеры, которые не спускали с неё своего заинтересованного взгляда. Слух о том, что она спасла одного из бегунов, распространился быстро.
— Мы привели её, — проговорил наконец Галли и нахмурился. Девчонка выглядела совсем жалко.
Вероника обняла себя двумя руками. Когда девушка вчера вечером снимала с себя рубашку, она почему-то не подумала о последствиях. Единственное что её заботило, это жизнь Коннора.
А сейчас можно было подумать о чём-то другом. Например о том, что ей было очень неловко сидеть перед парнями в таком откровенном виде.
Ньют это заметил сразу. Оглядев осуждающим взглядом Галли и его друзей, он подошёл к шатенке. Присев возле неё, светловолосый накинул ей на плечи свою запасную кофту. Вероника благодарно кивнула.
— Что ж, Вероника, ты понимаешь что сделала? — спросил Алби, не сводя своего цепкого взгляда с миниатюрной фигуры.
Ньют уже встал и отошёл от девушки. Но всё равно находился близко. Для её же безопасности.
— Понимаю. Спасла жизнь человеку, — пожала плечами она, ещё больше кутаясь в кофту Ньюта.
— Ты нарушила третье правило. Зашла в лабиринт, не являясь бегуном, — тяжело вздохнул Глава.
— Вы хотели оставить их умирать в этом чёртовом лабиринте? Вы сейчас серьёзно? — уже повысила голос Вероника.
Она никогда не сможет их понять в этом. Если можно спасти человека, девушка сделает всё для этого.
— У нас есть правила, мелкая, — заговорил Галли. Он старался не смотреть на новенькую.
— Как можно думать о правилах, когда на ваших глазах умирает человек?
Вероника не сдавалась. Она понимала, что попала в совсем незнакомый ей ранее маленький мир. Здесь были свои порядки и устои. Но смириться с ними, шатенка просто не могла.
— Вероника, я предупреждал тебя. Не искать приключения, — напомнил ей чернокожий. Парень тяжело вздохнул. Быть Главой очень тяжело.
— Её нужно наказать, — начал говорить Галли. Все Глэйдеры замолчали, боясь сказать что-то лишнее. — Она нарушила правило.
— Но спасла Коннора, — уставшим голосом проговорил Минхо. Юноша не спал целую ночь.
— Согласен с Минхо, — кивнул Ньют, посмотрев на куратора строителей. — Если бы не она, то он был бы уже мёртв.
Вероника сидела на полу. Руки тряслись. Посмотрев на свои ладони, девушка увидела засохшую кровь Коннора. По спине пробежали мурашки. Появилось липкое чувство внутри. Живот скрутило.
«Нервное наверное» — вынесла сама себе диагноз Вероника.
— Даю тебе последнее слово, Вероника.
После слов Алби, все сразу же повернулись в её сторону, ожидая, что она скажет. Сейчас она должна защитить себя. Сказать что-то о том, что она больше никогда не будет заходить в лабиринт. И вообще, даже не подойдёт к воротам.
Голова заболела сильнее. Виски здавило. Лёгкое головокружение. Снова воспоминания.
— Ронни, зачем ты спасла щенка? Ты могла погибнуть, — кричала Тэсс на свою младшую сестру. Вероника как всегда думала о других, но только не о себе.
— Не злись, сестричка. Я должна была его спасти.
— Это просто животное, Ронни, — застонала брюнетка и прикрыла глаза рукой. Воспитывать эту несносную девчонку было тяжело.
— Но мы ведь тоже животные. Произошли от обезьян, — подняв свой указательный палец, произнесла маленькая девочка.
— Откуда ты это знаешь?
— Прочитала твою книгу про психологию, — пожала плечами Вероника. Она любила в свободное время читать все книги из библиотеки старшей сестры.
— Как с тобой трудно, — застонала Тэсс, но подошла к шатенке ближе. Присев возле неё, она заговорила мягким голосом. — Пообещай мне, что больше так делать не будешь. Не будешь спасать людей и животных, если тебе самой угрожает опасность.
— Обещаю, — улыбнулась Вероника. Но в момент скрестила сзади себя средний и указательный палец. А Тэсс это так и не заметила.
— Если бы я вернулась в прошлое, — начала говорить Вероника, опустив взгляд на свои руки. Но потом сразу же подняла голову, обводя всех собравшихся Глэйдеров хитрым взглядом. — Я поступила бы так же.
На её губах появилась усмешка. Некоторые парни зашептались. Многие смотрели с пониманием, но остальные с осуждением. Ньют и Минхо единственные, кто наблюдал за этим с интересом.
— Я принял решение, — громко объявил Алби, чтобы все обратили на него внимание. — Вероника нарушила правило Глэйда. Но, она спасла одного из одарённых бегунов.
В комнате воцарилось молчание. Даже Вероника задержала дыхание.
— Её наказание, — сделал паузу Глава, но затем продолжил. — Два дня без еды.
Никто не стал возражать против этого решения. Кроме самой девушки.
— Серьёзно? Два дня? И для этого вы меня разбудили? — с усмешкой проговорила Вероника, вставая с пола. Голова до сих пор кружилась, но стояла она уверенно. — Я не буду есть пять дней.
Ньют с удивлением поднял брови. Ему же сейчас не послышалось? Он быстро пересёк расстояние между ними. Аккуратно схватил девушку за запястье.
— Ронни, замолкни, пока не поздно, — прошипел светловолосый. Новенькая совсем обезумела.
— Если это наказание вам как-то поможет, то пожалуйста. Но если случится такая же ситуация, в стороне я стоять не буду, — громко сказала Вероника, стараясь не обращать внимание на злой взгляд Ньюта.
— Сумасшедшая, — сказали одновременно Минхо и Галли.
Алби хмыкнул.
— Делай, что хочешь, — последнее что сказал Глава, а затем вышел первым.
Все Глэйдеры тут же зашептались. По их переглядкам было видно, что языкастых они не сильно то и любят.
— Пошли, — сказал тихо Ньют.
Вероника слабо кивнула. Её силы были на исходе. Светловолосый потянул её к выходу. Хватка на запястье усилилась и доставляла шатенке дискомфорт. Но она решила лучше молчать. Ньют был не в духе.
Парень шёл быстро. Девушка старалась успеть за ним. Мысли путались, и она не могла нормально рассуждать. Столько потрясений за какие-то двенадцать часов.
— Помой руки.
Вероника услышала бархатный голос, который вывел её из своих мыслей. Шатенка совсем забыла, что до сих пор её руки были полностью в крови.
Перед ней находилась раковина, сделанная из подручных средств. Открыв самодельный кран, из него полилась чистая вода. Вероника стала пытаться отмыть ладони.
Она чувствовала себя ужасно. Сначала девушка чуть не умерла. Ворота лабиринта могли просто раздавить её. Затем ещё и операция. А потом добило наказание и все эти осуждающие взгляды Глэйдеров.
Вероника старалась не плакать. Старалась взять себя в руки и успокоиться.
— Ты сейчас в ладонях дырки протрёшь, — раздался справа от девушки бархатный и такой близкий голос.
Её руки были полностью чистые. Но это липкое чувство внутри не пропало. Лишь разрасталось ещё сильнее.
— Ты в порядке, Ронни?
— Нет. Я не в порядке.
Прошла секунда. Слёзы потекли сами по себе. Руки снова начали дрожать. Страх. Было очень страшно. Это чувство будто поселилось внутри, не давая вдохнуть нормально воздух.
— Эй, Ронни, посмотри на меня.
Но она его не слышала. Слёзы скатывались по щекам. Страх. Было очень страшно. Она могла умереть ещё вчера. Но Ньют спас её.
— Почему я такая дура? — спросила больше у себя, чем у парня Вероника.
А затем зарыдала. Все чувства и эмоции, которые копились внутри, стали выходить наружу.
Ньют подошёл к девушке, и притянул её к себе. Он обнял её за талию. Горячие прикосновения его рук, дарили безопасность.
— Всё хорошо, Ронни.
Говорил парень, гладя Веронику по спине. Девушка уткнулась ему в ключицу. Тепло. Было очень тепло.
— Ты большая умничка, Ронни.
Вероника обняла парня в ответ. Ей стало намного лучше. Стоять так с ним оказалось очень успокаивающе.
— Ты сильнее, чем думаешь, Ронни.
Шептал Ньют ей на ухо. Мурашки пробежали по спине. Ей было приятно, что он так считает.
— Я правда тобой горжусь, Ронни.
Так они и стояли в обнимку. Только вдвоём. Только сейчас. Но они будут помнить этот момент всю жизнь.
***
Прошло четыре дня. Вероника почти не выходила из медицинской части. Постоянно проверяла состояние Коннора. Он так ни разу и не проснулся. Лишь что-то стонал и хрипел.
Девушка старалась каждый день делать перевязки, чтобы точнее наблюдать за состоянием раны. Заражения крови пока что не было. И это радовало.
— Как он? — в проходе появился Ньют. В руке он держал тарелку с непонятной кашей.
— Заживление проходит отлично. Но он так и не проснулся.
Вероника облокотилась на стенку. Голова кружилась. Но уже не от нахлынувших воспоминаний, а от голода. Она ничего не ела целых четыре дня.
— Выглядишь паршиво, — протянул светловолосый, подходя к ней ближе.
— Спасибо за комплимент, Ньюти.
Свободной рукой он обхватил её запястье. Повёл её к импровизированной кушетке.
— Садись, — приказал парень. И она не могла его ослушаться.
На её коленях тут же появилась тарелка с кашей. Вероника вопросительно посмотрела на Ньюта.
— Я не буду есть, — уверенным тоном проговорила она.
— Я сейчас буду тебя с ложки кормить, — нахмурился Ньют.
Они играли в переглядки ровно несколько секунд. Затем раздался шёпот Коннора. Он что-то говорил, как в горячке.
Вероника тут же встала, поставив тарелку на кушетку. Пациент был важнее. Несколько шагов и она уже стояла возле болезненно бледного парня.
— Коннор, ты меня слышишь? — спросила с надеждой Вероника. Ньют стоял позади неё.
Вдруг Коннор быстрым движением вытянул руку и вцепился мёртвой хваткой в чистую рубашку Вероники.
— Активный какой, — усмехнулась она, даже не испугавшись.
Коннор резко открыл свои голубые глаза. Он со страхом оглядывался. Его чёрная чёлка прикрывала ему обзор.
— Руку свою убери от неё, — первый заговорил Ньют.
Брюнет с испугом, тут же отпрянул от девушки. Он встревоженно заговорил:
— Что произошло? Где я? — голос был охрипшим.
Вероника сразу же принесла ему воды, чтобы он смочил горло. Бегун припал к стакану, и стал хлебать воду как сумасшедший.
— Ну если говорит, значит всё нормально, — выдохнула девушка.
Он выжил. Он проснулся.
Неожиданно на пороге появился Клинт. Его лицо было уставшим. Под глазами залегли тёмные синяки. Этот парень не мог уснуть нормально уже четыре дня. Но его настрой изменился, когда он увидел Коннора.
— Коннор, ты проснулся! — с настоящей радостью заговорил медак.
— Да. Только чувствую себя ужасно, — наконец выдал Коннор, выпив всю воду. — Что произошло? Я помню что бегал в лабиринте, а потом пустота.
— На тебя упал булыжник, — стала рассказывать Вероника. — Была рваная рана. Пришлось зашивать. Операция прошла хорошо. Но в отключке ты пролежал четыре дня.
— Четыре дня?
— Да, — ответил Клинт. — Можно так сказать, что Вероника вытащила тебя с того света.
— Не преувеличивай.
— А я и не преувеличиваю, Ви.
Теперь у неё появилось новое прозвище. Некоторые Глэйдеры называли её «Ви».
— Спасибо, — произнёс наконец Коннор и смущённо улыбнулся.
Ньюту эта улыбка не понравилась. Он нахмурился.
— Я же зачем сюда вообще шёл, — ещё радостнее проговорил Клинт, и обернувшись к девушке, счастливо улыбнулся. — Алби разрешил тебе быть медаком.
— Серьёзно?
— Да, Ви. Ты это заслужила.
Её накрыло волной облегчения и какого-то восторга. Наконец-то она стала тем, кем на самом деле хотела. Медиком.
Ньют подошёл сзади и обнял шатенку за талию. Он не обращал внимание на удивлённые взгляды парней.
— Ты умничка, Ронни.
Его дыхание коснулось её мочки уха. Слишком интимно для неё. Но девушка не отстранилась. В его объятиях было комфортно и безопасно.
— Спасибо, — поблагодарила Вероника. Щёки слегка порозовели.
— Может теперь, ты наконец покушаешь? — спросил Ньют, зарывшись носом в её каштановые локоны. — Ну или я сдержу своё слово. Буду кормить тебя с ложечки, как маленького ребёнка.
— Я лучше сама покушаю.
— Умничка, Ронни.
Коннор и Клинт переглянулись. Но не стали ничего спрашивать. Время покажет.