143 и 144 главы
143 глава
Чу Лянь провела два мирных дня в усадьбе. Она уже начала разрабатывать план возрождения ресторана Гуйлинь. Еще через два дня она попросила бы Матриарха Хэ разрешение пойти взглянуть на ресторан.
Скоро началась почти середина осени. Поместье начинало заготавливать необходимые вещи для предстоящих холодных месяцев. Температура снаружи снизилась, благодаря нескольким раундам осеннего дождя, и стало намного прохладнее.
Позавтракав во дворе Сонгтао утром, Чу Лянь как всегда пошла поприветствовать Матриарха. Будучи там, она наткнулась на мадам Цзоу.
Матриарх Хэ сделала глоток чая. Возможно, из-за наступления осени, Матриарху Хэ добавили сегодня сухие цветы хризантемы в сенча, придав свежий аромат.
Рассматривая плавающие желтые лепестки в своем чае, Матриарх вдруг вспомнила что-то. Она тут же сказала: «Сейчас почти осень. Пришло время для всех дворов получить дополнительную одежду. Жена Даланга, закончили ли вы подготовку?»
Мадам Цзоу только что взяла чашку чая. Она не ожидала, что Матриарх Хэ скажет об этом ей так внезапно, но она быстро ответила: «Пожалуйста, не беспокойтесь об этом, бабушка. Управляющий, отвечающий за рукоделие, уже упомянул об этом. Я уже дала ему свои приказы: новая одежда для этого сезона будет сделана по самой лучшей моде столицы».
Проговорив это, она повернулась и посмотрела на Чу Лянь, которая сидела напротив нее. Ее глаза казались немного тусклыми, прежде чем она продолжала говорить: «Третья сестра в законе вышла замуж только в этом году, и она такая молодая и красивая. Я взяла на себя инициативу, чтобы добавить еще три набора одежды для третьей сестры в законе. У бабушки есть другие просьбы?»
Казалось, ответ Мадам Цзоу удовлетворил Матриарха Хэ. «Мм, ты хорошо поработала, жена Даланга. Поскольку Санланг не находится в столице, мы должны заботиться о жене Санланга как о старших членах семьи. На мой взгляд, когда придет время для каждого двора приобрести новые аксессуары, почему бы вам не добавить еще два набора для жены Санланга?»
«Эта внучка понимает». Хотя мадам Цзоу ответила положительно, внутри себя она обиделась. Предоставление Чу Лянь еще нескольких наборов одежды уже считалось особым режимом, но теперь ей даже придется заказать дополнительные аксессуары для нее.
Один комплект одежды не стоил бы более ста таэлей, независимо от качества используемого материала.
Однако один комплект аксессуаров может стоить гораздо более ста таэлей! Они тоже должны быть качественными!
Подумав, что Матриарх Хэ внезапно добавила на пять-шесть сотен таэлей расходов всего лишь одним предложением, мадам Цзоу почувствовала себя крайне отстраненной. Матриарх Хэ не знала стоимости вещей, так как не управляла счетами домашних хозяйств.
Магазины и поля, которые она имела под своим именем, не приносили им годового дохода.
Ни один из мастеров, присутствующих в Доме Цзин’ань, не знал, как управлять бизнесом, поэтому, после вычета необходимых расходов на содержание и поддержание связей с другими домами, у них не осталось много денег.
После того, как графиня Цзин’ань использует свои средства, расходы на ее медикаменты будут перенесены на общие счета. Тысячу таэлей в месяц была довольно большая сумма. К тому времени было бы сложно управлять этим имением.
Когда мадам Цзоу подумала о том, что было, когда она впервые вышла замуж в поместье, она вспомнила, что Матриарх Хэ никогда не обращалась с ней так хорошо. Ревность и разочарование укоренились в сердце мадам Цзоу.
Чу Лянь хотела что-то сказать, но говорить ей не пришлось. Она увидела, что взгляд в глазах мадам Цзоу изменился, и горько заплакала в своем сердце.
Ах, моя дорогая бабушка, разве ты не создаешь для меня неприятности?!
Как может их третья ветвь получить дополнительные аксессуары, когда основная ветвь не получила ничего подобного?
Чу Лянь собиралась высказаться и отклонить предложение, когда Матриарх Хэ отрезала ее. «Жена Санланга настолько молода, что ей пора одеваться. Несколько аксессуаров не должны стоить слишком дорого: кроме того, наше поместье должно быть в состоянии сэкономить».
Взгляд матриарха приземлился на живот Чу Лянь.
Чу Лянь задохнулась и не могла заставить себя говорить...
Что еще она могла сказать? Окончательное слово за матриархом...
Мадам Цзоу, которая смотрела на Матриарха Хэ, внимательно посмотрела на Чу Лянь. В ее голове раздались звонки.
Она не могла сдержать разочарования, которое она чувствовала, как тяжелый камень на груди. Ее лицо покраснело от силы ее эмоций.
После того, как Чу Лянь и мадам Цзоу повоевали во дворе графини Цзин’ань, Матриарх Хэ позвала свою доверенную старшую служанку Чжоу. Она небрежно спросила: «Есть ли новости о жене Санланга?»
Лицо старшей служанки Чжоу вздрогнуло, и она с трудом ответила: «Я слышала, что вчера у Третьей Молодой Мадам были месячные».
Лицо Матриарха Хэ было заполнено разочарованием. Похоже, правнук, которого она с нетерпением ждала, не родится в этом году.
Старшая служанка Чжоу попыталась утешить ее. «Матриарх, хотя Третья Молодая Мадам происходит из дома Инь, Третий Молодой Мастер оставался лишь несколько дней после того, как они поженились. Как она могла так легко забеременеть?»
Матриарх Хэ вздохнула, выглядя ошеломленной. «Ты права, я была слишком поспешной».
Когда Чу Лянь ушла, идя на шаг впереди мадам Цзоу, графиня Цзин’ань вернула мадам Цзоу, намереваясь сказать несколько слов наедине.
«Мама, что вы хотели?»
Лицо графини Цзин’ань было бледным, когда она прислонилась к изголовью кровати: через какое-то время она закашлялась. Когда она держалась за руки Мадам Цзоу, она медленно произнесла: «Уже почти время, когда времена года меняются. Поскольку почти осень, вам надо готовить много мероприятий по всему имению. Должно быть, это было тяжело для вас.»
«Мать, что ты говоришь? Это все часть моего долга». Мадам Цзоу утешилась словами своей тещи. Затянувшееся разочарование, которое она испытала от Цинси-Холла, начало рассеиваться, и ей удалось выжать свежую улыбку.
«Мать тоже была на твоем месте, и Мать знает, как это утомительно. Работая над тем, чтобы наше хозяйство процветало, не забывайте заботиться о своем теле.
«М-м! Я понимаю, мама.»
После небольшой паузы графиня Цзин’ань снова заговорила. «Жена Санланга только что присоединилась к нашей семье. Как ее старшая сестра в законе, позаботься о ней немного больше. Почему бы тебе не дать ей дополнительный набор аксессуаров в этом сезоне?»
Ярость, которая только что была подавлена, мгновенно вспыхнула снова.
Оказывается, ее свекровь просто говорила эти утешительные слова, чтобы попросить за Чу Лянь! Хах! Как мило! Все старшие члены семьи думали о третьей ветви. Разве это не потому, что Санланг ушел на северную границу? Но это был собственный выбор Санланга. Разве Чу Лянь не должна быть обвинена в том, что она не смогла удержать его здесь?
Все они хотели, чтобы она помогла компенсировать отсутствие Санланга, но кто собирался это возместить?
Она и Чу Лянь обе были законными женами поместья!
144 глава
После того, как мадам Цзоу закончила слушать просьбы своей свекрови, она вышла из внутреннего двора графини Цзин’ань с напряженным, страшным выражением лица. Слуги, стоявшие сзади, так испугались, что даже не осмелились дышать.
Мадам Цзоу внезапно молча повернулась, чтобы спросить старшую служанку: «Как? Есть новости из Двора Сунтао?
Эта старшая служанка прекрасно понимала, что ее хозяйка сегодня не в лучшем настроении, и было бы слишком легко сделать его еще хуже. Поэтому, когда ее хозяйка задала ей вопрос, на который она могла ответить без страха, старшая служанка авздохнула с облегчением и сказала: «Старшая молодая госпожа, пожалуйста, не волнуйтесь. Этот старый слуга услышал, что график Третьей Молодой Мадам протекает, как обычно.»
Получив определенный ответ, узел в сердце мадам Цзоу наконец ослабел.
Какая удача, как повезло, что Чу Лянь не забеременела. Если Чу Лянь забеременеет и родит старшего внука дома, как она сможет сохранить свое положение в качестве жены Наследника Цзин’ань?
«Хорошо, сказал ли Хейр Цзин’ань, когда он вернется сегодня?»
Один из слуг за ее спиной ответил: «Наследник Цзинань сказал, что сегодня утром он отправится в Храм Хунлу. Кажется, он встречается с некоторыми чужаками. Когда он ушел, он упомянул, что не нужно будет ждать его к полудню.»
«Скажи кухне, чтобы в любом случае приготовили на его долю. Как еда этих ресторанов может сравниться с едой нашего поместья?»
«Да, Старшая Молодая Мадам. Этот слуга отправит заказы.»
Ее старшая служанка шла вперед, чтобы поддержать руку мадам Цзоу. С некоторой эмоцией в голосе она сказала: «Старшая Молодая Мадам всегда так внимательна. Я верю, что наставник Цзин’ань сможет почувствовать кропотливую заботу Старшей Молодой Мадам, когда вернется».
Выражение лица мадам Цзоу все еще было немного темным, когда она услышала эти слова от доверенного слуги.
Даланг очень хорошо относился к ней. Если бы ему не нравилось ее тело, Даланг оставался бы в своем кабинете, и никогда не вызвал бы никого из слуг, чтобы возвать ее. Вероятно, во всей столице она не смогла бы найти больше, чем горстку людей, которые могли бы контролировать себя так сильно.
Одно из правил Дома Цзин’ань запрещало мужчинам брать наложниц, если только он не оставался без наследника, когда ему исполнилось тридцать. Для Даланга этот возраст стремительно приближался, и она все еще не давала ему сыновей. Подходили ли счастливые дни их мирного, любящего брака, к трагическому концу?
Чем больше она думала об этом, тем большее беспокойство проявлялось в ее глазах. Хэ Чанци должен был наследовать титул графа Цзин’ань. Как у него не могло быть наследников?
Даже если бы Чанци не возражал против этого, граф и графиня, равно как и Матриарх Хэ, не могли не возражать.
Виноградное вино, которое Чу Лянь сбраживала в течение последних нескольких дней, теперь было готово к употреблению. Поскольку старшая служанка Гуй взяла на себя инициативу отправить одну из бутылок Хэ Чанди, Чу Лянь немного рассердилась. Она взяла к себе оставшуюся бутылку вина и долгое время ела, съев больше обычного во время полдника.
В результате она съела слишком много, и ее живот был немного раздутым. Для ее тела было бы нехорошо, если она сразу пошла бы вздремнуть, поэтому она взяла с собой Венцин и Цзин’ань на прогулку по саду, чтобы переварить еду.
Хотя уже было близко к середине осени, на улице все еще было немного жарко. Чу Лянь предпочла пройтись по более прохладным аллеям и каким-то образом добралась до входа, который соединял внутренний и внешний дворы.
В бамбуковом лесу возле входа был набор каменных столов и стульев, поэтому Чу Лянь остановилась и присела на короткий привал. Затем она собиралась вернуться и поспать.
Как только Чу Лянь села, она услышала звуки разговора возле выхода внешнего двора. Кто знал, что ее первоначальный план будет сорван подобным образом?
«Наследник Цзин’ань, что мы должны делать с этим полным мешком чили? Ваше сердце слишком мягкое: вы купили весь его запас только потому, что этот чужак утверждал, что у него не было достаточно денег, чтобы вернуться!»
«Передайте его управляющему имуществом. Если он действительно бесполезен, просто выбросьте. Этот парень был таким жалким, я просто хотел дать ему немного денег, чтобы помочь ему вернуться домой».
Это был слегка грубый голос Даланга.