Глава 21 - Здравствуй, Франция!
В 16:10 Ника уже была в зале, как и многие. Сама Ника выступала с программой "The echo of my dreams" на обруче. Эти последние тренировки Ника должна вкладываться на полную до автоматизма, чтобы уже в понедельник попасть на пьедестал.
Если другие ученики тренировали в основном только физические упражнения и упражнения на аппарате, Ника для большей физической подготовки (и изнурения/истощения) тренировала балет и акробатику. Она совмещала и шпагаты на стульях перед тем, как лезть на обруч, и пируэты, и четверные сальто.
Постоянно упрекала себя в мыслях, что этого недостаточно.
С 16:10 до 18:30 у всех шла тренировка, но закончить нужно было на десять минут раньше, из-за того, что нужно было максимально быстро принять душ и одеться, чтобы потом сесть в трансфер с Новгорода до Москвы.
Только в пол восьмого все закончили и были уже в повседневной одежде, кто-то в джинсах, кто-то в штанах, топе, майке.
Ника всю дорогу сидела около окна, с наушниками в ушах и чемоданом в руках. Кстати, говоря о чемоданах и спортивной сумке. Во время тренировки все оставили свои вещи в шкафчиках, только чемоданы всех стояли у стены, потому что с вещами они просто в шкафу не помещались.
В наушниках играло всё, что угодно. У Ники в принципе не было предпочтений в музыке, будучи меломаном. Лишь песни, поющие о всяких непотребствах и незаконных веществах, могли вызвать у Ники отвращение.
До аэропорта Москвы ребята приехали только примерно где-то в 23:30. Многие зевали или не шли, а плелись. Сразу, как только в аэропорту находились стулья или кресла, все пытались успеть сесть первыми. Если Ника не успевала, то девочка ложила чемодан на пол в горизонтальном положении, и садилась прямо на него. Кому тоже не хватило мест, следовали примеру Ники.
Только через минут пять-десять к некоторым из детей подходили их родители. Кто-то из детей просто звонил, чтобы сказать, что те уже в аэропорту.
Ника лишь сидела на пустой скамейке, глядя пустыми глазами на счастливых детей с родителями. Она тоже хотела позвонить маме, но знала, что та не возьмёт трубку. Она думала позвонить Диане или кому-то из младших, но Артём и Ева в такое время уже спали, Даня не возьмёт трубку, а с Дианой Ника не разговаривала уже неделю.
Иногда лишь ресницы разноцветных глаз подрагивали, и Ника отводила взгляд в пол.
— Почему всё именно так... — думала она. Даже в собственных мыслях её голос был шёпотом. — Почему именно я в этой ситуации... Для чего я вообще родилась, если все в конечном итоге никто не будет рядом... Ни мама, ни Макс, ни Диана... Никто...
— Эй, королева трёх спортов, здесь холодно от кондиционеров, и мы уже идём на регистрацию и сдачу багажей, — раздался женский голос.
Это была Вероника, которая подошла сзади и накинула лёгкую куртку на плечи Ники.
Ника обернулась на неё и кивнула.
— Спасибо, — тихо ответила та, не отказываясь.
Она встала и взяла ручку чемодана в руки, чтобы уйти с остальными ребятами. Родители тоже начали разъежаться.
Само мероприятие по сдаче багажа, регистрации и прохождения контроля длилось до часу ночи. Только потом те сели на рейс и уже в два часа ночи самолёт взлетел.
Большая часть пассажиров, включая Ники спала. Ника летела между Вероникой Волковой, которая сидела возле окна и другой девочкой по имени Таня. Таня Черных.
Вероника заснула под музыку в наушниках, Таня сразу закрыла глаза, как только села и пристегнулась. Ника заснула, когда читала, а потом её мозг сам вырубился и она осталась сидеть с открытой книжкой.
— Знаешь, Молли... Спасибо, — тихо сказала Ника в плечо подруги, которая обнимала её. — У меня... никогда не было таких друзей... Точнее, был один друг, но он через месяц стал меня ненавидеть...
— Да брось, ты интересная, мне с тобой в радость! — воскликнула Молли, обнимая её ещё крепче.
— Нет, Молли, правда, для меня это бесценно. Безумно бесценно, — продолжала Ника. — И я должна признаться, я – и есть Тень Рая, тот Небесных Силуэт. И я человек, живой, не мёртвый. Прости, что скрывала... Я очень боялась потерять тебя...
— Вот как... Я думала мы подруги... Видимо нет. Ника, я думала, ты честная, я ошибалась, — произнесла Молли, отстраняясь.
— Ника! Ника!
Ника тут же проснулась от сна.
— Я здесь, я не сплю! — резко выдала та, потирая мокрые глаза.
Пока та спала, у Ники лились слёзы из глаз. Тренер смотрел с тревогой и серьёзностью.
— Мы приземлились, вставай.
Ника кивнула и отстегнула ремень. Книга валялась на столике, девочка лишь закрыла её и убрала в сумку.
Самолёт прибыл в Ниццу почти ровно в шесть утра. Даже сам тренер ужасно хотел спать.
Я не буду писать, что дальше было в подробностях. Сложно описать, когда вокруг сонные зомби, которые еле как прошли на трансфер. Водитель автобуса единственным был бодрым, это лишь единственное скрашивало картину.
А, хотя нет, было кое-что интересное. Поскольку все очень сильно хотели спать, некоторые из детей сажали на колени к себе других из солидарности, чтобы все сидели с закрытыми глазами, а не стояли и упали по пути. В основном мужчины сажали к себе на колени девушек или таких же парней пониже ростом и весом.
Только через час коллектив прибыл в гостиницу и только в девять часов ресепшен принял всех и заселил мучеников в номера.
Каждого заселили по одному. Возможно, Ника тогда задумалась, что ей было бы непривычно заселяться одной в номере, ведь она буквально жила в доме с четырьмя младшими, и с двумя взрослыми (сейчас уже с одним взрослым) в одном доме. Плюс на соревнованиях её всегда заселяли с соседкой или даже с двумя соседками, но теперь есть одно НО.
Во-первых, она одна из лидеров сборной, во-вторых, она во взрослых соревнованиях – Чемпионат Мира. В-третьих, она была уже не среди юниоров, а среди взрослых. Ну и также есть одно исключение — специальные условия.
Специальные условия означали не очень хорошие медицинские показания в сфере здоровья (истощение, недосып и тд.). У Ники эти "специальные условия были".
Сейчас ей было плевать на всё, она просто хотела спать. Очень много спать. Но ей бы просто это не удалось. Спортсменам дали чуть меньше часа, чтобы разложить вещи и с 11:00 до 13:00 провести официальную тренировку.
Раскладывала ли Ника вещи? Нет. Как и многие. Приготовила спортивную одежду, в которую переоденется и поставила таймер на сорок минут. И легла прямо в одежде на кровать, даже не расправляя её. Пучок был в адском состоянии, поэтому она сонными руками сняла резинки и шпильки и оставила как есть.
На этот раз ей приснилась та самая женщина из рая. Та, что попалась ей ночью после ссоры с Дианой. Нике она показалась мудрой. Она и сама не знала почему, но она хотела снова с ней заговорить. Кажется, она говорила, что её сына зовут Аластор, и что её убил её же собственный муж. Ника так и не разглядела внешность прекрасной женщины из-за тьмы ночи.
Звон. Надоедливый и надоедающий сон.
Этот чёртов будильник.
Ника проснулась как ошпаренная. Она на автомате вскочила и схватила расчёску, резинку и пыталась собрать волосы. Она делала это на автоматизме, ведь именно так проходило каждое её утро. А потом переоделась в спортивную одежду.
Она вышла в холл, где её ждали другие спортсмены и тренеры, и села на ближайший диван.
Сама тренировка прошла... уныло. Даже устало. Все двигались не как живые люди, а как роботы, которые выполняли функции. Будто у них нажали кнопки и приказали сделать то, в чём они лучше всех, но при этом эмоции абсолютно выкачанные.
Они и сами ничего не видели перед собой. У Ники под конец акклиматизации и вовсе потемнело в глазах, что та упала и пролежала минуту. Только потом оклемалась и ей помогли присесть на ближайший диван.
Камеры были повсюду. Снимали каждое действие спортсменов, как русских, так и нет. И конечно, видео и фотографии как Нике поплохело через секунды отправились в открытый интернет.
В 14:00 все были уже снова в номерах, а Нике начали спамиться сообщения. Она не хотела их открывать. Возможно, она знала, что столкнётся с позором и в сообщениях будет полно видео о её позоре.
И всё же открыла. Сообщения были из Telegram.
Она открыла их и увидела, как её добавили в группу "Команда без названия". Там было очень много сообщений. Ника лишь потёрла глаза и прочла последнее сообщение:
Аз💀💬: А я тебе говорил!
И ещё одно сообщение.
Эми💗💬: О, Ника в сети!
Лерой🔮💬: О, привет!
Ника сонно начала печатать.
Ника🌌💬: Здравствуйте, очень извиняюсь, а что происходит?
Уриил💬: Ссора двух братьев
Ника🌌💬: Я не про это, почему я в чате? И главное, каком чате?
Михаил💬: Мы решили тебя добавить
Кас⛈️💬: Ну как, долетела?
Ника🌌💬: Убилась.
Ника🌌💬: Четырежды.
Аз💀💬: Ну, как видишь, твоя душа ещё не у меня, значит жива
Джоэль💬: И ты не на небесном суде.
Галим💬: Даже не упоминай
Лерой🔮💬: Что там делаешь?
Лерой🔮💬: Всё настолько плохо?
Ника🌌💬: Никто не спал. Мы сразу после тренировки поехали до Москвы, проторчали на регистрации и только потом полетели. Проспали только там четыре часа и по гостиницам. Официальная тренировка — огонь!
Кас⛈️💬: Это сарказм?
Ника🌌💬: Ещё какой.
Ника🌌💬: Я рада, что теперь точно четыре часа можно просидеть в отеле, правда скоро ужин, но это уже хоть что-то👍
Михаил💬: Официальная тренировка — акклиматизация?
Ника🌌💬: Да
Михаил💬: А чем она провинилась то?
Ника🌌💬: Я под конец упала в обморок на несколько минут, а повсюду камеры. Каждый раз перед и до соревнований спортсменов снимают камеры, были случаи, когда за спортсменами следили, но мы сейчас не об этом. И скорее всего видео этого позора в открытом доступе!
В чате сначала образовалась тишина, а потом пользователь «Раф» начал(а) печатать.
Раф💬: Кстати говоря, а ты когда за лекарствами?
Раф💬: Ты же свободна четыре часа? Прекрасно.
Ника🌌💬: Портал прямо в кабинет?
Раф💬: Да, не надевай ту маскировку
Ника сначала молчала, а потом написала.
Ника🌌💬: Извините, а у вас есть полчаса?
Раф💬: А что такое?
Ника🌌💬: Я с грязной головой, грязным телом и в спортивной одежде для воздушной гимнастике, а тоесть в топе и коротких шортах, всё остальное – чёрная сетка
Именно это хотела написать Ника, но потом стёрла сообщение и написала вместо него.
Ника🌌💬: Я в весьма неприличном виде для столь стерильного места. Выгляжу просто ужасно.
Аз💀💬: Мне бы твои проблемы
Аз💀💬: Хотя, нет, подожди, я передумал
Лео💬: Я конечно всё понимаю, но Бог и мы лично создавали тела и организм людей. Почему ты думаешь, что нам будет противно от того, что создали мы миллиарды лет назад и создаём сейчас?
Ника🌌💬: И вы прыщи и болезни создали? И синяки под глазами?
Лео💬: Да.
Ника🌌💬: Теперь я знаю, что отвечать, если меня Даня и Диана спросят почему у людей прыщи. Я отвечу, что это — не угревая болезнь, хроническое воспалительное заболевание кожи, которое может проявляться в разных формах, а что это — задумка ангелов.
Она отправила сообщение, а потом сразу удалила его.
Аз💀💬: Теперь я знаю, что ...?
Лео: Почему ты удалила сообщение?
Ника: Случайно отправила
Раф: Ника, я тебя жду
Раф: В любом твоём состоянии
Ника: Спасибо, иду
**Пользователь Ника🌌 вышел(а) из сети**
В реальной жизни Ника накинула на себя лёгкую кофту и открыла портал прямо в кабинет целителя... а он сам сидел за столом.
Ника поклонилась и выпрямилась.
— Здравствуйте, — тихо произнесла та.
— Здравствуй, — улыбнулся архангел, но его улыбка тут же упала, видя её состояние.
На Нике был чёткий и матовый топ и шорты, прикрывающие грудь и бёдра, но ткань, которая просвечивала всё остальное... Там были кости. Кожа и кости.
Одежда буквально показывала всё истощение и серьёзные проблемы организма. Органы чуть ли не просвечивались.
Ника заметила этот взгляд и прикрылась кофтой чуть сильнее.
— Я же говорила, что мне лучше позже прийти... — тихо сказала она.
— Ника... — прошептал тот, вставая из-за стола и опускаясь на одно колено, чтобы убрать её руки.
Врач медленно снял с неё кофту и осмотрел её взглядом.
— Ты же знаешь, что это ненормально? — тихо спросил тот. — Сколько ты весишь?
— ... Тридцать четыре, — ответила Ника, глядя в пол. — Так все весят, кто занимается профессиональным спортом.
— Не все, Ника, вовсе не все. Ты можешь погубить себя. Сколько ты ешь и как часто?
— Раз-два в день, кажется, — задумалась Ника.
— Ты знаешь, что есть надо три-пять раз в день? — продолжал Рафаил, трогая её конечности, где кожа была не мягкая, а обтягивающая кость.
— В меня не влазит столько, — призналась Ника. — Я не могу.
— Что значит "Я не могу"? — тот посмотрел на неё.
— Еда лезет наружу, а оставшийся день живот болит, — объяснила она, не поднимая взгляда.
— Ты знаешь, что такое зондовле питание?
— Введение питательных смесей через зонд непосредственно в желудок или кишечник, минуя ротовую полость. Основная задача — обеспечить поступление в организм всех необходимых питательных веществ.
Рафаил вздохнул от такой "лекции", но Ника была права. Она не могла объяснить проще, как она понимала.
— Да, верно.
— Вы хотите положить меня в это зондовое питание?
— Тебе нужна помощь. Медицинская помощь, иначе никак. — Рафаил выдохнул и встал. — Подожди меня здесь, я схожу за медсестрой.
Ника смотрела на то, как он вышел из комнату и сама отошла в угол комнаты.
Только через десять минут Рафаил пришёл с девушкой с серыми волосами. Она была чуть выше Рафаила.
— Ника, подойди пожалуйста, — позвал ту Рафаил. — Это Нанни. Она поможет тебе принять еду, хорошо? Ты можешь ей доверять. Пока я делаю здесь лекарства, ты поешь.
Ника вышла осторожно. Медсестра выглядела по доброму... Дружелюбно. Ника, которая не очень привыкла к дружелюбию в её сторону сначала замерла, но потом узкий карий зрачок зрячего глаза чуть расширился, стал мягче.
— Пойдём, дитя, — тихо сказала медсестра, протягивая руку в знак предложения.
Ника не поняла, почему та вытянула руку, но подошла к ней. Ростом она была ей по бедро или чуть выше.
Рафаил выдохнул и пошёл в лабораторию, пока медсестра и девочка пошли в другое отделение больницы.
Ника уже и не помнила, как они прошли в одну из комнат больницы. Помнила лишь как через нос вводилась трубка. Ей сразу хотелось выплюнуть её, поскольку был вызван рвотный рефлекс. Помнила, как пальцами вцепилась в края койки.
Это не было больно, но дискомфорт был сильным, запоминающимся на долгое время.
Медсестра делала всё максимально аккуратно, иногда проговорила, что она собиралась сделать, иногда молчала. Было видно, что она профессионал.
Но недосып Ники был настолько сильным, что она заснула через несколько минут.
***
Рафаил нервно рылся в бумагах, иногда роняя брань вслух. И вдруг в комнату зашли.
Целитель тут же тут же хотел наорать, мол, какого чёрта без стука, но заметил в проходе Эмили, Серу, Лероя, Уриила и Кассиуса.
— Привет! — радостно поздоровался Кассиус.
— Не отвлекаем тебя, Рафаил? — с небольшой, но тёплой улыбкой спросила Сера, сложив руки.
Рафаил сначала опешил, оглядывая всех с ног до головы, но всё же зоговорил.
— Почему вы здесь? — спросил Рафаил, сузив один глаз.
— Мы хотели... поговорить. С Никой, с тобой... Узнать её получше, всё же голосование... Ты знаешь результаты, — с неловкостью объяснила Сера. — Узнать, что она из себя представляет, как человек.
— Её здесь нет, — резко ответил Рафаил и отвернулся к документам.
— Как это нет? Она же к тебе должна была прийти, — произнёс Лерой, подняв бровь.
— К ней сейчас нельзя, — продолжил Рафаил. — Она вам всё равно ничего не ответит.
— Почему? — удивилась Эмили.
— Хорошо. Вот вы бы смогли говорить когда у вас в носу трубка? — обернулся архангел к ним, сузив изумрудные глаза.
Все резко замолчали.
— Чего? Какая трубка из носа, Рафаил, ты что несёшь? — с шоком спросил Уриил.
— Кабинет 345, — только и сказал Рафаил, снова возвращаясь к бумагам.
— Эм... Ладно? — сомнительно кивнул Кассиус и те ушли в другой кабинет.
Лишь Сера задержалась, дав знак остальным идти.
— Рафаил, что стряслось? — спокойно спросила она, глядя на его спину.
— Это сложно описать, Сера... Надо это увидеть. Увидеть весь ужас, чтобы понять насколько страшно жить в таком теле, где каждая секунда станет последней. Ты и сама должна была видеть, когда Габриэль её исцелял, не так ли?
— Нет. Габриэль сказал, чтобы мы сидели на кухне, а он всё сам сделает. Эмили лишь рядом плед положила и тоже ушла.
— Тогда мне интересно было увидеть его лицо, когда он увидел это... — прикрыл тот глаза.
— Насколько всё плохо? — спросила Сера и её голос приобрёл серьёзные ноты.
— Органы и кости просвечивают через кожу, — наконец обернулся к ней Рафаил. — Из знаешь что, Сера, если ты, Габриэль, Джоэль или ещё кто-нибудь запретит мне не дать ей умереть, я-
— Не запретим, — перебила его Сера. — Я лично у говорю Галима помочь ей, если придётся... И он сам чуть-ли не клялся, что мы будем помогать, если это будет что-то срочное в ответ на её помощь.
Сера закрыла глаза на несколько секунд и ушла.
***
На пороге в кабинет серафим увидела на лице медсестры вопросы, мол, как-то эта девочка и почему в раю человек наперекор со скорбью. Сера пролетел внутрь палаты и увидела шокированных друзей, которые не могли отвезти взгляд от тела.
Тогда её глаза тоже переместились на тело девочки. И тогда она увидела, что ткань спортивной одежды не скрывала всего того ужаса тела. До сих пор на теле были раны помимо катастрофического истощения. Она не знала откуда точно эти раны, но тело хранило те побои учебного года.