23
- Слушай меня внимательно, - тихо прошептал Ник, спящий возле меня и проснувшийся немногим раньше, за несколько секунд до включения света, - не пей воды во время завтрака и обеда.
Я недоумевающе посмотрела на него заспаными глазами.
- Просто не пей, потом я всё объясню.
"Мг, а как же", - подумала я, недовольно поджав губы.
Я уже давно не верила в то, что мне кто-то что-то объяснит, но пить воду таки не стала.
Сегодня я вынуждена была постоянно вылавливать водоросли с одной посудины в другую. Находясь в самом начале процесса, где витали не самые лучшие ароматы, мне нужно было бороться с жуткими приступами тошноты.
Рядом со мной работало несколько других людей. Под словом "несколько" я подразумеваю очень даже немало - где-то человек 15-20, может даже больше. Мы обступили круглый чан очень плотно, но тем не менее старались не мешать друг другу выполнять свои обязанности: кому-то выпало перемешивать, кто-то должен был работать с сачками.
Мне ужасно хотелось пить, ведь за завтраком я едва проглотила пару ложек той странной пищи, совершенно не притронувшись к воде.
Почему я всё-таки слушаюсь его?
Кто он для меня? Зачем помогает?
- Эй! - кто-то толкает меня в плечо, - ты чего стала?
Я так глубоко задумалась, что не сразу поняла, что остановилась, опустив сачок в грязную пенящуюся воду. Волдыри на моих пальцах полопались и теперь кровят, но я возобновляю работу.
Почему так много вопросов? Ник ничего не объясняет. А я так устала. Где он сейчас?
Я оборачиваюсь по сторонам в надежде встретиться с Ником хотя бы глазами.
- Нет, ну вы только посмотрите на неё!
Я не сразу понимаю, что речь идёт обо мне, но когда до меня доходит, я только вздыхаю, возмущённо поворачиваясь к говорящему. Какое кому дело до того, что я делаю?
Но это Офелия.
Это странно, потому что она работала не возле меня, я чётко её видела на другом процессе.
Не уверена, что ей удалось меня запомнить.
Я смотрю на неё несколько мгновений, прежде чем по-другому взять сачок и начать им орудовать.
Она молчит.
- Если ты будешь отвлекаться, тебя попросту побьют, - спустя минуту тихо говорит Офелия, хотя я работаю уже без остановок.
- Кто?
Когда девушка кивает на стоящих неподалёку двух разговаривающих между собой мужчин, я запоздало понимаю, что это очевидно.
Дальше мы работаем молча. Но время от времени её живот, на который ни она, ни другие не обращают внимания, приковывает мой взгляд.
Он поистине огромен. Сквозь подраную рубашку виднеется синюшная кожа. Мне кажется, что ей скоро пора рожать, хотя я не очень компетентна в этом.
- Ты беременных никогда не видела? - Офелия таки заметила, что я пялюсь на её живот, поэтому негромко спрашивает.
- Видела... наверное, - я, краснея, отворачиваюсь, - прости.
- Ты удивляешься тому, что я сумела забеременеть?
- Да, - я почти что выкрикиваю, но потом спохватываюсь и продолжаю тише, - как так вышло?
- Ох, - она смеётся, - и не спрашивай.
Мне кажется, что она рада об этом поговорить, хотя и пытается предотвратить мои вопросы.
- А как же отец?
Её почему-то забавляют мои вопросы.
- Отец, - девушка смеётся, - умер отец, давно уже. Нельзя было такое делать, - Офелия кивает на живот.
Мне не очень смешно:
- Ты его любила?
- Нет, - беззаботно говорить она, - тот идиот изнасиловал меня.
- И ты так спокойно говоришь об этом?
- А что мне молчать теперь? - её смех такой радостный, что я невольно им наслаждаюсь.
- Ты сама убила его?
- Нет, - Офелия качает головой, - надзиратели, что застукали нас. Это нарушение правил, а нарушение правил карается расстрелом, - последнюю фразу она говорит безэмоционально, пытаясь подражать тону надзирателей.
Это звучит забавно, вызывая у меня улыбку.
- А самое смешное то, что он так и сказал "это".
- На то, что вы были вместе?
- Да, - она начинает хохотать, будто это и вправду смешно.
- А как бы ты сказала? - я тоже слегка повеселела.
- Это, - уверенно отвечает Офелия, снова принимаясь безудержно хохотать.
Теперь мы обе смеёмся. Остальные недоумевающе на нас косятся.
- Эй вы двое! - злой крик со стороны Псов заставляет нас мгновенно замолкнуть.
Больше мы не смеёмся и вообще не разговариваем.
Спустя несколько часов моя жажда становится невыносимой. Дыхание сбивается и в горле появляется жжение. Мне кажется, что вскоре я потеряю сознание.
- Офелия?
- Да? - она вглядывается в моё лицо и испуганно спрашивает, - что с тобой? Тебе плохо?
- Я... хочу... воды... - совсем тихо и неразборчиво пытаюсь сказать.
- Ты не пила во время еды?
В ответ я качаю головой и тяжело сглатываю.
- Ты можешь попить оттуда, - девушка указывает на чан, в который я всё это время бросала водоросли. Там вода немного чистее, но не достаточно.
В меня даже нету сил, чтобы переспросить, правильно ли я поняла. Вместо этого я попросту обеими ладонями зачёрпываю воду и жадно пью, не обращая внимания на вонь и отвратительный вкус.
Когда мне удалось наконец напиться, Офелия наклонилась ко мне и едва слышно спросила:
- Почему ты не пьёшь воду?
- Меня попросили, - неуверенно отвечаю я.
Девушка только кивает, что-то для себя поняв, но вслух ничего не говорит.