1 глава
–Ах, ну если это не наша звёздочка!
Два чрезмерно жизнерадостных голоса эхом разнеслись по просторному вестибюлю, когда тяжёлые двустворчатые двери распахнулись. Тёплый свет хрустальных люстр пролился на отполированный мраморный пол, отражаясь от внушительного великолепия особняка.
Т/и вошла внутрь, её сердце билось ровно, но осанка оставалась настороженной. Её волосы цвета т/ц мягко обрамляли плечи, слегка растрёпанные после дороги. На ней была аккуратная форма, но спокойные глаза выдавали нечто большее — невысказанное напряжение под отполированной внешней оболочкой.
— Поздравляем с тем, что ты стала лучшей ученицей класса! — один из взрослых ухмыльнулся так широко, что это выглядело почти болезненно. Его энтузиазм был наигранным, словно тщательно отрепетированным.
Т/и уважительно склонила голову.
— Мама, папа, — тихо поприветствовала она, снимая обувь и аккуратно ставя её на полку.
Женщина первой заключила т/и в тёплые, почти собственнические объятия.
— Так хорошо снова видеть тебя, дорогая.
Её голос был приторно-сладким, но в нём чувствовался оттенок контроля.
Следом мужчина взъерошил волосы
т/и грубоватой лаской, которая так и не дошла до его глаз.
— Ты продолжаешь делать нас гордыми.
т/и спокойно ответила:
— Взаимно.
Но не успел этот момент задержаться, как её резко оттолкнули в сторону две младшие девочки.
Обе близняшки унаследовали золотисто-блондинистые волосы матери, но их острые зелёные глаза отражали более суровый взгляд отца.
— Тц. — первая близняшка презрительно фыркнула, её косички дёргались при каждом шаге, пока она исподлобья смотрела на т/и.
— С дороги, жирная, — жестоко усмехнулась вторая.
т/и никак не отреагировала. Её губы лишь слегка изогнулись в бледной, почти горькой улыбке, когда она встретила их презрение спокойной сдержанностью.
— Я буду наверху делать домашнюю работу, мама, папа. Позовите меня, если понадоблюсь, — мягко, но уверенно сказала т/и, отворачиваясь от оживлённого вестибюля.
Двое взрослых отмахнулись от неё отработанными улыбками, их взгляды уже вернулись к собственным разговорам.
Она поднялась по винтовой лестнице, отполированное дерево тихо скрипело под её шагами. Наверху она скользнула в свою комнату и бесшумно заперла дверь.
Бросив сумку на кровать, т/и тихо застонала и опустилась на матрас. Её пальцы сразу нашли знакомую тяжесть у груди — медальон на тонкой цепочке вокруг шеи.
—Я скучаю по тебе , мам..
Она крепко зажмурила глаза, губы едва заметно задрожали, прежде чем она осторожно, целомудренно поцеловала холодный металл.
Медальон был прекрасен — как и его создательница. Мать т/и была женщиной грации и силы, ангелом, ушедшим слишком рано.
Горько-сладкая улыбка тронула губы т/и, пока она обводила пальцем замысловатый узор, вырезанный на лицевой стороне.
Он был сделан из тёмно-серого металла, гладкого и холодного на ощупь, идеально круглой формы. Задняя сторона была простой, но спереди находилась изящная гравировка одной розы — цветка, который её мать любила больше всего.
Помимо роз, её мать любила создание украшений и музыку — своё убежище, своё спокойствие.
Сбоку медальона находилась крошечная, почти незаметная кнопка, ожидавшая прикосновения т/и.
Каждый раз, когда она чувствовала себя потерянной или придавленной миром, она нажимала её, и медальон раскрывался, показывая тонкие шестерёнки и колёсики музыкальной шкатулки внутри.
Мягкая мелодия, что звучала, всегда напоминала т/и, что какой бы тьмой ни был окружён мир, маленький свет всё ещё можно найти в самых крошечных вещах.
Последние десять лет т/и жила с семьёй Кудо. До этого она находилась в приюте, но Кудо удочерили её за острый ум и быструю сообразительность.
т/и была умной девочкой — быстрой на подъём и ещё быстрее в мыслях. С тех пор как она стала частью семьи Кудо, влияние и популярность семьи стремительно возросли, их имя всё чаще звучало в высших кругах общества.
Её отца рядом не было, а мать умерла много лет назад — её жизнь отнял жестокий акт, когда она была заколота ножом племенным жителем в одном из соседних районов. Рана в сердце т/и всё ещё болела, хотя она редко позволяла себе это показать.
Это общество было резко разделено — массивная стена рассекала город надвое. По одну сторону находился ослепительно белый мир, сверкающий роскошью и охраняемый властью. По другую — простирались трущобы, насколько хватало взгляда, спутанный клубок разрушенных мечтаний и выброшенных жизней.
— Эй, чужачка! Мама говорит, еда готова!
Громкий удар в дверь заставил т/и вздрогнуть, и она тихо вздохнула. Её пальцы инстинктивно коснулись медальона на шее, прежде чем она аккуратно спрятала его под строгий воротник белого платья.
— Я иду, Миса.
Её голос был спокойным, но улыбка — натянутой. Поднявшись с кровати, она направилась к двери, снова нащупав знакомую тяжесть медальона.
Иногда, когда подступало одиночество или мир становился слишком тяжёлым, из музыкальной шкатулки раздавалось мягкое, утешающее гудение. Это была хрупкая нить, связывавшая её с памятью о матери — колыбельная надежды и тепла.
Казалось, будто её мама всё ещё была рядом, шепча ей с той стороны, пытаясь унять боль внутри.
_____________
Т/и- твоё имя
Т/ц- твой цвет (волос, глаз и т.д)