Глава 17.1
Я вошла в дом, и уже в прихожей на меня обрушился ароматный запах лукового супа, – единственного блюда, которое тетя умела готовить.
― Эшли, куда ты пропала? Я звала тебя к завтраку! ― завопила она из кухни. Я услышала грохот посуды, затем тетя вышла в смешном переднике.
Она заметила меня и обмерла на месте. Я ждала чего-то подобного, но не реакции, будто вернулась из мертвых или вроде того. Может, я провела в Эттон-Крик больше недели?..
― СКАЙ! ― заорала тетя Энн и я подскочила, поняв, что снова ошиблась, пытаясь проинтерпретировать ее эмоции. Тетя в ярости затопала ко мне и остановилась на расстоянии вытянутой руки, когда я подумала, она уже влепит мне затрещину или налетит и примется душить. ― ГДЕ ТЫ БЫЛА?! ПОЧЕМУ ТЫ В ТАКОМ ВИДЕ?!!
― Я...
В каком таком виде?
― ТОЛЬКО НЕ ЛГИ! НЕ СМЕЙ ЛГАТЬ! ― тетя закашлялась в кулак и помахала ладонями перед лицом, словно ее бросило в жар. ― Так! Так... сейчас ты позавтракаешь и потом расскажешь, почему вернулась только сегодня утром! Тебя не было два дня!
Опалив меня гневом, она бросилась на кухню, и я поплелась следом, на ходу придумывая оправдание.
Но... два дня?..
― Я очень зла! ― заявила тетя, будто бы я сама этого не видела. Она усадила меня за стол, налила тарелку супа и встала над душой, когда я пыталась позавтракать. Я стремительно соображала, какую бы ложь придумать. ― И знаешь, если бы не бабуля, я бы объявила тебя в розыск!
― Тетя...
― Замолчи! Просто молчи! ― завопила она, зажмурившись. Ее лицо выдавало напряжение, и вдруг губы задрожали и из-под плотно сомкнутых ресниц потекли слезы. Я вскочила на ноги, и тетя, вытерев щеки, посмотрела на меня с болью во взгляде. ― За что ты так со мной, Скай?
― Ну простите меня, ― пробормотала я и крепко прижала ее к себе. ― Я больше так не буду. Честно. Больше никаких фокусов. И я не сбегала из дома. Я просто... встречалась с друзьями. Они в Эттон-Крик.
― У тебя же нет друзей, ― скрипучим голосом ответила тетя Энн, хлюпнув носом. Отстранившись, я с нажимом сказала:
― У меня есть друзья. Просто у вас не было возможности с ними познакомиться.
Тетя выдохнула, словно спустившийся шарик, и выпрямилась.
― Ладно, дай мне их номера, я им позвоню.
Мое лицо вытянулось, и я спросила прежде, чем подумала:
― Когда Эшли задерживается, вы тоже обзваниваете ее друзей? Или это лишь моя привилегия, потому что я сумасшедшая?
― Скай, не надо так со мной, ― со стоном взмолилась она, и я почти закатила глаза. Да что же это такое, почему я всегда говорю не то?
― Я очень волновалась, когда ты не пришла домой. Я ждала все утро, но ты не появилась. Я думала, тебя сбил грузовик, или похитили, или... Если бы не бабушка...
Боже, ей нужно смотреть меньше новостей.
― Мне жаль, тетя Энн. Я не хотела вас расстраивать. Со мной все хорошо. Этого больше не повторится.
Она снова расплакалась, и я почувствовала себя чудовищем, которое распыляет в воздухе слезоточивый газ. Тетя обняла меня, и я обняла ее в ответ. Надеюсь, она не засунула мне волосы в суп. Я похлопала ее по спине, чувствуя себя не в своей тарелке, и она, почувствовав мое напряжение, отстранилась.
Опустившись напротив меня за столом, тетя Энн наконец-то расслабилась. Несколько минут она изучала меня, пытаясь, наверное, выяснить чем я руководствовалась, когда сбежала из дома как ребенок, и я пыталась подыграть ей, принять виноватый вид, но думать могла только о Кэри Хейле.
Четверть часа спустя она вспомнила, что должна заняться и другими делами, и оставила меня в покое.
― Иди разбуди Эшли, ― попросила она, по-прежнему дуясь. ― Я уверена, она обрадуется, увидев тебя. Всю неделю она с ума сходила из-за твоего отъезда.
Что-то я в этом сомневаюсь.
Поблагодарив тетю Энн за завтрак и стойко выдержав ее злобный взгляд, который трансформировался в заботливый, я поднялась в комнату Эшли. У меня закралось странное предчувствие. Это совсем непохоже было на Эшли ― она ведь настоящий жаворонок. Мне было сложно ужиться с ней в одной комнате, особенно на выходных.
Так что я совсем не удивилась, не обнаружив ее в спальне.
Ха, тетя Энн просто святая невинность... ― подумала я, но тут же напряглась. Стоп. Эшли никогда не оставляла кровать разобранной ― едва просыпалась, сразу же приводила комнату в порядок. Она та еще чистюля. Нахмурившись, я подошла к ее письменному столу. Модные журналы и учебники пропали. Вокруг в беспорядке валялись какие-то документы, похожие на медицинские заключения.
Чем она занималась? И куда улизнула рано утром?
Я взяла телефон, лежащий рядом с открытым ноутбуком, и проверила вызовы. Последним входящим был звонок от Иэна, как и последнее сообщение. В нем говорилось, что он убьет ее, если она пойдет в логово Кэри Хейла в одиночку.
Внутри меня все задрожало. Неужели Эшли ходила в лес одна? Да, на нее это похоже. Она, как и я, хотела бы разобраться во всем, как-нибудь помочь, но как еще это сделать, если не знаешь, что происходит?
Проблема в том, что я не отвечала на звонки всю ту неделю, что жила у бабушки в Эттон-Крик, поэтому сейчас понятия не имела, куда она запропастилась. Мне нужно было время, чтобы осознать, что теперь жизнь в корне изменится, и я сбежала, оставив позади себя вопросы, возникшие в головах других людей. Вдруг с Эшли что-то случилось?
Все во мне кричало от волнения, но я взяла себя в руки. Да, разобранная кровать, беспорядок на столе и в книжном шкафу, говорят о многом. Эшли помешана на порядке, она не выносит грязи, особенно с тех пор, как вернулась из Парижа. У нее начинается нервный тик даже тогда, когда она замечает на столе пылинку.
Я села за стол и включила ноутбук. Может быть я зря паникую? Я сто лет не была у нее в комнате, может быть она пересмотрела свои жуткие привычки. Кто станет по доброй воле просыпаться в пять утра?
Но все мысли, которые кое-как оправдывали поведение Эшли тут же испарились, и я уставилась на монитор с открытым ртом. Чем это она занималась?
Я вдруг вспомнила, как Эшли обронила, будто ей в голову пришла какая-то грандиозная идея и она должна немедленно заняться проектом. Ладно, может быть все было не совсем так, ведь в тот момент я была в очередной прострации, но Эшли точно проводила какие-то сомнительные исследования.
Файлы, которые появились на экране ее ноутбука, выглядели очень серьезно и так, словно она украла их у своего отца, взломав его компьютер.
Пожар... пожар... пожар...
Что она пыталась отыскать? А это еще что такое?
В браузере были открыты вкладки с новостями почти десятилетней давности. Тоже все о пожаре. Зачем ей это было нужно?
Я лихорадочно соображала, что все это может значить, и потом меня осенило: должно быть, Эшли искала информацию о настоящей семье Иэна. Он как-то признался, что вся его семья погибла в пожаре,
Я откинулась на спинку сидения.
Так и что, теперь она проводит в квартире Иэна все свободное время, допрашивая его? Представляю, как она заставляет его заново переживать все ужасные моменты прошлого. Боже, Эшли. Стоп, но зачем ей это нужно, ей больше заняться, что ли, нечем?
Я взяла ее мобильник и набрала номер Иэна, чтобы убедиться, что Эшли у него. Трубку никто не взял.
Я стала заводиться.
Чем это они там занимаются?! Так, ладно, подожду, пока Эшли освободится.
Сунув телефон Эшли в карман пижамных штанов, я пошла в свою комнату, заперлась в ванной и целый час отмокала под горячими струями воды. Несколько раз выключала воду, прислушиваясь к тишине, потому что казалось, что звонит телефон сестры.
Эшли все в порядке, в этом нет сомнений, ведь так?
Ну, то есть, она ведь разыскивала Кэри Хейла. А в его компании с ней ничего не должно было случиться. Теперь я знаю, что Кэри не психованный маньяк-убийца, а просто человек, отказавшийся ради меня от всего, даже от собственной жизни. Кроме того, продолжала размышлять я, даже если бы он сказал Эшли правду ― ту правду, которую знаю я, ― на мониторе ноутбука были бы статьи не о пожаре, а о различных психических расстройствах.
Выйдя из душа, я тут же схватила телефон. Ни одного пропущенного.
Почему я нервничаю, если все хорошо? Почему мне кажется подозрительным, что все хорошо, и почему мне кажется, что нет ничего хорошего в том, что все хорошо?